Путь святого

       Мария де Луна, двадцати двух лет от роду, из местечка Алькарас, что под Альбасете, обвиняющаяся в чёрном колдовстве против односельчан, а также поджоге храма Господнего, в третий раз упала в обморок. «Они часто так делают», - подумал преподобный Доминик, который никогда не поддавался на такие жалкие уловки. Стражник вновь ударил ведьму по лицу, рывком поднял вверх и усадил на стул. Виновная открыла глаза. По щекам её, из – под распухших от побоев век, катились слёзы.
       - Нет… - хрипло прошептала она.
       - Значит, ты продолжаешь упираться. Но твои односельчане говорят об обратном: та прокляла дом семьи де Ла Вега, после чего он сгорел. В ту же самую ночь сгорел храм. Сознайся, Мария, и я подарю тебе лёгкую смерть. Через повешенье.
       Но Мария де Луна снова сделала вид, что упала в обморок; она оказалась крайне упряма, гораздо упрямей, чем преподобному Доминику казалось в начале.
       - В подвал, - сказал священник стражнику. Тот коротко кивнул и нагнулся, чтобы вновь ударить ведьму.

       Палач выглядел заспанным. Преподобный никак не мог взять в толк, как можно спать здесь. Казалось, что даже потолок испачкан кровью, а из дальних коридоров до сих пор доносятся крики нераскаявшихся поборников нечистого.
       - Как будем допытываться истины? – спросил палач.
       - Иглы, - ответил священник.
       Палач усадил колдунью, вновь лишившуюся чувств, на деревянный стул; затем туго привязал ремнями к подлокотникам кисти и пальцы рук ведьмы. После он подошёл к столу с инструментами и взял набор игл.
       - Горячие? – уточнил палач. Преподобный коротко кивнул. Палач вновь подошёл к столу, взял небольшие щипцы, зажал ими иглу и всунул в жаровню с горящими углями; когда игла достаточно раскалилась, он быстрым движением всадил иголку под ноготь ведьме.
       Душераздирающий крик боли вырвался из груди очнувшейся Марии. Она извивалась всем телом, пытаясь избавиться от небольшого кусочка металла под её ногтем. Палач прижал пальцы ведьмы своёй рукой и всадил вторую, раскалённую добела иглу ей под ноготь. Глаза колдуньи начали вылазить из орбит. Голова задёргалась в страшных судорогах, и священник подумал, как бы она не умерла раньше времени, избегнув заслуженной кары.
       - Вытаскивай, - коротко приказал преподобный Доминик. Палач кивнул и щипцами вытащил иглы. Из - под ногтей колдуньи вверх заструился сизый дымок. В помещении запахло жареной плотью.

       Прошло некоторое время, прежде чем Мария де Луна пришла в себя. Когда она посмотрела на преподобного Доминика, глаза её выражали лишь безразличие: казалось, что ей всё равно, поведут её сейчас на смерть или будут снова пытать.
       - Это я сожгла дом, - хрипло сказала она.
       - Наконец – то, дочь моя, ты призналась в грехах. Осталось только…
       Но священник не успел договорить: слова его прервал стражник, вошедший в пыточную камеру.
       - Святой отец… Там пришли люди…
       - Какие люди?
       - Они просят отпустить ведьму… Это её односельчане… Говорят, что простили, не хотят проливать кровь… Просят вас на коленях… С ними отец ведьмы, Франческо де Луна…
       - ОТЕЦ! – закричала Мария, услышав имя. – Пожалуйста, преподобный Доминик, я подожгла дом соседей, но не храм, я не виновна, клянусь Господом…
       - НЕ БОГОХУЛЬСТВУЙ, ТВАРЬ! – визгливо крикнул священник. И совершенно спокойно сказал стражнику:
       - Передай, что они простили, но Господь не простил. Пусть приходят сегодня в полдень на площадь смотреть, как святой огонь очищает чёрную душу. Иди.
       Стражник ушёл. Мария де Луна бессильно опустила голову на грудь и зарыдала.

       Молодой священник, преподобный Мартин, тронул за плечо стоявшего на коленях перед распятием инквизитора.
       - Преподобный Доминик, надо идти на площадь, читать молитву…
       - Я уже неустанно молюсь за её душу, Мартин. Иди лучше ты. Я уверен, ты справишься.
       - Спасибо, святой отец, - ответил молодой служитель веры. Около выхода остановился, обернулся и сказал:
       - Святой отец…
       - Да, Мартин?
       - Тяжела наша ноша…
       - Ты прав, друг мой. Тяжек наш крест. Тяжек путь святого…