Все цвета небес

Небеса тут издревле.
Они такие старые, что никто не помнит когда были созданы. Проходили эпохи, одинаковые народы сменяли друг друга, но Небеса не меняются.
В одном из уголков Небес, обычно самом тихом, сейчас собрались два бога-брата: Полим, кузнец и Адон, винодел.
И что им здесь нужно? Ведь есть немало других мест на Небесах, где можно погадить, так нет – пришли сюда. Ведь тут нет ничего интересного: обычный яблочный сад с колодцем в серёдке, и балконов с видом на Землю.
Полим умывается колодезной водой, фыркает от удовольствия, протирает под мышками. А Адон разлёгся под деревом, мечтает в окружении кувшинов.
- Полим, ты обещал мне выковать меч! – в раздражении напомнил брату Адон.
- На кой он тебе? Спину чесать? – Полим отошёл от колодца к балкону, уже оттуда выкрикнул: - Обойдёшься! Сначала наложниц мне подбери – сотню-другую девственниц!
- Ну…дык, это не по-моему ремеслу… - промычал в смятении Адон, - я же больше по винам да пьянкам.
- Ну и катись в Подземье!
- Какой ты любезный, - буркнул Адон, и прильнул губами к кувшину с вином.
…
- Твор! – выкрикнул Полим. - Твор, тварь ты этакая!
- Чего тебе? – отозвался я.
Отложив записи, спрыгнул с дерева прямо на Адона. Он от испуга поперхнулся вином, закашлялся.
- Твор, курвин сын! – хрипло выругался.
Я пожал плечами, подошёл к Полиму. Тот, опёршись о перила, смотрит.… Нет, не на Землю, и не наверх, а вперёд.
- Зачем звал? – спросил я.
- Разговор есть… важный.
- А-а… догадываюсь…
- О теме разговора? И о чём же я буду с тобой беседовать?
- Ты хочешь сместить Зева, и сам занять его место. Вот и строишь заговор, набираешь сторонников, - я усмехнулся.
- Эй, Твор, что это за хрень?! – спросил Адон. – «Возл…». Не разобрать, пишешь коряво!
Я оглянулся: эта жирная сволочь, напичканная вином, держит в липких грязных пальцах мои записи!
- Отдай сейчас же! – я отобрал свитки, спрятал за пазуху туники.
Адон лишь лениво отмахнулся, и снова приник к кувшину. Я вернулся к Полиму.
- Ты как всегда прозорлив, Твор. Да, я хочу сместить Зева…
- Прошу, не вмешивай меня в это, - устало попросил я, - помогать не буду, как и препятствовать. Я всё сказал.
- Какой же ты всё-таки трус, Твор, бог поэзии, - скривился от отвращения Полим.
Я лишь пожал плечами, и пошёл искать более тихое место.
 Небеса стояли и не менялись много эпох. Но скоро всё измениться – И Небеса, и Земля, и Подземье.
Это говорю я, Твор.


А это то, что я хотел добавить, но не добавил из-за лени. Своего рода наметки для редакции:

Живые персы.
Растянуть на три вордовских страницы.
Больше описаний.
Адон – пьяница, Полим – мужик.
Больше поэзии. Адон предлагает повеселиться.