Кинопроектор Судьбы

Притча о Судьбе и кинопленке

У Судьбы была только одна работа — в монтажной. Там она монтировала фильмы о человеческой жизни. Причем не один фильм и даже не тысячи — отдельный фильм для каждого человека.
Работа была невероятно сложной. Людей на Земле с каждой секундой становилось все больше и больше: человечество давно перевалило за пять миллиардов, а Судьбе необходимо было успеть за каждым — никого не пропустить, никого не оставить без собственной истории, без своего фильма, без своей судьбы. Сами понимаете, работы было много.
И так продолжается уже не одно тысячелетие. Через монтажную Судьбы прошла вся человеческая цивилизация — от первых людей до тех, кто живет сегодня.
У каждой личности была своя кинопленка. У одних она была цветной, яркой, с прекрасным звуком. Другим доставалась черно-белая пленка, причем без звука. Кому-то Судьба отводила всего тридцать минут экранного времени, кому-то — полноценный полнометражный фильм, а кому-то и вовсе многосерийную картину с продолжениями, новыми сезонами и неожиданными поворотами сюжета.
Фильмы снимались везде: в Африке, Азии, Европе, Америке и даже в Антарктиде. Время действия могло начинаться с первых этапов человеческой цивилизации, продолжаться через века и доходить до сегодняшнего дня.
Судьба сама решала, кому подрезать пленку, а кому ее продлить. Почему она поступала именно так — трудно было понять. Никто не мог объяснить, почему одному человеку она давала достойную и благополучную жизнь, а другому — жалкое существование. Почему одному доставалось богатство и здоровье, а другой с самого рождения был обречен на бедность, болезни и постоянную борьбу. Почему одного его фильм вел к славе, почету и признанию, а другого — на эшафот, в тюрьму, забвение или безмолвие.
Казалось бы, Судьба распоряжалась всем. Но при этом она была суровой и справедливой. Жизнь вообще непростая штука, и Судьба это прекрасно знала. Поэтому из ее монтажной выходили самые разные фильмы.
Одни были словно сняты в Болливуде — яркие, музыкальные, красочные, наполненные танцами, песнями, большой любовью, страданиями и эмоциональными поворотами.
Другие напоминали голливудские боевики: погони, драки, перестрелки, тюрьмы, опасности, мрачное прошлое, борьба с врагами, но где-то далеко впереди обязательно оставалась надежда на светлое будущее и торжество справедливости.
Были патриотические фильмы — такие, какие когда-то любили снимать на «Мосфильме»: с героизмом, долгом, Родиной, подвигом и обязательной высокой моралью.
Были комедии. Были любовные истории. Были мелодрамы, трагедии, приключения и даже фантастика. В каждом фильме прослеживалась жизнь конкретного человека — того, кто когда-то родился на Земле и получил свое место в огромном человеческом кинозале.
Судьба внимательно следила за тем, чтобы у каждого фильма было начало и логический конец.
Правда, конец у всех был разный. И здесь начиналось самое интересное. В процессе монтажа Судьба могла изменить направленность фильма. Она могла взять уже готовый сюжет и немного подправить его, если главный герой неожиданно начинал вести себя не так, как было предусмотрено первоначальным сценарием.
Если человек проявлял силу, характер и волю, если заявлял о себе как о личности, достойной внимания, Судьба могла внести коррективы. Например, изначально трагическую историю она могла постепенно превратить в драму с оптимистичным финалом.
Человек терпел поражение — но поднимался. Терял — но продолжал бороться. Оказывался внизу — но находил в себе силы подняться. И тогда Судьба словно говорила:
— Хорошо. Этот человек достоин другого финала.
Она брала ножницы, подрезала одну сцену, добавляла другую, меняла последовательность кадров — и из трагедии постепенно получался настоящий жизненный шедевр.
Но происходило и обратное. Если человек оказывался пустышкой, если получив возможность изменить свою жизнь, он сам ее разрушал, если предавал, трусил, становился подлецом, злоупотреблял властью или просто прожигал отпущенное ему время, Судьба могла превратить даже комедию в фильм ужасов.
Так получалось, что человек сам во многом определял жанр собственной картины. Один шел к президентскому креслу. Другой — к скамье подсудимых. Третий становился известным ученым. Четвертый — прелюбодеем. Пятый проживал тихую и незаметную жизнь, о которой после его смерти почти никто не вспоминал. Судьба лишь подстраивала пленку под каждого.
Поэтому не стоит винить ее за трагический финал одного человека и благодарить за славу и достойную жизнь другого. Не всегда Судьба сама писала сценарий. Иногда она лишь монтировала то, что человек снимал собственной жизнью.
И, возможно, именно поэтому нельзя однозначно сказать, что Судьба кому-то «дала» богатство, а у кого-то его «отняла».
Она могла предоставить человеку возможности. Но то, что он сделает с этими возможностями, уже зависело от него самого.
Когда фильм был полностью смонтирован, Судьба брала бобину с кинопленкой и вставляла ее в старый кинопроектор. Проверяла механизм. Поправляла пленку. Включала мотор. В зале гас свет. И в ту же секунду вспыхивала лампочка в объективе.
На экране появлялся первый кадр. Так начиналась человеческая жизнь. Фильм продолжался столько, сколько было определено человеку.
Судьба сидела в темном зале и смотрела. Она радовалась, если фильм получался хорошим. Печалилась, если человек сам превращал свою историю в трагедию. Иногда пожимала плечами, если картина получалась ни хорошей, ни плохой — просто никакой.
Бывали фильмы, после которых Судьба долго сидела молча. Бывали такие, после которых она улыбалась. А некоторые заставляли ее сожалеть о том, что человек получил слишком много пленки и совершенно не знал, что с ней делать.
Но однажды пленка неизбежно заканчивалась. Последний кадр исчезал с экрана. Мотор отключался. Кинопроектор останавливался. И в ту же секунду останавливалось сердце человека. Фильм заканчивался.
Но кинозал Судьбы не пустовал. Почти сразу в него входил следующий человек. Следующая бобина. Следующая жизнь. Следующая история. Следующий фильм. И Судьба снова включала проектор.
Жизнь — это кинопленка в проекторе Судьбы. Мы не всегда можем выбрать страну, время, семью или обстоятельства, в которых появимся на свет. Не всегда можем решить, сколько метров пленки нам будет отмерено и сколько времени будет длиться наш фильм.
Но у человека остается то, чего нет у обычной кинопленки. Возможность влиять на содержание собственной картины. Личность может подсказать Судьбе, каким должен быть ее фильм.
Для этого иногда достаточно проявить характер. Иногда — не сдаться. Иногда — сказать правду. Иногда — отказаться от того, что легко получить ценой собственного достоинства. Иногда — помочь другому человеку. А иногда — просто продолжить идти тогда, когда кажется, что впереди уже ничего нет.
Судьба может монтировать пленку. Но человек своими поступками подсказывает ей, какие кадры оставить, а какие вырезать.
И если однажды в темном кинозале Судьба включит проектор и увидит на экране твою жизнь, хочется верить, что ей не придется пожимать плечами. Хочется, чтобы она улыбнулась и сказала:
— Хороший получился фильм.
(7 марта 2008 года, Элгг)