Глава 10. И справим кровавую тризну..

1

Войско вытягивалось из ворот,  выстраивались в походные колонны на предполье. Их в городе трое – Исанские, Старо и Новопронские. Квадраты войск впереди, за ними обоз.  Первым стоял Засадной полк, конный. Пять сотен тяжелых коней накрытых попонами с висящими на груди щитами, железными налобниками прикрывающие морды коней. Могучие всадники на подбор, шишаки с флажками-яловцами  княжеских цветов, на шеломах. Своих, отличать издалека. Личины и стрелки откинуты вверх, обнажая суровые бородатые лица. Металлические бармицы гибко свисают с полей шлемов прикрывая шеи. На всех кольчуги, наплечники, зерцала прикрывают грудь и живот упираясь в луку седла. Кольчуги длинные, до середины бедер. Поножи и окованные носки сапог торчат из стремян, прикрывая ноги бойцов. Копье с флажком цветов княжества, длинный меч.. Гордость княжеской дружины, её ударная часть способная проломить любую оборону! Рядом стоиит конная коробка попроще, щиты на конской груди не у всех, шлемы перемежаются с железными шапками без бармиц, только от ударов сверху. Это легкая конница, основное оружие – сулицы и копья, короче ударных и значительно легче. У каждого конника тугой лук, саадак для стрел. Полсотни длинных стрел с хищными, бронебойными стрелами. Есть и противопехотные, с широким, ножевым лепестком лезвия. Но пуки таких стрел лежат в обозе, выдаются или заменяются по мере надобности. Догнать, отвлечь, закружить.. легкая конница прячется за тяжелой, посылая стрелы над головами бронированных всадников и коней.
Рядом встали пешцы, в те же ряды по двадцать человек. Одеты кто во что горазд, как и снаряжение, у всех все разное. Это вои, городское ополчение из крестьян с окрестных деревень, посадские.. Охотничьи и боевые луки, засапожные ножи, сабли, вечные топоры на длинных ручках.. Основное оружие для них увязано на возах, длинные копья и высокие, в рост, деревянные пехотные щиты окрашенные в красный цвет. Княжеские мастерские работали без перерыва, ремонтируя и делая новое оружие за счет городской казны. Гончарная сотня, кожемяки, древодели.. кузнецы общим решением  оставлены в городе и продолжали работу по укреплению стен и ремонту оружия. Тысячи стояли широкими квадратами заняв все свободное место. Сзади вытягивались обозы с оружием, каждый за своей сотней и тысячей. Все знают где лежит его копье и щит, каждый знает кто его сосед. Саней очень много, князь не пожалел денег. Вои и конные идут налегке. Лекари едут на санях с коробами холщевых перевязок, сушеным мохом для ран.
Гул висел над колышущемся строем. Не слышно смеха, подначек  и прибауток обычных в других, прежних походах.  Угрюмы мужики, злы и насуплены. Только фырчат лошади мотая заиндевелыми гривами да позвякивает на морозе  звонкое железо снаряжения. Князь выехал вперед, остановился. Поднял и резко опустил руку – С Богом!! – тонко прозвенела труба, качнулся княжеский штандарт приказывая начать движение.
И тронулся передовой дозор из легкой конницы. Пошла тяжелая, за ней князь.. пешцы, заскрипел снег под сотнями полозий, тысячам ног..
Соглядатаи примчались накануне под вечер принеся тревожную весть – враг подходил к нужному урочищу и требовалось спешить.. Отзвучали молебны, прошли последние благословенья, отобраны и проверены вои. С утра и выступили. Князь берег силы войска и поклажу волокли на санях. Туда же по очереди садились отдыхать, и поспели вовремя. Время на месте будущей битвы, даром не теряли. Засеки на опушках, колья в снегу, слеги притопленые в снег в нужных местах.. врагов ожидало много интересного и нового. Ратники надрубали дерева готовя обрушить их разом в нужный момент, натаскивали бурелом и расчищали прогалины, приглашая последовать в глухие чащобы и глубокие овраги, а там висели настороженные бревна..  к встрече незваных гостей готовились основательно. Ведьмина гора на то и звалась Ведьминой, в этих местах сам черт мог запросто ногу сломить. И без знающего проводника там делать просто нечего. Гиблое место выбрал князь. Хорошее..


2

Утомленные переходом, монголы встали на ночь в правильном месте. И по темну,  рать снялась с места.  Битва за Рязань, началась.
Шли сторожко, и все равно гулевой отряд наскочил на вражеский дозор внезапно. ЭхмА! .. Степняки, натягивали уздечки и раздирая в кровь губы коней, разворачивались ошеломленные внезапной встречей. Русские стелились над землей взрывая снежные брызги, шпорили своих вставая на стременах и вытягивая мечи. Кубарем скатились стрелки, сидевших сзади наездников. Потянули стрелы из тулов, не оплошать бы!
Монгольский отряд не жалел плетей. Последние ставшие первыми, стегали конские бока с право на лево, живей шайтанья утроба! Передовой отряд или разведка? Неважно! – Урусы рядом!! ..  – Вот и все, что нужно успеть крикнуть старшему начальнику, загнав насмерть коня, оставив сзади порубленных друзей и товарищей. Это, все..
И тебя не коснется бесчестие, как не будет напрасна смерть остальных, преградившим дорогу огромным жеребцам и страшным клинкам мечей, взметнувшихся над головами обреченных!  Вдовы получат помощь, а сыновья могут смело глядеть в лица других мужчин – их род доказал свою смелость! 
У русских своя цель – уйдет хоть один степняк, все! Тайна пропала, и небольшое преимущество исчезнет как вода в жадном сыпучем песке монгольского войска. Кто быстрее и проворнее, кто потратил больше сил в воинском искусстве управляя конем, отражая и нанося удары или усердствуя в стрельбе из лука!?! Кто?
Не будь столько снега, монголы наверняка бы ушли. Коньки хоть и уступали в выносливости, но резвости были неумеренной.
– Живьем, живьем брать… - рычал воевода отряда под лязг железа, яростные крики и злобное ржание коней. Снег был глубок, длина ног и выносливость оказались важны как никогда. Монголы были обречены. Щелкали в темноте тетивы. Как стрелки, так и наездники, монголы были отличные. Ни одна стрела не пропала даром! Но русский боевой лук был не только тяжелее и  но и дальнобойнее. И отменные стрелки, спрыгнувшие  вовремя, и встали они правильно, в то время как монголы били с ходу и с оборота. И потому никто из них не ушел. Русы били по лошадям, нечестно и подло конечно.. а когда и где война бывала честной и правильной?
Трое-четверо спешенных и уцелевших от десятка с лишним, вернее – оставленных временно в живых,  стояли спина к спине, и с ненавистью и страхом разглядывали врагов. Сдаваться они не хотели. И уйти не могли. Убить всех русов тоже не получилось.. тогда, придется умереть им.
На них просто набросили сеть. Одну они разрубили, вторая запуталась в клинках и третья накрыла всех разом. Рывки веревок, все. И сабли и щиты, и головы с руками.. Связанных кидают на примятый и окровавленный снег. Кто тут обуза, а кто язык, разберутся воеводы. А вот и они.. из серой мути показалась колонна войск.
Оставив сторожа, разведка вскочила в седла и рванула вперед.. Время - время, время не ждет! От массы войска отделилась группа всадников. Князь перенес ногу через луку, тяжело спрыгнул в провалившийся сугроб. Вспыхнул факел освещая место недавней схватки. Мертвые тела людей и коней, обрывки одежды и снаряжения. Дымящаяся свежая черная кровь.. Лежащих рядком, извивающихся врагов.   Свита забежала по сторонам взяв князя и пленных в круг. Утоптали место, зажгли еще пару факелов. Кто-то догадливо уже искал лекаря,  послав за ним в обоз.
– Ну? – Сторожевой воевода коротко поклонился, не до церемоний. – Навстречу выскочили княже, видать шум услышали. Никто не ушел..
– Всех взяли? Точно никто не ушел? –  Пленные со стянутыми за спиной локтями уже стояли на коленях, тряся жидкими бородками дико глядели на нависшего над ними русского князя. Сорванные шубы валяются рядом. От обнаженных тел идет пар и вонь давно не мытого тела.
– Что они говорят? – Князь равнодушно ждал расставив ноги. Апоница коротко переспросил. Пленные затряслись выкрикивая ругательства. Апоница поднял за бороденку одного. Бросил. – Говорят, что ничего не знают. А вот этот вот, старшим в дозоре был!
– Скажи ему, неколи костер разводить да шкуру резать. Пусть расскажет что знает и получит легкую смерть. Не хочет? Ну тогда позови лекаря, пусть ему кишки пощекочет. – Знахарь трудился не долго. Десятник и нукер наперебой, торопясь, визгливо проорали все что знали.
Батый стоит в кольце «железнобоких». Белый шатер с белыми бунчуками и огромным кострищем. Четыре высокородных хана стоят по сторонам главной ставки. А караулы стоят крепко, в несколько рядов, и через каждый ряд кроме пайцзы, что бы проехать, нужно знать своё тайное слово. Иначе  тревога, и с тетив сорвутся сигнальные стрелы.. – пленные выдыхались.
– Упокой их. – Князь отвернулся от обмякших под ножами тел, к воеводам. Те молчали. О чем говорить? Все уже давно обговорено. Мимо тянулось и тянулось войско.
– Пайцзы у них забрали – сторожевой воевода Стемид придержал коня пока князь садился седло. Из под шлема довольно тлели свирепые, медвежьи угольки глаз – На ихних заводных наши сели и в ихние шубы обрядились, ох и воняют же, княже! Есть у меня ушлые, по половецки шпарят, хрен от настоящих отличишь! За ними два десятка с самострельщиками. Так что, даст Бог, неслышно к сторожам подойдем. Одно тайное слово знаем, следующее тоже спытаем, дай только живьем кого прихватить.. – Князь вполуха слушал прикрывающую напряжение болтовню и согласно кивал. Остальным в утешение, говорил разведчик.

3

Горизонт багровел от множества огней. Кострища заполняли долины, теснились по склонам, мелькали в балках заметенных снегом. Дозорный воевода не подвел, разведка вырезала передовое охранение и расширила проход. Тревожно храпели кони. Ставка верховного главнокомандующего в самом деле обозначена огромным кругом костров охраны. Давно пропели петухи, для русского наступало утро, а вражеский лагерь еще еле шевелился. Длинный переход, мороз и предутренний мрак сморили стражу. Ой как спиться в это время..   
Все на своих местах. Разведчики указали путь. Идущий тараном полк должен ударить  вызвав переполох, показывая что прорывается к главной ставке.  Это привлечет все вражеское внимание. Командир тяжелой конницы, князь Олег не заблуждался.. враги кинуться как бешенные волки. Уничтожить командиров вряд ли удастся, но попытаться  стоит. Если завязнут, то сменив направление конники пойдут к стенобойным машинам, стоящим в отдалении. Вот самая главная цель! Их же, одновременно атакуют пешцы. Учинив разгром, конные берут уцелевших стрелков и копейщиков на крупы и уходят к месту будущего боя. Две цели. И если хоть одна из них будет достигнута, уже хорошо! 
 Никакого шума, никаких криков. Конная масса просто тронулась с места. Первые ряды, потянулись вторые..  снежная целина глушившая шаги закончилась и лава набирала ход обрушив тишину грозным гулом подкованных копыт.  Замешательство у костров было недолгим. От подброшенного жира и хвороста, полыхнули костры, а из ночной мглы, показался ряд огромных коней. Закрытые налобниками морды, звенящие нагрудные щиты, храп коней и грозное молчание.. блестящие острия копий вздернули первых врагов, подкованные копыта  крошили не успевших убраться с дороги. Паника распространялась стремительным степным пожаром! Озаренный огнем клин расширялся, входя в раненый лагерь. Долина пройдена, все кто попался на пути втоптаны в землю, и всадники шпорили коней посылая их в верх по склону.
Но враг силен, многочислен опытен и находчив! С разных сторон  ревут трубы, вздымаются бунчуки сотен и тысяч. Лучшие из лучших уже схватились с нападавшими. Треск ломающихся древков, рев, удары.. Начало было удачным! Сторожевая полоса прорвана и масса всадников хлынула к главному шатру вырубая оказавшихся на пути. Наперерез рванулись «бессмертные» и свалка закипела с новой силой. Русы увязли.  Силы врага быстро нарастали. Прорыв достиг ставки, бешено взорвался яростной схваткой и потерял смысл. Кто убит, кого удалось достать – неизвестно, и полковые трубы взревели подхваченные рожками сотников.
А машины уже трещали.. 
Сани мчались наперегонки, подпрыгивали на раскатанной колее все ближе к зареву и шуму. Резко остановились развернувшись вбок. – Сваливай нахерн! – рыкнул возница подбирая вожжи и вои резво кинулись в темнеющую гущу навстречу лязгам и крикам.   Навстречу брели и волокли уже получивших рану, им бы до саней скорее добраться пока живы, к лекарю и в тепло..
Бежать было под уклон. Это было хорошо для нападавших, и не очень для обороняющихся. Стенобойный обоз стоял в узкой низинке меж холмов. Тут были и припасы, и походные кузницы и прислуга машин, рабы, надсмотрщики.. тут было все. Охраны было немного, с таким-то войском, да боятся кого-то? Сотня нукеров, но те своё дело знали туго и бед натворить успели. В глубине обоза гремел сигнальный барабан, вспыхнул огонь вызывая подмогу. Стрелки рассыпались среди кибиток с всполошившимся обитателями, возов и станин, звучали гортанные команды и кто-то уже уводил сгуротованных коней. Свистели стрелы. Промахнуться в надвигающуюся стеной толпу сложно, кто-то упал.. но поздно. Нападавшие были уже рядом. Никто не кричал и это было страшно.
Тороп, вздымая снежную пыль несся впереди закрывшись щитом в который уже впились с противным стуком с десяток стрел. Остальные бежали за ним. Не то чтобы товарищи сильно боялись, щиты были не у каждого. Лишняя тягота. А стоявший у повозки степняк уже выпустил стрелу и тянул из тула другую, когда его дернули за ноги снизу и молча навалилось сразу несколько человек. Руки вцепились в глотку вызвав яростный, но быстро умолкший хрип, вырвали оружие, срывали с уже мертвого тела одежду.. Рабов в стенобойном обозе хватало. Старший сноровисто перехватил саблю ткнув кого посообразительней – Тишко, давай нашим навстречь, покажи что да где жечь, а мы тут посчитаемся.. – Рабы, уже бывшие споро разделились. Назначенный Тишко метнулся навстречу бегущим, оставшиеся кинулись резать стены повозки, откинув полог сунулись внутрь. Степнячка визжала, орали детишки бросая в раба плошки, кости, вонючие тряпки.. – Сучье отродье.. – Раб, уже бывший, вывалился в разобранную стену на ходу протерев влажно блестевший черным клинок. Бросил ватажникам добытый топор. – Айда дале робяты!
Языки пламени  выхватывали ряды бревенчатых станин на полозьях, разобранные и увязанные защитные щиты, ложки метателей. Все уложено и прикрыто, готово к дальнему походу. Вот она, смерть русских городов.. Месиво драки кипело везде куда доставал взгляд. Мохнатые полушубки и сукнина с мелькавшей железными бляхами и кожаными панцирями переплетались в клубки ронявшие изрубленные тела.. Фрол удачно подставил под удар окованное железной полосой топорище и пнул вражину в серединку. Тощеватый степняк ухнул отлетая и  ударился спиной о высокое колесо повозки, где его тут же пришпилил с глухим стуком свистнувший дротик. Тороп возвышался как башня. Видел все!
– Туда други!! – и други ломились беспощадно вырубая сопротивление. Бывший раб Тёшка приставший к бывшему десятку, к коему прибились немало других бойцов, ковылял сзади и торопливо вытаскивал из связки новый дрот вкладывая древко в широко раскрытую пятерню.  Тороп почти не целился – Ха!! – и дротик свистнул черной молнией впившись в грудь высунувшегося из-за станины степняка с луком. Враг исчез раскинув руки..
– В синих, в синих мечи! – торопливо хрипел Тешка – Без них,   все эти цацки куча дров! Оне ими заправляют те..
– Други, синих бей!! – заревел Тороп выглядывая очередную жертву – К повозкам правь, к повозкам! 
Где-то уже стучали топоры и трещало дерево, где-то пытались поджечь чертовы машины.. что спасало пешцов, это расстояние от основного лагеря. Пока, спасало. Шум битвы от ханской ставки клонился к ним, и к ним же начинали стекаться враги перекликаясь хриплым ревом труб и рожков.  А сигнальный барабан заглох, сигнальщику наконец-то перерезали глотку пробив заодно и проклятый тулумбас. Схватка была скоротечной. Все что можно было, перебито и вырезано. Кто-то копался в барахле, орал воевода, орали сотники сзывая десятников, орали десятники подзывая своих воев. Потерь было мало, а среди бывших рабов нашлось немало воев. Несколько человек умело натянули ворот порока, подбили деревянными молотами прицел подняв планку повыше. В ложку загрузили огромную корчагу воняющую земляным жиром, огня хватало и вот она вспыхнула разгораясь.. уже кто-то хекнув, рубанул натянутую и звеневшую веревку. Ложка с грохотом поднялась и жутко воя, огненный снаряд кометой прочертил огненную полосу воткнувшуюся в груду кибиток стоявших кругом. Полыхнуло знатно.. Дикий вой перекрыл шум, столб огня взвился в небо озарив бегающие фигурки.. 
Остальные кто как мог помогали раненым, загружая тут же стоящий сани из обоза, рук хватало.  Воевода пешцов время даром не терял. Но и враги уже накапливались поверх склона. Все чаще свистели стрелы и звучали крики. Сторожевые сотни прикрывающие стрелков залегли попрятались за разбитое барахло. Монголы кучковались по верх густея на глазах. Вот вот-вот хлынут вниз. Русы торопились. Рубили станины, постромки, веревки.. причем без особого для них вреда. Все это заменить недолго. А стрелы жалили все чаще и точнее.  Сотник ткацкого ряда стоявший рядом с воеводой задумчиво пожевал клок бороды – Сжечь бы их к лешакам.. да как? На огонь и стрел накидают.. – Высокий костлявый раб начавший мятеж, уже обзавелся железной шапкой-мисюркой, кожаным панцирем-куяком содранного с монгола,  возглавил всех полоняников способных держать оружие. Остановился опираясь на копье – Чего проще.. вон в тех санях горшки с земляным жиром, сам увязывал.. – недобро ухмыльнулся в бороду – Отзывай своих, а то попалим ненароком..
Ткач недоверчиво крякнул – Как величать-то, мил человек?
– Пахомка, Пахом я.. с Чернигова, в дружине служил. Хранили караван купеческий, да не уберегли вот. Нас тут все, что осталось.. 
– Ну, спасибо брат Пахомушко, выручил! А то..
– Пустое.. – Бывшие полоняники и вои сыпанули к возам. Те стояли кучкой. Тут и камни многопудовые, угластые да шершавые. Такие хорошо тряпками смоченными в масле да жире обвязанными, швырять. Сколько таких штук надо опытному наводчику что разбить городские ворота, деревянные, пусть даже железом обшитые? Пять – шесть, на каждые ворота. Эти же камни потом подобрать можно. А там – корчаги с жиром да  с древесным углем перемешанные, что б горели шибче, что б затушить нельзя было. А тут, тут то, что нужно.. Пахом свистнул. Отточенные лезвия вмиг перехватили опутавшие возы веревки, откинули шкуры, заботливо переложенные что б нечаянно не разбился драгоценный груз. Вот они, в два рядочка стоят глиняные-то кувшинчики-то.. Узкие горловины заткнуты подогнанными деревянными затычками, и для верности же обмотаны прозрачной кожей. По бокам ручки для переноски. Люди подхватывали снаряды и осторожно несли к деревянным станинам – Откуда ветер?
Пахом остановился – Оттуда начинай! Да жирку подбавь, не жалей.. – Темная густая жидкость влажно плеснула на бревна, стекая на снег, пятная его черным. Запах от жира земли особенный,   вои зашевелились оглядываясь назад – что за такое делается? А дело  уже сделано,  ждали только сигнала.
Так вот чего монголы вниз не торопились.. крики и шум битвы хлынули с появлением всадников ударного полка Олега Красного. Полк выходил из лагеря огрызаясь короткими сшибками, на них наседали а с боков подбегали остальные. Воевода пешцов свистнул разбойничьим с переливом свистом – Подмогнем робяты! Не жалей стрел! Подпаливай что б видно было! – На эти-то огненные стрелы и правила конница. Последний удар и враг смят, дорога к отходу открыта. Впереди спасительная темнота и прикрывающие выход, свои лучники. Все дружно отходили назад взбираясь на противоположный склон, стрелки стояли густой цепью изготовив луки. Помощники согнувшись раздували угли в горшках, дело предстояло жаркое и нешуточное. Конница прошла и почти следом появились враги..
– Пускай!  –  и стрелы сорвались, почти в упор. Били вышибая из седел и  протыкая конские бока и шеи, отбрасывая назад пеших!  Кто-то пришпорил коня, кто натянул поводья, кто-то упал.. а стрелы летели и летели в подсвеченных пожаром за спиной, степняков, снимая обильную кровавую жатву. Преследование смешалось перестраиваясь и доставая луки.. Впрочем, замешательство было недолгим. Ответный залп, и подняв щиты монголы хлынули вниз широкой лавой затопляя низину. Заминку вызвал свежий завал, перед ним скопились. Часть преследователей преодолела рубеж.. – Рано, рано.. – сквозь зубы цедил воевода в ответ на рычание нетерпеливых – Пусть скопятся, огонь их разделит, все наши будут.. а вот теперь, давай! СтрЕляй!!! – Хлесткий удар сотен тетив спущенных почти одновременно стеганул ночную темь, и та скукожилась от воющих огненных стрел, плотной стеной обрушившихся на удобренную и подготовленную почву. Хлопок! Огонь вспыхнул разом разгораясь и набирая силу!  Бывшие рабы знали толк в этом деле.. мощные станины катапульт трещали от  огня облитые смолой. От жара извивались жилы, пылающие, оббитые для крепости медными листами ложки бросковых рычагов дергались туда-сюда.. Подожженный жир земли, разливался по земле огненным озером. Озеро расплывалось захватывая стоящие в ряд возы с разобранным осадным тыном. Это был уже не пожар, море огня! Враги выли мечась среди огненных волн, а их били на выбор скашивая свистящими стрелами. 
– Дело сделано.. – удовлетворенно осклабился воевода пешцов. – Труби отход.. – ткнул в бок трубача.  Все верно, досада сделана изрядная,  пора и русам уносить ноги. Монголы были злы.  Силы все-таки были не равны. Враг вот-вот опомниться.
 Пешцы  ушли, кто-то успел в сани. Нахлестывая лошадей, уходили по  накатанному следу конники подхватывая стрелков. Кому не досталось место на крупе, хватались за стремена и конские хвосты удирая от нарастающего рева стойбища. Рязанцы убегали нахлестывая коней и едва переводя дыхание. Грамотное отступление – великая вещь!
Монголы показались не сразу, справившись с замешательством и обойдя огненную реку. Всадник, другой, и на другой стороне холма выросла густая цепь конников. Злые, возбужденные крики. Резкая команда и одиночный нукер спустился по широкому проторенному следу. Тронул коня второй, третий.. Тоненький ручеёк вздулся хлынувшими густым потоком всадниками. Точки густо пятнали белеющий в тусклом рассвете снег. Преследование началось. Русы очень дорого поплатятся за свою дерзость.. очень!

4

Тревожно шумел растревоженный лагерь. Вопли, крики, плач, рев верблюдов, быков.. Слишком много вдов принес неожиданный набег. В разгромленной ставке стояла зловещая тишина. Шатер подняли, поставили на место кресло. Нашли хана. Беспорядочно разбросанные фигурки шахмат собрать еще не успели.  Беспорядок, как напоминание пережитого страха, разъярил Бату. – Ты! – он остановился рядом с согнувшимся в дугу Хостоврулом, пнул в бок – Ты мне что говорил? Кто меня уверял что до урусов два перехода и они  сидят в своей крепости как суслики в норе!? – ханский зять виновато шипел не поднимая лица – Да будет мне позволено..
– Угга! Тебе разрешалось говорить когда это было нужно! Почему ты молчал? А ты, мой хитрый аталык? – Бату резко развернулся к Субудэ. – Склоненная фигура зашевелилась, хитрый глаз насмешливо сверкнул – Джихангир может казнить нас, но вряд ли от этого что-то изменится, в лучшую сторону. Теперь мы знаем, что можно ожидать от них. Дерзость коназа Федора была безгранична. И если сын способен на такие поступки.. К сожалению, повелитель не склонил мудрое ухо..
– Хватит! – отшатнувшись, хан вскочил и топнул ногой, хитрый барс опять прав.
– Если бы это произошло в глубине чужой страны, все было бы значительно хуже – просипел багатур ни к кому не обращаясь. Бату успокаивался, резкость сменилась расслабленностью. Гроза проходила и малый курултай оживал.
– У русов оказались мужественные сердца.. – брюзгливо заметил Бату усаживаясь на трон – Но нельзя упускать такую возможность, если лиса вылезла из норы..
– Это удача!  – вставил Субудэ.
– Ты прав, о мудрейший, это действительно удача что они вышли из крепости. Как и то, что я остался жив.. – ядовито согласился Бату – Если бы меня не стало – раздраженно повысил голос хан в ответ на несогласное ворчание – Вы бы перегрызлись как собаки! Как сейчас грызутся урусы! На этом, поход бы и закончился. Кто послан задержать коназа Юргу? – Бату вгляделся в лица царевичей – Не вижу Байдара, где он? – Хостоврул поднял опущенное лицо – Тайджи Байдар со своим туменом бросился в погоню, мой повелитель. С ним тысячник Бурундай.
– Бурундай..  Бурундай толковый командир. Какие от них известия?
– Урусов остановили в четверти перехода.
– Далеко убежала лисица.
– Повелитель, мы идем по горячему следу. Местность плохая и Бурундаю удалось задержать урусов только с рассветом. К тому времени подоспел хан Байдар.
– Они не должны уйти! Кто был начальником ночных караулов?
– Тысячник Байдара..
– Казнить! Казнить сотников и каждого двадцатого, семьи лишить добычи!
– Повелитель, они в погоне, и если уцелеют, твоё приказание будет исполнено – в шатре снова затихло.
– Сколько разрушено стенобойных орудий? – Все молчали отводя глаза.

5

Не все так просто, как кажется. Взмах руки, и протяжный переливчатый сигнал обрушит многотысячную ратную реку в отдельные, звенящие оружием и кольчугами  ручьи отрядов. Так вода впитывается в каменное дно, чтобы неожиданно вынырнуть в другом месте. Степняки не знают лесных чащоб и путей. Тысячи следов, тысячи троп, по какой из них идти? Будут ли они разбивать своё единое, могучее войско? Князь сомневался в этом, но не сомневался в другом. Их станут искать и плотный след обнаружат быстро. Вот на этом пути и стоит рязанское войско.. все готово.
Копыта рвали землю. Монгольская конница шла без утомительных переходов, в ночной схватке были не все, и в погоню кинулись свежие силы. Князь остановился поджидая воевод – Татары скоро будут здесь. До темноты продержимся, а там как Бог даст.. рассыпаемся на отвлекающие отряды и уходим на Рязань.
До рассвета было всего ничего, и новая битва рядом. Рассупонивали возы, пешцы хватали щиты, копья. Бойцы занимали строй возбужденно перекликаясь в наступающих утренних сумерках. Кто-то уходил в буреломы на опушках и готовя стрелы, вели и подсаживали раненых на освободившиеся сани. Слабых, тоже отсылали в город. Обоз не мешкал уходя по наезженной дороге. Скорей, скорей, скорей.. все складывалось ладно.
Луг у Ведьминой горки прозванный – Язык, был хорош.. узкий и вытянутый, ограниченный с одной стороны овражком, с другой - лесом с густым подлеском. Луг полого поднимался вверх, к выстроенной русской рати. Голубой с золотом, княжеский штандарт хорошо видим всем дружинникам и ополченцам.
Горяча коней, на открытое пространство вылетали преследователи, сбивались в хищные стаи осторожно приближавшиеся к выстроенным в ряд червленым щитам. Пролетала одинокая стрела с глухим стуком впиваясь в щиты. Близко степняки не подходили.
– Ну, таперича чуть дух перевести.. – Фрол оглядел свой десяток, подмигнул – Славно ночью пошумели, теперь только б отбиться да до стен добежать. – Десятник повернулся выглядывая Торопа. Дружинник командовал уже сотней. Вот он, идет вдоль рядов с командиром стяга. Остановились. – Фрол? Оставляй копья, давай в первый ряд, у тебя мужики посильнее.
– Чуть что, Фрол.. – заныл стражник, передовая шеренга – гиблое место при первой же сшибке, но командиры уже не слышали переходя дальше и переставляя людей. 
– Раздайсь, раздайсь.. – кричали передавая друг другу команду ратники, по строю пошла толкотня. В свободные промежутки строя заходили стрелки.         
С высоты коня князь оглядывал строй. Шести шереножная пехотная стена кажется надежной. Это Чело, не очень крепкое.. потому что впереди него должен стоять Передовой полк принимающий на себя всю силу и тяжесть самого первого, и яростного удара, но его тоже нет.  Вместо этого впереди бугрятся сугробы наметенные на наваленный бурелом кучками. Это сузит фронт атакующей конницы. По флангам, строй запирают меченостные полки Правой и Левой руки.  В запасе у князя тысяча Засадного полка и самое последнее - три сотни самострелов. Не густо, если посчитать клубившихся перед ним сотни поганых. Три тысячи копейщиков – вот главное препятствие о которое должны разбиться и увязнуть конные волны. Конные полки должны помочь продержаться до отступления. Князь вывел половину войска из города.
Рассвело. На луг вытекала черная конница, вставала против неподвижно стоящих руссов. Татарское войско было огромным.. Трепетали копья с разноцветными флажками, черными хвостами бунчуков. Развивались бунчуки, гулко ухали барабаны. Из черного войска выползло щупальце. Рассыпавшись, с воем и свистом помчалось к стене строя. Рязанские стрелки выбегали навстречу, на ходу вытащив из колчанов по нескольку стрел, воткнули перед собой в снег.  – Далеко.. далеко.. – старший княжеский стрелок сквозь прищур следил за приближавшимся врагом оценивая их кучность и расстояние.. средняя дальность русского лука около трехсот шагов. Среднего, потому что русские луки изготавливались из разных пород дерева. Клееные, гнутые.. боевые или охотничьи, дальность стрельбы зависела не только от упругости, но и от веса, длинны стрел и наконечников. Русский лук мог ударить как на четыре сотни шагов, так и на двести. Однообразия, или как  выражаются сейчас – единого стандарта, не было.
Главный стрелок выжидал. Идущие на полным скаку враги должны встретятся со стрелами в трехстах шагах.. поднял рог.. кажется, пора! Надвигающаяся черная волна взорвалась тучей стрел намного раньше! Залп, второй..  с руганью и проклятиями стрелки бросились под защиту стены, кто-то прикрылся доспехом.. тучи стрелы со свистом били в щиты, снег, впивались в беззащитную плоть прошибая насквозь мех, легкую защиту.. Вот они, враги.. Маленькие коньки прижали мохнатые уши, оскалив зубы выбрасывают вперед крепкие копыта мешая снег с землей.. Рявкнула труба и черная волна повернула вдоль строя. Развивались длинные хвосты и гривы. Стремительно мчались кони сливаясь в темную ленту. Поднявшись на стременах, широколицые всадники оскалив зубы били из луков выхватывая с сумасшедшей скоростью стрелу за стрелой! Черную волну унесло..   
Но на подходе шумела следующая,  черная волна. Стрелы наделали немало бед! В строю зияют провалы, сутолока из стрелков и бойцов.. Под ругань, со стонами вывели раненых и снова сомкнулся строй. Утыканные тела стрелков не успевших укрыться, валялись перед строем разбросав руки.. досадно!
Первая волна не достигла скрытого под снегом бурелома, прошла недалеко. Вторая атака хлынула дальше, уминая снег и взбурлила завалами тел, наткнувшись на бурелом. Где был проход, всадники не сбавляли бега коней. Но это была уже не могучая волна а так.. прореженная скачущая толпа. Старший княжеский стрелок не сплоховал и громкий рев сигнального рога ворвался в гвалт надвигающихся голосов. Тысячи  стрел взвились навстречу монгольским! Две черные тучи стрел столкнувшись в высоте, миновали друг друга и устремились вниз набирая убойную силу! Треск, крики, топот и вой..  Сильно прореженная толпа монголов, теряя конных шарахнулась назад смешиваясь с выбравшимися из завала, а стрелы все били и били, со свистом падая с высоты! Монголы напирали и выжимали тех кто вырвались из свалки. Те развертывались, снова нахлестывали коней и сбивались в лаву, набирая ход мчались вдоль строя вздымая клубы снега, взлетели арканы!
Черные змеи метнулись выхватывая из рук щиты, копья. Кого-то петля захлестнула за руку, шею.. Рывок, и человек падал не успевая понять что с ним случилось, исчезал в снегу среди мелькавших всадников!  Фрола тоже дернуло из строя и только могучая хватка Торопа спасла стража от неминуемой гибели! Монгольскую лошадь дернуло выбивая из густой толпы, тут же на неё налетела другая, третья.. в образовавшуюся свалку полетели сулицы, копья! Под одобрительный свист десяток врагов кувыркнулись через голову. Кому повезло, вскочили хватаясь за хвосты пролетающих коней. Кто  не успел, поймав стрелу валился под копыта. Всадники набрали ход по проторенному следу. С визгом и храпом мчались мохнатые кони. Со свистом рассекая воздух, густая стая стрел с глухим стуком ударяла в щиты, с треском ломалась о доспехи.  Ругань, крики, возгласы.. из задних рядов строя полетели короткие сулицы. Конники мчались рядом! Дротики били сшибая всадников под копыта. Сулицы – стрелы, стрелы – сулицы.. 
Сшибка закончилась внезапно.
Фролка сидел на снегу и кряхтя силился подняться не понимая толком что с ним произошло. Тороп сноровисто отсек аркан, схватив товарища за шкирку, бросил его под защиту выровнявшихся щитов, туда же кинулся сам. Вражеская волна схлынула и выбежав из строя, ратники затаскивали раненых, подбирали щиты. На это раз время прошло больше, значительно больше чем после первой атаки. Тревожно закричали наблюдатели. Передышка закончилась,  на строй накатывалась новая тьма.
– Коннице стоять, не двигаться! – князь Юрий приподнялся на стременах зорко оглядывая фланги. – Отбиваться стрелами и сулицами. Сигнал! – княжеский штандарт заходил из стороны в сторону, взвыли трубы подтверждая сигнал.  Стяги конных полков заколыхались подтверждая полученный приказ.

5

– Не давать им передышки! – царевич Байдар ловко спрыгнул с коня, схватившись за  перекладины быстро забрался вверх. Арканы захлестнули могучие ветки корявой разлапистой сосны и вытянувшись в струны надежно держали смотровую площадку. Следом забрался Бурундай. Хищно прищурившись смотрел из под козырька руки на развернутый русский строй. На белом снегу четко выделялись ряды червленых щитов. Лес копий. На утреннем верховом ветерке лениво колыхались узкие длинные флажки.
– Ханский туг! – указал плеткой Бурундай. На невысоком холме, в окружении копий колыхалось голубое, с золотом полотнище. Золотые шлемы и красные плащи, знаки княжеской власти окружали стяг. – Знаю. Как бы не ушли.. – царевич озабочено закусил губу. Отдавать первенство другим не хотелось и на все напоминания Бурундая не торопиться, и тщательно обложить рязанское войско, царевич нетерпеливо отмахивался. Хотелось скорее.. он уже чувствовал победу, пил сок славы и голова кружилась от вожделения!  Еще никто не мог устоять перед монголами! Подходили новые тысячи, вот-вот должен появиться джихангир..
Татары вились как мошки. Тучи всадников срывалась и мчалась на русский строй. Конная масса мгновенно меняла движение рассеиваясь по полю, сбивалась в строй пуская тучи стрел. Отменная выучка!
Почему-то везде считается, что моголы – нация стоявшая на более низкой, чем все завоёванные народы, ступени развития. Не имели письменности. Не имели городов. Скотоводы. Из всех ремесел развито одно – кожевенное. Вывод – невежественные варвары.  Но каким образом в «Ясу» Чингиза попала организация и дисциплина легионов Римской империи? Их тяжелое вооружение баллист и стенобойных таранов? А моральное разложение противника на основе стратегии хазар? А разведка китайских полководцев и тактика действий скифов? Ведь это им, диким всадникам принадлежит применение старого изобретения - осыпать противника стрелами и изматывая набегами истощать вражеские силы. Как, и каким образом,   голову невежественного скотовода Тэмучжина посетил план  объединения племен? Кто обобщил военные сведения всех времен и народов и вложил ему эту мысль в голову, помогая незримо и властно? Загадки, загадки скрытые во тьме веков..
Но и без баллист, монгольское войско было очень и очень грозный противник. Лук был у каждого всадника. Дальность стрельбы монгольских луков достигала 300 шагов. Это были легкие и удобные луки, сделанные по единому стандарту, в отличие от луков других  стран и народов. С коня, дальность стрельбы увеличивается на 50-60 шагов. На скаку дальность возрастает. И если взять все это, и перевести в знакомые нам понятия, то получится расстояние в около 250 метров. Солидное даже сейчас, для современного стрелкового и автоматического оружия. А если знать что все стрелковое оружие вплоть до 1853 года имело дальность стрельбы в 250 – 300 шагов.. а на расстоянии 100 шагов, из ружья в цель попадало 75 пуль из 100. На 200 шагов, 50 из 100. На 300 шагов, всего 25 из 100... и имело время перезарядки около минуты. А монголо-татарский всадник, выпускал на скаку 12 стрел в минуту и бил точно по движущейся цели. На ходу, по движущейся цели! Это не просто хорошая, это отменная выучка. Кони монголов приучены добывать корм выкапывая его из под снега, что позволяет возить большой запас стрел и вооружения. Возить, а не носить как пехоте!  У каждого монголо-татарского всадника было 2 – 3 запасных (заводных) коня, выносливых и привычных к подножьему  корму.  То есть, простой траве. На этой траве конь был способен идти 7 – 8 часов без перерыва со скоростью 8-9 километров в час. То есть,  монгольский воин по идее, был способен скакать сутки напролет. Все зависело только от его выучки и выносливости. Ну, еще от жажды наживы.. что собственно и было основным побудительным мотивам войн тех времен. Да и сейчас, в этом отношении мало что изменилось. Разве что словесная шелуха, прикрывающая истинные цели? Но мы отвлеклись. – В седельных сумах запасных коней – неприкосновенный запас, обязательная белая еда, сухой творог, сыр. И кожаный мешок с водой – бурдюк, в теплое время года. Если же ничего этого не было, воин мог отворить кровь запасного коня и напиться живительной крови.
Кроме обычных всадников, у Батыя было до 10 тысяч всадников вооруженных тяжелыми и длинными копьями для лобового удара по сомкнутому строю. Хуже того, этот тумен был одет в латы и панцыри! Ничего подобного у разрозненных русских княжеств не было и в помине, по количеству. Тысяча, в лучшем случае полторы, в княжестве. Кованая рать – очень дорогое удовольствие.  Это была непобедимая, маневренная и смертоносная армия! У русских княжеств просто не было шанса устоять в этом походе. Но и это было не все.
Русский боевой лук  отличался от монгольского. Но это был не легкий и удобный лук конника. Это был тяжелый пехотный лук в полтора – два метра, с припасом стрел, который пеший воин нес на себе. На себе! В каждом княжестве были свои секреты и технологии изготовки, которые ревностно охранялись. Примерно по единому стандарту подбирались только луки княжеской дружины, это не более 2-3 тысяч. Народное ополчение имело свои луки,  кто во что горазд.. Монгольский же командир знал точную дальность действия своего оружия. По его команде конный строй взрывался тучей стрел бившей кучно и далеко. Русский командир знал примерно, на какую дальность бьют все его луки, и что бы залп не рассеивался по большой площади, был вынужден подпускать врага на максимально близкую дистанцию. Что получается? Даже если взять монголо-татарские  и русские луки, превосходство в дальности за счет конного строя и скорости все равно остается за монголами. Почти пятьдесят метров, это примерно шестьдесят шагов. Это почти  минута, шагом. Это много, или мало? И что это означает на практике? О-о.. это очень много означает. Монгольско-татарская конница может мчаться и метать стрелы, а до них, ответные стрелы не долетают. И если противник вздумает подойти, он будет под обстрелом почти минуту. За это время монгольский воин может выпустить самое малое десяток стрел и снова отойдет на недосягаемое расстояние. Вот такая, невеселая арифметика получается. Плюс, многократное численное превосходство. Многочисленность позволяет менять войска для отдыха и наносить множество одновременных ударов. Угадай вражеский командир, какое из них будет главным? Через несколько веков, этот способ применит русский генерал Брусилов, и достигнет небывалого эффекта в прорыве мощной, Австро-Венгерской обороны. Весь мир будет удивлен новизной приема вошедшего в анналы военного искусства!
Но самым главным, в монголо-татарском войске было боевое управление. Главнокомандующий следил за полем боя и отдавал распоряжения. Сейчас есть телефон, радиостанции. Все просто. Позвонил и сказал. Тогда всего этого не было и сигналы подавались дымом, огнем или конными вестниками. Но скорость боя велика и вестники могли не успеть. Поэтому в бою, монголами применялись стрелы с различными дымами или свистульками, цветными флажками и движением главного бунчука. Еще были трубы, барабаны, набаты. Это была целая система. И вместе с жесточайшей дисциплиной, она работала ох как прекрасно.. А теперь посмотрим на разобщенные и враждующие куски русских княжеств. Понятно, что они просто не могли устоять против такой могучей силы. Алчность, злоба, глупость и зависть князей и бояр – единственная причина вечной отсталости и бед Руси.  И все тот же вопрос – КТО всему этому за короткий срок научил невежественного скотовода?

6

Нерушимо стоят полки подняв страшные копья с тусклыми наконечниками. Вьются разноцветные узкие яловцы на остроконечных шлемах, ветер шевелит отличительные  цвета ремесленных  слобод,  желтые флажки гончаров, а вот и синяя шеренга, кожемяки. Бурые, углежогов..  Лучшие из лучших в пешем строю рязанских копейщиков! Хрипло взревели монгольские трубы,  и черная стена дрогнула разом трогаясь с места. Земля дрогнула, затряслась. Страшно, когда земная твердь под ногами трясется. Вой, свист, рев, грохот! Тысячи копыт подняли, взбили снег в тучу. Из этой мутной накипи высовываются оскаленные конские головы с дико вытаращенными глазами, туловища всадников с раззявленными в крике ртом – Хурра!!!! Копья с трепещущими флажками и хвостами. Жуткий вал накатывает грозя все смести. Огромная масса коней несется не сбавляя хода.
Ответно взревели русские трубы и лес копий дрогнул, ряд за рядом опустился, выставив страшные жала встечь приближающемуся ужасу. Мутная волна все ближе, ближе а рев – хурра..!! – давит душу и заставляет бурлить кровь.. И снова дикий поток хлынул вдоль строя брызнув в червленые щиты стрелами и арканами выдирающими копья, щиты. Стон прокатился по монолиту. Во многих местах попадали копья. Схлынула волна, а за ними визжит новая, и стрелы, стрелы летят в незащищенные глаза, подбородок, шею, прошибая острым наконечником мягкую кожу, хрустнувшую кость.. Ох, сколько погибших и раненых.. Сердце князя болезненно дрогнуло. Схватки еще не было, а такие потери. В движении вражеского войска чувствуется размеренная, неумолимая сила. Батыга не бросает нукеров на безжалостные острия копий, он издалека мечет стрелы. Еще десяток два таких наездов и половина русского строя будет ранено. А когда целых ратников останется мало, всех вырубят. Что делать? Кинуть на стрелков конницу? Степняки только того и ждут. Закружат в вихре притворных атак, уведут подальше от пешей стены и сомнут навалившись со всех сторон. А потом, разом навалятся на копейщиков. Надо заставить Батыгу сунуться на копья, втянуть в ближний бой. Князь зло усмехнулся куснув длинный ус – А не пора ли, гостям подарок преподнести?         
Высыпавшие из-за щитов стрелки, разделились. Первая упала на колено, вторая и третья, стояла. Сзади толпились лучники.
Загудела земля.. звон спущенных тетив ударил хлестко и одновременно. Арбалетная стрела летит прямо и вдвое дальше лука. Хороший арбалет тех времен с тяжелым металлическим бронебойным наконечником и сейчас на близком расстоянии пробивает любой современный бронежилет, а сила удара такая, что всадника сбрасывает с коня. Совершенное оружие того времени! Первая шеренга перезаряжала оружие, вперед выбежала вторая. Третья готовилась.. Еще один хлесткий удар, и еще.. черная волна вспенилась завалами, теряла людей, скорость и темп движения. И в эту кашу, врезался тугой залп лучников! Закачались бунчуки. Взвыли хриплые трубы. Оставляя убитых, остатки полутысячи хлынули в сторону не достигнув рубежа атаки и открывая дорогу новой, скачущей за ними волне. И в неё врезались тяжелые стрелы сшибая всадников с коней.. поле покрылось телами убитых и затоптанных. Монгольские потери стремительно росли.
– Что это? Почему? – хан Бату возбужденно приподнялся на цыпочки.  Он давно на наблюдательной площадке, внизу толпа посыльных, сигнальные костры. Ровные ряды конницы на вытоптанном снегу изготовлены к атаке. Все давно отработано и известно. И  вдруг..  – Урусуты умеют воевать  – нехотя заметил Бату. Мутный полдень миновал, а дело не двигалось. Красная стена все так же нерушимо стояла,  а перед ней громоздились горы трупов. Монгольских трупов. Русские своих убирали, и это не поднимало дух завоевателей.
– Придется бить в лоб, иначе, дождавшись сумерек  они снова ускользнут – Субудэ казался равнодушным к происходящему. Бату нервно передернулся. От двинувшегося в обход Байдара до сих пор никаких известий. Бить в лоб без удара в затылок рано, но потери все возрастают и скоро опять опуститься ночь..  полдень миновал и вот-вот начнут опускаться сумерки. Хитрый Юрга вот-вот добьется своего!! Сжались кулаки.. потом ему расскажут, что такое Ведьмина гора, но это будет потом..
Субудэ глянул на поле и отвернулся – Не более полутысячи..
– Да, чамбул тут не поместиться, Юрга правильно выбрал место, да еще в горку. Подводи железнобоких. – Бату согласно кивнул, барс сказал правильно.

7

– Они пойдут в лоб! – Князь Юрий глядел как взметнулась вдалеке пыль. Появившиеся сумерки сгущались..  Перекрестился – Знать кончилось время стоять. – Сотни  копыт втоптали снег, выбили все до голой земли. Это что должно быть, что бы поднялась пыль, зимой?
– Апоница?! – князь обернулся к пожилому дружиннику  – Держи! – отделанный золотом княжеский шлем опустился на седую голову. Голубой княжеский штандарт тихо колыхался. Воеводы отошли в сторону дабы не мешать князю выразить последнюю волю. – За что? За что княже? Федора не уберег, а теперь и ты меня отстраняешь? Не пойду, что хочешь делай князь, а не пойду! – Князь схватил за плечи, могуче встряхнул – Кто-то должен оповестить город! Ты хорошо знаешь тропы, ты знаешь где спрятан княжич. Бери раненых и уходи! – князь развернулся не слушая причитаний слуги, вытащил меч – Все по полкам и стягам! Держимся до последнего, по темну уходим кто как может. Рязань!?
Пешая стена дрогнула подбирая оружие, перехватывая копья. – А-а.. – устало отозвалось войско. Раненые менялись уходя назад, к последнему отходящему обозу.
– Пошли! – князь как простой ратник занял место в воинском строю. Копейщики шире расставляли ноги, упираясь в землю. Подняли самые длинные срубленные сосенки, уперли комлями в землю, поставили на подпорки. Последняя атака.. Кто-то крестился шепча молитву, кто-то проверял кольчугу, поправлял шапку..
Железнобокие конники Бату тяжело набирали скорость уплотняясь на ходу в бронебойную лаву. Особая тьма имела полную металлическую защиту, нагрудники и маски на рослых, подобранных в масть, темно вороных конях. Никаких луков. Ударное оружие – длинные копья с черными хвостами и тяжелые сабли. Черные кони, черные доспехи, черное оружие. Всадники тьмы, наездники смерти пригнувшись мчались на багряные щиты и всем было ясно – эти, не повернут!
Кони неслись слитной массой упираясь мордами в крупы, прижимаясь стременами. Червленые щиты близко.. еще ближе! В щелях меж щитами и шлемами видны ненавидящие, яростные, испуганные глаза..
Соприкосновение! Треск!
С хрустом ломаются копья, кости, острые наконечники рвут доспехи. Убитые в первые же мгновения столкновения, висящие на копьях всадники еще двигаются вперед, падают ниц хороня растерзанных и раздавленных пешцов, и попирая их трупы. Скользя в крови, надсаживаясь в крике появляются следующие бойцы. Рукопашный бой.. люди режут друг друга ножами, бьют рукоятями сабель, мечей.. колени, локти, шишаки.. все идет в ход! Кровь брызжет на лица, течет из ран на землю.. Лиц нет, оскаленные зубы, вытаращенные в диком усилии глаза, раззявленный в крике рот.. Убей! Или будешь убит. Убей!! Или твою жену изнасилуют на глазах детей и привязав за шею уволокут в тяжкий плен. Убей!!! Или будешь обречен на вечный позор слезами слабых.. Убей! Убей!! Убей.. – дикий рев тысяч умирающих людей и лошадей.  Напор не ослабевал, живые тащат вперед убитых продираясь сквозь густой частокол копий, сбрасывают под ноги, прыгают сверху на подставленные мечи.. В смертельном неистовстве зубы грызут пробившее плоть железо.. Первые слои стены проломлены и раздались под неистовым натиском черной конницы. Дикая драка. Обломки мечей, копий, засапожные ножи, шлемы.. сбитые наземь хватают за ноги стоящих впиваясь в мякоть зубами.. ожесточение нарастало переходя в зверство. В пролом строя втискивались свежие силы. Полки Левой и Правой руки врубились в таранный строй черной тьмы,  а в спину им заходила развернутая свежая лава!  Кровь пропитала землю красными ручьями сливаясь в овраг.. кровь тысяч людей растекалась смешиваясь со снегом, впитываясь в землю!  За тебя, Русь..
Пал Давид.  И Олег кинул в атаку последний запас - Засадной полк. Тысяча тяжелых и легких всадников. Тяжелые русские кони врезались в строй железнобоких вышибая копейщиков из седел. Визжали кони взвиваясь на дыбы, грызлись кусая насмерть. Побоище кипело набрав силу и ожесточение. Полки Правой и Левой руки  проломили и рассекли гордость хана  в железной броне!  Хан прыгал и ругался на трясущемся помосте как простой табунщик. Поле оказалось слишком маленьким для монгольской армии и несло неоправданные потери.
Но и клин кольчужной дружины истачивался убитыми. Потери стремительно росли с обеих сторон. Труп князя Глеба утыкан стрелами. Исчез Олег Красный. Окруженный врагами, одетый как простой ратник Великий Князь Юрий Ингваревич бился до последнего. Упал последний княжеский оруженосец. Меч могучего князя мелькал как молния, вокруг вырос вал трупов, к Юрию не могли подойти. К нему пробивались ближники.. Князь срубил брошенное копьё, увернулся от второго. Черной молнией мелькнуло еще одно. брошенное могучей и умелой рукой. Командир ханской гвардии умелый и сильный боец. Копье рассадило кольчугу выйдя из спины. Князь пошатнулся, судорога разочарования скривила лицо – как мало убито врагов.. и рухнул,  успев ткнуть мечом под горло не успевшему увернуться, врагу.
Управление давно потеряно и каждый бьется в одиночку ,помогая соседу. На Торопа насели трое. Длинное копье давно срублено и обломок торчал в чьей-то груди. Выставив щит тот отбил удар и прикрывшись сверху подрубил коня. Еще взмах и лезвие топора скрылось в лопнувшей как тыква голове, разрубив шапку с лисьими хвостами. Успев прикрыться от следующего удара Тороп проглядел как с другой стороны взметнулась тяжелая сабля.. и быть бы ему убиту не свистни брошенная сулица пробившая степняка насквозь. Фрол пробился к другу и хлестким ударом подобранного где-то меча отбил уже свой, смертельный удар.. друзья отходили к лесу. Потрепанные отряды кочевников выходили меняя свежих. Войск у завоевателей хватало. Рязанцам передышки не было.
Темнело быстро. Враг не отставал наседая со всех сторон, но рязанские пешцы выдержавшие дьявольский удар, пятились к лесу. Засевшие в кронах лучники метали стрелы. Лес вот он, рядом.. Остатки конной  дружины уходили в отрыв от противника. Лес! Дальше,  каждый спасается сам, кто и как может..  пешцы разбиваясь на группы. Тут и там вспыхивали скоротечные схватки. Но это был уже конец, конец..  Кинувшиеся в запале в лес за русскими, монголы вязли в снегу, пешие бойцы из них, так себе..
Под кронами совсем темно, а из темноты летели стрелы и дротики. 

8

– О великий хан, прими известие о победе! – подскакавший опередил всех и слетев с лошади, упал на колени у сосны. Опоздавшие перешли на шаг и степенно подъехав, слезли с запаленных, тяжело поводящих боками скакунов. Туда же швырнули поверженный штандарт урусутов.
– Где хан Байдар? – Бату не обратил внимания на льстивую речь и гневно обернулся к невозмутимому Субудэ.  Счастливчик  торопливо пятился задом. Не вовремя.. уцелеть бы!
– Где мой обходной тумен, где этот вонючий сын ишака и шлюхи!? – Батый в бешенстве сломав о колено плеть швырнул вниз – Я хочу знать где он шляется! Они ушли! – палец ткнул в сторону скрывшегося в сумраке  леса. – Они ушли, они увели уцелевших нукеров в город! – Толпа придворных испуганно молчала и лишь Мункэ хранил гордое и презрительное лицо. Главнокомандующий не доверил ему и части его же войска. Торопливо спустившись с помоста и не удостоив  гонца взглядом, чему тот оказался безмерно рад, Бату сел на подведенного коня и нетерпеливо ударил пятками  – Я хочу видеть поле битвы. – Отряд телохранителей с факелами  плотно окружил повелителя.
– Аталык.. – Бату подождал Субудэ наступившего не гнувшейся ногой в петлю веревки. Несколько человек бережно подхватили спустившегося с наблюдательной площадки багатура. –  Ты со мной?
– Что я там не видел? Меня ждет юрта и горячий напиток.
Совсем стемнело. Отряд телохранителей окружив грозного хана держал трещавшие на морозном ветру факела. Свита держалась сзади, джихангир был явно не в духе и одержанная победа, не веселила сердца.
– В орду урусутов.. – отрывисто скомандовал Бату и отряд тронулся. – Туда.. – плетью указал хан на громоздившиеся трупы. Рабы уже разбирали завалы и под присмотром стражи стаскивали в кучи оружие, одежду с убитых ратников. Мороз нарастал и скоро это будет невозможно.
.. – Ты почему мне не сказал что он шевелится? Грязная собака.. – надзирающий за рабом нукер пнул оборванного, грязного пленника. Тощий мужик повалился обхватив живот, беззвучно хватая воздух. Вытащив кривой нож степняк нагнулся светя факелом.
– Пить.. – раскрыв мутные от боли глаза простонал урусут. Смятый ударами шлем крепко затянут подбородочным ремнем. Грудь облита кольчугой запачканной черной кровью. Вокруг него, под ним, на нем – трупы разрубленных.
– Сейчас я тебе помогу.. – злобно оскалил черные зубы степняк примеряясь вскрыть белеющее под бородой горло. Но портить кровью шлем и кольчугу.. а они будут вонять.. Железные доспехи безумно дороги! Спрятав нож, благоразумный нукер кряхтя стащил одно тело соплеменника.. – Помогай, чего разлегся понос кобылы! – раб встал, схватился за рукав убитого помогая господину освободить раненого. – О великое небо.. – бормотал степняк растаскивая трупы – Как их много! Бешенный.. – Хан подъехал к завалу из конских и людских трупов. Здесь конная лава кольчужных урусутов рассекла заходившую в спину полкам, громивших железнобоких, свежую монгольскую конницу. Кони храпели ступая по колыхающимся трупам. Руки, ноги, головы, морды.. тяжкий дух крови, тусклые глаза отражающие свет пламени..  Хан остановил коня.
– Кто это? – обернувшийся мародер упал на колени, ткнувшись лбом в чью-то спину с торчащим обломком меча. Раб распластался еще раньше.
– Злой дух, мой повелитель.. – не поднимая лица бормотал степняк  – Убил очень много нукеров, прости господин что он еще жив..
– Жив? – удивленно вздернул жиденькие брови хан – Показать. Урусут!? – Тронув коня, к хану подъехал испуганно озиравшийся Крут. Вгляделся. Слез с коня, встал на колени вглядываясь в залитое кровью лицо – Кажись князь Олег, Олег Красный – уверенно подтвердил встав с колен – Великий хан, это брат Юрия Рязанского!
– Это он убил столько моих воинов? – Крут кивнул не раздумывая – Князь Олег знатный воин, не мудрено.
– Конницей, он командовал?
– Да, великий хан. 
– Сохранить ему жизнь, мне такие нужны. В обоз его.. – хан тронулся и тут же остановился. – Нукер..
– Осалук, великий хан!
– Осалук, за то что ты его разыскал и не успел прикончить, я разрешаю тебе взять его доспехи и оружие. Хана урусутов доставить к моему табаю. Хостоврул?  – Начальник стражи молча отстав безмолвно кивнул десятнику. Десятник ткнул пальцем в двух бессмертных. Гвардейцы хана сноровисто стащили с князя кольчугу не забыв обшарить пояс.
– Возьми, Осалук. – тяжелая кольчужная рубашка упала рядом с нукером. Следом, кинжал, обычный. О, эти кештыкены.. помесь шакала и свиньи! Осалук торопливо свернул добычу, взял кинжал – С паршивой овцы, хоть шерсти клок. Про княжескую саблю и позолоченный шлем, рядовой нукер не заикался. Не по нему добыча..
Монгольская армия разделена по клеткам и ступенькам. Иерархия пронизывает все, все вплоть до добычи. Неукоснительно расписано кому и что положено. Все найденное на поле боя или в захваченном городе – стаскивается в кучу и неутомимые переписчики составляют число. Часть уйдет с караваном, великому Угедею в  далекий Каракорум. Часть Батыю, часть другим ханам и темникам. Золото, драгоценные каменья и меха – все им. Тысячникам – добыча попроще, серебро и медь. Сотникам хватит шкур волка и рыси, простым нукерам и десятникам – все, чем побрезговали остальные: одежда и обувь убитых, овчины, деревянная посуда и прочая утварь.. Но в этот раз особо поживиться было нечем. Что с воина возьмешь? Одежда рваная, оружие искорежено и поломано.. Победители срывали зло добивая раненых.   
Батый продолжал объезд. Убитые, убитые, убитые.. раненых почти нет. Плохо..