Человек из племени майя киносценарий

Действующие лица:

Человек из ниоткуда – суперположительный герой,
Его приятель-компьютерщик – неудавшийся брокер,
Инесса – женщина странных наклонностей и убеждений,
Семеныч – подполковник МВД, человек в летах,
Очкарик – бесстрашный, окрыленный любовью,
Мальчик – будущий Брюс Ли,
Арман – появляющийся в воспоминаниях, худой и проникновенный,
Григорий – улыбчивый, лет двадцати девяти,
Местный воротила – человек в летах, конкретный малый, заикается,
Миха – непосредственный подчиненный Главы,
Валера – непосредственный подчиненный Михи
Местные вышибалы в количестве тридцати девяти человек,
Другие.
От Автора.
Данный сценарий не «классичен», он в меньшей степени описателен, а сконцентрирован на диалогах героев. Поэтому любой режиссер, отважившийся на поставку, может нарисовать себе какую-то свою картинку. Ведь так часто бывает, что автор парится и что-то там себе придумывает. А потом приходит режиссер, и все меняет, начиная от картинки, заканчивая концепцией. И ежели и захочет этот славный господин (имеется в виду, режиссер) что-то поменять (вернее, когда он это захочет), то менять ему будет мало чего, что невероятно удобно. И может даже из одного лишь чувства благодарности, что сперва подумали о нем, режиссере, он решится на этот подвиг (постановку). Уж не говоря о том, что все это сэкономит массу времени, энергии и здоровья автору, без которого, как ни крути, никуда, и лишь поэтому его тоже нужно беречь, особенно на начальном этапе. Потом уже не обязательно.
Несмотря на то, что за основу сценария взято предсказание индейцев майя о наступлении в 2012 году конца света, и всяк, наверно, знает это, благо в последнее время недостатка в такой информации в прессе нет, и вдруг если кто не в курсе – зайдет в любой поисковик и наберет 2012, автор честно пытался не «грузить» этим читателя. Ибо читатель (а также зритель, это я о своем, о девичьем все) – человек нервный, а также любит, чтоб было весело и быстро. Поэтому разъяснялкам в тексте сценария будет уделено мало места.
Данный сценария писался как первый художественный полнометражный фильм из пяти серий. Последующих четырех (сценариев, а не серий) пока нет. Но если эта история вызовет интерес, автор искренне обещает, что остальные четыре за ним не заржавеют. И пусть в его компе поселится огромный злобный вирус, если это не будет так.







       Я благодарю Его за то, что Он здесь есть…
       Свами Прем Амрит
Картина первая
Что-то около шести вечера. Черное предгрозовое небо. Камера едет ниже и ниже, и «сталкивается» с гротесковой обстановкой большого города: суетящиеся машины, бегущие пешеходы, мерцающие огнями софиты рекламы. Камера ведет как бы вглубь, и внезапно высвечивает двух человек – маленького и большого, стоящих у прохода новостройки так называемого элитного образца. Маленький сияет, лицо большого – Вышибалы – напряжено.

Человек: Извините, вы не могли бы меня пропустить.
Вышибала. Здесь прохода нет.
Человек: Но мне необходимо.
Вышибала: Я ясно выражаюсь?
Человек: Ясно.
Вышибала: И какие выводы?
Человек: Здесь прохода нет.
Вышибала: Правильно.
Человек: Но мне очень нужно.
Вышибала: Здесь прохода нет.
Человек: Но мне необходимо.
Вышибала: Не могли бы вы покинуть это заведение, и не докучайте мне вопросами, сделайте милость.

Появляется женщина.

Женщина: Дорогой, ты все еще не прорвался вовнутрь?
Человек: Меня не пускают.
Женщина: Кто? Этот?
Человек: Да.
Женщина: Попросить пробовал?
Человек: Пробовал.
Женщина: А хорошо попросить?
Человек: Пробовал.
Женщина: Ну, и?
Человек: Не-а.

Пауза.

Женщина (обращаясь к вышибале): А вы знаете, кто это такой?
Вышибала: И кто же?
Женщина: Это очень серьезный человек.
Вышибала: Что вы говорите?
Женщина: Да.
Вышибала: Понятно.
Женщина: И если он захочет – вы здесь стоять не будете.
Вышибала: И где же я буду?
Женщина: Лежать.
Вышибала: Зачем?
Женщина: Потому что он вас уронит.
Вышибала: Да ну?
Женщина: Да.
Вышибала: Понятно.
Человек: Можно, я скажу?
Женщина: Подожди. Итак, если я правильно понимаю, вы нас пускать не хотите?
Вышибала: Вы догадливы.
Человек: Можно, я скажу?
Вышибала: Подожди.
Женщина: И вы не хотите ничего добавить?
Вышибала: Хочу. И если вы повернетесь и закроете уши, я выскажусь пространно и убедительно.
Женщина: Дорогой, его намерения очевидны.
Человек: И что же нам делать?

Пауза.

Женщина: Нам не остается ничего другого.
Человек: У нас нет никакого исхода.
Вышибала. Как хорошо, что вы это поняли.
Человек: Пожалуйста, ударьте меня.
Вышибала: Что?
Человек: Ну, ударьте, или схватите как-нибудь.
Вышибала: Зачем?
Человек: Ну, мне же надо пройти…
Вышибала: И что?
Человек: А вы мне мешаете.
Вышибала: Да.
Человек: Значит, мне надо как-то вас нейтрализовать.
Вышибала: Ну?
Человек: А сделать я это могу, только если вы меня схватите или ударите.
Вышибала: Я посторонних не бью.
Человек: А вы сделайте исключение.
Вышибала: С удовольствием бы, но не могу.
Человек: Почему?
Вышибала: Здесь камера. Все просматривается.
Человек: А мы отойдем вон за ту будку.
Вышибала: Я пост не могу бросить.
Человек: А вот она постережет. Постережешь, милая?
Женщина: Да.
Человек: Ну, вот.
Вышибала: Ничего не получится.
Человек: Почему?
Вышибала: Там, за той будкой собаки. А я боюсь собак.
Человек: Тогда – вон за то дерево. А если кто-то покажется, она успеет задержать чужака или даст знать об этом.
Вышибала: Ладно. Заодно сигарет куплю.
Человек: Вот и хорошо.

Пауза.

Вышибала: Кстати, а чего это я тебя должен бить? По идее, если я тебе мешаю, бить ты должен первый.
Женщина: Понимаете, он не может первым.
Вышибала: Почему?
Женщина: А он не может и все.
Вышибала: А я, значит, могу. Что вы из меня какого-то монстра делаете. Я, может, тоже не могу!
Человек: А придется.
Женщина: А придется.
Человек: Придется.
Женщина: Придется, придется.
Вышибала: Что вы на меня наезжаете. «Придется, придется». А если я не хочу?
Женщина: А что делать?

Пауза.

Вышибала: Только я не по правилам дерусь.
Человек: Идет.
Вышибала: Только удары у меня очень сильные.
Женщина: Идет.
Вышибала: Только бить буду больно.
Человек и Женщина (вместе): Идет.
Вышибала: Что вы пристали, «идет, идет». Ну, пошли за будку!
Человек: Там собаки.
Вышибала: Что вы все дразнитесь?
Человек: Напоминаю.
Вышибала: А куда мы договорились?
Человек: За дерево.
Вышибала: А вдруг и там собаки?
Женщина: Там нет.
Вышибала: А вы откуда знаете? Вы же с другой стороны подошли.
Женщина: Я видела.
Вышибала: Видели, что есть, или видели, что нет?
Женщина: Что нет.
Вышибала: Правда?
Женщина: Да.
Вышибала: Точно?
Человек: Да.
Вышибала: Без шуток?
Человек и Женщина: Да.
Вышибала: «Да-да…» Да-да-да. Да-да-да-да – да-да…» Песню придумал. Сейчас запишу. Никуда не уходите. (Убегает).

Пауза.

Человек: Теоретически можно пройти.
Женщина: Да.
Человек: Но мы же обещали подождать.
Женщина: Да, вроде.
Человек: Так значит надо ждать.
Женщина: А вдруг он не ударит?
Человек: Давай о грустном не будем. У нас еще вызов.
Женщина: Ты, кстати, радио отключил, надеюсь?
Человек: Да, кажется.
Женщина: А то Семеныч услышит твои методы….
Человек (роясь в сумке): А оно разве не у тебя?
Женщина: Ты что?
Человек: Шучу, шучу.
Женщина: Смешно.
Человек: Смешно будет, если он не ударит.
Женщина: И что тогда?
Человек: Не знаю.

Прошло тридцать минут.

Человек: Он что там, симфонию сочиняет?
Женщина: Еще пять минут, и я пойду.
Человек: Может, сходить его поискать?
Женщина: Надо бы.

Пауза.

Человек: Пойду, пожалуй. Поищу.

Пауза.

Вышибала (возвращаясь): Как хорошо, что вы еще не ушли. Послушайте, что я написал!
Человек: Может, давайте сначала за дерево? А потом споете.
Женщина: Потом?
Человек: А-а-а… ну, да.
Женщина (тихо): Нельзя же человека лишать его последнего желания. Может, он там что-то гениальное написал!
Человек: Да. А то вот нейтрализуешь гения, а потом прослывешь среди потомков подлым Сальери или Дантесом.
Вышибала (плаксивым голосом): А вам что, совсем неинтересно?
Человек: Нет, конечно, интересно.
Женщина: Интересно, интересно.
Вышибала: Правда интересно?
Человек и Женщина (вместе): Ин-те-рес-но!
Вышибала: Тогда слушайте.

Прошло пятнадцать минут.

Вышибала (радостно): Ну, как?
 
Пауза длится пять минут.

Человек (заторможенно): Неплохо.
Женщина (заторможенно): Неплохо.
Вышибала: Правда?
Человек: Да.
Женщина: Да.

Пауза.

Человек: Ну, мы пошли.
Вышибала: Уже уходите?
Женщина: Да.
Вышибала: А то у меня еще много такого есть. Хотите послушать?
Человек: Давайте не сегодня. Что-то я себя плохо чувствую.
Женщина: Что-то мы себя плохо чувствуем.
Вышибала: Ладно. Приятно было познакомится.

Человек и Женщина поворачиваются и уходят.

Человек: Слушай, так нам же по вызову надо.
Женщина: А вдруг он опять начнет.
Человек: Не начнет. Я его отвлеку.
Женщина: А я ударю. А потом, когда он замахнется в ответ – ты и… нейтрализуешь его. Ок?
Человек: Годится.

Они опять подходят к Вышибале.

Человек: А мы опять к Вам. Нам бы пройти.
Вышибала (удивленно): Так прохода же нет. Я же вам говорил.
Человек: Ладно, это мы поняли. Инесса!

Женщина размахивается и бьет вышибалу по голове.

Вышибала: Чего это вы деретесь?
Женщина: На вас сидел комар.
Вышибала: Тогда ладно.
Человек: Да, Инесса, твои успехи поразительны.
Женщина: А что?
Человек: Реверса нет.
Женщина: А как надо было?
Человек: Во-первых, у тебя бедро от руки отстало, во-вторых, неустойчиво стояла. В третьих, были более эффективные варианты атаки.
Женщина: Какие?
Человек: Например. Подойдите ко мне и встаньте в любую стойку.

 Прошло полчаса.

Человек: Понятно?
Женщина: Да.
Вышибала: Да.
Человек: Ну, так давайте, тренируйтесь. Что я, за вас буду все делать, что ли?
Женщина: Нет.
Человек: Дубль два: мы уходим и возвращаемся заново.
Вышибала: А я, значит, здесь стою.
Человек: Да. Вот она к тебе подходит, и просит пропустить. А ты отвечаешь..
Вышибала: Здесь нет прохода.
Человек: Да. Она бьет тебя по лицу.
Вышибала: Попадает.
Человек: Ты в ответ замахиваешься.
Вышибала: Она нагибается
Человек: И ты попадаешь в меня.
Вышибала: Ты закрываешься.
Человек: Правильно. Все понял?
Вышибала: Да.
Человек: Итак…
Женщина: Нам надо пройти.
Вышибала: Здесь нет прохода.
Женщина: Ладно. (Замахивается и бьет вышибалу по лицу).

Пауза.

Человек: Ну и что это было?
Вышибала: Ну и что это было?
Женщина: Удар.
Вышибала: Удар.
Человек: М-да. Учиться тебе еще, Инесса, и учиться. (Вышибале): Бей меня.
Вышибала: Зачем?
Человек: Ну, представим, что она все сделала, как я просил.
Вышибала: Тогда ладно. (Бьет).

Проходит три секунды. Камера фиксирует Вышибалу, лежащего на пузе, и Человека, стоящего над, и элегантно держащего руку Вышибалы.

Человек: Как я тебе уже говорил, Инесса, одним из наиболее важных принципов всех единоборств является полный отказ от агрессии.
Вышибала: А вот я сейчас как встану.
Человек: В основе боевых учений заложен принцип обучения своего визави на собственном опыте, который нашептывает ему полную бесполезность продолжения дальнейших действий.
Вышибала: А вот я сейчас как поднимусь.
Человек: Скажи же мне, друг мой, нашептывает или не нашептывает тебе твой собственный опыт, что дальнейшее сопротивление бесполезно?
Вышибала: Нашептывает.
Человек: Это хорошо. Значит, ты на пути исцеления.
Вышибала: Исцеления?
Человек: Да.
Женщина: Николай, нам надо идти.
Человек: Куда?
Женщина: У нас еще есть дела.
Человек: Ах, да. Как я мог забыть… (Вышибале): Станешь ли ты нам все еще препятствовать, друг мой в наших стремлениях?
Вышибала: Нет.
Человек: Пропустишь ли ты нас беспрепятственно, куда мы захотим?
Вышибала: Здесь прохода нет.
Человек: Очень жаль. А теперь?
Вышибала: Здесь прохода нет.
Человек: Его болезнь несколько запущена. Но излечима. Понимаю, большой город, много социальной агрессии…
Вышибала (через паузу): Ладно, уговорили.
Человек: Спасибо, друг мой. (Отпускает его). А теперь начинается самое интересное.
Женщина: Что?
Человек: То.

Внезапно Вышибала набрасывается на Человека, но почему-то улетает в пустоту. Он опять и опять пытается, но ничего не получается, каждый раз он оказывается в дурацком положении. На смиренном лице Человека не отразилось ни хрена.

Вышибала: Ладно, уговорили.
Человек: Спасибо.
Женщина: Спасибо.
Вышибала: Пожалуйста. Приходите еще.
Женщина: А теперь и на вызов можно.

Картина вторая
Семнадцатый этаж. Расшитая дверь. Человека зовут Николай, Женщину – Инесса.
Звонок в дверь. Открывает здоровяк.

Здоровяк: Че надо?
Николай: Мы из милиции.
Здоровяк: И че?
Женщина: Соседи вызвали. Вы шумите сильно.
Здоровяк: Как хотим, так и шумим. (Собирается закрыть дверь).
Николай: Эй!
Здоровяк: Чего?
Николай: Хочешь фокус?
Здоровяк: Чего?
Николай: Фокус-покус. Давай, закрывай дверь.
Здоровяк: И че будет?
Николай: Увидишь.
Здоровяк: Ты умный самый?
Николай: Да.
Здоровяк: Тебе зубы мешают?
Николай: Нет. Мне они помогают.
Женщина: Ему все помогает.
Голос из комнаты: «Валера, кто это там еще?»
Валера: Какой-то кекс воду мутит.
Голос из комнаты: «А ты его с лестницы спусти».
Валера: Мысль.

Прошло две секунды.

Голос из комнаты: Ну че ты там затих? Спустил?
Валера: Не спускается.
Голос из комнаты: Почему?
Валера: Не знаю.
Голос: А ты бы меня попросил.
Валера: Мысль.

Пауза.

Миха (выходит из квартиры): Э! А это че? (Видит Валеру, которого за шиворот держит Николай)
Валера: А ты не видишь?
Миха: А ну-ка быстро отпусти! Слышишь?
Николай: Слышу.
Валера: Он не слышит.
Миха: Ты не слышишь.
Николай: Слышу.
Миха: А вот я тебе сейчас…

Пауза.

Валера: Ну и че ты там стоишь?
Миха: А я уже и не стою.
Валера: Еще раз.
Миха: Еще раз.
Николай: Ребята. Прежде чем я уйду, хотел бы представится. Меня зовут Николай.
Валера: Ах-ох-ух… Как это круто.
Миха: Ох-ух-ах… Как нам приятно.
Николай: Заодно я хотел бы вас попросить не мешать соседям, а то мне придется прийти еще раз.
Миха: Зачем?
Николай: Да времени много будет свободного. А заодно восстановить в памяти детские заповеди, которые почему-то забываются.
Валера: Слышь, Але, как там тебя?
Николай: Николай.
Валера: Ну, вот, ты ж понимаешь, что мы не одни, и если ты…
Миха: Понял, короче?
Николай: Это очень ценное замечание.
Инесса: Пошли. Предупредили же.
Николай: А мы предупредили?
Инесса: Да.
Николай: Мы предупредили?
Валера и Миха: Факт. Но только мы…
Николай: Вот и хорошо.
Инесса: Вот и хорошо.
Николай: Помните: если вы будете шуметь, мне придется еще раз прийти. Как вам это понравится?
Миха: Нравится – не нравится, - мокрая красавица.
Валера: Ты это че?
Миха: Пошли давай. Миндельсон.

Николай: Н-да. Придется над ними еще попотеть.
Инесса: Попотеешь.
Николай: Ну да.
Инесса: Слушай, а ты зачем в ментуру пошел? Тебе с твоими манерами только здесь и работать.
Николай: К людям ближе. Ладно, пойдем. Интересно, они это, или не они…
Инесса: Что?
Николай: Да так, ничего. Пойдем.

Картина третья
Воспоминания Николая. Он идет по переходу станции метро и видит: местная шпана и запуганный очкарик. Намерения первой очевидны, шансы второго не вызывают сомнений.

Николай: Слышишь, братва, осторожнее.
Первый: Топай, дядя.
Второй: Топай.
Николай: Отпустили бы вы его. Драться нехорошо.
Первый: Чего-чего?
Николай: Того-того.
Третий: Разве ты не видишь, пацаны беседуют. Дела свои обсуждают. А ты лезешь. Ай-ай-ай, какой глупый дядя.
Четвертый: Тебе даже он докажет, правда? (Показывает на Очкарика).
Очкарик: Наверно.
Четвертый: Не наверно, а точно.
Николай: Слушайте, а можно я вас попрошу об одной вещи?
Третий: Какой?
Николай: Ударьте меня, пожалуйста. Можно всем вместе.
Первый: Чего?
Николай: Ну, вот ты. Иди сюда. Ты и ты.
Второй: Чего-то я не понял. А чего я-то сразу?
Первый: Иди. Тебе говорят.
Второй: А чего я-то сразу?
Третий: А я чего? Идти, так вместе.
Первый: Слышите, вы? Сказал, идите, значит, идите.
Николай: Ребята, не ссорьтесь.
Четвертый: Подожди. Серый умную штуку говорит. Идти, так вместе.
Первый: Я что-то не понял. Я говорю, вы делаете. Это понятно?
Второй: Я не пойду. Чего я самый фиолетовый, что ли?
Первый: Сейчас лиловым станешь.
Четвертый: Серый, сходил бы ты, что ли?
Третий: Сходи сам, раз такой.
Николай: Ну, что, я дождусь кого-нибудь или нет?
Первый: Нет, я что-то не понял!
Второй: Я не пойду.
Четвертый: Надо идти всем вместе.
Третий: Или никому.

Николай (тихо – Очкарику): Что они на тебя наехали?
Очкарик: Да, так…
Николай: Подружку главного, что ли, полюбил?
Очкарик: Она меня.

Первый: Что?! Это кто здесь командует?!
Третий: До хорош уже!
Четвертый: Да затухни ты!
Второй: Вот, блин!
Первый: Так, значит. Хорошо! Я пойду! Слышишь? Я пойду.
Николай: Давай.
Первый: Я иду.
Николай: Давай.
Первый: Я уже иду.
Николай: Давай.
Первый: А чего это ты улыбаешься?
Николай: Настроение хорошее.
Первый: Почему?
Николай: Человеку помог.
Первый: Кому?
Николай: Ему. (Показывает на Очкарика).
Первый: Чего?

Пауза.

Николай: Я понимаю, сразу нападать сложно. Давай сделаем эксперимент: я завяжу глаза полотенцем.
Первый: Это зачем?
Николай: Ну, чтобы у тебя было больше шансов.
Первый: Это у меня больше шансов? Да это у тебя сейчас станет меньше шансов. Я вот….
Николай: Не спорь. (Очкарику): Давай сюда свой шарф.
Очкарик: Может, не надо?
Третий: Может, не надо?
Второй: Ладно уже.
Четвертый: Идиоты…
Николай: Надо.
Второй: Надо.
Третий: Надо.
Четвертый: Надо.
Первый: Что вы заладили, надо человеку так надо!
Николай: Ну вот, я тебя теперь не вижу и стою совершенно расслабленно. Но у меня в руке предмет.
Первый (прищурившись): Перо, что ли?
Николай: Нет. Ключи от квартиры. Видишь. Они не острые: самые обыкновенные ключи.
Первый: Ну и что?
Николай: Ну, давай.

Пауза.

Первый: Что-что?
Второй: А…
Третий: Ну…
Четвертый: Блин, кто это в меня кинул.

Пауза. Николай держит за шиворот Первого, который, хоть и изворачивается, но никак не достанет до Николая.

Николай: Может, кто-то еще хочет попробовать?
Первый: Слышишь – отпусти, а то хуже будет.
Второй: Отпусти, слышишь!
Третий: Зачем ты это с ним сделал? А ну-ка отпусти.

Пауза. Николай отпускает Первого, и он падает на землю.

Первый: Ты че, а?
Николай: Они же попросили тебя отпустить.
Первый: Да.
Николай: Ну, вот я и отпустил.
Первый: Да.
Второй: Да.
Третий: Да.

Пауза

Четвертый: Ладно, пора заканчивать этот цирк. Достало.
Николай: А можно, я тебя тоже кое о чем попрошу?
Первый: О чем?
Николай: Отпусти вот его. (Показывает на Очкарика).
Первый: Зачем?
Николай: Ну, они же меня попросили тебя отпустить (показывает на Второго и Третьего).
Первый: Ну, да.
Николай: И я отпустил.
Первый: Ну, да.
Второй: Ну.
Третий: Да…
Четвертый: Дебилы…
Первый (Четвертому): Слышишь, притухни уже…

Пауза.

Первый (Очкарику): Ладно. Иди. Потом поговорим.
Очкарик: Зачем?
Первый: Затем. Иди, кому говорят.
Очкарик: Я без него не пойду. (Показывает на Николая)
Третий: Начинается.
Первый: Нет, ну ты меня понял? Иди!
Очкарик: Не пойду.
Второй: Иди давай.
Третий: Иди уже!
Четвертый: Маразм крепчал.
Очкарик: Нет.

Пауза.

Первый: Ты это кому «нет» говоришь?
Второй: Ты это кому «нет» сейчас сказал?
Третий: Кому ты «нет», интересно, поешь?
Четвертый: Что это твои губки шлепнули?
Николай: Ребята…
Первый: Подожди…, ты понял хоть, кому ты это сейчас «нет» сказал?
Николай: Он понял.
Очкарик: Я понял.
Первый: Нет, ну ты понял, кому ты это сейчас сказал «нет»?
Второй: Ты понял, кому ты «нет» сейчас сморозил?
Третий: Так кому ты «нет» там ляпнул?
Четвертый: Чего там твой ротик произнес?
Николай: Ребята, он понял все.
Очкарик: Ребята, он понял все.
Первый: Кто это «он»?
Очкарик: В смысле, я.
Второй: В смысле – «он».
Третий: Ну, «он».
Четвертый: «Он-он». Долдон.

Пауза.

Первый: Смотри у меня.
Второй: Смотри у него.
Третий: Смотри у нас.
Четвертый: Смотри.
Николай: Ну, что… так мы пойдем.
Первый: Ладно, идите. Нам только больше не попадайтесь. А то мы…
Второй: А то вам…
Третий: А то вас…
Четвертый: Понял, да?
Николай: Ладно, договорились. Давайте.
Первый: Давай.
Второй: Давай-давай.
Третий: Пока.
Четвертый: Ладно, все.

Уходят

Николай: Ну, парень, давай, до встречи. Мне в другую сторону.
Очкарик: А вы где живете?
Николай: А вот здесь, на втором этаже. Будет время - заходи. Только вечером. Днем не бывает меня. Работу ищу.
Очкарик: А можно… зайти?
Николай: Нужно. Да и физически укрепиться тебе не мешало. Так что – будет время – вэлком. Кстати, меня Николай зовут.
Очкарик: Петр.
Николай: Ну, вот и познакомились.
Очкарик: Спасибо вам.
Николай: Не за что.

Картина четвертая
Воспоминание Николая. Звонок в дверь.

Николай: Кто?
Голос: Николай?
Николай: Да.
Голос: Можете открыть на пару секунд?
Николай: А в чем дело?
Голос: Это вы сегодня парню помогли? Его Петр зовут, помните?
Николай: Да.
Голос: Это мой сын.

Николай открывает дверь. На пороге стоит лейтенант МВД средних лет.

Лейтенант: Можно зайти на минуту?
Николай: Да.
Лейтенант (войдя): Я вам очень признателен за сегодня. Петя мне про вас такое рассказывал.
Николай: Да, ерунда. Не за что.
Лейтенант: Петя говорил, вы работу ищете.
Николай: Да.
Лейтенант: Могу вас устроить. А то нам уже таких отморозков присылают. Не с кем работать.
Николай: Честно говоря, я не очень жалую вашего брата…
Лейтенант: Важно ведь, не какие другие, а какой ты. А потом, это временно. Не понравится или что-то лучшее найдете – уйдете. Тем более, с такими как у вас навыками.
Николай: Я подумаю.
Лейтенант. Подумайте. Вот мой адрес и телефоны. Надумаете – позвоните. Никогда же не поздно принять решение.
Николай: Ладно, спасибо Вам.
Лейтенант: Вам спасибо.

Николай подходит к окну. За окном накрапывает мелкий дождь.

Картина пятая
Во дворе. Мальчик и Николай. Мальчик делает воздушного змея.

Мальчик: Привет.
Николай: Привет. Что делаешь?
Мальчик: Змея.
Николай: Дело хорошее. Получается?
Мальчик: Нет.
Николай: Не кисни. У меня тоже не все получается.
Мальчик: А у тебя что?
Николай (присаживаясь): Многое.
Мальчик: А ты драться умеешь?
Николай: Ну, так себе…
Мальчик: А меня научишь?
Николай: А ты хочешь?
Мальчик: Да.
Николай: А зачем тебе?
Мальчик: Ну, это круто.
Николай: Что круто?
Мальчик: Ну, пойдешь куда-нибудь…
Николай: И что?
Мальчик: Ну, достанет тебя кто-нибудь…
Николай: И что?
Мальчик: Ну, докопается кто-нибудь…
Николай: Ну и…
Мальчик: Что «ну и»… вот за этим.
Николай: А знаешь, что в бою главное?
Мальчик: Ну… круто вырубить всех.
Николай: Нет, не это.
Мальчик: Ну, запугать, чтобы не лез никто.
Николай: Нет.
Мальчик: Ну, чтобы боялись.
Николай: Нет.
Мальчик: Ну…, а что тогда?
Николай: Сам подумай.
Мальчик: Думаю.
Николай: Видишь птицу?
Мальчик: Вижу.
Николай: Как ты думаешь, в чем ее преимущества?
Мальчик: Летает.
Николай: Не совсем. В небе для птицы нет преград. Она же ни с кем не дерется, а с другой стороны – делает все, что хочет.
Мальчик: Ну?
Николай: Подумай над этим.
Мальчик: А ты меня драться научишь?
Николай: Научу. Но сперва просто подумай. И понаблюдай за птицами.

Картина шестая
Утро следующего дня. За столом хмурый подполковник лет пятидесяти. Входят веселые Николай и Инесса.

Николай: Доброе утро.
Инесса: Здравствуйте.
Подполковник (преувеличенно ласково): Здорово живете, ребята, садитесь, закуривайте, вопросы какие есть-нет задавайте, а если нет вопросов, скажите, кто вас просил, нет, может быть, приказал кто, так я этого человека найду, я ему всю шею сверну, всю морду ему измочалю, чтоб знал в следующий раз, как самовольничать, а к тому же – если в первый раз работает, чтоб не выпендривался, и четче слушал замечания руководства…

Пауза.

Инесса: А в чем дело?
Подполковник (через паузу): В чем? Сейчас скажу. (Пауза) (Говорит нарочито медленно, старательно подбирая слова, чтобы не выругаться) А дело в том, что если кто, вдруг, не знает, или не понимает, а также не догадывается, - так оно в той крохотной просьбе зайти по адресу и попросить не шуметь, которую я имел глупость озвучить вчера, я при этом, заметьте, не отдавал приказаний никого избивать кунг-фу, там, или чем-то еще, никого бросать через плечо или как-то еще, чтоб потом собирался народ, мне шли звонки от разных дебилов и иных самородков, которые считают наш отдел самым отстойным только по той причине, что два каких-то странных человека почему-то решили подобным образом проявить себя, и недаром говорят, сила есть ума не надо, так вот этот случай как раз себя и показывает.

Пауза.

Николай: А дело-то в чем?
Подполковник (задыхаясь): Дело в том, что вы вчера…. Ходили…… Ходили? Ходили…. Зачем соседи шумели? Непонятно…. И я просил….просто попросил…. Мне что, нельзя?... Мне положено…. По рангу…. Я же даже не ожидал, что…. Что… Что…Что…Что…

Пауза.

Николай и Инесса: А дело-то в чем?

Пауза три минуты. С полковником творится что-то невероятное.

Николай (задумчиво): По-моему, с ним что-то не то.
Инесса (задумчиво): По-моему, с ним что-то не так.
Николай: Может, скорую?
Инесса: У меня таблетка есть.
Николай: Тогда ладно.
Инесса: Слушай, а что он на нас так наехал?
Николай: Не знаю. Может, ему по точкам пройтись ?
Инесса: А смысл?
Николай: Будет жить.
Инесса: А ты умеешь?
Николай: Да.
Инесса: Но только осторожно, а то видишь, как разнервничался.
Николай: Понял. Чудесное перевоплощение начинается.

Пауза.

Подполковник (отдышавшись): Зачем вы вчера на Семеновскую ходили?
Николай: Так вы же попросили.
Инесса: Так вы же приказали.
Подполковник: Я приказал. ЧТО?
Инесса и Николай: Что?
Подполковник: ЧТО?!
Николай и Инесса: Что?
Подполковник: ЧТО?!!
Николай и Инесса: Что?!!

Подполковник (снова начинает задыхаться):
Николай: Похоже, снова начинается.
Инесса: Опять по точкам?
Николай: Видишь, не помогло?
Инесса: И часто у тебя так «не помогает»?
Николай: Редко. Кстати, сама попрактиковаться не хочешь? Ты же видела, как я делаю.
Инесса: А можно?
Николай: Ну, нужно же когда-то начинать.
Инесса: Вот здорово!
Николай: Да.
Инесса: Слушай. Неудобно как-то. Все-таки начальник.
Николай: Но ты же во благо.
Инесса: Да.
Николай: Тогда вперед. Он тебе потом спасибо скажет.
Инесса: Дождешься от него.

Пауза. Подполковник неожиданно затих.

Инесса (плаксиво): Я что-то наверно, не так сделала.
Николай: Что?
Инесса: Он лежит и не двигается.
Николай: Почему?
Инесса: Не знаю.
Николай (осматривая подполковника): А-а-а, да ничего страшного, ты просто защемила ему нерв. Не волнуйся, сейчас дышать начнет.

Пауза.

Подполковник: Скажите, что вы делали вчера на Семеновской? Что вы делали вчера на Семеновской? Что вы делали вчера на Семеновской?
Инесса: Мы зашли по вашему поручению, сделали все, как вы сказали и вышли.
Николай: Да все так и было.
Подполковник: О чем я вас просил? Что я попросил вас сделать конкретно?
Инесса: Просили зайти, предупредить, чтобы не шумели и уйти.
Подполковник: Я вас еще о чем-то просил?
Инесса: Нет.
Подполковник: Я кого-нибудь бить просил?
Инесса: Нет.

Пауза.

Подполковник: Мне сегодня утром звонил Филлипенко. И спрашивал меня, что за черти напали вчера на его людей, избили охранника, все это фиксировалось на камеру, все это видели: улица, мамы с колясками, школьники, продавцы, бомжи. Все. Народ возвращается с работы, а тут куча милицейских отморозков избивает мирного жителя. Вот чего вы добились!
Инесса: Коль, мы кого-нибудь били?
Николай: Нет.
Инесса: Щипали, кусали?
Николай: Нет
Инесса: Ломали руки - отрывали ноги?
Николай: Нет.
Инесса: Нет.
Николай: Нет?
Инесса: Нет.
Подполковник: Нет?
Инесса и Николай: Нет.

Пауза.

Подполковник: А почему же тогда вас все видели?
Инесса: Кто «все»?
Подполковник: Вот, все.
Инесса: Ну, перечислите.

Пауза.

Инесса: Ну, перечислите.

Пауза.

Инесса: Ну, перечислите.
Подполковник: Вот камера вам перечислит. Сегодня запись получу, и сразу всем все перечислю.
Инесса (постепенно заводясь): Вот когда запись будет, тогда и посмотрим. Чего наезжать-то, когда записи нет? Что за привычка – сразу наезжать. Кто это отморозок?! Никто не отморозок, что за привычка – сразу оскорблять! А я вот вообще больше никогда по таким поручениям не пойду. Свое время послерабочее тратишь, со всякими типами дикими общаешься, гадости выслушиваешь, а толку – нуль, только все норовят ввернуть тебе гвоздь, на тебя наехать, тебе вставить пистон, а только потом, уже потом разобраться что к чему, потому что, видите ли, у кого-то был в это время синдром, что-то кому-то померещилось, кто-то что-то не то съел и у него несваренье, кто-то проснулся утром с бодуна, кому-то не дала жена, а ты все это должен выслушивать, тебе все это должно нравится….!!!

Николай (тихо – Подполковнику): Часто это с ней?
Подполковник (так же тихо – Николаю): В последнее время – да.

Инесса (на пределе): А потом говорят, что в ментуре одни отморозки работают! Как же им не работать!! Когда они здесь же и делаются!! Благодаря их прекрасному руководству!! Которое вместо того, чтобы хоть что-то хорошее для них сделать…!!!!!!

Пауза 10 минут. Николай и Подполковник «отмокают»

Николай (тихо): Может, и ей по точкам пройтись?
Подполковник (тихо): Бесполезно. Но сейчас она на спад пойдет, пик уже был.

Инесса: И поэтому я больше не буду вечером оставаться на работе!!!

Пауза.

Подполковник (осторожно): Ладно, идите. Только полегче там единоборствами пользуйтесь, а лучше этого вообще не делать.
Инесса (вскакивая): А я вообще больше не буду…
Николай: Конечно, конечно, мы уже уходим. Уходим, милая? Уходим. Вот так, вот так, ути-пути, ути-пути…. (Уходят).

Катина седьмая
Николай и приятель-компьютерщик. Приятель в предобморочном состоянии.

Николай: Опять ты. Заходи. Чаю будешь? Вижу, не будешь. Кофе? Водки?

Пауза.

Николай (как с маленьким): Не волнуйся, не переживай, все хорошо, инвестиционный рейтинг России возрос, бизнес полюбил Россию, кругом друзья, кругом все хорошо, нет Киркорову, нет попсе, никому нет… то есть, всем в смысле да, даже Киркорову… (монолог длится полчаса во время которых Николай приводит в чувство приятеля).
Приятель (лепечет): А где ты был, я ж к тебе заходил, а тебя не было, а я к тебе заходил, а тебя не было….
Николай: Так я выходил, на улицу – постоял чуть-чуть и домой, и назад…
Приятель: А я вот тоже выходил, тебя не было, поэтому я выходил, а тебя не было! Не было тебя, а я ведь выходил… (Монолог длится полчаса).
Николай: Хорошо, хорошо…

Прошло еще полчаса.

Приятель: Все деньги на бирже, все деньги…

Прошел еще час.

Николай: Большая сумма?
Приятель: Три тысячи рублей, три тысячи!
Николай: Что? Да как ты мог? Как тебя ноги на биржу понесли?

Прошло еще с четверть часа.

Николай: Говорил же я тебе, говорил…

Прошло еще пять минут.

Приятель: Коль, может я пойду?
Николай: Куда? На биржу?!!!
Приятель: Коль, да не переживай ты так. Не все потеряно.
Николай: Не все потеряно, не все потеряно. Ну, да, никто не умер!
Приятель: Коль, да ладно тебе…
Николай: Что ладно, что ладно?!! Пойдешь ты у меня на биржу еще, пойдешь! Брокер хренов!

Приятель в совершеннейшем осадке выпадает на лестничную клетку.

Николай (философски): Блин! Где денег взять? Кто-то тут по биржам шляется, а другим на хлеб не хватает.

Телефонный звонок.

Николай: Да.
Голос в трубке: Это кто?
Николай: А кого вам нужно?
Голос в трубке: Николая.
Николай: Я вас слушаю.
Голос в трубке: А это вы?
Николай: Это я.
Голос в трубке: Это беспокоит Сергей.
Николай: Какой Сергей?
Голос в трубке: Филлипенко Сергей.
Николай: Ну и что?
Голос в трубке: Вам мое имя ничего не говорит?
Николай: Нет.
Голос в трубке: Тогда до свидания.
Николай: До свидания.

Пауза.

Николай: Странно.

Телефонный звонок.

Николай: Алло.
Голос в трубке: А-алло.
Николай: Да.
Голос в трубке: Мне Ни- Ни-Николая.
Николай: Это я.
Голос в трубке: Это Се-Се-Сергей.
Николай: Какой Сергей?
Голос в трубке: Сергей Фи.
Николай: Кто?
Голос в трубке: Сергей Фи.
Николай: Что?
Голос в трубке: Липенко.
Николай: И?
Голос в трубке:
Николай: Мне ваше имя ни о чем не говорит. Хоть представьтесь.
Голос в трубке: Ч-ч-ч-ч-ч-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-т-то?!!!!!?
Николай: То.

Гудки.

Николай: Сумасшедший какой-то…

Звонок.

Николай (беря трубку): Я еще раз вам повторяю, не надо кричать, надо просто представиться нормально, ничего страшного, и не надо так убиваться, меня вон тоже никто здесь не знает, я же по этому поводу не комплексую, я просто, если кто меня не знает, вежливо объясняю, что к чему и представляюсь. У всех может быть плохое настроение, но это не повод звонить и хамить…
Инесса: Вообще-то я звоню сказать, что от соседей опять стали приходить жалобы на шум, и если ты в принципе не так занят, мы могли бы вместе сходить, еще раз вежливо их предупредить, да и Семеныча жаль, к нему все время с какой-то ерундой пристают.
Николай: А-а-а… извини, тут просто один человек звонил. Странно себя вел. Слушай, ты не знаешь, кто такой Сергей Филлипенко?
Инесса: Это местный воротила, его здесь все знают. А что?
Николай: Он мне звонил только что.
Инесса: Чего это он тебе позвонить решил?
Николай: Не знаю. А что он за человек?
Инесса: Помешан на собственном величии. Но так он в принципе не опасен.
Николай: Точно?
Инесса: Не волнуйся. Не из-за чего ему на тебя зуб иметь. Ты же ведь ничего не натворил? И приехал недавно.
Николай: Да нет, вроде, хожу, никого не трогаю. Слушай, а он что, заикается?
Инесса: Да. Когда его кто-то разозлит. А что?
Николай: Да нет, ничего.
Инесса: Ну, вот.
Николай: Ладно. Давай, пошли. Я зайду.

Картина восьмая
Николай и Инесса

Инесса: Слушай, а чего это такое, чем ты владеешь?
Николай: Динамика стихий.
Инесса: Динамика чего?
Николай: Стихий.
Инесса: А это что?
Николай: Да… борьба такая.
Инесса: Странное у нее какое-то название.
Николай: Вообще-то я ее сам придумал. На базе того, чему учился.
Инесса: Надо же. А чему учился?
Николай: Многому.
Инесса: Слушай, а почему ты никого бить-то не можешь?
Николай: Слово дал.
Инесса: Почему?
Николай: Не сейчас. Потом поговорим. К тому же, мы уже подходим.

Вышибала: Ой, опять вы!
Николай: Здравствуйте.
Вышибала (радостно): А мне конкретно вас пускать запретили.
Николай: Что же так?
Вышибала: Не знаю.
Николай: Ну, что, повторим прошлый сценарий?
Вышибала: Какой из?
Николай: Последний.
Вышибала (через паузу): Не будем повторять.
Николай: Тогда давай сделаем так: ты пойдешь, сходишь за сигаретами, а мы быстро прошмыгнем, и когда ты вернешься – нас здесь уже не будет.
Вышибала: Вообще-то меня могут наказать за это.
Николай: Но ты же не можешь стоять вечно. У тебя же перерыв ведь должен какой-то быть.
Вышибала: Ну, да.
Николай: Ну, вот.
Вышибала: Ладно, идите. Тем более, камера на ремонте все равно. Но чтоб через три минуты вас здесь не было! Вернусь – проверю.
Николай: Ладно.

Картина девятая.
Звонок в дверь. За дверью Миха и Валера курят. Все в клубах дыма, почти на полную мощность работает радио.

Миха: Звонят.

Пауза. Звонок.

Миха: Звонят.

Пауза. Звонок.

Миха (после паузы): Звонят.
Валера: Сейчас открою.

Пауза.

Валера: Иду!

Пауза.

Валера: Кого это там принесло?

Пауза. Звонок.

Миха: Не мог бы ты открыть дверь, спасибо.
Валера: Иду!

Валера идет и смотрит в глазок. Видит: на лестничной клетке девушка.

Валера: Тебе чего?
Девушка: Заказное принесла.
Валера: Оставь в ящике.
Девушка: Ящик сломан.
Валера: Положи около двери.
Девушка: Около двери моча чья-то.
Валера: Передай через соседей.
Девушка: Соседи в запое.
Валера: Откуда знаешь?
Девушка: А ты не слышишь?
Валера: Нет.
Девушка: А я слышу.
Валера: Приходи позже!
Девушка: Я что, зря, что ли сюда к вам на двенадцатый без лифта перлась, чтобы меня так послали?
Валера: Я может, тоже не просил родителей, чтобы они меня в кружок умелые руки отдавали.
Девушка: Я может, тоже своего бывшего не просила, чтобы он мне ребенка сделал и бросил, сволочь…
Валера: Я, может, тоже не просил шефа, чтобы он меня за идиота держал!
Девушка: Я, может быть, тоже не хотела на эту работу устраиваться, чтобы бегать каждый раз на двенадцатый этаж и со всякими дебилами разговаривать.
Валера: Я, может…
Миха: Открой дверь.
Валера (почесывая нос): Ладно, так и быть, уговорила.

Валера выходит на лестничную клетку.

Николай: Ну, здравствуй, здравствуй, друг прекрасный.
Валера: Мих, этот кекс опять пришел.
Миха: Какой?
Валера: Который в прошлый раз просил не шуметь.
Миха: Скажи ему, пусть уходит.
Валера: Слышишь, что тебе сказали? Уходи.

Пауза.

Валера: Мих, он не уходит.
Миха: А ты еще раз попроси!
Валера: Уходи, еще раз.

Пауза.

Валера: Мих, он опять не уходит.
Миха: А ты его тресни. Пауза. Ну, как?
Валера: Не трескается.
Миха: Ладно, тогда дверь закрой.
Валера: Не закрывается.
Мих: А ты хлопни.
Валера (испуганно): Кого?
Миха: Дверь…, пока что.
Валера: Не получается. Он держит.
Миха: А ты его… оттолкни.
Валера: Не могу.
Миха: Почему?
Валера: Он и меня держит.
Миха (медленно и философски): Нет, ты все-таки определись: или дверь, или тебя. Не может же человек держать и тебя и дверь одновременно. Ведь это парадокс!
Валера: А у него получается.
Миха: Парадоксальная он, все-таки, личность. (Кладет в карман револьвер и направляется к выходу).

На лестничной клетке.

Миха: Ну, здравствуй, друг. Зачем опять пришел?
Николай: Собирайтесь.
Миха: Чего?
Николай: Собирайтесь.
Миха: Куда?
Николай: В деревню.
Миха: Зачем?
Николай: Поживете там, научитесь кое-чему. А то я тут с вами только время теряю.
Миха: Слышишь…, ты сначала вон его отпусти. (Показывает на Валеру).
Николай: Пожалуйста. Отпускает Валеру, и тот, не удержавшись, скатывается кубарем по лестнице.
Миха: Слышишь…, ты это чего сделал?
Николай: Отпустил.
Миха: Да не так надо было. Чего с ним теперь?
Николай: Не знаю, снимок сделать надо. Да ты не волнуйся, на ноги быстро поставим.
Миха: Я тебе сейчас такое «поставим» сделаю. Ты что сделал? Ты что, я тебя спрашиваю, сделал?
Николай: Отпустил твоего приятеля.
Миха: Нет, ты его не отпустил!
Николай: Нет?
Миха: Нет. Ты – знаешь что?
Николай: Что?
Миха: Ты моего друга…. унизил!
Николай: Я его не унижал.
Миха: Унизил! И за это я тебя ненавижу!! И накажу!!
Николай: Может, не надо?
Миха: Надо.
Инесса: Не надо.
Миха: Надо.
Николай и Инесса: Не надо.
Миха: Надо. (Вынимает револьвер).
Николай: Ух ты, какой у тебя большой!
Миха: У меня не только он большой. У меня вообще все большое.
Инесса: Это видно.
Миха: А теперь выбирайте, куда вы хотите, чтобы я выстрелил?
Николай: Никуда.
Миха: Никуда – это неинтересно.
Инесса: Интересно.
Миха: Неинтересно.
Николай: Интересно.
Миха: Нет, неинтересно.
Николай: Очень интересно.
Миха: Тогда придется мне решить. (Николаю): Вот ты!
Николай: Я?
Миха: Да. Ты. Вот ты. Куда хочешь получить пулю?
Николай: Я хочу не получать ее никуда.
Миха: А придется!
Инесса: А может, не надо?
Миха (плаксиво): Ну что я вас постоянно уговариваю! Другой бы уже давно пришил. Одни неприятности от вас. Приходите, друга моего отпускаете, обзываетесь, да еще и время занимаете.
Николай: Я тебя, кажется, о чем-то попросил.
Миха: Да, еще и деревней угрожаете. Не поеду я никуда.
Николай: А там лес, трава, речка, тихо, хорошо.
Миха (через паузу): А пиво там рядом?
Николай: И пиво рядом.
Инесса: Я прошу прощения, что вмешиваюсь в ваш великосветский раут, но ехать в деревню, чтобы надуться там пива – полный маразм. И едут туда за этим одни идиоты.
Николай: Пиво – хорошая вещь. Иногда. А чтобы надуться, как ты выражаешься, пива в деревню никто и не едет. Едут за другим. Я тебе об этом говорил.
Миха: Не, ну это ты чего сейчас произнесла?
Инесса: Ну, поехало. Начинается.
Николай (Инессе): Перестань, а? Что ты привязалась к слову?
Инесса: Ни к чему я не привязывалась.
Миха (Инессе): Вот лучше помолчи, а! Что хочу, то и делаю.
Николай (Михе): Ладно, хватит тебе уже.
Миха (Инессе): Совсем ты, что ли?
Николай: Мы же сюда не для этого…
Миха: А то – смотри, у меня разговор короткий…
Валера (снизу): Если вы закончили, не мог ли кто-нибудь помочь мне встать.

Пауза.

Миха (указывая на Николая): Он бросил тебя, он пускай и помогает.
Николай: Не бросил, а отпустил. Он же твой приятель. Ин, поможешь?
Инесса: Я тут крайняя, что ли?
Миха: Слышишь, отпетый, здесь нас в деревню зовут.
Валера: Кто?
Миха (показывает на Николая): Он.
Валера: Выпроводи этого человека. Он нам плохого желает.
Миха: Слышал? Вот. Поэтому мы никуда не поедем.
Николай: Поехали. На сбор пять минут.
Миха: Пушка-то у меня. Доиграетесь вы сегодня.
Николай: Пушка ничего не решает.
Миха: Решает.
Николай: Не решает.
Миха: Решает.
Николай: Убери ее, что ли. Что ты с ней, как клоун?
Миха: Клоуны, между прочим, в цирке народ веселят, а ты тут на лестничной клетке со мной торчишь.
Николай: Вот я уже и ухожу.
Миха: Вот ты уже и уходи.
Николай: С вами.
Миха: Не, ну ты меня забодал совсем! Еще одно слово, и я…
Николай (задумчиво): Ин, а как ты думаешь, могу я первый напасть, если в меня собираются выстрелить?
Инесса: Конечно, можешь.
Николай (еще более задумчиво): Но, с другой стороны, он же еще не стреляет.
Миха: Уже стреляю!
Инесса: Уже стреляет.
Николай (философски): Но еще же не выстрелил.
Инесса: Ну… почти!
Инесса: Почти!
Николай: Чуть-чуть – не считается. Тебя не касается. Хорошая песня. (Инессе): Я слово дал?
Инесса: Дал.
Николай: Ну, вот.
Инесса: Что – вот?
Николай: Значит, придется действовать в процессе.
Инесса: В процессе? Это как?
Николай: Уворачиваться или ловить.
Инесса: Кого?
Миха: Кого?
Валера: Кого?
Все звери, прохожие, жители дома: Кого?
Николай (усмехаясь): Пулю, кого же еще.

Пауза.

Инесса: Чего?
Миха: Чего?
Валера: Чего?
Все существа в мире: Чего?
Николай (снисходительно): Пулю, чего-чего.

Пауза.

Инесса: А как у тебя с мозгами?
Миха: Ты вообще-то в курсе?
Валера (снизу): Ты о чем базаришь, слышишь?
Николай: О чем надо, о том и базарю. Стреляй, давай.
Инесса: Ты в уме?
Николай: А что?
Инесса: То. Он же сейчас выстрелит.
Николай: Ну и что?
Инесса: Да так, ничего. Убьет тебя просто, и все.
Миха: Пришью тебя элементарно, и точка.
Валера: Завалит он тебя сейчас, и трындец.
Николай: А что мне делать тогда?
Инесса: Пистолет выбей. По морде врежь.
Миха: Уходи отсюда и бабу свою забирай.
Валера: Гони отсюда в пень, с мочалкою со своей.

Пауза.

Инесса (Валере): Это ты что сейчас сказал?
Николай: Что ты сказал?
Миха: Что слышал.
Валера: Что слышала.
Инесса: Это я мочалка?

Пауза. Подул легкий ветерок. Звуки природы стали еле слышными. Мир замер.

Инесса: Это я-то мочалка?

Пауза. Миха и Николай быстро утекают за дверь.

Миха (ласково): Валера, когда будешь обратно заходить, дверь прикроешь.
Валера (хрипя): Сейчас, только доползу.
Инесса: Это я-то…!!!???_________%%%№№!!!!!!!!!!

Сотрясают стены удары, сыплется штукатурка.

Миха: Он там хоть жив останется?
Николай (прислушиваясь): Не знаю.
Миха: Чего делать?
Николай: Надо ехать.
Миха: А иначе?
Николай: Ну, подожди еще минуту – увидишь.

Из радио доносится музыка «Не думай о секундах свысока».

Валера (с другой стороны двери): Миха, сделай что-нибудь, пожалуйста, будь добр.
Миха: Я подумаю.
Валера: Как надумаешь, скажи мне.
Миха: Хорошо.

Пауза.

Миха: А зачем нам ехать?
Николай: Так, отдохнуть.
Миха: Мы и здесь отдыхаем.
Николай: Так и там будем.
Валера (тихим голосом из-за двери): Ты все еще не надумал?
Миха: Нет.
Валера: Ну, когда надумаешь – скажи.
Миха: Хорошо.

Пауза.

Миха: А зачем нам ехать?
Николай: Чтобы поделать там кой-чего.
Миха: Чего?
Николай: Приедем – узнаешь.
Миха: Так мы и здесь делаем.
Николай: Так и там будем.

Пауза.

Валера (еле слышно из-за двери): Ми-их, Миха, а…, ну… как…
Миха: Чего пристал? Разве ты не видишь, я здесь серьезный вопрос решаю, а ты мне мешаешь!
Валера (шепотом): Извини.

Пауза.

Миха: А зачем нам ехать?
Николай: Знаешь, что ты там сможешь делать?
Миха: Чего?
Николай: Кататься на лошадях.
Миха (через паузу): Чего?
Николай: На лошадях, говорю, покатаешься. Там лошади есть.
Миха: Че, правда?
Николай: Да.
Миха (через паузу): Клево. Ладно, поедем. Пива попьем. Но только ненадолго, понял?
Николай: Как получится.
Миха: Ненадолго, понял?
Николай: Это не от меня зависит.

Пауза. На лестничной клетке внезапно все затихает.

Миха: Может, пронесло?
Николай: Не пронесло. (Открывает дверь. Входит Инесса).
Миха и Николай: Ну, как он?

Картина десятая
Дорога по направлению к загородному дому. Николай несет на плечах Валеру, рядом семенит Инесса, чуть в отдалении шествует Миха. Яркое солнце, пыльная дорога.

Инесса: Коль, а мне за это ничего не будет?
Николай (сурово): Непрофессиональная работа.
Инесса: Почему?
Николай: По кочану. Сколько ударов нанесла?

Пауза.

Николай: Ну, так сколько?
Инесса: Подожди, считаю.

Проходит полчаса.

Николай: Ну, так сколько?
Инесса: Считаю я.
Николай: Посчитай уже…

 Еще десять минут.

Инесса (тихо): Ну, много.
Николай: А отметин сколько на теле?
Инесса (еще более тихо): Я же так не вижу.
Николай (спускает тело с плеч и кладет на землю): Считай.
Миха: Короче, если кто не понял, это мой друган!
Николай (Инессе): Ну?
Инесса: Тридцать шесть.
Николай: А ударов сколько?
Инесса (плаксиво): Считать?
Николай: Не надо. Навскидку скажи.
Инесса (через паузу): Все равно считать надо.
Миха: Если кто пока не понял, он мне почти как брат!!
Николай (Инессе): Ладно, не надо. Но подтеков меньше, чем ударов?
Инесса: Да, вроде.
Николай: А должно быть? Ты ведь не владеешь искусством энергетического удара?
Инесса: Нет, вроде.
Николай: И?
Инесса: Одинаково, вроде.
Николай: Вроде, вроде… бузина в огороде. Значит, большая часть ударов пришлась вхолостую!
Миха: Если кто-то еще не понял….!!!
Николай: Ладно, пошли давай. В наказание его понесешь ты.
Инесса: А далеко нести?
Николай: Нет. Вон до того леса (лес еле виднеется на горизонте).
Миха: А……_____!!!!!!!!!!!!!??????????????;;;;;;;;;;;;;;;;№№№!!!
Инесса: Далеко!
Николай: Близко.
Инесса: Далеко!
Николай: Близко.
Миха: !!!!!!!!!!!!!!!!!???????????++++++;;;;;;»»»»»»»!!!!!!!!!!
Николай: Договоримся так: часть расстояния я, другую – ты. Ок?
Инесса: О Би.
Николай: Вот молодец! (Поднимает тело). (Михе): Ты что-то хотел?
Миха: Ничего!!!!
Николай: Вот молодец! Песню запевай (Поет). Следом семенит Инесса, сбоку подпрыгивает Миха. Яркое солнце, чудесный день.

Картина одиннадцатая
Загородный дом Николая. Часов шесть вечера.

Николай: Так, располагайтесь. Его (указывает на Валеру) можно в сарай.
Миха: Моего брата? В сарай?
Николай: Ладно, на лавку. Там, возле печки положи. Кто что есть хочет?

Валера что-то непонятное мычит.

Николай (заботливо): Развязать бы его надо.
Миха: Ему… много чего еще надо!
Николай: Я знаю. Не учи ученого. Будет ему какао, будет и десерт. Он что больше любит у тебя? Хотя – все равно кроме картошки в доме ничего нет.
Инесса: Что же ты тогда спрашиваешь?
Николай: Воспитание требует.
Миха (ворча): Ну, да, когда нет ни денег, ни чего пожрать, - остается лишь воспитание.
Николай (нравоучительно): Воспитание нужно во всех случаях. (Инессе): Картошку чистить умеешь?
Инесса: Мама учила.
Николай: Умница ты наша!
Инесса: Я не ваша. Где она?
Николай: В чулане.
Инесса: А он где?
Николай: За кухней.
Инесса: А она где?
Николай: Иди прямо, потом налево, там увидишь. И будет тебе счастье.
Инесса: Я, что ли одна туда пойду?
Николай: Ну, этого возьми (показывает на Миху).
Миха: Слышьте…
Николай: Ладно, прости.
Инесса: Я что тут, в служанки нанялась, что ли?
Николай: И ты прости. Простите все. Инесса, возьми, пожалуйста, этого добропорядочного господина, если тебе не трудно, и соблаговолите сходить в подвал, принести нам картофеля, спасибо.
Инесса: Чего это я пойду в какую-то темную яму с каким-то посторонним мужиком?
Миха: А я чего с ней потащусь? Сам и иди.
Николай: Если я пойду, то здесь некому оставаться будет, последить за этим (показывает на Валеру). Логика.
Инесса: Я могу побыть здесь, например.
Миха: Мы можем, например.
Николай (Инессе): И ты будешь следить за его здоровьем после всего, да?
Инесса: Ну…
Миха: Мать Тереза.
Инесса: Тебя не спросили.
Николай: Ладно, все уже. Идите, давайте. А я здесь раскладываться буду.
Инесса (Михе): Ты мне только помогать будешь, и все. А если что-то себе позволишь, то я…
Миха (плаксиво): А ты чего хамишь? Мне такие бабы как ты вообще индиферентны. Орет, дерется, грузит всех.
Инесса: А мне такие мужики как ты задолбали. Шумят, тупят, а тоже крутые!
Миха: А ты вообще коза!
Инесса: А ты вообще козел!
Николай: Можно уже идти за картошкой.

Пауза.

Инесса: Я никуда с ним не пойду!
Миха: Я один что ли пойду? Я тут что, основной за всех оттопыриваться?
Николай: Ну, смотрите, какие есть варианты. Если останешься ты, Инесса, а мы с ним пойдем за картошкой, за безопасность Валеры я не отвечаю. Особенно, если он тебе опять что-то ответит. Если пойду один я, то вы сразу здесь сообразите на троих. В плане, кто-то один точно загнется. Вот и получается, что лучше вам делом заниматься, а мне – контролировать тут все. Логика.

Пауза.

Миха (радостно): Есть вариант. Она пойдет, а я останусь.
Инесса: Сейчас, разбежалась.
Николай (Инессе): Или так можно, да.
Инесса: Спасибо тебе, дорогой. (Михе): Пошли давай!
Миха: Сейчас, только шнурки застегну!
Николай: Ребята, не ссорьтесь. Инесса, спокойно, держи высокий статус сотрудника российской ментуры.
Инесса (выходя): Зачем я сюда поехала, дура? Вместо того, чтобы спокойно сидеть дома, пить чай с гренками и радоваться жизни, поперлась с двумя бандюками и одним якобы ментом, который даже никого ударить не может, в какую-то хибару, находящуюся хрен знает где, в какой-то заднице, при том, что все оскорбляют, да даже если бы и не оскорбляли, что я здесь делаю, и зачем все это нужно, если и так всем по фигу, и почему мне тогда не должно быть по фигу, и кто так сказал, и почему я такая дура… (Уходит).
Миха (выходя): А я зачем сюда приехал, осел! Вместо того, чтобы нормально оттопыриваться дома, вместо всего этого приезжает какой-то кекс, мутит воду, путает все карты, и все неизвестно для чего, и посылает меня в какую-то таракань с какой-то психованной бабой, и зачем мне все это надо, и почему я такой осел… (Уходит).

Пауза.

Валера: Слышьте, чего…
Николай: Оклемался? (видит всю раскорябанную физиономию Валеры) Ух ты, солнышко ты мое. Ладно, не напрягайся. Шучу. Слушай, извини, тут тебя маленько приложили. Но ты не серчай, кому сейчас легко…
Валера: Слышишь…, а чего она у тебя такая фурия?
Николай: Настроение было плохое у нее. Я тут тебе компресс сделал.
Валера: А она больше драться не будет?
Николай: Не планировала сегодня.
Валера: А завтра?
Николай: Будет видно. Кстати, восстанавливайся. Завтра у нас программа.
Валера: Какая?
Николай: Большая. Завтра все узнаешь.

Пауза.

Валера: Я хочу домой.
Николай: Нельзя.
Валера: Почему?
Николай: Потому.
Валера: Хам ты все-таки. (Поворачивается к стене).
Инесса и Миха (входя): Ты бы нас еще на Чукотку услал.
Николай: А что такое?
Миха: Ты когда сам последнее время в чулане был?
Николай: Зимой.
Миха: Десять лет назад?
Николай: Этой.
Инесса: Ну и что у тебя там?
Николай (неуверенно): Картошка.
Миха: Картошка у тебя померзла вся.
Николай (подумав): Крупы какие-то были.
Миха: Они все ссохлись и в них тараканы.
Николай (еще подумав): Варенье там…
Инесса: Варенье все в сахаре и воняет.
Миха: И че, ты нас будешь здесь вареньем кормить?

Пауза.

Миха: Ну и че ты нас сюда позвал?
Валера: И че?
Инесса: Ты бы хоть продуктов в дом купил.
Валера: Ты че?
Миха: Во ты хозяин тоже в натуре, молодец!
Николай (весело): Кашу можно есть, ее только отобрать надо, варенье в чай класть. А картошку, как в армии, можно до середины дочищать.

Пауза.

Николай: Все равно что-то сделать можно.

Пауза.

Миха: Пошел я, короче, отсюда. Та еще поездочка.
Валера (лежа): И я с тобой.
Николай: Вы куда?
Миха: На кудыкину гору.
Николай: Ну, что ж, идите. Но только далеко вы не уйдете.
Миха (прищурился): Ну и че? Драться, что ли, будешь?
Николай: Нет. Но вы без меня дорогу не найдете. И темнеет уже.
Миха: А ты нас отведешь.
Николай: Я не могу.
Миха: Почему?
Николай: Из принципа.
Миха: Слышь, принципиальный, сейчас я тебе такого принципа дам!
Валера (лежа): Прикинь, что мы тебе сейчас сделаем!
Николай: Ребята, не заводитесь. Есть предложение. Сегодня уже поздно все равно. А завтра посмотрим. Сейчас кашку поедим, телек посмотрим, ок?
Миха: А завтра ты нас отведешь?
Валера: Завтра?
Николай: Завтра будет видно, бармалеи.

Пауза.

Миха: Слышишь… Ты это зачем нас так назвал?
Валера: Ты это чего, а, слышь…
Николай: Шутка юмора. Ладно, бросьте вы. (Инессе): Хозяюшка, а, хозяюшка…
Инесса (кокетливо): Ты это меня, что ли?
Николай: Йес ит из .
Инесса: Только не подлизывайтесь. Кашу сделаю, и если хоть одна тварь мне что-то скажет и даже по-английски, убью прямо здесь. И фамилии не спрошу. Понятно?
Николай: Понятно.
Миха: Ой-ой-ой.
Валера: Опа-опа.
Инесса: Я что-то сейчас услышала?
Все: Нет-нет-нет. Как ты могла такое подумать!
Инесса: Так я и думала. Бармалеи.

Картина двенадцатая
Утро. Николай сидит в шпагате. Входит Инесса.

Инесса: Ой, что это с тобой?
Николай: Зарядка.
Инесса: Ничего не заболит?
Николай: Нет.
Инесса: Ты только этим двум не показывай, не шокируй так. Они ребята впечатлительные, сразу убегут.
Николай: Буди их.
Инесса: Так семь часов!
Николай: Так утро уже.
Инесса: Так рано!
Николай: Буди, сказал.
Инесса: Ты это чего их так не любишь?
Николай: Люблю.
Инесса: Ладно. Ты лучше скажи, зачем ты нас сюда привез?

Пауза.

Николай: Ты можешь ехать обратно.
Инесса: Здрасьте-поглядите. А больше ничего не надо, обращайтесь если что!
Николай: Да ладно тебе. Хочешь, я расскажу тебе что-то.
Инесса: Ой, спасибо, радость-то какая! Хоть понятно будет?
Николай: Да.
Инесса: Так их не будить уже что ли?
Николай: Это недолго.

Картина тринадцатая
Воспоминание Николая двадцатилетней давности.
Цирковое общежитие. Николай в боевой стойке отрабатывает удары ногами. На раскладушке полулежит парень в кепке и лузгает семечки.

Парень в кепке. Ну и чего ты все рисуешься?
Николай: Слушай, не мешай уже.
Парень в кепке. Ну и чего тебе это даст? Купи пистолет, и все.
Николай: Захочу – куплю.
Парень в кепке: Купи.
Николай: Куплю. Все?

Пауза.

Парень в кепке: Тут еще один приехал вроде тебе. Такой же, с головой «бо-бо».
Николай: Кто такой?
Парень: Долбанутый, вроде тебя.
Николай: Я серьезно.
Парень: Невменяемый, как ты.
Николай: Перестань!
Парень: Ой-ой, страха полные штаны. Да не знаю я ничего, сегодня утром въехал.
Николай: Как зовут хоть – знаешь?
Парень: Слушай, ты достал, пойди и сам познакомься. Скажи – здрасьте, я местный отморозок, хотите в челюсть?
Николай: Да пойду, успокойся. Чего умеет?
Парень: Не знаю, ногами махает так же как ты, говорят.
Николай: Ну и чего?
Парень: Ну и ничего. Взрослее он тебя, правда.
Николай: Ладно, посмотрим. Двигай давай.

Картина четырнадцатая
Лужайка рядом с домом Николая. Между деревьев врезан турник, рядом вкопаны бревна. Николай, Миха и Валера.

Миха: Ну и дальше че?
Валера: И че мы притащились в этот огород?
Николай (радостно): Будем совершенствоваться.
Миха: Чего-чего?
Николай (нравоучительно): Тренировать бренные тела.
Валера: Кто?
Николай: Вы. И я заодно с вами.
Миха: И че делать надо?
Николай: Для начала отожмемся.
Валера: Слышишь, я, между прочим, болею.
Николай: А ты будешь делать меньше.

Пауза

Миха: Я вот все думаю, у тебя чего, проблемы с головой? Может тебя все-таки грохнуть? Сделать доброе дело всем, а?
Николай: Ну, вот тебе сейчас и повод представится. Но для начала советую размяться.
Миха (Валере): Ну и чего будем с ним делать?
Валера: А я знаю?
Миха: А я знаю?

Пауза.

Миха (Валере): Давай завалим.
Валера: Слышь, куцый, а вдруг он нас?
Миха: Не факт.
Валера: Слышь, куцый, а может не надо. Ну, че я, у меня не двигается после вчерашнего ничего.
Миха: Мозги у тебя не двигаются, в первую очередь после вчерашнего.
Николай: Итак, урок первый. Видите бревно?
Миха: Ну…
Валера: Ну…
Николай: Баранки гну. Надо перепрыгнуть через него пятьдесят раз туда и обратно. Это разминка.

Пауза.

Миха: Слушай, мужик, ты нормальный парень, мы конкретно против тебя ничего не имеем, понял? Но ты чего-то не понял, понял? Мы тебе не простое это фуфло, что на скамейках пиво пьет и баб тискает. Мы люди серьезные. И если мы тебя еще в землю не закопали, то просто пожалели.
Валера: И если ты тут с нами вот так запросто базаришь, и мы тебя еще слушаем, это просто потому, что мы нормальные пацаны и умеем вести себя по-пацански.
Миха: И наше терпение уже заканчивается, понял! Ты хочешь разобраться что ли, я не понял? Так сейчас сюда подъедут, и разберутся, не вопрос! И там посмотрим, какой ты крутой, понял!?
Валера: И если ты не хочешь неприятностей, а я думаю, ты их не хочешь…
Миха: То ты тогда быстро все прикинешь…
Валера: И мы, может быть, даже забудем все…
Миха: Отвезешь нас обратно…
Валера: И мы тебя, может, даже и не накажем…
Миха: Хотя за такие дела нормальные пацаны наказывают…
Валера: Без базара.
Миха: Ты понял?

Пауза.

Николай: Эх, ребята. Мог бы многое сказать, но не буду.
Миха: Ну и почему?
Николай: Не хочу. Ну, что готовы?
Валера: Куцый, он и правда отморозок.
Миха: Значит, ты по-хорошему не понимаешь. Ладно. Ну-ка, посмотрим, какой ты крутой. (Валере): Готов?
Валера: Ну.

Они с разных сторон набрасываются на Николая. Пауза.

Картина пятнадцатая
Воспоминание Николая. Николай отжимается на кулаках. За ним с восхищением наблюдает Инесса.

Инесса: Ты нас зачем сюда привез?
Николай: Буду с этими работать.
Инесса: Работать – что значит?
Николай: Над выправкой.
Инесса: Это как?
Николай: Понимаешь, ни хороших, ни плохих людей нет. Есть люди, которые двигаются верно, и есть, которые неверно. Так вот, последним просто нужно помочь, их выправить.
Инесса: А… ты как выправлять будешь? Палкой, что ли?
Николай: Ну, это по-разному у всех. Кого-то словом, кого-то – делом.
Инесса: Ты так хорошо это знаешь?
Николай: Я это могу.

Пауза. Николай переворачивается, и опять садится в шпагат.

Инесса: А кто ты такой? Почему ты думаешь, что можешь решать все за них?
Николай: Потому что они сами не могут решить. Тут пути два, или наверх, или вниз.
Инесса: Может, им так хорошо?
Николай: Не хорошо. Спокойно. Хорошо ТАК быть не может. Но они не знают, что такое хорошо.
Инесса: И что? Что же ты решил?
Николай: Надо дать им шанс.
Инесса: Почему именно они? Что ты к ним привязался?
Николай: Этих еще можно «повернуть».

Николай меняет позицию и садится в лотос.

Инесса: Да… Меня всегда убеждали убедительные доводы. Ну и для чего тогда тебе нужна я?
Николай: А вот ты поможешь в этом.
Инесса: Я?
Николай: Да.
Инесса: Чем?
Николай: Ты это увидишь сама. Скоро. Очень скоро.

Николай встает, подходит к Инессе и целует ей руку. Инесса, ожидая поцелуя в щеку, закрывает глаза. Николай выходит. Инесса открывает глаза. На месте, где занимался Николай, сидит крыса. Инесса взвизгивает и выбегает из комнаты. Крыса садится и умывается.

Картина шестнадцатая
Жаркое солнце. Миха и Валера, все мокрые и красные, прыгают через бревно, напротив сидит Николай, улыбающийся и умиротворенный. Легкий ветерок гоняет по небу облака и колышет травку. Николай некоторое время наблюдает за процессом.

Николай: Что-то вы как-то неинтенсивно прыгаете.
Миха: Ин-тен-сив-но!
Николай: Ноги поднимаете плохо. Выше надо, выше.
Валера: А-мы-вы-со-ко-так-ух-ты-блин!!»
Николай (мечтательно и поэтично): Что-то в этом во всем мне не нравится. Динамики нет. А когда нет динамики – теряется гармония. Теряется?
Миха и Валера: Е-е-е-е-щекак!
Николай: Вот. Может, дать вам еще киллограммовые гантели? По одной, в каждую руку, а?
Миха и Валера: Ух-ах-ух-ах!!!
Николай: Вот, сразу видно – моя школа. Ладно, передых.

Миха и Валера падают и лежат без движения.

Николай: Вот у меня был случай один. Подхожу я к киоску что-то там купить, и тут меня отталкивает какой-то мужик, крупный, большой, что-то ему не понравилось, или мелочь он не успел с прилавка собрать, в общем, не знаю. А я его спрашиваю – А что ты такой злой? Ты же добрый. Он как-то помялся и говорит – Ну да, добрый. - Тогда чего толкаешься? В итоге мы с мужиком почти побратались, и он предложил выпить с ним пива. Я, конечно, пить с ним не стал, но ощущение было… хорошее.

Пауза

Валера (вытирая майкой лицо): Слышь, ты когда закончишь там, скажи, когда домой пойдем. Что-то мне не по себе.
Миха (лежа с закрытыми глазами): Что-то нам…
Николай: Еще чуть-чуть, и все. Как вы думаете, о чем эта история?
Миха: Чего?
Валера: Чего?
Николай: История. Обо мне и мужике. О чем она?

Пауза.

Валера (плаксиво): Слышь, ну мы же тебе ничего больше не сделали. Ты тут нас напрягаешь, какие-то истории «гонишь», ну ты совсем что ли упал?
Николай (поучительно): А эта история о взаимопонимании. А теперь следующее упражнение.
Миха: Какое?
Николай: Вот такое (показывает). Миха и Валера смотрят на него обреченно.

Картина семнадцатая
Воспоминания Николая двадцатилетней давности.
Комната в общежитии. Николай и человек, стоящий у стены. Николай показывает человеку свои удары.

Человек: И зачем ты мне все это показываешь?
Николай: А что?
Человек: Ну, просто мне это неинтересно.
Николай: Может, ты мне скажешь что-то?
Человек: Не хочу.
Николай: Не хочешь?
Человек: Нет. Иди к себе. Я занят.
Николай: Хорошо. Пойду.
Человек: Пока.
Николай: Пока.

Пауза. Николай встал у порога.

Николай: Ты хочешь сказать, что можешь лучше?
Человек: Я этого не говорю. Иди.

Голос Николая: Но я от него не отходил. Чувствовал что-то. И один раз, после тысячной просьбы что-то показать, он показал мне удар. Один удар - правой рукой в воздух. И тогда я понял, что я пять лет фактически протанцевал. Человек, назовем его Арман, хотя, в общем, не важно как, согласился меня учить.

Николай и Арман.

Арман: Как ты думаешь, зачем тебе все это?
Николай: Что?
Арман: Это, чему ты сейчас учишься.
Николай: Ну, характер воспитывает.
Арман (усмехаясь): То есть, ты занимаешься, чтобы только выковать характер?
Николай: Ну, да…
Арман: И все?
Николай: Ну, нет. А что?
Арман: На начальном этапе выковать характер действительно надо. Этому ты научишься через спарринги. А потом?
Николай: Ну, работать над техникой…, а что?

Голос Николая: Только тогда я впервые услышал о переходе. От него.
Голос Инессы: О чем?
Голос Николая: О переходе.
Голос Инессы: Это что?

Картина восемнадцатая
Николай на траве. Миха и Валера бегают около бревна.

Миха: Слышь, мужик, как там тебя, - Николай, - мы тут уже полчаса бегаем вокруг столба.
Валера: Слышь, мужик, мы отдохнем, а?
Николай (отвлекаясь от воспоминаний): А?
Миха: «Два»! Мы тут, типа, полчаса бегаем, ничего?
Николай: Ладно, передых.
Валера: О-е…
Миха: О-е… (Валятся на траву).
Николай: Как самочувствие?
Миха (через паузу): Спасибо тебе, мужик. Добрый ты.

Инесса (появляется, ласково): А я вам кашки принесла.
Миха (преувеличенно радуясь): Ой, как хорошо!
Инесса: И без иронии, пожалуйста. Ведь могу вообще ничего не делать.
Николай: Да, ладно, шутят они. Давай кашу. (Михе и Валере): А вы есть, что ли, не хотите?
Инесса: Ах-ах, какие мы! Каши они не хотят. А чего вы вообще хотите?
Миха (лежа): Мы уже вообще ничего не хотим.
Валера (лежа, Инессе): Слышь, как тебя там… ну не езди нам по мозгам, а. Есть тут уже один, и ты еще…
Инесса (Николаю): Они у тебя еле дышат.
Николай (Инессе): Они сегодня молодцы.
Инесса: Оно видно.
Николай: Мы нормально сегодня поработали. Да, ребята?
Инесса: Зная тебя, хочется в это не верить.

Пауза.

Миха: Ну и сколько нам здесь еще трубить?
Николай: Недолго совсем. Месяц.
Миха: Что?
Валера: Что?
Инесса: Что?
Николай: Что-что. Месяц. Хе.

Пауза.

Николай: Ну, может, чуть меньше. Все зависит от того, как пойдет.

Пауза.

Инесса (нарочито спокойно): Дорогой, если ты что-то вдруг не понимаешь, то ведь есть еще я, есть они, есть, наконец, Семеныч, все это есть, и если ты хочешь это не учитывать – пожалуйста, но я в такие игры не играю.
Миха (вскакивая): А ничего так нас всех прокинуть! Если ты еще не понял, вот есть я, есть еще этот дебил слева (цыц, кому сказал), у нас тоже есть начальство, у меня и у этого идиота, что слева (цыц еще раз), и мы не зависим от того, что у кого вдруг где почешется, и кто в каком настроении проснется, и кому какие там вещи почудятся спросоня, нам это знать неинтересно, понял!
Валера: А я вообще не врубаюсь, че мы здесь делаем!
Николай: Я вас всех понял. Со скидкой на начальство и Семеныча – неделя. Но не меньше. И пахать вы у меня будете – как лошади.
Инесса: Дорогой, а что ты скажешь тогда своему непосредственному шефу, не их, их шефу скажут вот эти два прекрасных человека, у них с ним еще разговор будет и не один, и не два, а своему, который, между прочим, тебя на работу с испытательным сроком принял, и важный человек за тебя поручился, а тебе все фиолетово, но нужно же иметь какие-то рамки…
Николай: Рамки есть. Семенычу позвоню сам.
Миха: Понятно. Ну, короче, мужик, нас будут искать и приедут, поэтому ты там не удивляйся, если что…

Картина девятнадцатая
Телефонная будка. В ней Инесса и Николай. Николай говорит по телефону, Инесса стоит рядом.

Николай: Семеныч, ты? Привет. Как сам? Прости, не смог. Ну, вот так. Пауза – семь минут. Я понял. Я понял. Я понял. Опять пауза. Николай вешает трубку.
Инесса: Ну, что? Все плохо и всех убьют?
Николай: Нет, все хорошо, и все поженятся.

Пауза.

Инесса: Я не понимаю. Рисковать всем, работой, людьми, даже собственной жизнью, во имя чего? Вот что это, за которое можно так все отдавать?
Николай: Когда-то я дал слово, одному человеку, что буду учителем.
Инесса: Кем? Учителем? В школе, что ли, преподавать? Представляю тебя в очках с указкой.
Николай: Нет, не в школе. Да и не преподавать даже… Правильнее было бы, конечно, сказать – Проводником.
Инесса: Понятно. С бельем и чаем.
Николай: Хотя… да нет, это не важно.
Инесса: Ну-ка, давай, выкладывай, сказал «а», говори и «б».

Картина двадцатая
Воспоминания Николая двадцатилетней давности.
Спортивный зал в подвале. Шеренга молодых людей в кимоно. Напротив них стоит Арман.

Арман: Вадим!

Из строя выходит здоровенный парень, кланяется Арману и встает в стойку.
Арман обводит взглядом шеренгу. Каждый отводит от него взгляд. Последним в шеренге стоит Николай.

Голос Николая за кадром: Я занимался тогда в секции у Армана немногим более двух месяцев и в спарринге еще не работал. Но знал, что в секции было правило, после двух месяцев обучения ставить новичков в пару с наиболее продвинутыми учениками. Это был поединок почти в полный контакт, хотя, конечно, более старшие и опытные щадили молодых. С Вадимом, одним из учеников секции, вставать в спарринг никто не хотел. Он был абсолютно бесбашенный, и единственное, кого он, нет, не боялся, но уважал, был Арман. К другим он относился как к потенциальной жертве, даже к новичкам. Несмотря на присутствие Армана.
Голос Инессы за кадром: Так он что, позволял избивать молодых ребят?
Голос Николая: Это не называлось избивать. Это называлось – «выдержишь – не выдержишь». Арман часто практиковал всякие методы закалки характера.

Взгляд Армана останавливается на Николае.

Голос Николая: Я стоял последним в шеренге, и больше всего боялся, что Арман назовет мое имя.
Арман: Николай!
Голос Николая: Я вышел на ватных ногах и поклонился учителю. Вадим в это время ничего особенного не делал, а спокойно готовился к избиению очередной жертвы: разминал шею, кисти рук, чуть подтанцовывал на месте, в общем, делал все как обычно. Я встал в стойку. Вадим тоже встал. Вернее, сделал как обычно: чуть наклонил корпус вперед для того, чтобы как только бой начнется – сразу сорвать дистанцию и градом ударов сломать соперника. И я знал, что он это сделает.
Инесса: И что же ты сделал?
Голос Николая: Арман так и не дал команду. Он подошел ко мне, посмотрел в глаза. И сказал: О чем ты сейчас думаешь? Я признался, что мне страшно. Он сказал, многим страшно, но они верят. Есть инструмент такой. И те, кто выдерживает испытание – побеждает. – Какое испытание? – спросил я. Испытание веры. Маленьким людям дается маленькое испытание. Большим людям – большое испытание. Потом сказал - Иди и сядь. И подумай об этом.
Голос Инессы: И что дальше?
Голос Николая: Это был мой первый урок, начальный. Дальше – больше.

Картина двадцать первая
Ночь. Миха и Валера лежат на кроватях на втором этаже.

Миха (шепотом): Слышь, отпетый! Отпетый!
Валера (спросоня): Ну.
Миха: Гнать отсюда нужно.
Валера: Ну.
Миха: Чего, «ну»?
Валера: Ну, да.
Миха: «Да-да». «Звезда».
Валера: А чего?
Миха: Ох-х-х, из серии «не родись дебилом». Гнать, говорю, надо отсюда.
Валера: Надо.
Миха: Во ты молоток, что так сказал. А главное – сразу сделал.
Валера: Чего ты до меня докопался? Ты же у нас мозги, ты и думай.
Миха: Да, одни мозги на двоих… Как это грустно.
Валера: Не грусти, не в церкви…

Пауза.

Валера: Может, ночью?
Миха: И это называется, он подумал. Кто на ночь дверь запирает?
Валера: Мужик этот.
Миха: Мужик. А ты взламывать замки умеешь?
Валера: Нет.
Миха: Нет. Может, ты владеешь искусством бесшумного выламывания стен?
Валера: Могу окно разбить.
Миха (передразнивает): «Могу окно разбить». Ты только на это и способен. А как ты думаешь, он услышит звон стекла?
Валера: Не знаю.
Миха: «Не знаю». «Кем будешь? – Космонавтом».

Пауза.

Миха: Потом. Ты будешь на втором этаже окна разбивать и нырять с шести метров на асфальт?
Валера: Почему?
Миха: По кочану. Окна на первом этаже с решетками. Как тюряга, блин.
Валера: Тогда днем.
Миха: Вот ты молоток! Помог, помог, реально! Продолжай, слежу за ходом твоих мыслей.
Валера: Ну, типа, подхожу я к нему и без всяких разговоров бью в челюсть. Ты подлетаешь и фурию его чем-то тяжелым по голове. И сматываемся.
Миха: Ты все-таки мне нравишься. Нет, в тебе что-то есть. Тебя знаешь… хорошо бы где-нибудь у папуасов в цирке показывать бесплатно. Или среди неандертальцев. Нет, среди папуасов лучше, однозначно.
Валера: Ты чего? Я не понял.
Миха: И не поймешь. Тебе не дано.
Валера: Ну и что за дела? Если так, то и вообще ничего говорить не буду!
Миха: Ладно, не грузись. Что там дальше?
Валера (через паузу): Или, например, я его отвлекаю, а ты сзади подбегаешь, и по голове ему, и по голове! А потом с фурией его разберемся!
Миха: Ну и как ты его будешь отвлекать? Покажешь палец? Или: «Ой, ой, смотри, что это там такое?» Так, что ли?
Валера: Не, ну как-нибудь по-другому.
Миха: Ну и как?

Пауза минут десять.

Валера: Подброшу что-нибудь вверх, он голову повернет, а тут я ему по башке, а потом ты, короче, подбегаешь…
Миха: О-ой… Ты хоть раз кого-то так отвлек?
Валера: Нет. Ну и чего?
Миха: Тьфу, деревня – купи трактор… Да ничего.

Пауза. Валера смеется. Миха удивленно смотрит на него.

Миха: Ты чего?
Валера: Я фильм видел.
Миха: Молодец, возьми с полки пирожок.

Пауза.

Валера: Там как-то вот так делали: мужика одного, короче, звали, он в комнату входил, а другие у него ковер из-под ног выхватывали, он падал, они на него набрасывались, связывали и ноги делали.
Миха: Ну, и сколько их народу было?
Валера: Трое, кажется.
Миха: А нас сколько?
Валера: Двое.
Миха: Вывод?
Валера: Ну, чего ты пристал – «вывод, вывод»… Сам свои выводы делай.
Миха: Вот то-то и оно, все сам, да сам. Грустно это все.
Валера: Не грузись, не в интернете!

Картина двадцать вторая
Небольшая, но просторная комната. За столом сидит человек в очках и домашних тапочках. Голова замотана полотенцем, человек читает газету.
Звонок в дверь. Человек поднимает голову и прислушивается. Повторный звонок. Человек встает и идет к входной двери. Он смотрит в глазок, потом открывает. На пороге стоят крепкие ребята. Человек, не слова не говоря, поворачивается и идет к столу, усаживается за него, снимает очки и смотрит на посетителей. Те стоят, не шелохнувшись. Человек жестом приглашает визитеров войти. Они входят. Человек еще выжидает, потом начинает говорить первым:

Человек (ласково): Ну, что, сукины дети, с чем пожаловали?

Пауза.

Человек (ласково): Значит, ни одна су-сука не хочет со мной раз-раз-разговаривать? Жаль. Ну-ну, что-то ж, начнем с тебя, Г-г-г-г-г…. Г-г-г-г…
Человек (выходя из шеренги): Григорий.
Человек (ласково): Ну, Г-Григорий, да-давай, я очень… жду.
Григорий (после паузы): В общем, мы его… пока не нашли.

Пауза.

Человек: И как т-тебя п-после этого наз-зывать? И-и-и…и-и-и…
Все (хором, весело): Диот!
Человек: К-к-к…
Все (хором): Ретин!
Человек: Бы-бы-бы-бы……..
Все (хором): Дло замоскворецкое!
Человек: И-и-и-и…
Все: КАК!
Человек: Т-т-т…ы
Все: МОГ!!
Человек (набирает воздух в легкие и выпаливает): Как ты мог сюда войти с этим, и надо было самому разбиться, но найти, и что же мне теперь с тобой делать, найдете, когда, через год, через сто, и зачем вы все мне нужны???!!!!

Пауза.

Григорий: Мы его найдем, Сергей Владимирович.

Пауза.

Сергей Владимирович (чуть успокоившись): Что И-Истукан г-говорит?
Григорий: Говорит, что на минуту отошел купить сигареты, и не заметил, как они вошли.
Сергей Владимирович: Э-этот л-лепет я уже слышал. Д-да-да-да-дальше.
Григорий: И когда они выходили, один – ну, мужик тот, что был на камере в прошлый раз, нес на плече Валеру, а Миха семенил рядом.
Сергей Владимирович: И-и-и? И?
Григорий: Ну, вроде как он их пропустил, рядом, вроде Миха шел, ну и вот…
Сергей Владимирович: И-и-и-и… ка-ка-камера все это ф-ф-ф-ф-фффффффф-ф -фиксировала…?
Григорий: Ну, камера в тот день не работала, как раз только мастера вызвали, он сразу же после этого пришел.
Сергей Владимирович: Я-ясно. И ку-куда же они, ин-интересно, по-по-по-по…? По-по-по-по…? По-по-по-шли??

Пауза. Все думают, куда.

Сергей Владимирович: Вы хо-хо-хо-хо-хо…
Все (обрадованно): Тите!
Сергей Владимирович: Т-тите с-казать, что какие-то лю-лю-лю-лю…
Все: Ди!
Сергей Владимирович: Д-ди! Приходят д-нем, бес-бес-бес-бес-бес-бес…
Все: Базара!
Сергей Владимирович (делает угрожающий знак рукой): Бес-бес-бес-бес-бес…
Все: Понтово!
Сергей Владимирович (чем больше волнуется, тем больше заикается): Бес-бес-бес…

Пауза.

Сергей Владимирович (немного успокоившись): Беспрепятственно!! Про-ходят мо-их пат-рульных, выру-бают мо-их лю, лю, лю-лю-лю…
Все (неуверенно): Дей…
Сергей Владимирович: Дей! У-ходят по-том неизвестно к-куда, и н-никто нич-ч-ч-чего не зна-ет?

Пауза. Звуки природы постепенно замолкают. Мир оцепенел в ожидании.

Сергей Владимирович (втянув воздух, выпаливая): Это значит, что кто-то, и, в общем, совсем неважно кто, и заметьте, не группа спецназа, не шайка моджахедов и не войска ООН может вот так, просто и легко, внаглую и нимало не шифруясь, прийти к одним из моих лучших людей, их вырубить, утащить их в неизвестном направлении, и никто ничего не сможет не только сделать, но и найти их, чтобы наказать?!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Пауза. Все отмокают.

Сергей Владимирович (плачет): И за-чем? Вы все? Мне по-сле этого? Ну-ну-ужны? Зачем я теряю? Н-на вас? Силы и в-время? За-чем? Я за? Крываю? Вас? Везде?

Пауза. Все начинают всхлипывать.

Сергей Владимирович (беря себя в руки): Если еще раз когда-нибудь вы п-п-позволите себе п-п-приходить ко мне вот так – вы меня знаете – п-п-пощады не ждите. Если завтра ничего известно не будет – вы поняли, да? А теперь п-п-пошли вон!
Все (быстро): Да, шеф, не извольте беспокоиться, простите, если что не так!

Толпа бесшумно ретируется. Сергей Владимирович набирает номер телефона, несколько секунд ждет.

Сергей Владимирович: А-Алло. А кто это? Это Ю-ю? Юрий Семеныч? Здрасьте-здрасьте, не у-знал Вас. Богатым будете… Не-не отрываю? Ну-ну, да-да. Да, ва-вашими молитвами. Как супруга, как ма-аленький? (Смеется) Ух ты, ух ты, совсем бо-бо-большой стал. Надо же, время как ле-летит. Ну, по-понятно, по-понятно. Я Вам собственно звоню во-вот почему. Ту-ту-ут у нас какая-то путаница произошла, по-по… по-по-поможете разобраться? Ну, ваши люди снова дву-ух моих ребят ку-ку-куда-то повезли, домой к ним п-п-приехали… Д-да. Н-н-нет. Да нет, к-конечно, ничего, вы же меня знаете. Д-да вот не знаю, что и делать. П-п-п-приличные люди, ни к кому не приставали, дома сидели. Ка-ак сами ищете? Пра-пра-вда? А-ах, вот так даже? У-угу, у-угу. Ну, может, объединим наши у-усилия? Н-ну, д-да. Д-да нет, что вы, ни в коем ра-разе! А ч-ч-ч-то это за человек? А, недавно, п-п-понятно. Ну, да, да. Ну, у на-нас и своих б-бойцов хватает. (Смеется) Н-ну, понятно. Н-ну, ладно, тогда, если что-то будет и-и-известно, созвонимся. Су-су-супруге привет. С-с-спасибо. Ну-у, до скорого. В баньку-то в субботу п-придете? П-появлюсь, конечно. Жир с-с-сгоню! Ну, хорошо, е-е-есть…

Сергей Владимирович кладет трубку и задумчиво смотрит в пространство. Затем набирает на мобильном чей-то номер.

Сергей Владимирович: Григорий. С-слышишь меня? Значит, так, этого ч-человечка они сами ищут. В п-принципе, они в нем не заинтересованы, он недавний, его ни-кто т-толком не знает. Отлупите там его, как найдете, только не си-си-сильно, имейте мозги хоть раз в жизни. Не-не-нет, решать ничего не надо. Ж-жду. Помнишь уговор? Д-д-давай.

Сергей Владимирович убирает мобильный телефон в стоящую рядом со столом сумочку-кейс. Затем усмехается и опять принимается за газету.

Картина двадцать третья
Воспоминания Николая:

Николай: Ну, как твой змей? Летает?
Мальчик: Не-а.
Николай: Что так?
Мальчик: Не знаю. Я его запускаю, а он вниз падает.
Николай: Ветер просто лови и все.
Мальчик: Стараюсь. А он не ловится. Ты меня драться научишь?
Николай: Научу. Только позже.
Мальчик: Когда?
Николай: Вот, лето закончится, и пойдем тренироваться. За птицами следил?
Мальчик: Да. Ну, птицы и птицы.
Николай: Эх, ты. Давай змея вместе запустим.
Мальчик: А он не летает.
Николай: Надо просто ветер держать.
Мальчик: Как его держать?
Николай: Очень просто. Смотри.

Николай подкидывает змея. Змей повертелся в воздухе и упал.

Мальчик: Я ж говорил!
Николай: Знаешь, есть правило трех попыток. Попытка номер два.

Вторая попытка также не увенчалась успехом.

Мальчик: Ну, вот. Я ж говорил.
Николай: Третью теперь. Ты знаешь, что когда ты подкидываешь змея, ты должен видеть.
Мальчик: Видеть?
Николай: Видеть змея в небе. Вот, скажи, как ты хочешь, чтоб он летал?
Мальчик: А как?
Николай: Ну, например, как высоко, или куда полетит.
Мальчик: А зачем это?
Николай: Ты должен себе… рисовать такую картину. Если хочешь чего-то – надо хотеть это очень конкретно. И ощущать все. Например, почувствовать натяжение веревки.
Мальчик: Ну, попробую.

Поднялся легкий ветер.

Николай: Кажется, время. Держи еще раз. Чувствуй, где ветер. Чувствуешь?
Мальчик: Да.
Николай: Вот. Теперь одной рукой возьми веревку, так, чтобы удобно было ее разматывать, другой – змея. Держишь?
Мальчик: Почти.
Николай: Вот. Ну, теперь давай.

Змей полетал в воздухе совсем немного, и опустился на землю.

Мальчик: Ну, вот, опять не получилось.
Николай: Ты же видишь, что это могло быть. Но так просто ничего не получится. Тренируйся. И если хочешь, чтоб твоя мечта сбылась – работай. И она сбудется. Всегда.
Мальчик: Правда?
Николай: Да.
Мальчик: А ты мне поможешь?
Николай: Помогу. Но все должен будешь сделать ты сам.

Картина двадцать четвертая.

Миха (шепотом): Отпетый! Отпетый!
Валера (сквозь сон): Чего?
Миха: Слышь, он, кажется, дверь на ключ не закрыл.
Валера: И че?
Миха: Гнать надо. У тебя свое где?
Валера: На мне.
Миха: Понятно. Ботинки где оставил?
Валера: Под кроватью.
Миха: В кое-то веки не в прихожей. Короче, я сейчас подкрадусь к двери, посмотрю, что там, а ты пока готовься.
Валера: Чего?
Миха: Того. Ботинки одевай, щетину приглаживай.
Валера: Ага.

Миха идет к двери, прислушивается, потом смотрит в замочную скважину. Тишина. Миха делает тайный знак Валере, который подкрадывается к двери, они открывают ее и…

Николай: Ребятки, куда собрались?
Миха (насупленно): В туалет.
Николай: При полном параде?
Миха: Холодно там.
Николай: И даже с сумкой?
Миха: Чтение, чтоб не скучно было.
Николай: И в кепке?
Миха: Вдруг дождь.
Николай: Понятно. Что ж, идите.
Миха: Что?
Валера: Чего?
Николай: Ну, вы же хотите в туалет. Идите.

Пауза

Миха: Ты чего, нас отпускаешь?
Николай: Да. Вы мне больше не интересны.
Валера: Чего?
Николай: Того. Идите давайте, топайте. Возвращайтесь в свою колыбель, к своей жизни, к своим братанам, да и я что-то задержался с вами. Работать надо мне. Поэтому идите, в туалет, в огород, или еще куда там вам. Какая разница…
Миха: Ну, мы пойдем.
Николай: Дуйте.
Миха (угрожающе): Мы уже уходим, понял?
Николай: Понял.
Миха: Нас сейчас здесь не будет!!!
Николай: Слышу, не ори.
Валера (Михе): Пойдем, что ли?

Пауза.

Миха (Валере): Отвянь. (Николаю) Слышишь, мужик…
Николай: Что тебе еще?
Миха: Нам от тебя ничего не надо, и этого твоего «дуйте» – тоже, но я просто хочу знать, просто, чтоб понять. А ты зачем нас отпускаешь? Так, для нашего сведения скажи, не прими в ущерб…
Николай: Какая разница?
Миха: Просто.
Николай: Ты хочешь идти? Иди. Еще какие вопросы есть?
Миха: Иду, иду уже. Вот только ответ твой получу и уйду.
Николай (через паузу): Потому что вы тряпки. Потому что вам все равно, что делать, где делать. И вам ничего не интересно. Вам не то, что жить не интересно, вам просто не интересно. Пришьют вас, как и других, и пополните вы всю эту бравую кагорту крутых братков, и не вспомнит о вас никто и никогда. Как будто и не было вас. Как будто и не было этих ребят Миши и Валерия, как будто не было их. А вы… Вы уже себя похоронили. Вы себе яму выкопали, внутрь себя положили и сами себя закопали. А когда кто-то, ну хоть кто-то хочет вас откопать – вы звереете, и только бы вас не трогали. Ну и черт с вами. Вы гниете там, под землей, и сгнивайте. Мне больше с вами мыкаться не хочется. Не зачем это. Свое время берегу и ваше тоже. Так что – давайте. Давайте, давайте, бегите. Нечего здесь…

Пауза.

Миха: Слышь, ты че здесь орешь, а? Мы тоже можем!
Валера: Слышь, мужик, ты че?

Николай уходит в другую комнату и закрывает за собой дверь.
Пауза. Миха и Валера стоят перед открытой дверью во двор.

Валера: Пошли, что ли?
Миха: И - пожалуйста! И пойдем! Что мы здесь не видели! Тебя что ли?! Да таких камикадзе ложками по четыре десятка! Кто ты такой! Откуда ты вообще взялся!

Миха орет и бьется в истерике, Валера прижимает его к стене и закрывает рот рукой. Миха еще некоторое время дергается, потом затихает.

Валера: Ну, ты чего, а? Братан? Чего ты, а?

Миха: Откуда ты взялся? Откуда ты взялся?

Картина двадцать пятая.
Николай и Инесса. На столе горит свеча. Николай стает в стойку, и ударом кулака, воздухом гасит свечу. Затем то же проделывает и ногами. Рядом у двери стоит Инесса и наблюдает за Николаем.

Инесса: Откуда же ты взялся?
Николай: Я тебе говорил.
Инесса: Расскажи еще.
Николай: У меня был период, когда я служил в десантных войсках на русско-японской границе на Курилах. Мы там работали на сторожевых кораблях, ловили браконьеров, досматривали японские корабли. И один раз мы высадились на одном японском корабле. И там была девочка. Как потом мне сказали наши, она была не чистая японка, ее предками были индейцы из племени майя. Так во всяком случае мне потом сказали. Я не знаю, откуда она взялась на этом корабле. И когда происходил осмотр судна, она все смотрела на меня. Ничего мы на том судне не нашли, и уже хотели уходить. Но вдруг она подошла ко мне, и взяла меня за руку. И стала что-то лопотать на ломаном японском. А я по-японски ни бум-бум. Хорошо, там был Саша, наш переводчик. Я попросил его перевести. Так, вот, что она мне сказала, я здесь вообще говорить не могу. Но после этого… я приехал после службы домой, и стал искать людей, которые бы мне показали…
Инесса: Подожди… Майя… что-то знакомое. Это индейцы, да?
Инесса: Это одна из самых величественных внеземных цивилизаций. Они были на земле еще до нашей эры.
Инесса: Очередные предсказатели будущего?
Николай: Очень точные предсказатели, и не только. Они строили города, сопоставимые по масштабам с египетским пирамидами, создали вообще много чудесных вещей, которым и сейчас нет объяснения. А потом они ушли. (Николай заканчивает тренировку и снимает мокрую футболку)
Инесса: Куда?
Николай: Никто так и не знает. Они как растворились в воздухе. Оставив после себя города, имущество, великолепный астрологический календарь, равного по точности нет даже сейчас. И с помощью него можно было предсказать все мировые катаклизмы. Так вот, они предсказали дату конца света - 23 декабря 2012 года. (Николай выливает на себя ведро холодной воды)
Инесса: Так скоро?
Николай: Да.

Пауза.

Инесса: А «конца света»? Как это понять? Мы все умрем, что ли?
Николай: Нет, но наша земля и все люди перейдут… как бы это по-простому… в новое качество.
Инесса: Какое?
Николай: Человечество перегружено болью, смертями, войнами. И если все пойдет так как есть – земля скоро просто разрушится. Поэтому ее надо очистить. (Николай вытирается полотенцем)
Инесса: Очистить? Тряпкой, что ли?
Николай: Нет. Это будет естественный отбор. Просто на землю спустится энергетический луч, и те, у кого степень вибрации маленькая – это воры, убийцы, разуверившиеся и просто опустившиеся – их просто растворит. И не только их, но и многих других, которые идут вниз. К сожалению.
Инесса: И ты это делаешь…
Николай: Всех не спасешь. Но хотя бы некоторых.

Пауза. Николай смотрит в окно. Порывисто дышит.

 Времени очень мало. Ведь к концу декабря двенадцатого года все должно завершиться. Вообще все.

Пауза.

Инесса: Ты сказал, что, как только вернулся, стал искать кого-то, чтобы тебя научили - чему?
Николай: Научили – вот, собственно, этому. Где и как искать, и что делать. Но это – кропотливый и сложный процесс, он требует от тебя больших… лишений, долгого времени подготовки. И я стал пытаться проводить лишь недавно.
Инесса: А что вообще нужно делать?
Николай: Если очень коротко – надо помочь человеку достичь оптимальное ощущение веры.
Инесса: Веры?
Николай: Ну, да. Считается, что если ты просто поймешь и примешь для себя, что сможешь, то для тебя не будет ничего невозможного.
Инесса: И как этого добиться?
Николай: Путем концентрации духовной и физической. И осознания.
Инесса: Чего?
Николай: Себя. Своей жизни. И что – ты не один.

Пауза.

Инесса: И что же?
Николай: Процесс идет дико… тяжело. Все запущенно. Очень много разуверившихся. Чай будешь?
Инесса: Что?
Николай: Чай будешь?
Инесса: А… Да.
Николай: Тогда иди, заваривай. А я чашки вымою.

Пауза. Инесса берет чайник. Николай выходит на улицу, к рукомойнику.

Николай: Ну, вот, и эта поездка – очередная попытка. Две предыдущие были неудачными.
Инесса: И что было?
Николай: Один не выдержал, сбежал. Через окно. Другой вроде все понял. А потом сорвался. Убил человека, к бандитам ушел. Две ошибки. Это моя вина. (Возвращается)
Инесса: Но почему именно эти двое?
Николай: Времени нет. Приходится искать очень быстро. Их еще как-то можно подготовить. Они хоть о чем-то мечтали… С другими вообще беда.
Инесса: Поэтому ты спешишь…
Николай: Есть еще время.

Пауза.

Инесса: Я когда-то тоже так спешила. Не успела.
Николай: К кому?
Инесса: Ребенок у меня к реке пошел. Я в это время не видела, соседка зашла. Потом – почувствовала… Побежала к реке…

Пауза. Инесса протягивает руку к чайнику и резко отдергивает ее, обожглась.

Николай (беря руку Инессы): Я знаю.
Инесса: Что?
Николай: Я знаю.

Пауза. Николай разливает чай, вынимает баранки.

Инесса (жуя): Слушай, а ты что-то еще умеешь? Ну, кроме драки?
Николай: Да, в общем, учили.
Инесса: А вот это… пули отбивать. Ты правда это можешь?
Николай: Ну, это крайность, конечно. Николай подкидывает баранку, и ловит ее на лету. Но – да, могу. Только сконцентрироваться надо.
Инесса: И все дает твое… искусство?
Николай: Не только единоборства. Это так… начальный этап. Это как в школе – первый класс. Пока читать-писать не научишься – логарифмы считать не сможешь.
Инесса: А потом что было? Ну, после прихода из армии.
Николай: Потом я, согласно предсказанию девочки из «майя» стал Проводником. Хотя… наверно, пока не стал. Я же еще никого не перевел. (Усмехнулся)
Инесса: Да куда ты денешься. Ты же в это веришь?
Николай: Да.

Пауза. Николай подбрасывает две баранки и ловит их одной рукой.

Инесса: Молодец ты, х-хе. Про тебя фильмы надо делать. «Черный плащ» прямо.
Николай: Тогда уж Дон Кихот.
Инесса: Тогда уж Агент Ноль-Ноль Семь.
Николай: Не потяну. Харизмой не вышел.
Инесса: Зато какие возможности!

Картина двадцать шестая.
Светает. Дом Николая. Рядом с домом, прислонившись друг к другу, сидят Миха с Валерой. У Михи колени накрыты пледом. Валера курит.

Валера: Слышишь, куцый.
Миха: Ну…
Валера: Может, пойдем…
Миха: Куда?
Валера: Ну, домой…
Миха: Иди.
Валера: А ты?

Пауза.

Миха: А я не пойду!
Валера: Чего?
Миха: Не пойду.
Валера: У тебя чего, с «кукушкой» плохо стало?
Миха: Нет.
Валера: Кончай. Пошли домой.
Миха: А там че?
Валера: Ну, оттопыримся. Косячок забьем.
Миха (отобрал у Валеры сигарету и затянулся сам): А дальше? (Отдал сигарету Валере)
Валера: Ну…, а чего?
Миха: Не хочу. Здесь посижу. Иди, если хочешь.
Валера: А чего я один попрусь как дурак?
Миха: Ну, не иди тогда.
Валера: Иди-не иди. Пошли, давай.
Миха: Слушай, отстань ты от меня сегодня! Иди, давай, уже отсюда!
Валера: Вот ты псих! Вот ты идиот! И чего мы здесь делать будем?! Помидоры сушить? Или с этим разминкой заниматься? Ты чего, не замотался еще что ли?! Сам же талдычил: «Гнать надо, гнать надо». А теперь чего?
Миха: Ничего. Затухни а, ненадолго.
Валера: Всегда так. Подпряжешь всех, потом они же и виноваты. (Выкидывает бычок в кусты)

Пауза. Выходит Николай.

Николай: Чего вам?
Миха (вяло): Отдыхаем.
Николай: Занятие хорошее. Ну, сидите, сидите. Если есть захотите, - там, на столе все. (Уходит).

Пауза.

Валера: Есть, что ли, пойдем?
Миха: Не хочу я есть!
Валера: А я хочу.
Миха: Ну и линяй.
Валера: Ну, и слиняю! Идет по направлению к дому.

Миха остается один. Он закрывает глаза и, кажется, спит.

Картина двадцать седьмая.

Инесса: Ты их прогнал?
Николай: Вернутся.
Инесса: Тебе, кстати, никуда позвонить не надо?
Николай (после паузы): Сама и звони.
Инесса: Позвоню. От тебя привет передать?
Николай: Не надо. То, что мне ответят – я знаю.
Инесса: Ладно. Я, кстати, скоро должна ехать. Дни, что я выпросила у Семеныча для тебя, кончаются.
Николай: Когда уедешь?
Инесса: Завтра.
Николай: Езжай.
Инесса: М-г-м. Тебя ждать, не ждать? Что сказать Семенычу?
Николай: Можешь сказать, где я, и когда буду. Если хочешь.
Инесса: Ладно. Понятливая девочка. Сама что-нибудь придумаю. Не скучай здесь один.

Картина двадцать восьмая.
Телефонная станция. Инесса говорит по телефону. Мимо проносятся машины, с таким шумом, что голос Инессы еле слышен.

Инесса: Семеныч, да не переживай ты так. Он – нормальный мужик, ведь не бухает же, а делом занимается. Спорту учит, народ перевоспитывает. Да, на даче, на даче мы у него в Кисловке. Да понимаю я все, понимаю. Вот приедет – сам все ему и скажешь. Ничего страшного, они тоже не маленькие. Завтра. Все, пока. Пока, говорю. Хорошо, разрешите идти, товарищ подполковник, легче тебе от этого стало? Ну, и я так думаю. До завтра.
 
Картина двадцать девятая.
Николай тренируется во дворе. Чуть поодаль стоит Миха, совсем далеко, почти рядом с домом, - Валера. Миха внимательно наблюдает, как Николай тренируется. Валера смотрит на небо, по которому плывут облака.

Миха: Слышишь, как тебя там… Колян, что ли…, а ты чего так высоко ногу задираешь?
Николай: Так учили.
Миха: А. А я подумал – яйца мешают.

Валера смеется.

Николай: Смешно. Тебе б клоуном работать.
Миха: Мне так мама говорила в детстве.
Николай: Какое совпадение.
Миха: А отец боксу учил.
Николай: Что-то не заметно. В отличие от цирка.

Валера опять смеется.

Миха (Валере): Цыц.
Николай: Ты хоть что-то из бокса помнишь?
Миха: Ну, помню. (Пауза). Нет, ну что-то точно помню.

Валера смеется опять.

Миха: Отпетый, ты уже заколебал совсем. Ну-ка иди сюда.
Валера: Че тебе?
Миха: Иди, иди. Сейчас узнаешь, чего. А то совсем от рук отбился.
Валера (подходя): Чего?
Миха: Короче, вставай в стойку. Бить буду.
Валера (отходя): Ну тебя на фиг!
Миха: Ладно, не боись. Короче, Колян, я сейчас на отпетом буду удары показывать, а ты будешь поправлять.
Николай: Что ты к нему привязался? Давай уж лучше на мне.
Миха (после паузы): На тебе – не буду.
Николай: Тогда - в воздух.
Миха: Куда?
Николай: В воздух. Ну, обычно, бей просто, а я посмотрю. И он пусть поделает.
Валера: Я, что ли?
Миха: Нет, рыбка из писсуара!
Валера: Слышь, куцый…
Миха: Цыц!
Валера: Я сейчас вот как пойду…
Миха: И что?
Николай: Не ссорьтесь. Давайте, работаем!
Миха (ворча): Сейчас, только валенки натяну!
Николай: Ну, начните уже. Сначала один, потом другой.

Миха и Валера, стараясь, делают в воздух удары руками.

Николай: Та-ак. Понятно. Ну, что ж, пойдем с основ.

Через час.

Николай: Что в бою главное?
Миха: Хх-е. Знамо что! «Навернуть» посильнее. И чтоб потом не встал никто.
Николай: Нет. Главное - помочь.
Валера: Как?
Николай: Так. Вот, смотрите. Подходит к вам мужик и ни с того, ни с сего бьет вас. Что вы делаете?
Валера: Что-то… А что?
Николай: Ну, ставите какую-то защиту, уходите от ударов, убегаете, если возможно.
Миха: Ну, да.
Николай: И вы совершенно не думаете о нем.
Миха и Валера: О ком?
Николай (поучительно): Вот о том самом человеке, который вас бьет.

Пауза

Николай: Ну, в этот момент ему может быть плохо, от него ушла жена, предал друг, но это, конечно, не оправдание для него. Дело в том, что если он и решился на такой поступок, его судьба теперь зависит от вас.

Пауза

Миха: Погоди, командир, я че-то не понял. То есть, подходит к тебе кекс, дает по морде, а ты, вместо того, чтобы тут же зарядить ему в баранку, стоишь и размышляешь о том, как ему плохо, что ли?
Николай: Не совсем. Но в процессе.

Пауза.

Валера (плаксиво): Слышишь, ну ты нас так запутал сейчас, вообще.
Миха (недовольно, Николаю): Ты хоть сам понял, что сказал? Короче, подходит к тебе мужик, бьет в табло, а ты его в этот момент начинаешь грузить, что драться нехорошо, что это ай-ай-ай, и сейчас придет его няня, даст по попке и отправит на горшок?
Николай: Вот я сейчас приведу простой пример. (Михе): Бей меня!
Миха: Да ну тебя.
Николай: Нет, ты бей!
Валера: А что сразу я-то?!
Николай: Детский сад, штаны на лямках. Ну, подойдите уже кто-нибудь. Больно не будет, обещаю.
Валера: Ага, знаем, как у тебя «не больно». Мне от твоего «не больно» до сих пор голова гудит.
Николай: Ну, во-первых, это не я, а женщина, а женщин в состоянии гнева лучше не трогать даже императору. Во-вторых, ты же первый начал, фурией ее обозвал. Ну, и она расстроилась, конечно. Я бы и сам расстроился на ее месте. Ладно, не будем о грустном. Валера.
Валера: Чего?
Николай: Иди сюда.
Миха (ласково): Иди-иди.
Валера: Не пойду.
Миха: Иди к нему, понял?
Валера: Нет.
Николай: Хорошо, подойду я.
Валера: Зачем?
Николай: Но тебе же непонятно, что я только что сказал.
Валера: Мне уже понятно.
Миха: Не понятно.
Валера: Понятно.
Николай: Не понятно.
Валера: Да отстаньте вы все от меня. Не пойду, сказал, и все.

Пауза.

Николай: Миша.
Миха: Чего?
Николай: Иди сюда.
Миха: Ты ж отпетого позвал. Он пусть и идет.
Николай: Он не идет.
Миха: А я че? Слышишь, отпетый. Отпетый!
Валера: Чего?
Миха: Так ты не пойдешь?
Валера: Нет.
Миха: Ну и козел тогда!
Валера: Кто?
Николай: Ребята, мы так не договоримся. Мне не надо вас бить, мне это не интересно. Мне интересно, чтобы вы меня поняли. Не более, но и не менее того.

Пауза. Валера, злобно косясь на Миху, подходит к Николаю.

Валера: Ну?
Николай: Вот делай удар рукой. Но медленно.
Валера: Так, что ли?
Николай: Примерно.
Валера: Ну, и че?
Николай: Смотри, я ведь могу сделать вот так. (Демонстрирует). А могу так. Есть разница?
Валера: Не знаю.
Николай: Ну, давай быстрее. Бей. (Демонстрирует). Так и так. Есть разница?
Миха: В первый раз… как-то жестко.
Николай: Правильно. А во второй?
Миха: Ну… по-другому.
Николай: А почему?
Валера: Не знаю.
Миха (Валере): Ты хоть как зовут знаешь себя? (Николаю) Ну, ты просто по-другому защищался.
Николай: Как?
Миха: Ну, бережнее, что ли.
Николай: А зачем мне это было надо?

Пауза.

Николай: Вот в этом и суть.
Миха: И все?
Николай: Есть еще один момент. Потом скажу.

Картина тридцатая.
Комната Сергея Владимировича. Она разговаривает по телефону и подбрасывает вверх красное яблоко.

Сергей Владимирович: С-слышишь меня? Они знают, где он. Вот адрес. (Диктует). Съездейте к нему, только осторожно. Да нет, они ничего делать не будут. С ними я потом поговорю. Давай, не подведи меня, понял? Сообщи, как там что. Пока.

Картина тридцать первая.
Инесса сидит около дома – собралась уезжать. Она ждет Николая. Проходит Николай. Во время их разговора зритель видит следующую картину. Утренняя пробежка. С часами бежит веселый Николай, сзади летит Миха, далее плетется Валера. Миха видит, что Валера отстает, и замедляет темп. Николай останавливается, смотрит на часы. Через несколько секунд появляются Миха с Валерой. Другая картина: Миха и Валера бьют удары в воздух. Напротив сидит Николай. Потом Николай встает, и показывает им удар. Третья картина: Миха и Валера спаррингуют. Николай останавливает поединок, и что-то им объясняет. Четвертая картина: Миха и Валера прыгают через бревно. Валера устает и останавливается. Смотрит на Миху. Миха прыгает. Валера стоит еще несколько секунд, потом продолжает.

Николай: Поехала?
Инесса: Да. Приезжай тоже.
Николай: Приеду, куда я денусь. Недолго уже осталось. Вот только у вас я больше работать уже не буду. Наверно.
Инесса: Брось. Приезжай. Что-нибудь придумаем. Тебе же до двенадцатого года кушать-то нужно будет.
Николай: Посмотрим.
Инесса: Ладно, пока. Этих сильно не гоняй. Они ни в чем не виноваты.
Николай: Не буду.

Пауза.

Инесса: А ты мне обещал сказать, почему ты бить-то никого не можешь.
Николай: Если я бью, я этого человека не корректирую, а на нем отыгрываюсь. А Проводники, вернее, кто под ними понимается, должны… выправлять. Они не имеют права опуститься. Вот и вся разница.
Инесса: Ну… а если один раз ударишь?
Николай: Видишь… Сам по себе удар ничего не значит. А значит – негативная эмоция и суть – разрушение. И если это допустишь – ошибка. А ошибка того, кто выправляет, карается троекратно.
Инесса: А все же?
Николай (через паузу): Тогда… переход дается тяжелее. И мне, и им.
Инесса: М-да. Не позавидуешь. А зачем тебе вообще все это нужно? Жил бы себе, не тужил. Кто знает, что там еще будет, в двенадцатом-то году. Может, все раньше помрем.
Николай: А если нет?

Пауза.

Инесса: Да, ответ впечатляет. Ну и много вас таких… Проводников?
Николай: Есть. Но я не встречал других. Может, они друг с другом не пересекаются, не знаю.
Инесса: А тот – что человека убил? Как его, кстати, зовут?
Николай: Григорий. У него, как ни странно, тоже свой переход будет. Но со знаком минус. Он тоже берет таких, как эти двое. И доводит их растление, чтобы подпитаться их вибрациями.
Инесса: Как дьявол - душами? Что-то ты прямо какие-то сказки говоришь. Я себя как в блокбастере чувствую. Только спецэффектов не хватает.
Николай (усмехаясь): Ладно тебе.
Инесса (высокопарно, как диктор с ЦТ в старые времена): И здесь, на этом узком временном отрезке мы наблюдаем борьбу Добра со Злом. Так что ли? (Смеется)
Николай (морщась): Да нет. Все проще.

Картина тридцать вторая.
Миха, стоит в стойке. Николай и Валера лежат на траве. Солнечный день.

Миха: Ну, как?
Николай: Бедро не довернул.
Валера: Слышь, куцый… ну, ты и раскаряка!
Миха: На себя посмотри!
Валера (мечтательно): Я-то себя не вижу. Но вижу тебя. И могу сказать одно: ну, ты и раскаряка!
Миха: Цыц! (Николаю): А вот так как?
Николай: Лучше. Только кулак теперь немного в сторону.
Миха: Куда?
Валера: В сторону, чудила!
Миха (Михе): Тебя не спрашивают. (Николаю): Так?
Николай: Да. И левое плечо теперь – в себя.
Миха: Куда?
Валера (давясь от смеха): В себя, плечо, в себя!
Миха: Я вот сейчас…
Николай (Валере): Не мешай ему.
Валера: Так я ж помогаю!
Николай: Встанешь сейчас с ним, тебе будет приятно?
Валера: Да.
Миха: Слышь, отпетый, кончай тупить там, понял! Не то сейчас подойду и дам по морде. Ты меня знаешь.
Николай: Тихо вы! (Валере): Сейчас сам туда встанешь.
Валера: А я чего?
Николай: Ничего. (Михе): А теперь – «двоечку».

Миха делает удар руками.

Миха: Ну, как?
Николай: Так себе. Давай теперь медленно. Вот, видишь, где ошибка?
Миха: Ну.
Валера: Баранки гну.

Миха выразительно смотрит на Валеру.

Николай: Так. Теперь становитесь в пару.

Миха и Валера становятся друг напротив друга.

Николай: Ну, давайте. Комбинацию номер два.
Миха: Только по коленям не бить!
Валера: А я чего? Сам бить не будешь – и не огребешь.
Миха: Ладно, работай давай.

Миха и Валера начинают работать.

Миха: Слышишь, ты это куда мне сейчас двинул?
Валера: В живот.
Миха: И как ты себя чувствуешь после этого?
Валера: Нормально.
Николай (мечтательно, лежа на траве): Злости быть не должно. Должна быть любовь.
Миха: Ладно, попомнишь у меня… (Бьет Валеру. Тот падает).
Валера: Слышишь, ты чего?
Миха: А ты чего?
Валера: Вот я сейчас как дам!
Миха: Давай!
Валера: А вот я сейчас как подойду!
Миха: Ну и че будет?
Валера: Что будет, то будет. (Подходит к Михе).
Николай: Ладно, закончили. Вниз и качать пресс!
Миха и Валера: Ой, блин, ой, елки!
Николай: Вот, нормально. Ну, готовы? Давайте, раз! Два!….

Картина тридцать третья.
Николай и Инесса. Зритель видит картинку. Пустынная дорога. По ней с бешеной скоростью едут машины. В одной из них – Григорий. Григорий сидит на заднем сидении джипа и жует жвачку. Затем выбрасывает ее через окно. Крупный кадр – смятая зубами жвачка.

Инесса: А у этого Григория какие-нибудь приметы есть?
Николай: Есть. Один глаз у него сощурен. И ростом метра два.
Инесса: У Филлипенко, говорят, уже два года какой-то человек ошивается. Тоже говорят, с глазом у него что-то. И ростом вроде крупный. Сама не видела.
Николай: Возможно, совпадение. А возможно… Тогда положение осложняется. Он сам будет меня разыскивать.
Инесса: Что тебе с ним делить?
Николай: Вероятно, этих ребят. Понимаешь, они поддались мне. Он их готовил для себя. Значит, он стал слабее.
Инесса: И что будет, если он тебя найдет?
Николай: Вопрос интересный. Этого не знаю даже я. Но, видимо, скоро узнаю.

Картина тридцать четвертая.
Николай, Миха, Валера и огород. Николай улыбается, Миха и Валера с каменными лицами.

Николай: Вот.

Пауза.

Николай: Огород.

Миха: Это мы видим. И че?
Николай: Вскопать надобно.
Валера: И кто?
Миха: А для чего огород-то этот копать? Обоснуй.
Николай: Ну, хочешь на турник?
Миха: Нет.
Николай: Тогда – копай.
Валера: Че ты все турником грозишься? Ты скажи, зачем тебе копать-то припекло.
Николай: Копать, во-первых, будете вы. А во-вторых, это нужно для концентрации.
Валера: Для чего?
Николай: Ну, чтобы вы могли сконцентрироваться.
Валера: На чем?
Николай: На цели.
Миха: Не понял. Обоснуй.
Николай: Ну, смотри. Ты когда копаешь, о чем думаешь?

Пауза.

Миха: О чем?
Николай: Это я тебя спрашиваю.
Миха: Да фиг его знает.
Николай: Вот и я о том же. Так, надо выкопать вот до того края. Ты – отсюда, а ты – отсюда. Вернусь, и вы мне скажете, о чем думали. (Уходит).

Пауза.

Валера: Долбанутый он, все-таки. Что за хрень? Детский сад!
Миха (передразнивает): «Копай, копай, приду проверю». Как в школе, блин.
Валера: Ну, че делать будем?
Миха: А че делать? Копать. У тебя что, есть другие варианты?
Валера: Да.
Миха: И какие же?
Валера: Не копать.
Миха: И че будет?
Валера: Не знаю.
Миха: А я знаю. Копай, давай.

Пауза. Миха и Валера копают.

Миха: Отпетый!
Валера: Ну.
Миха: Ты сейчас о чем думаешь?
Валера: Не знаю.
Миха: Да что ты заладил, «не знаю, не знаю». Чего ты вообще знаешь?
Валера: Слушай, че ты ко мне прикопался!
Миха: Ой-ой-ой, какие мы. Копай, ладно. Трактор «Беларусь».
Валера: Сам такой.

Пауза.

Миха: Отпетый. Отпетый!
Валера: Ну.
Миха: Смотри, чего это у тебя там?
Валера: Где?
Миха: А вот там. (Валера поворачивает голову, а Миха щелкает его по носу): «Сливка»!
Валера: Слышь, ты вообще сейчас так пошутил, в натуре, да!
Миха: Ладно тебе, не гунди. Знаешь, о чем я сейчас подумал?
Валера: Ну.
Миха: А вот кто быстрее, я или ты.
Валера: Чего?
Миха: Докопает.
Валера: Я, конечно. У тебя только мозги сильные.
Миха: Да ты что?
Валера: Да то.
Миха: Ну, давай проверим.
Валера: Ладно тебе. Расслабься.
Миха: Не, спорим, что я? Реально, спорим?

Пауза.

Валера: Ладно. Спорим. На что?
Миха: На пендаль.
Валера: На пять.
Миха: «С Шопеном» ?
Валера: С Шопеном.
Миха: Идет. Поехали.
Валера: Слышь, куцый. Так нечестно.
Миха: А че?
Валера: Я еще перчатки не надел, а ты уже поскакал.
Миха:. Ну ты и медленный… Надевай давай. Надел?
Валера: Ну.
Миха: Поехали тогда.

Пауза. Оба приятеля начинают усиленно копать.

Миха (тяжело дыша): Отпетый!
Валера (тяжело дыша): А?
Миха: «Два». А ты чего будешь петь, когда поджопники будешь получать?
Валера: Ты будешь получать.
Миха: Ты. А я знаю, что ты будешь петь, когда от меня поджопники будешь получать. Ты будешь петь самую великую песню всех времен и народов. «Голубая луна».
Валера: Это ты будешь петь.
Миха: Ты. (Мечтательно): Ты будешь получать поджопники и петь «Голубую луну». Это так романтично.
Валера: Мазохист, блин.
Миха: Ты. А потом… изображать верблюда.
Валера: Не «гони», а. Работай лучше. А то я тебя сейчас «сделаю».
Миха: Это ты меня?
Валера: Да.
Миха: Юноша, успокойтесь, вам не светит.

Пауза. До конца площадки остается несколько метров. Приятели копают все усиленнее.

Валера: Слышь. Ты на меня не сбрасывай, а!
Миха: Да кто на тебя сбрасывает?!
Валера: Ты!
Миха: Ладно тебе. Не ной.

Пауза.

Валера: Все.
Миха: Че все?
Валера: Становись.
Миха: Чего?
Валера: Становись в позицию. Я первый был.
Миха: Это я первый был.
Валера: Не «гони», а. До меня тебе еще вон сколько.
Миха: Проверим?
Валера: Ну.

Проверяют.

Миха: Палка какая-то кривая!
Валера: Нормальная палка. Че, допрыгался? Становись.
Миха: Ладно, тебе повезло просто. Дуракам всегда везет. (Становится) Играет классическая музыка.
Валера: Слышишь. А чего ты петь-то хотел?
Миха: Ничего. Отвянь уже.
Валера: Не, ты что-то из современности хотел. Ты не помнишь?
Миха: Нет.
Валера: А я помню. Пой, давай.
Миха (поет): Го-о-олубая-а-а-а луна-а-а-а…
Валера: Молодец (бьет один пендаль). А теперь другое.
Миха: Слышь, отпетый, ты запарил уже!
Валера: Не «гони». Давай твою любимую. Помнишь, в прошлый раз…
Миха: Да ты че, сдурел? Чего, я тебе, лох последний, что ли?
Валера: Давай.
Миха: Ладно, припомню я тебе. Будешь у меня на заднице танго танцевать.

Пауза.

Миха: Не буду петь.
Валера: Будешь. А то щас заставлю танец живота делать.
Миха: Вот ты дурак, вот ты идиот. Ладно. Но запомни, я тебе в следующий раз такое устрою, такое устрою…
Валера: Пой уже.
Миха: Свинья ты все-таки. (Поет) Эта-а-а завтра а сего-о-одня-а-а я-а-а его поце-э-эловала-а-а…
Валера: Нормально. Голосистый чукотский юноша. (Бьет второй пендаль).

За этим интеллектуальным занятием их застает Николай. Они его не видят. Он ждет, пока они закончат. Наконец подходит к ним.

Николай: Вас можно прервать?

Симфоническая музыка обрывается.

Миха: Да, это…
Валера: Мы это, просто…
Миха: Так играли.
Николай: Играли. Хе. Жалко у меня камеры не было. А то послал бы запись в «Поле чудес». Ладно. Ну-ка посмотрим. Надо же – все вскопали! Молодцы! Ну, и о чем думалось… в смысле, о чем думали, когда копали, а не когда… играли?
Миха: Да, так. Хотелось быстрее закончить.
Николай: И что для этого надо было делать?
Миха: Ну, это и делать.
Николай: И о чем надо было думать?
Миха: Ну, об этом и думать.
Валера (ехидно): О «Голубой луне» он думал, о «Голубой луне».
Миха (Валере): Кончай уже!

Пауза.

Николай: Да. Как некоторые игры меняют общественное сознание! Другое задание: тебе (указывает на Миху): нужно докопать вон до забора. А тебе (Валере): до пенька.
Миха: Эй, это че, мне в три раза больше?
Николай: Да. Можно начинать. Приду через полчаса. (Уходит).

Пауза.

Валера: Ну, и че делать будем?
Миха: Чего-чего. Землю ковырять. (Начинает копать). Валера присоединяется к нему.
Пауза. Валера заканчивает работать, смотрит на Миху. Потом садится на траву.

Валера: Ну, ты долго еще?
Миха (зло): Не знаю.
Валера: Да тебе уже немного осталось.

Пауза.

Валера: Слышь, куцый. Куцый!
Миха: Ну.
Валера: Давай помогу.
Миха: Отвяжись.
Валера: Не, реально, давай.
Миха: Отстань, слушай, а!

Пауза. Валера берет лопату и ни слова не говоря начинает копать с другой стороны.

Валера: Слышь, куцый. Але! Станция Марс!
Миха: Чего тебе?
Валера: А я фильм видел.
Миха: Молодец.
Валера: Там, короче, мужик один поехал в Африку на раскопки, чего-то он там под землей искал и нашел черепа какие-то, черепа. И потом, прикинь, эти черепа за ним гоняться стали.
Миха (злобно): И че?
Валера: Так, весело ж.

Пауза.

Валера: Слышишь, куцый. Куцый!
Миха: Че?
Валера: А ты счас на ЗК похож. Такой же злой, помятый и небритый.
Миха: Тебе сказать, на кого ты похож?
Валера: Не надо.
Миха: Я вот тоже думаю, что не надо. А то родишь еще.

Пауза. Приятели заканчивают копать.

Валера: Ну че, все, что ли… курим.
Миха: У тебя есть?
Валера: Да. На. (Дает сигарету Михе)
Николай (появляется): Ну, что вы? Закончили? Быстро. Миха молодец. Даже я бы так не смог.
Миха: Ладно. Мне вот этот кекс помог.
Николай: Надо же, ай-ай-ай… Ну, сегодня вечером вы заслужили шашлыков. Через час зажжем костерчик…

Картина тридцать пятая.
Миха, Валера, Николай. И костер.

Миха: Слышишь, Коль, а чего твоя эта… женщина уехала?
Николай: Работать.
Миха: М-м-м. А ты?
Николай: Вот, с вами здесь сижу.
Миха: М-м-м. А тебе не надо, что ли?
Николай: Надо. Но мне, в первую очередь, здесь надо.

Пауза.

Миха: А чего ты здесь-то забыл? Не, ну здесь нормально, даже прикольно, но зачем? Зачем тебе-то нужно с нами возиться? Ехал бы себе, бабки зарабатывал.

Пауза.

Валера: Ну, чего ты докопался к человеку? Помешай огонь лучше.
Миха: Ты подожди. Видишь, я с человеком разговариваю. Сам помешай.
Валера: Да, от тебя дождешься пользы. Идет, раздувает огонь.
Николай: Я хочу сказать, что…
Миха: Вот блин!!!!!!!! (Вскакивает и прыгает)
Все: Чего?
Миха: Кто мне брюки прожег?
Все: Кто?
Миха (Валере): Ты что ли, трам-парарам?
Валере: Ну, извини, трам-парарам.
Миха: И кто мне будет дырку на брюках зашивать? Ты, что ли?
Валера: Да, ладно. Какая там дырка…
Миха: Глаза открой! Чего, я теперь ходить буду, как бомж?!
Валера: Ты и так как бомж.
Николай: Ладно, ребята. (Валере): А ты осторожней там. Еще пара таких удачных искр…
Валера: Народ, а я в школе Маяковского любил – «светить всегда, светить везде». Х-хе.
Миха: Мы тебя сейчас задницей в костер уроним – вот и будешь там зажигать. О чем я говорил?
Валера: О круговороте воспламеняемых веществ в природе.
Миха: Иди ты. Я что-то важное говорил. Коль, не помнишь?
Николай: Нет.
Миха: И я не помню. (Валере): Из-за тебя все!! Ладно. Палкой не махай так.

Картина тридцать шестая.
Ночь. Валера. Миха.

Миха: Слышь, отпетый. Отпетый!
Валера: Ну.
Миха: А ты зачем меня вчера так ударил?
Валера: Как?
Миха: В живот.
Валера: Не знаю.
Миха: А кто знает?
Валера: А я чего?
Миха: Того. Еще раз так ударишь – по морде получишь безо всяких приемов.

Пауза.

Валера: Слышь, куцый, а чего нам шеф скажет?
Миха: Не знаю.
Валера: Вот и я. Не знаю.
Миха: Ну, а мы чего? Колян же нас сюда привез. Насильно затащил.
Валера: Я думаю…
Миха: Что это с тобой?
 Валера: Эта отмазка не прокатит.

Пауза.

Валера: Слышь, куцый?
Миха: Ну.
Валера: А ты зачем тогда остался?
Миха: Ну, пойди, стукни шефу.
Валера: Че я стукач, что ли? (Отворачивается к стене).
Миха: Ладно тебе, не ной.

Пауза.

Миха: Скоро все это закончится.
Валера: Что?
Миха: Ну, все это. Этот дом. Этот… Николай. Скоро все закончится.
Валера: Ну, да.
Миха: Жалко его. Неплохой мужик. Странный какой-то, но… неплохой.
Валера: Ну, да. А почему жалко?
Миха: Ты хоть раз своими мозгами подумай, а? Нас же все равно найдут. Чего ты думаешь, нас уже не ищут?
Валера: Ищут.
Миха: Ну, и как ты себе представляешь встречу, когда нас найдут? «Ой, как хорошо, что вы к нам зашли, не хотите ли чаю?». Так, что ли? И нас – ладно, накажут, конечно, но вот он…
Валера: Чего ты за него паришься, он же мент.
Миха: Да какой он мент? Что, такие менты когда-то были, что ли? Да и я как-то раз слышал, как он говорил, что недавно туда поступил, и долго работать не будет.
Валера: Ну и что? Свои за своего не заступятся, что ли?
Миха: Не знаю.
Валера: Ладно тебе. Ты за него не волнуйся, он со своими этими боем его…, как его там…, себе место найдет.
Миха: Он найдет.
Валера: Найдет.

Пауза.

Валера: Так ты чего остался-то здесь?
Миха: А ты сам не понимаешь?
Валера: Нет.
Миха: Ну, тогда и объяснять нечего.
Валера: А чего?
Миха: Ничего.

Пауза.

Миха: Слышишь, отпетый?
Валера: Ну.
Миха: Завтра – последний день.
Валера: Сегодня.
Миха: Да, точно. Спи, скоро уже утро.
Валера: Ну, и сплю.
Миха: Последний день. Последний. А потом? Потом… Потом.

Картина тридцать седьмая.
В момент ведения диалога Николая и Инессы зритель видит картинку. Миха и Валера прыгают через бревно, затем бьют по лапам, потом делают удары и качают пресс. Миха и Валера спаррингуют. Валера бьет Миху, Миха падает. Валера протягивает руку Михе. Он встает. Миха и Валера копают огород. Миха ускоряет темп, Валера следует за ним. Заканчивают они вместе, и бьют по рукам. Николай делает утреннюю пробежку, сзади бегут Миха и Валера, не отставая. После пробежки Миха пробует закурить, потом морщится и выплевывает сигарету.

Инесса: А в чем заключается процесс корректировки?
Николай: Это для каждого по-своему. Это ведь не школа, где учат одинаковым предметам.
Инесса: Это как?
Николай: Вот так. Корректируемый же не знает что ему надо. Но он хочет, или, как в данном случае, может измениться. Смотри: я ограничиваю их волю, но не впустую, а что-то им давая взамен.
Инесса: И что это?
Николай: Свободу выбора. Я говорю: это может быть так, и ты можешь это иметь, а можешь не иметь. От тебя даже ничего не нужно в этот момент, просто доверься мне. Я лучше знаю, что тебе нужно.
Инесса: И они что же?
Николай: А ты как думаешь? Не приняли поначалу. Но я об этом знал.
Инесса: И что же ты сделал?
Николай: Просто предоставил им свободу выбора. Это был их последний шанс. И я сказал об этом.
Инесса: Откуда ты знаешь?
Николай: Знаю. Это то, чему меня научили.
Инесса: И что же еще тебе передали?
Николай: Веру.
Инесса: Веру во что?
Николай: Веру во все. Но это уже отдельная тема.

Картина тридцать девятая.
Утро. Николай, Миха, Валера. Завтрак. Миха и Валера насупленные. Николай заторможенный.

Николай: Ну, что… Сегодня последний день. А завтра мы все вместе уезжаем.
Миха: Куда?
Николай: Ну, вы – к себе, а я – к себе.

Пауза.

Николай: Чего такие лица смурные? Вы же оставаться не хотели…
Миха: Да нет, нормально.
Валера: Нормально.
Миха: А ты куда? В ментуру, что ли, опять?
Николай: Не знаю. Нет, наверное.
Миха: А чего тебе там делать? Что ты там забыл?
Валера: Реально, чего тебе там делать?
Николай: Ребята, я еще ничего не знаю, ладно?

Пауза.

Николай: Ну что, пошли работать?
Миха: Слышь. Колян. А ты обещал на лошадях покатать. Наколол, да?
Валера: На чем, на чем?
Миха (Валере): А тебе-то что?
Николай: Обещал, значит, покатаю.
Миха: А когда? Сегодня последний день.
Николай: Ладно, пошли.

Николай, Миха и Валера выходят в поле. Виден лишь горизонт и над ним очень синее небо. Все стоят и смотрят на небо, запрокинув голову.

Миха: Ну и где все?
Николай: Сейчас будет.
Миха (Николаю): А ты откуда узнал об этом? Ну, в смысле, о чем я в детстве мечтал.
Николай: Я просто это знаю. Мне достаточно просто взглянуть на человека.
Миха (опуская голову): И че? Все знаешь?!
Николай: Ну, не все. Но – что-то.
Миха (через паузу): А про меня – что?
Николай: Ну, ты закончил школу где-то под Новосибирском, затем приехал в Москву, хотел учиться. Поступить в театральное.
Валера (опуская голову): Че-че? Этот кекс – в театральное??? Х-хе! Во дела, а! Хотел на сцене зажигать?
Миха (Валере): Молчи. Что еще знаешь?
Николай: Что слетел. Потом устроился грузчиком на фирму. Потом пить начал, и подобрали тебя однажды, какие-то люди, которым ты задолжал. Что за первое дело срок не дали, потому что свидетеля не нашли. И ты знал, что не найдут. И кое-что еще.
Миха: Что?
Николай: Что мать и отец были на суде.

Пауза.

Миха: Это не я. Так получилось.

Пауза.

Миха: Да пошли вы все на фиг!

Пауза.

Николай: А ты в детстве очень хотел конюхом быть. Может, от отца это.
Миха (через паузу): Хотел. Утром сесть на лошадь – и в поле. И скакать, скакать, скакать…
Валера: На метле. Как Баба Яга.
Миха: Ладно тебе. У самого что ли, не было ничего?
Валера: Было.
Миха: Ну, и молчи тогда.

Пауза.

Николай: Так это не сложно. Вот на нем и поедешь.

Где-то вдалеке Николай, Миха и Валера видят синего коня. Он летит над горизонтом, движения необычайно красивы и мощны. На нем сидит человек, и на расстоянии не разобрать, кто он. Хотя все трое догадываются. Миха делает два шага вперед, но конь также быстро исчезает. Миха поворачивается к Николаю, и смотрит на него. Потом отходит.

Николай: Но не сейчас. Извини.

Пауза.

Валера: Слышишь, Коль. А чего все только куцему… А у меня что за мечта была?
Николай: А ты…

Пауза.

Николай: Любил девушку одну. Но жутко ее боялся, и сказать ничего не мог.
Валера: Было дело…
Николай: И вот однажды решил доказать ей, что ты герой, обратить на себя внимание. И в ее честь устроил северное сияние в кабинете химии. А подпалил весь этаж. Тебя поставили на учет в комнату милиции.
Валера: Ну…
Николай: И что бы ты не делал, было – для нее. Странная вещь (усмехается). Воровская романтика. Полез ее защищать от шпаны, и угодил в ментуру. Потом морду набил следователю.
Валера: А он мне, гад, дело шил.
Николай: И вышел ты через три года, ничего нет, а она замуж вышла.
Валера: За другана моего!
Николай: А дальше… (подходит и шепчет на ухо Валере).
Валера: Было дело…
Николай: И то, что больше всего хочешь сейчас…
Валера: Да не бил я его! Просто пришили дело, зная, что на учете и… (Машет рукой).

Пауза.

Николай: А твоя детская мечта была… Запускать змеев… Сидеть на крыше и запускать воздушных змеев. Белых-белых. В синее небо. И чтобы на тебя смотрел весь двор.
Валера: Да. Змеев. Красивых. И я их запускал. И эти три года снилось, что запускаю.
Миха: Это у тебя крышняк ехал! От неразделенной любви.
Валера: Ну и ладно! А мечта все равно. Красивая.

Мальчик (Николаю): Смотри, смотри. У меня получилось!
Николай: Вижу. Молодец!
Мальчик (бежит по лугу): Я сам это сделал!
Николай: Ты сам это сделал, малыш.
Мальчик: А он не упадет?
Николай: А ты не хочешь?
Мальчик: Нет.
Николай: Тогда не упадет.
Мальчик: Я сейчас. Я сейчас приду! Не уходи! Я лечу! Я лечу!
Николай: Лети. Я буду ждать.

Мальчик, сияя, бежит навстречу солнцу, держа за веревку летящего змея. Его лицо беззаботно. Постепенно картинка тускнеет, потом появляется мечтательное лицо Валеры, потом все меркнет.

Картина сороковая.
Ранее утро. Все спят. В комнату, где Миха и Валера заходит Николай.

Николай: Вставайте.
Миха, Валера: А, чего? Это чего?
Николай: За вами приехали.
Миха, Валера: Кто?
Николай: Ваши. Одевайтесь.
Валера: А это…
Миха: Это…
Николай: Я вас жду у выхода.

Картина сорок первая.
Зритель видит: вокруг дома Николая собираются джипы, оттуда выбегают люди, и становятся полукругом. Из машины выходит Григорий, оглядывает местность, затем становится напротив крыльца и дает сигнал. Раздается выстрел в воздух. Следующий кадр. Комната Валеры и Михи. Миха приглаживает рукой волосы, сзади Валера с сумкой на плече подергивает ногой. Стоят, как два школьника, около двери. С другой стороны – Николай. Стоит и долго смотрит на чей-то портрет. Лица на портрете не видно. При этом, голоса Николая, Инессы и Армана служат как бы звуковым фоном к этой картинке.

Инесса: И что еще тебе сказал Арман?
Николай: Как я перейду.
Инесса: И он тебе сказал, как это должно случиться?
Николай: Почти. Все остальное понял я сам.
Инесса: Что?
 
Пауза.

Инесса: Поэтому все и происходит сейчас?
Николай: Да.
Инесса: И что теперь?
Николай: Есть во всем этом одна незаконченность.
Инесса: Незаконченность?
Николай: Да. Но я не могу ее никак расшифровать.
Инесса: Какая?
Николай: Их переход делится на две категории: приятие и поступок, как подтверждение этого приятия. Так вот, приятие произошло, но будет ли поступок?
Инесса: Ты не знаешь?
Николай: Нет. Но как хотел бы узнать. От этого зависит очень много. Только бы я не ошибся. Только бы.

Картина сорок вторая.
Человек еще некоторое время выжидает, потом берет рупор и кричит. В доме: Николай бросает последний взгляд на портрет и открывает дверь во двор.

Человек (в рупор): Николай! Выходи! Выводи наших людей! Даем тебе на это минуту!
Николай (появляясь на пороге): Я вас слушаю.
Человек: О! Какие люди! Николай!
Николай (через паузу): Привет, Григорий. Какими судьбами?
Григорий (очень ласково): А-а-а… А я так и знал, что это ты. Так и знал.
Николай: Я тоже знал, что мы когда-то повстречаемся. И даже почему-то знал, где.
Григорий: Мир тесен, дружок, мир тесен. Что же это ты от нас все бегаешь и бегаешь… Мы тебя ищем, ищем. А ты не идешь.
Николай: Я здесь, и не прячусь ни от кого.
Григорий: Дом у тебя красивый.
Николай: Нормальный дом. По какому поводу?
Григорий: Экий ты прыткий! Есть повод, есть. Людей наших хотим забрать. Они же у тебя?
Николай: Да.
Григорий: Ну, вот и славненько, и славненько! Давай нам их!
Николай: Их никто не держит. Ребята! Выходите!

Выходят Миха и Валера.

Григорий: Х-хе! Ребята – а вот и вы! Давно не виделись! Ну, идите-ка сюда, идите-ка. Живы-здоровы, надо же! А мы уже думали, суки подзаборные, что вы в беспамятстве лежите с выбитыми зубами-руками, поэтому на связь и не выходите! А вы, значит, нормально ходите, и животы вам не мешают. Мы их ищем, а они на деревенском воздухе спортом занимаются. Молодцы!
Миха: Слышишь, ну, ты полегче, а!
Григорий: Не волнуйся, с вами еще разберутся, без этого не останетесь. А вот ты, Николай, задержись. Как-то это все не очень хорошо получается, Коль. Приезжаешь, грубишь, наших двух, можно сказать, прекрасных молодцов, козлов этих, уродов, избиваешь, да еще в какую-то глушь их везешь. Люди за это отвечают.
Николай: И что ты хочешь?
Григорий: А ты не догадываешься?
Николай: Догадываюсь. Но делать этого я тебе не советую.
Григорий: Давай сделаем вид, что я испугался. Но мы ведь взрослые люди, и мыслим конструктивно. А также слов на ветер бросать не любим. Поэтому иди-ка ты в дом.
Николай: И что дальше?
Григорий: Ничего. У тебя есть доски?
Николай: Да.
Григорий: И где они?
Николай: За сараем.
Григорий: И чудесно! Везет тебе сегодня.
Николай: Да ну?
Человек: Ну да. Ты войдешь в дом, мы заколотим ими окна, потом обольем дом бензином, и подожжем.
Человек Григория: Гринь, тебя же шеф просил, не сильно…
Григорий: А ты помолчи, золотой, целее будешь. Итак, на чем мы остановились? А. Так вот, так умереть любому завидно. Ну, как тебе перспективка?
Николай: Не очень.
Григорий: Да ну? А жаль. Жаль, жаль, жаль, бесконечно жаль, что ты не оценил такой блистательной перспективы так уйти. Ведь мы же о переходе говорим, да?
Николай: Тебе видней.
Григорий: О переходе. Так вот, есть два варианта. Либо ты идешь в дом, спокойно там замираешь и ждешь, а мы уж, так и быть, так и быть! даем тебе перед этим таблеточку, и ты спокойненько засыпаешь, либо – есть еще вариант – специально для тебя готовили, эксклюзив! Ты целую ночь работаешь с нашими ребятами со связанными руками, человек пятнадцать будет там, этого не много. И если ты хоть раз, повторяю! Хоть раз упадешь – следующим ударом будет пуля. Уж не говоря о том, если ты кому-то проиграешь. Ну, как? А?
Николай: Не кисло.
Григорий: Я так и знал, что тебе понравится. Сегодня у нас будет вечер развлечений. Я думаю, надо подготовить прекрасную полянку, рядом с твоим домом, и развести пикничок. Но перед этим – придется тебя выключить. Чтобы ты не убежал. Буквально на несколько часов, не больше. Всадим тебе зарядик крохотный под лопаточку, и ты, глядишь – и заснешь.
Миха: А он пули ловить может.
Григорий: О-о-о, ты даже пули ловить можешь? Это что-то новое. В первый раз вижу такого замечательного человека. Скажи-ка мне, человек, ты и вправду можешь пули ловить, и это не пьяный бред?
Николай: Еще не ловил.
Григорий: Еще не ловил, но поймаю! Блестяще! Слушай, а ты остряк! Тебе бы на эстраде с Петросяном выступать, людей веселить. Вот зачем ты с нами связался? Сидел бы дома, пил чаек, тискал женщину. Или в цирке работал. Ладно, это все лирика. Итак, ты хочешь поймать пулю. Так?
Николай: Если придется.
Григорий: Прекрасно. И ты можешь это продемонстрировать прямо сейчас?
Николай: Не хотелось бы.
Григорий: Что так?
Николай: Настроения нет. Слушай, а давай я в ответ тебе что-то веселое предложу. Если сейчас я одолею одного из твоих самых-разсамых чудесных бойцов, ты не станешь в меня стрелять, и оставишь в доме, если так уж хочешь. Я от тебя бежать не стану. И ты понимаешь, почему. Идет?
Григорий (через паузу): Что-то ты как-то подозрительно порядочен. Я этого не люблю, и указывать мне не смей. Всему придет время. Итак – ответ нет.
Николай: Жаль, что ты такой не эстет.
Григорий: Каков уж есть. Но, чтобы соблюсти чистоту эксперимента, мой стрелок выстрелит, и ты будешь знать откуда. Мон сир?

Из глубины выходит человек, вынимает оружие и прицеливается.

Григорий: Ну что, Коль, готовченко?
Николай: Догадайся с трех раз.
Григорий: Их у тебя не будет, дурачок. (Стрелку): Давай.

Выстрел. Потом, почти одновременно, другой. Николай падает. Тишина.

Григорий: Вот так они все заканчивают, крутые. М-да. В дом его, связать и охрану приставить.
Один из людей Григория: Пулю-то он каким-то образом… отбил.
Григорий (удивленно): Как отбил?
Один из людей Григория: Так. На теле спереди следов никаких нет. Промахнуться не могли. При этом, он какое-то странное движение в сторону рукой сделал во время выстрела. Самое интересное, что у него запястье в крови, так, как будто сильно поцарапался.
Григорий: Интересно… хорошо, что я велел с двух ракурсов стрелять. Странные способности. (Берет телефон): Сергей Владимирович. Все в порядке, он у нас, эти отпущены. Дать им трубку? (Галантно передает трубку Михе): Разговаривайте, пожалуйста. (Миха понуро берет трубку).

Картина сорок третья.
Николай, связанный, в доме. Входит Григорий.

Григорий: Ох. Оклемался уже! А я к тебе.
Николай: Счастье какое!
Григорий: Я по делу. Давай так: я – тебе, а ты – мне.
Николай: Что-что?
Григорий: Ты только мне мозги не порти, а. Слушай сюда внимательно. Я понял, что ты делаешь, и зачем тебе эти два отморозка. Но не прокатит, понял? Даже если предположить, что они за тебя заступятся, в чем я очень-очень сомневаюсь, то мне придется убить и их, и тебя. Пойми, мне тоже нужно… ну, как это ты называешь, перейти. И это лишь все затянет. А тебе уже будет все равно. Им конец, тебя ожидает в самом хорошем раскладе сумеречная зона. Что я предлагаю. Пули в моем пистолете будут холостые, просто ты упадешь, и сделаешь вид, что умер. Тебя отнесут и бросят в какую-нибудь канаву, засыпят, но несильно, чтоб потом выбраться мог, и уедут. А ты отряхнешься и белым голубем полетишь к себе в ментуру, там тебя чуть-чуть пожурят, но несильно, несильно. И все. Не заставляй меня делать то, что мне бы не хотелось.
Николай: И что будет с ними?
Григорий: Со временем я доведу их до нужного уровня. И отправятся они со мной. А ты найдешь себе других. Времени еще километр. По рукам?
Николай: Нет.
Григорий (через паузу): Подумай. Время пока есть. Если нет – ты умрешь как собака. И я тебе еще вот что обещаю. Как только ты сдохнешь, эти твои – двое, сдохнут ровно через два часа. От моих выстрелов. При попытке убежать. Вот так. Думай, Федя, думай. Желаю приятного времяпрепровождения.

Картина сорок четвертая.
Вечер. Костры. Николай стоит в центре. Руки его связаны. Вокруг полянки - люди в черном. Рядом с ними – Григорий.

Григорий: Ну что, Коль, каково твое решение?
Николай: Нет.
Григорий: Ты уверен?
Николай: Да.
Григорий: Ок, это твое решение.

Пауза.

Григорий: Как ты, наверно, успел заметить, Коль, свои обещания я всегда выполняю. Поэтому сейчас, как я и обещал, тебе дается возможность выступить в поединке. Против тебя будут работать мои пятнадцать человек. Но не сразу, конечно, а по очереди. Руки у тебя будут связаны.
Николай: А у твоих людей, значит, свободны.
Григорий: Понимаю твою иронию, но что делать, ты заслужил пока только это. Еще раз повторяю, так, чтобы ты не забыл, что в случае, если ты упадешь хотя бы один раз, я достаю пистолет, и посылаю тебе пулю в лоб. Стреляю я хорошо, так что, не бойся, не промахнусь. Как показала практика, с поимкой пуль у тебя случаются сбои, так что финал для тебя будет очевиден. Ферхштейн?
Николай: Да. Но мне нужно пятнадцать минут, чтобы сконцентрироваться.
Григорий: Они у тебя есть. После истечения времени ты должен будешь выйти в круг, и шоу начнется. Время пошло.

Картина сорок пятая.
Голос Армана звучит как бы в воспоминаниях Николая, идущего от края полянки к костру, на бой. Вокруг него сжимается кольцо людей в черном.

Николай: А как происходит переход?
Арман: В самом состоянии перехода нет ничего сложного. Некоторые практикуют это состояние здесь. Для них оно называется «не быть». Так вот, ты просто начинаешь «не быть» некоторое время, а потом часть тебя переносится на другой уровень. Или уровни. При этом ты все чувствуешь и понимаешь.
Николай: А можно в таком состоянии вести бой?
Арман: Можно. Но в этот момент никто не скажет, что это ты. Все будут видеть только то, что они могут увидеть, не более.
Николай: И те, кто нападает?
Арман: Они в первую очередь. Но – берегись. Ибо если погружаешься в такое состояние до начала фактического перехода – значит, ты полностью должен быть уверен в успехе. Иначе – сумеречная зона.

Картина сорок шестая.
Те же и Николай.

Григорий: Ты готов?
Боец: Да.
Григорий: Замечательно. Тогда – вперед.

Боец: Иди сюда.
Человек, похожий на Николая: А я уже здесь.

Миха: Смотри, что это с ним! Вырос сантиметров на девяносто.
Валера: Слышишь, а кто это тогда?
Миха: Ну, он это, вроде.
Валера: Ну, и что ты меня паришь? Я что, слепой?
Миха: Ну, и заткнись тогда.

Разговор между людьми Григория.
Один: Слушай, а что это за тетка?
Другой: Кто?
Один: Какая-то тетка.
Другой: Где?
Один: Вот там.
Другой: А я вижу мужика какого-то с бородой.
Один: Вот, ты идиот! Бабу от мужика отличить не можешь!
Другой: Я-то могу, а у тебя от пьянства крыша поехала!

Миха: Слышь, а ничего так он. Держится.
Валера: Чуть не повалил его этот, здоровый…
Миха: Нет, ничего, устоял!
Валера: А чего это с ним? То маленький, то большой.
Миха: Не знаю.

Разговор между людьми Григория.
Один (умиляясь): Ой, пацанчик!
Другой: Где?
Один: Вон.
Другой: Да нет. Китаец какой-то. Че-то как-то на Брюс Ли похож.
Один: Дурак ты и уши у тебя холодные. Пацанчик! Но какой прыткий.
Другой: Тьфу ты, хронь!

Миха: Слышь, вот это рубилово! А как это он так может?
Валера: Не знаю.
Миха: То вверх, то вниз. А?
Валера: Не знаю.
Миха: Ты хоть что-то знаешь?
Валера: Да. Что ты Миха.
Миха: Ну, спасибо.

Разговор между людьми Григория.
Маленький: Смотри, дедушка…
Большой: Ты че, сбрендил, идиот! Это вообще животное какое-то. На орангутанга похожее.
Маленький: Да ладно тебе.
Большой: Ладно мне. Глаза прочисть.
Маленький: Я их сейчас тебе прочищу.
Большой: Чего ты сказал!

Вдруг раздается выстрел.

Григорий: Минуточку, минуточку… этот фарс надо прекратить. Ты кто?
Человек: Николай.
Григорий: Нет. Ты не Николай. Где Николай?

Пауза.

Григорий: Еще раз спрашиваю, где Николай?

Пауза.

Человек: Я здесь.

Григорий (наводя на него пистолет): Ну-ка, ну-ка, еще раз так скажи.

Картина сорок седьмая.

Николай: Зачем это все?
Арман: Ты все это делаешь, чтобы вытащить хоть одного человека с собой. А лучше двоих. Но есть одна опасность.
Николай: Какая?
Арман: Если он или они сделают свой выбор не так, как ты хочешь, ты уходишь на уровень ниже. И потом тебе приходится преодолевать не один, а два или даже три уровня. В самом плохом раскладе тебя может ждать даже сумеречная зона.

Сразу же картинка переносится в сейчас. Голос Инессы как бы в мозгу Николая.

Инесса: Сумеречная зона. Это что?
Николай: Это когда у Проводника не получается в третий раз, и до момента, пока становится ясно, что с тобой делать, у тебя отнимают сознание, и помещают в состояние комы. И ты можешь там провести несколько лет.
Инесса: И ничего не поможет?
Николай: Нет. Но если они его сделают правильно – ты становишься… сильней. И переходишь на новый уровень, что позволяет тебе работать уже с гораздо большим количеством людей одновременно.
Инесса: Каким образом?
Арман: Увидишь. Все индивидуально. И говорить об этом преждевременно нельзя.

Картина сорок восьмая.
Те же и Григорий.

Григорий (целясь в Николая): Ну-ка, ну-ка, еще раз скажи, как тебя зовут.
Миха (внезапно): Слышишь, ты!
Григорий (оглядываясь): Чего я там услышал?
Миха: Он же все выполнил.
Григорий: Я тебя не спрашиваю.
Миха: Ты же обещал!
Валера: Факт!
Григорий: А тебя тоже не спрашивают. Заткнитесь оба!
Миха: Слышишь, ты на нас-то не пыли!
Валера: Факт!
Миха: А то мы тоже можем.
Валера: Факт!
Григорий: Что-что вы можете? Что-что?
Миха: То и можем.

Пауза. Миха и Валера делают шаг к Григорию. Его бойцы, казалось, замерли на месте.

Григорий: Взять их.

Бойцы Григория не шелохнулись.

Григорий: Взять их, суки!!!

Бойцы Григория остаются без движения. У них буквально отнялись руки. Миха и Валера сделали шаг вперед. И вдруг… бойцы Григория начали рассыпаться. Сначала отклеился ус у одного, потом разошлись губа у другого. И они стали сдуваться. За двадцать секунд все было кончено: у ног Григория лежали сдувшиеся человеческие фигуры, абсолютные оболочки. Миха и Валера сделали еще шаг вперед. Вдруг левая рука Григория также начала делаться все тоньше и тоньше. Потом правая. Местность, где были герои, тоже начала меняться: за несколько секунд оно стало пустынным. Дом Николая превратился в большой ангар, на дверях которого висел огромный замок. Одежда на Николае становится свободнее, черты лица – резче. Он молча наблюдает за поединком. Справа наверху кадр: тикающее время. Годы должны постепенно доходить до 2012.

Григорий (направляя револьвер на Миху и Валеру): Не подходи.
Миха: Ну, и что ты сделаешь? Грохнешь нас?
Григорий (левая рука у которого почти совсем исчезла, правая рука, держащая оружие, стала как у маленького ребенка): Увидишь. Не подходи.
Валера (делая шаг за Михой, Григорию): Слышишь, ты чего, вообще, что ли?
Григорий (с ним начали происходить мутации): Отойти на место! Или вас сейчас возьмут!
Миха: И кто это нас возьмет, интересно, а?
Валера: И кто?

Они делают еще шаг к Григорию.

Валера (Михе, тихо): Слышь, а вдруг он нас сейчас грохнет?
Миха: Побоится.
Валера: А вдруг не побоится?
Миха (через паузу): Идем уже.
Валера: Мне страшно.
Миха: И мне.
Валера: Может, давай назад?
Миха: И куда мы? К шефу?
Валера: Не знаю.
Миха: А я знаю (делает шаг).

Григорий (лицо которого стало напоминать маску): С-суки, задавлю всех!!!

Миха: Слышь… мы тебя не боимся.
Валера (из-за спины Михи): Понял, да?!
Миха: Мы сейчас придем, заберем у тебя пушку, и натянем ее тебе на яйца!
Валера: Понял, да?!
Миха: И никто тебе не поможет.
Валера: Ты понял?!!!

Укрупненный кадр: Григорий пытается нажать на курок. Но в то время, как он надавливает пальцем на курок, этот палец в прямом смысле слова сдувается, и повисает, как проколотый шарик. Пытается нажать другим – такой же эффект. Миха и Валера делают шаг к Григорию. Страшный и одновременно комичный кадр: человек со сдувшимися руками пытается во что бы то ни стало нажать на курок: сначала локтем, потом пальцем ноги, потом носом, который ломается после прикосновения к курку. Затем эта бесформенная груда оседает, и остаются лишь человеческие глаза.

Голос Николая: Достаточно. Отойдите от него. У него будет другой уход.

И в это время земля под Григорием становится зыбкой. Человек, напоминающий бесформенную груду, пытается уползти в другое место, но земля рыхлеет и там. И он начинает медленно проваливаться в песок. Он кричит и бьется, но его засасывает еще сильнее. Миха, Валера, и Николай наблюдают за ним. Последнее, что они видят – глаз Григория, который секунду смотрит на них – потом пропадает. Затем, на том самом месте, где только что увяз Григорий, появляется воробей. Он чирикает, прыгает и улетает. Время начинает идти в обратную сторону.

Миха: Что с ним?
Николай: Это – его уход.
Валера: И куда он?
Николай: Об этом лучше не знать.

Пауза.

Миха: И так было бы и с нами?
Николай: Ну, я не провидец, но вероятность такая была. Хотя – кто его знает…
Миха: Кто с ними так?
Николай: Не я. И не вы. Хотя тот выбор, что вы сделали, отчасти действительно повлиял. И на месте Григория мог оказаться я.
Валера: Ты?
Николай: Да. Это было бы в случае, если бы… я вас не вытащил.

Молчание. Пауза. Пейзаж постепенно сменяется, и становится обычным – как до этого. Тела-шарики людей Григория становятся лужицами и впитываются в землю. Еще несколько секунд – и все возвращается на круги своя. Циферблат времени «дощелкивает» до 2006 года и исчезает.
И тут же тишину пейзажа нарушает вой сирены. Видно, как издали приближается милицейский уазик с Инессой за рулем. Уазик сигналит и поднимает пыль. Через пару секунд он останавливается рядом с героями.

Инесса (выбегая): Что с тобой? Кто были эти люди?
Николай: Это были… учителя. Но сейчас они сделали свой выбор. И ушли.
Инесса: Темнишь ты…
Николай: Правда это. Да, ребят?
Миха: Факт.
Валера: Ну.
Инесса: Да… Твои учителя как-то пострадали от контактов с тобой. Что у тебя с рукой?
Николай: Порезался.
Инесса: Хорошо... (Пауза) Боялась не успеть…

Пауза.

Николай (Инессе): А откуда ты узнала?
Инесса: От тебя же звонок был. Разве это не ты звонил?
Николай: Нет.
Инесса: Придуриваешься?
Николай: Констатирую.
Инесса: Тогда кто? Голос был один в один твой!
Николай: Я, наверно, догадываюсь, кто это мог быть. Но этот человек имеет ко мне слабое отношение.

Пауза.

Миха: А куда теперь нам?
Николай: Езжайте куда-нибудь.
Валера: А нас вот так – нет? (Показывает на горло)
Николай: Нет. Теперь нет. Для вас все закончено. То есть, вы начинаете с нуля, и теперь от вас зависит, как вы проживете дальше. Это вам… еще один шанс. И как совет. Не забывайте, о чем вы мечтали. Мечты Вам помогут.

Пауза.

Николай: Я.. все-таки спрошу. Ты зачем со мной поехала сюда?
Инесса: Поверила.

Внезапно появляется человек с ключом.

Человек (Николаю): Я за тобой.
Инесса: Кто это?
Человек (показывая на Николая): Он знает, кто я.
Николай: Да.
Человек: Идем.
Николай: Это далеко?
Человек: Да.
Миха: Может, и нам?
Человек: Нет. Вам – туда пока не надо.
Инесса: Кто вы? Куда вы его забираете?
Николай (Инессе): Видимо, работать у вас я больше не буду.
Инесса: Что происходит?
Человек: Пора.
Николай: Не волнуйся, все нормально. Просто мне надо идти.
Инесса: Ты вернешься?
Николай: Видимо, нет.
Инесса: Это переход? ЭТО переход?

Николай: Да.
Человек: Надо торопиться.
Инесса: И где тебя искать?
Николай: Где-нибудь (шепчет ей на ухо).
Инесса: Почему там?
Николай: Интуиция. Пока.
Инесса: Мы не встретимся?
Николай: Так будет, как ты захочешь.
Инесса: Значит, встретимся?

Пауза.

Инесса: Я хочу с тобой.
Николай: Ты пока нужна здесь. Но до конца мы увидимся обязательно.
Инесса: Я буду ждать.

Пауза.

Инесса: А что шефу сказать?
Николай: Скажи – уехал. Извинись, скажи, срочно уезжать нужно было, не успел попрощаться.
Инесса: Ладно.
Николай (Михе и Валере): Спасибо вам.
Миха: Ты, короче, на нас не сердись. Мы все поняли уже.
Николай: Не буду.

Человек и Николай отходят в сторону.

Человек (всем): Надо, чтобы вы отвернулись.
Инесса: Зачем?
Человек: Надо.
Инесса: Надолго?
Человек: Нет. Посчитаете до десяти и можете поворачиваться.

Все отворачиваются. После «десяти», повернувшись, они никого не видят.

Инесса (отстраненно, куда-то вдаль): А может, мы не видим его, потому что он не хочет?
Миха: Вот дает! Круто!
Валера: Вот дает! Мощно!
Миха: И где он?
Валера? Где?
Инесса (задумчиво): Где-то у племени Майя.
Валера: А че он там делает?
Инесса: Не знаю. Может, наконец-то вернулся… домой.
Миха: В племя ушел. Вот он молодец. Пойдем и мы.
Валера: В племя, что ли?
Миха: Туда, милый. Оставим тебя там, среди пальм и бананов. И будет гориллам счастье.
Валера: Ты че, опять…
Миха: Не кисни, не в профилактории. Домой, говорю, едем.
Валера: Едем.
Инесса: Едем.

Пауза.

Валера: Слышьте… А я фильм видел.
Миха: Ты бы читал лучше.
Валера: Хорошее кино это мощно. Так вот, в фильме одном, там герой махался против главного плохого. И тот, типа, подло побеждает. А потом любовь главного героя воскресила.
Миха: Ты это к чему?
Валера: Так, просто. Красиво, а…
Миха: Ты опять за свое. Любовь, любовь… книжки читай, говорю. Это лучше, чем свою детскую психику такими вещами травмировать.
Валера: Не, народ, любовь – это все-таки тоже мощно.
Инесса: Садитесь, пристегивайтесь. Вас куда?
Миха: Куда-нибудь. Высади на горизонте.

Инна садится в машину, на заднее место садятся Миха с Валерой, машина заводится и уезжает. Камера смещается наверх, наверх, выше лесов. И видно чистое небо.

Голос Николая: Самое лучшее, что может сделать человек в жизни до конца – это перейти. Но переход не может состояться в одиночку, ему нужна помощь. Бывает, что человек, сам того не подозревая, интуитивно ищет своих помощников. Помощником может быть любой человек, которого мы видим. Любой. Но этот помощник также берет на себя ответственность за того, кто помогает. И рано или поздно он делает свой выбор, в зависимости от которого решается судьба того, кто ведет.

Финальный кадр:
Прерванный Арманом поединок. Отмашка Армана. Вадим быстро летит на Николая. Камера замедляется, картинка «выходит» из глаза Николая. Видна прекрасная южная местность. Горят костры. Где-то на заднем плане - горы. Идет три тысячи сто четырнадцатый год новой эры.