Пришитая память
По милости чьей-то надежды греков, византийцев, сельджуков, османов осыпались, будто замшелые листья в саду на жесточайшем ветру. Но в каждой буковке истории таится сложная формула логики. Долгое время живущие здесь назывались османами. Дети большинства христиан, обращённых в ислам, росли цветами элиты. А всяк в деревне узкоглазый и плосконосый звался турок — был элите вид его оскорбителен. Когда же в 1922-м гнев революционный изгнал султанат, османцы за ночь без Шахерезады превратилися в турок. Но рак традиций никогда вперёд не пускает, а тащит вспять. Самые смелые турки пошли в мечеть и распили в ней ракию*; от «львиного молочка» голова стала купол, вспенились вены — тогда, вскочив на коней, стали играть в игру чауган**, клюшкой перекати-поле, несомое ветром, гоняя. Срывая прибитые под копыта гвоздями подковы традиций, турки провожали и встречали рассвет, забыв, как сидеть по-турецки. Они и сейчас так шагают, переставляют ноги, вымеряя со временем, тикают мыслью и живут, вывернув головы далеко на запад, к закатному солнцу. Турция превратилися в светскую, не противореча природе своей и душе, ведь Анатолия значит восток, где солнце восходит только для Греции. Размывами европеизации некогда по-арабски роскошный Стамбул покрылся чёрно-белыми красками, стал он городом развалин и разрушений: молодость съела ненасытная старость. Пока не наступил туристический бум.
Свидетель тому — Святой Николай, что родился в греко-римской Патаре, а с ним и дыхание Бога, витавшее все эти годы над Азией. Пришёл на государев престол, сам и отрёкся жестокий гонитель христовых детей Диоклетиан; при жизни его императором стал Константин, запахом смирны заблагоухали цветы христианства. Но тут из степей прискакали сельджукские и османские тюрки, и на земле, евангелизированной апостолом Павлом, они растоптали христианства наследие. Пышным цветом пустила ростки трава религии сонной, маковой. А в 1924-м, забросив трубку-кальян и изгнав последних христиан с их земель, страна мусульман с головой окунулась в омут смятения. Прочь закон шариат, хватит выворачивать шар, щупать, искать изъяны души под покровами чёрными — да здравствует не фонарный уличный свет, а солнечный, религия ясная. Так турки, свернув с пути ко спасению, изгнали из государева огорода своего кознодея и, расправив крылья умершим коням, поскакали птицами.
На пути им встретился старче почтенный — нёсся он галопом по облакам в упряжке оленьей. От европейцев турки вскоре узнали, что то реклама от «Кока-Колы» ходячая — Санта-Клаус. А в 1950-х они догадались, что Санта и турок Баба — лик Отца Кристмас. Турки ахнули: сколько ж времени и денег утекло просто так меж их пальцами! Упустили такую возможность и Рождество, и Новый год сотворить урожайными… Вскоре миру всему они разослали почтовую марку: дескать, знайте, жил-был здесь Ноэль Баба, приезжайте на родину Клауса. Вскоре в Турции наступили ежегодные новогодние празднества, затем первый всемирный симпозиум, за ним остальные, где каждый политик и даже учёный счёл за высокую честь выпить за дружбу и мир с Санта-Клаусом. Со временем сам Санта-Клаус стал крут и очень богат, основал персональный он фонд и премию Санты. Но что обо всём этом думает сам Святой Николай? Его, конечно, никто не спрашивал, надеясь на истории дырявую память. Ведь он молчит. О чём молчит его тишина и о чём шепталась трава, когда люди молились?..
Быть может, о том, что в древних Мирах стоят три статуи, друг на друга совсем не похожие, к тому же смотрят все три они в разные стороны света. Первый из них — Отец Рождества, другой — православный епископ, а третий — западный Санта-Клаус. Недавно у фасада церкви Николая Святого турки устроили конкурс на самую известную и очень богатую статую, сами же и выбрали — Санта-Клауса из красно-белого пластика. Туроператоры делятся мнением, что в основном народ сюда приезжает поклониться христианским святыням, другие интересуются, когда это успел здесь поселиться и корнями врасти популярный их Клаус, а третьи считают, что зазря Санта-Клаус фигурой своей затмил более ранние новогодние образы. Россияне здесь бывают в большом числе на ежегодном богослужении в церкви, правда, не всегда эту службу позволяют турецкие власти. Для них эта церковь — как нож, как штык, рассадник древ христианства, а вот Санта-Клаус — стимул прекрасный для всей экономики, так что покупайте, покупайте подарки, да не скупитесь. Поэтому неудивительно, что Санта-Клаус, он же Ноэль Баба, есть на всех торговых прилавках. Самого ж Николая Святого турки помнят едва, но любят за то, что присутствие его делает страну богаче. И прекрасно знают, что Святой Николай — душа, у которой не было и не будет в мусульманской среде тёплого дома. И уж совсем не смешно, если туркам вернут из города Бари чудотворные мощи. Они им хотят поклониться? Быть может, наоборот, обогатиться?.. Ага, Ноэль Баба ждёт и… с ним сорок разбойников…
------------------------
* Ракия («львиное молочко»).
** Чауган (древняя конная игра, прародительница поло).
Свидетельство о публикации №208010200148
Дарья Траффик 02.01.2008 11:53 Заявить о нарушении
Не заходи, иди мимо своей дорогой прямой - до самого горизонта,
но знай, что и там тебя встретит солнце, смотреть на него невозможно, но это рай.
Татьяна Лев 04.01.2008 07:42 Заявить о нарушении