Под перестук колес

Под перестук колес

Владимир Бенрат

- Товарищ проводник, долго мы еще стоять будем?
- А я-то, откуда знаю?
- Ну, так узнай, командир!
Из дальнего купе кто-то пробасил:
- Надо к начальнику поезда подойти, а то проводники как всегда не в курсе.

Поезд всего сорок минут назад, выехав из Калининграда, шел сперва строго по графику, и вот теперь застрял на путях на каком-то небольшом разъезде. Прошло два часа. Никаких объявлений по трансляции не было Пассажиры, вначале терпеливо сидевшие в вагонах, стали постепенно выбираться наружу. Едва замечавшие до этого друг друга, а теперь, нервно прогуливавшиеся вдоль путей, даже самые неразговорчивые из них спрашивали, что же будет дальше, сколько они здесь еще простоят и в чем причина остановки. Постепенно возмущенные возгласы сменялись то тут, то там нервным смехом, а потом и взрывами хохота. Тревожное ожидание подстегнуло аппетит, и кое-кто уже полез обратно в вагоны, переговариваясь на ходу о том, что у кого взято с собой в дорогу.

Они с начальником возвращались из командировки, где пытались иногда лестью или посулами, а где и походами со снабженцами и их приятельницами в ресторан пробить запчасти для оборудования, недавно полученного по разнарядке их институтом. Все более или менее прошло у них успешно. Поэтому в последний вечер для руководства завода был организован неплохой банкетик, начавшийся в ресторане, а затем продлившийся до утра у них в номере гостиницы. Будучи людьми опытными по части долгих застолий, в обратную дорогу они заранее припасли кое-что для «поправки здоровья». Сюда входила бутылочка водки ноль-восемь с зеленоватой этикеткой, которую все называли «Сабонис», четыре бутылки знаменитого калининградского пива, которое по преданию варил оставшийся в городе старый немец, знавший свое дело еще с кенигсбергских времен. Захватили каждый еще по килограмму копчушек для семьи. Уж больно они здесь были аппетитные. И буханочку хлеба в дорогу заботливые дамы, «высвистанные» тертым снабженцем уже за полночь по телефону и присоединившиеся к банкету, перенесенному в гостиницу, тоже не забыли им упаковать.

- Николай Иваныч, похоже застряли мы надолго, так, может, вечера ждать не будем, прямо сейчас и начнем? - он вопросительно посмотрел на начальника.
- Правильно рассуждаешь, Володя. Вот только в одиночку пить как-то несподручно. Может быть, дам каких пригласим для компании? Сколько нам еще здесь стоять, а вдруг неделю? Может, и поджениться придется.
- Ладно, пойду гляну, - неохотно согласился он.
Как всегда забота о женском обществе лежала на нем. Начальник обычно подключался только на решающем этапе. Как говорится , запрягал он медленно, но ехал потом быстро. Даже слишком. А если честно, так скорее гнал даже, можно сказать, сломя голову, и не разбирая дороги. Из-за этого случалось и влипали с ним в разные истории.

Но тут неожиданно раздался негромкий стук, и почти одновременно с ним дверь купе слегка отодвинулась, и в нее просунулась светловолосая женская головка.
- Мальчики, а у вас штопора случайно не найдется?
- А зачем он вам, - сразу встрепенулся Николай Иваныч, - у нас тут для этого зубочистки имеются , или у вас соринка в глаз, извиняюсь, попала?
Женщина улыбнулась:
- Да просто вино открыть нечем, - она мельком посмотрела на столик, где уже у них стояла бутылка водки и пара бутылочек пива.
Начальник сделал приглашающий жест рукой:
- А, может быть, с нами присядете, ехать-то далеко еще.
- Если бы ехать, так ведь застряли и, похоже, надолго, - женщина все еще нерешительно стояла за дверью.
- Ну, тогда тем более надо время скоротать, - начальник уже разошелся вовсю, привстав и двинувшись по направлению к даме, он, слегка приобнял ее рукой и стал усаживать, - да проходите, присаживайтесь. - Он сдвинул с сиденья вещи, освобождая ей место.
- Ладно, я пойду посоветуюсь, - сказала она, ловко выскользнув из его рук и прикрывая дверь.
- Видал? - спросил начальник, - штопор им нужен, знаем мы эти фигли-мигли. Вроде ничего бабенка. А вот кого она еще приведет?
- А вдруг мужа? - Владимир испытующе взглянул на начальника.
- Не-а, - отрицательно замотал головой тот, - если б муж был, то сам бы и зашел штопор просить, а то, что ж он жену-то гонять по чужим купе будет.


Минут через десять в дверях показались две женщины.

- Что-то у меня в глазах двоится, а вроде еще не пил ничего, - сказал Владимир.
И точно, одетые абсолютно одинаково обе блондинки были неотличимы друг от друга.

- Вы так случайно подгадали с соседкой? - спросил их Владимир.
- А что, мы разве чем-то похожи?- хором удивились они.

Гостьи явились не с пустыми руками. Кроме бутылки вина «Пино-гри» они принесли еще довольно вместительную корзинку со снедью. Пахло оттуда довольно заманчиво.
- Ах, какие мы хозяйственные, - начальник приобнял рукой одновременно обеих дам, - ну и у нас хозяйство тоже неплохое. Правда, Володя? «Любит он армейский юмор, - подумал Владимир, - только бы анекдоты свои не начал сразу рассказывать, а то ведь дамочки сбежать сразу могут.»
- На эту тему есть, кстати, хороший анекдот, - прямо читая его мысли, начал начальник.
- А, может быть, мы сначала познакомимся?- спросила одна из дам, - меня зовут Лида, а сестру Надя.
- А я Николай, - начальник протянул руку, - а вот это Володя.
Лида остро взглянула на него и кивнула.

Продолжая разговор, соседки начали нарезать помидоры и крошить огурцы для салата, моментально сняли со стола расстеленную мужчинами газету, а вместо нее постелили принесенную с собой розовую бумажную скатерть, положили каждому по салфетке. Вынули пластмассовые тарелки.
- Ох, как, девоньки, у вас в руках все горит, - начальник плотоядно улыбался, - попасть бы в такие руки, сам бы загорелся.
- Наденька, сбегай за стаканчиками, а то принести забыли, - сказала, обращаясь к сестре, вторая дама, уже начавшая постепенно привыкать к такому юмору.

Через минут сорок первая бутылка была почти прикончена. Запивали пивком. За окном была все та же безотрадная картина, никаких перемен. Но народу, толпившегося вдоль поезда, заметно поубавилось. Похоже было на то, что застолье шло не только у них в купе. Вскоре это подтвердилось: в другом конце вагона уже довольно дружно запели «Ой, мороз, мороз». А они с начальником и с двумя дамами до пения, правда, еще не дошли, но анекдоты, вроде бы, почти уже все рассказали. Причем дамочки постепенно перешли на такие залихватские, что у начальника даже лоб покрылся испариной от смеха.

- Ну, что? Тоже что-нибудь споем? - полуутвердительно предложила Лида. А потом после некоторой паузы, увидев , что предложение сестры особого энтузиазма не вызвало, Надя добавила:
- А, может быть, лучше в картишки сыграем, у нас там в чемодане лежат. Володя, вы не поможете Лиде с верхней полки его достать?
Начальник сделал ему страшные глаза: «Мол, отваливай поскорее, видишь, мол, моя подруга хочет со мной наедине остаться ».
Они с Лидой вышли в коридор и зашли в «дамское» купе. Зайдя, он сразу плотно задвинул дверь и пристально на нее посмотрел.
- Карты вон там лежат, - она потянулась верх, повернувшись к нему спиной и призывно полуобернулась, что-то выискивая в чемодане. Он обхватил ее сзади, уткнулся лицом в ароматную копну волос, а в ладонях почувствовал упругую грудь, размеры которой оказались гораздо больше, чем казались до этого, прикрытые платьем.
- Пойду-ка я лучше переоденусь, а то изомнешь мне тут все. Она взяла небольшой сверток и направилась в туалет.
Он вышел за ней в коридор и глянул в окно. На путях уже вообще никого не было. «Да, застряли мы , видно, надолго».
Через несколько минут Лида, переодетая в легкий халатик, прошла мимо него в купе, произнеся на ходу:
- Подожди немножко.
Уже через пару минут она постучала изнутри:
- Можешь заходить!

Она лежала на нижней полке, почти до глаз закрытая одеялом. Он не спеша разделся и
подошел к ней. Она неожиданно приподнялась и, накинув на себя простынь, присела и, не давая ему лечь, обхватила его руками за бедра и прижавшись лицом к животу, стала его легонько покусывать, опуская голову все ниже. Руками при этом она довольно чувствительно мяла ему ягодицы, а потом стала медленно проводить пальцем между ними. Потом, продолжая одной рукой обхватывать его сзади , другую руку перенесла вперед и, придерживая двумя пальцами то, что поднялось уже и без ее помощи она нежно обхватила его губами. Через какое-то время он, уже едва сдерживаясь, произнес:
- Давай лучше я к тебе лягу.
- Да, да, - сказала она, - просто мне без этого никак не начать.
Он нырнул к ней. Было очень тесно, и она повернулась лицом к стенке, освобождая ему место. Он, обхватив ее правой рукой за талию, уже почти вошел в нее, как вдруг неожиданно поезд дернулся, лязг колес волной пробежал по вагонам, и он при этом чуть не свалился на пол. По их вагону пронесся шум, все вдруг поверили в долгожданное продолжение поездки. Но эта была ложная тревога.
Очень быстро снова все затихло.
- А нам-то что, можно уже продолжать или нет? - неуверенно спросил он, заново начиная обследование тех частей ее тела, которые были доступны его правой руке, поскольку на своей левой руке он лежал.
- А ты выйди и у проводника спроси, - хрипло усмехнулась она, - может он чего посоветует.
И тут он понял, что ждать больше уже нельзя….

Когда они постепенно освоились, и совсем перестали стесняться друг друга, то стали использовать для своих занятий не только узкую полку, но и все купе. Оно оказалось не таким уж маленьким

Примерно через час Лида встала и накинула халат:
- Пойду-ка я ненадолго сестренку проведаю, а ты отдохни пока, сил наберись.
Она вышла в коридор. Ее не было около получаса. Открылась дверь:
- Ну, как ты тут, не заснул? - она скинула с себя халат и забралась к нему. Но теперь уже у стенки лежал он, а она разместилась с краю.
И опять все началось сначала.
- Ты, что, устала, что ли? - спросил он, когда ему показалось, что она очень вяло воспринимает его действия.
Потом во время перерыва, поглаживая ей грудь, он вдруг заметил, что родинка, бывшая у нее под левой грудью вдруг переместилась на правую сторону и стала вроде чуть больше.
- А что это у нас такое с родинкой произошло? - еще не совсем понимая спросил он.
- Да ты просто с другой стороны лежишь.
- Ты имеешь в виду, что я в другое купе забрался? - он уже все понял.
- Наблюдательный какой!
«Вот чертовы двойняшки, - думал он, - двойное удовольствие получают. Мужиков поменяли, а сами при этом вроде бы чистенькие. Никто ведь и не догадается.»


Когда они вышли с Николаем Ивановичем покурить, то тот заметил ему:
- Знаешь, Володя, моя-то вроде сначала нехотя все делала, а как из купе вышла, а потом вернулась, то ее прямо стало не узнать. Ну, буквально все стала делать, да еще так классно будто ее подменили. А у тебя что?
- А у меня так, средненько. А вам, наверное, просто удалось ее расшевелить.
- Да, конечно, я это умею.
Начальник не любил, если ему что-то удавалось или доставалось меньше, чем другим. Завидовал тогда.
- Значит, Вова, не повезло тебе, - довольно заметил он.

За окнами уже потемнело, а поезд все стоял. Провизия у многих стала уже подходить к концу. А вблизи не было видно ни продуктовых лавочек, ни киосков. А им с начальником после такого двухсерийного общения с дамами есть уже хотелось невмоготу.

Вдали на тропинке, идущей вдоль поездных путей , замаячил велосипедист. Когда он приблизился, по большой черной сумке стало ясно, что этот совсем еще молодой парень работает тут почтальоном.
- Парень, далеко отсюда до поселка? - спросили его пассажиры.
- Километров восемь, - отвечал он.
- Да, туда-обратно шестнадцать будет, а вдруг поезд все-таки тронется? Слушай, пусть бы нам ваши бабы пожрать чего принесли, а мы заплатим, деньги-то пока еще вроде есть.
- А поллитры у кого-нибудь имеются? - почтальон с надеждой посмотрел на пассажиров.
- Осталось еще, - ответили ему, - ты жратву неси, мы и обменяемся.
Вдруг почтальон увидел их двойняшек, которые высунулись по пояс из окон, выставив при этом на обозрение едва прикрытые халатиками свои пышные округлости.
- А танцы тут у вас не намечаются? - с надеждой глядя на них, спросил он.
- Давай, мальчик, гони, - вместе ответили ему дамы, - за нами не пропадет.
Парень погнал теперь велосипед намного быстрее.
- Видите, - тихо сказали двойняшки, обернувшись к ним с Николай Иванычем, - мы ваши палочки-выручалочки.
- А палочки они же всегда выручалочки, - бодро отрапортовал им находчивый начальник.

Только через шесть часов поезд наконец тронулся. В Ленинград они прибыли с опозданием почти на полсуток. На перроне их дам встречали абсолютно одинаковые мужья. Дамочки выходя из вагона, как по команде полуобернулись к ним, незаметно поднося палец к губам. И потом еще, уже стоя на платформе рядом со своими мужьями, скользящим взглядом провели по вагонным окнам и быстро отвернулись.

- Интересно, - сказал начальник, - а они сами-то своих баб не путают?
- А если и спутают, так какая там разница, - задумчиво произнес Владимир.
- Да, - хмыкнул начальник, - думаю, что абсолютно никакой.