В Твоей комнате

       Я хлопаю дверью так, что откуда-то сверху легкой пылью падает, почти планирует штукатурка. Но меня это совсем не волнует. Несясь по лестнице вниз, толкаю плечом соседку с четвертого этажа, затормозившую у почтовых ящиков. Она смотрит сначала обескуражено, а потом уже с осуждением и произносит, что это так некультурно. Я поворачиваюсь и посылаю в ее сторону такой испепеляющий взгляд, что женщина роняет газету из рук.
       Вырвавшись на улицу, вытаскиваю из кармана смятую пачку и вынимаю сигарету, которая тут же приземляется в мутную лужу. И я не выдерживаю.
       Будь те вы все прокляты! Мать, соседка, учеба, промокшая разбухшая сигарета, промозглая погода. Как же я вас всех ненавижу! Готов просто взорваться и разнести весь мир к чертям собачим! Вот дерьмо. И я в самой его середине, завяз так, что дальше просто некуда. Все шло к этому. Ситуация просто катилась камнем под откос. И ведь никто не видел этого; не видел, что со мной происходит. Не понимал. Какие же все окружающие меня люди слепые. Пекутся только о себе, а все остальное им просто безразлично. Ублюдки!
       Я вновь вынимаю трясущимися пальцами сигарету, затем достаю зажигалку. Кое-как прикуриваю. Делаю глубокую затяжку, чтобы хоть как-нибудь снять раздражение. Но меня все равно трясет - гнев, раздражение и обида.
       Я шагаю непонятно куда, лишь бы подальше отсюда. Выкуренная наполовину сигарета улетает падающей звездой в темноту. Мысли душат меня, бурлят внутри головы, и готовы вот-вот взорваться вулканом. Я куда-то иду быстрым шагом, почти бегу. Направление и цель меня не интересует. Я просто хочу побыть один. Хочу забыть все и успокоиться.
       Сегодня вечером мать капитально разозлила меня. Помню, бывало мы с ней собачились конечно, но сегодня она достигла планки. Она меня даже слушать не хочет! Я терплю каждый день ее, а она так говорит. Ничего понять не хочет. Мне же так тяжело. Единственный родной для меня человек, и тот не хочет выслушать меня. Не говоря уже просто послушать.
Все сговорились словно: дома, на учебе. Даже друзья, и те совсем не понимают. Мне не к кому обратиться. Хочется плакать от отчаяния. Похоже, я схожу с ума.
       Окруженный подобными мне бродягами, я иду по улице. Сегодня пятница, поэтому на улице необычно многолюдно. Кажется, что все жители нашего небольшого города повылезали на улицу из пыльных квартир. Действительно, город, как большой муравейник.
       Я докуриваю последнюю сигарету и выбрасываю пустую пачку. Звонит мобильник. Я принимаю вызов.
       - Привет братишка!
       - Привет.
       - Хочешь поразвлечься и поклубиться? Мы сегодня в «Лагуну» идем. Там стриптиз будет, ДиДжей из Перми. Погнали с нами?
       - Не хочется как-то…
       - Ты что там тупишь? Давай у входа через пятнадцать минут. Ждем. – И в трубке послышались гудки.
       Я смотрю на время в углу экрана – добраться успею. Хотя, на самом деле идти мне никуда не хотелось. Тем более, куда-то с этими раздолбаями. Но я все равно иду, взяв по дороге в одном из магазинов бутылку «Foster's».
       Они уже ждали у входа, несколько человек. Трепались о чем-то и курили.
       - О, привет чувак, - один из них заметил меня, я пожимаю всем руки. – Пойдем сначала в маркет – возьмём выпить.
       Мы направляемся все группой к ближайшему магазину. Я остаюсь у входа, ожидая, когда они купят алкоголь. Спустя несколько минут они возникают, шумно обсуждая, какое виски лучше и что надо было взять ее, а не водку.
       - Сейчас выпьем и пойдём зажигать! – Хлопает меня по плечу один из них. – Ты сам в порядке? А то вид у тебя хреновый?
       - Нет, - отвечаю я и отпиваю пива из бутылки.
       Он как будто не слышит моих слов, и говорит, что сейчас пойдем искать место, где можно спокойно выпить водки. А после, уже навеселе, уже и можно на танцпол.
       Однако осенний вечер меняет наши планы – серое давящее небо сбрасывает на землю мелкий раздражающий дождь. Сначала как-то нехотя, но постепенно оно входит во вкус и капли падают чаще. Поэтому наша группа оккупирует подъезд в ближайшем доме. Парни разливают водку по пластиковым стаканчикам.
       - Ты будешь?
       Я мотаю головой:
       - Лучше сигарету мне дай.
       Он кивает и протягивает пачку.
       - Я возьму несколько штук?
       - Бери.
       Одну сигарету я сразу выкуриваю, ожидая, пока они выпьют водку. По-моему, у них даже закуски нет. Если только семечки подходят под это определение. Я чувствую усталость и сажусь на нижнюю ступеньку. Мне совершенно безразлично, что так я могу замарать джинсы. Признаться, сейчас мне все безразлично. Я – опустошенный и разграбленный город, по улицам которого вместо мыслей гуляют лишь размытые ветром безвременья призраки.
       В перерывах между водкой в ход идет сигареты. Курят почти все, сплевывая прямо на пол. Я удивляюсь, как они еще не задохнулись здесь. Пустая бутылка отправляется в угол, а за ней расплюснутые стаканчики. Парни возбужденно кричат и смеются.
       - Ладно, пошли тусить! – Он начинают спускаться вниз. Один из них обращается ко мне: - Эй, ты идешь?
       Я рассматриваю стекающие по наружной стороне окна капли дождя, не обращая на него внимания.
       - Ну, ты что молчишь? Идешь? – Ему не терпится завалиться на дискотеку и продолжить веселье. Сегодня пятница и там будет много людей. Особенно девушек. Одну из которых он, возможно, приведет к себе домой.
       - Идите. Я сейчас догоню.
       - Ну, как знаешь. Найдешь нас, если что. – И он убегает вслед за остальными.
       Я не спешу вдогонку. Даже скорее не думаю вновь присоединиться к ним. Хочется прямо здесь, сидя на грязных ступенях приложив голову к облупленной стене забыться глубоким сном. Я, словно бездомный бродяга, давно забывший свое собственное имя и обозленный на весь мир, утонувший в слабости и безволии.
       Мне некуда идти и не кому обратиться. Мне так одиноко. Кто поможет, кто спасет мою душу? Прямо сейчас я встану, выйду на улицу под проливной дождь, приближусь к дороге и брошусь под машину. Может, это будет грузовик, проезжающий транзитом…
       Мои суицидальные мысли прерывает звук открывшейся двери где-то сзади. Я вздрагиваю, откидывая прочь наваждение и оборачиваюсь. На площадке этажа выше, одна из дверей как бы нехотя, приоткрывается, при этом призывно скрипит, заставляя обратить на себя внимание. Я замираю, ожидая появление того, кто открыл замок. Но никто не выходит. Я поднимаюсь и пристально вглядываюсь, мне кажется, проходит не одна минута тягостного ожидания.
       Может, дверь уже была открыта до этого, и простой случайный сквозняк увеличил просвет. Я подошел и нерешительно нажал на кнопку звонка. Сигнала не последовало. Стоя перед приоткрытой дверью, думаю, что мне делать: уйти прочь или все-таки заглянуть внутрь. Сомнения облезлыми падальщиками терзают меня. Я отрываю взгляд от металлической двери с полустёртым номером квартиры и смотрю вниз, а потом вверх, желая защититься от случайных свидетелей. Кажется, никого не видать. Мне не ясны опасения по этому поводу, но что-то внутри заставляет поступить именно так.
       Наконец, отбросив прочь все страхи и сомнения, я переступаю порог. Один единственный шаг, непонятным образом растягиваясь в пространстве, переносит меня внутрь. Стоя в полутемной прихожей, я с опаской осматриваюсь, почти не поворачивая головы. Что-то в этом месте мне сразу не понравилось. Не сразу до меня дошло, что это запах. Здесь он совсем другой. Нет, отнюдь не домашний и не тот, что был в прокуренном коридоре. Запах очень необычный – терпкий и дурманящий. Возможно, источником является какое-то лекарство, либо благовоние. Пока я не вижу, что издает непонятный аромат, то могу строить лишь догадки.
       Шаря рукой по стенке в поисках выключателя, я нахожу огромное, в человеческий рост зеркало, висящее на стене. Я долго всматриваюсь в собственное отражение. На какой-то миг мне кажется, что губы приоткрываются, показав зубы. Острые длинные зубы. Я списываю это на игру воображения.
       Тут я обнаруживаю, что входная дверь странным образом закрылась сама по себе, а ведь я даже не слышал звука срабатывающего замка. И все-таки все эти знаки, возможно играющие роль предупреждений, не останавливают меня.
       - Эй, есть кто-нибудь?.. – Мой голос тонет в стенах, что я сам не узнаю его звучание. Даже не надеясь на чей-нибудь ответ, продолжаю исследовать странную квартиру.
Впереди меня, напротив друг друга располагаются две двери. Одна из них, судя по непрозрачному овальному стеклу в верхней части, ведет в комнату, а вторая, наверно, в ванную или туалет. Причем я сталкиваюсь с удивительным фактом – дверь со стеклом заперта! Тогда я приоткрываю ту, что напротив и заглядываю внутрь. Так и есть – ванная, совмещенная с туалетом. Лампочка не включается – должно быть перегорела.
       Я перемещаюсь на кухню. На столе стоит одна чистая тарелка, а рядом красивый высокий кубок, наполненный до краев. Но еще более меня удивляет своей неуместностью стоящий здесь канделябр с горящей свечой. По-видимому, именно эта свеча и является источником необычного, мутящего голову аромата. Кажется, кто-то только собрался трапезничать, как что-то помешало ему. И вот, главный вопрос, беспокоивший меня – Где этот Кто-то? И вообще, кто это – хозяин или гость?
       Внезапно меня охватывает очень сильное желание сесть и пригубить из кубка. Я, не осознавая ничего, устраиваюсь за столом. Коснувшись пальцем кубка, я чувствую приятное тепло, исходящее от поверхности. Возможно, внутри глинтвейн. В любом случае я не буду уверен точно, пока сам не попробую.
       Пригубив, я ощущаю, как теплая обжигающая жидкость скатывается вниз по пищеводу. Возникшая в груди теплая волна, медленно растекается по всему телу. Не думаю, что опьянею от нескольких глотков, но, по-моему, со мной что-то происходит.
Маленький язычок пламени трепещет так, как будто волна воздуха проносится рядом. Кажется, он пытается оторваться от огарка свечи и отправиться в свободный, пусть и не долгий полёт.
       Тут я обнаруживаю, что кубок в моих руках пуст. Непонятно как, но я успел уже осушить его до дна. Я потрясен этим, ведь казалось, что сделал то всего несколько глотков. Что-то все это мне не нравится. Очень не нравится!
       В этот момент свеча внезапно тухнет, и сразу за этим я успеваю заметить боковым зрением какое-то смазанное движение. Я чертыхаюсь и буквально падаю со стула, потому что перестаю чувствовать ноги на какой-то момент. Когда я подымаюсь, то еще некоторое время стою, для уверенности держась рукой за стол. Не скажу, что я сильно пьян, но, тем не менее, ощущения очень похожие. Мне срочно нужно на свежий воздух, либо под холодную воду. Поэтому я неуверенно покидаю кухню. В темной ванной на ощупь нахожу умывальник и открываю воду. Надеюсь, что холодную.
       Да что же здесь происходит! Свет не горит, вода не течет, хозяин исчез. Тщетно я жду, что тонкая струйка влаги прольётся в мои ладони. В таком случае, прочь отсюда на улицу!
Когда я выхожу в коридор, то замечаю, что здесь стало почти также темно, как и ванной. Уже что, вечер наступил? Я добираюсь до прихожей, и мое внимание приковывает огромное зеркало. Точнее то, что я вижу в нём.
       Сначала, кажется, что все нормально, но когда я убеждаюсь в обратном – мои волосы начинают шевелиться. Все дело в моём собственном отражении. Там, с той стороны зеркало на мне совершенно другая одежда! Округлившимися глазами я сначала рассматриваю отражение, потом себя. А когда вновь поднимаю взгляд, то сталкиваюсь с горящими напротив глазами и жуткой улыбкой. Это уже совсем не отражение! Это нечто другое. И, похоже, Оно живое…
       Оно показывает рукой на дверь. Переведя стеклянный взгляд, я обнаруживаю, что замок и дверная ручка исчезли! Что со мной происходит? Я прощупываю дрожащими руками дверь и место, где раньше торчала ручка.
       - Эй! Кто-нибудь! – Я долблюсь кулаками в дверь. – Вы меня слышите? Я здесь! Помогите!
       Когда я смотрю в дверной глазок, то все мои надежды на спасение из ожившего кошмара исчезают навсегда. Ведь там я вижу не что иное, как ту прихожую, в которой сейчас нахожусь. Только меня самого там нет.
       Я хватаюсь за голову. Мое сознание начинает мутиться, еще чуть-чуть и я начну сходить с ума. Нужно срочно выбираться отсюда! Не ясно, каким способом, но нужно. Дверь перекрыта, но должен быть еще способ вырваться из объятий чудовищного кошмара. И тут я вспоминаю про запертую комнату.
       Когда я поворачиваюсь к ней, то каким-то чудесным образом ее дверь распахивается, как бы приглашая войти. Я вбегаю в комнату и бегло осматриваюсь. Кровать в углу, рядом большой платяной шкаф, пропитанный духом десятилетий, несколько картин на стенах, сюжеты которых так мерзопакостны, что у меня нет никакого желания описывать их.
       Подойдя к окну, я обнаруживаю две вещи. Даже не знаю, которая из них страшнее: во-первых, никакого балкона здесь нет; а во-вторых, лучше бы я никогда не смотрел в окно. Открывшийся моему испуганному взору призрачный пейзаж, сплетенный из размытых образов и причудливых видений, рождал таких существ, что любое виденное мной ранее было лишь примитивной фантазией из детских сказок.
       Я отшатываюсь от окна и скорее задёргиваю тяжелые непрозрачные шторы так, чтобы больше ни на миг не видеть, что находится за ними. Но ведь это никак не спасет меня от Отражения, которое пока находится в зеркале. А я уже совсем не сомневаюсь, что очень скоро, Оно захочет покинуть место своего заточения.
       В этот миг я превращаюсь в маленького испуганного мальчика, который остался один в огромной квартире ночью. И которому очень страшно и хочется плакать, потому что никто не услышит и не придёт на помощь. Мой детский страх возвращается и незамедлительно впивается в сознание, прогрызая в нём огромный тоннель, через который внутрь заливается огромная клейкая масса, истончая жуткие миазмы.
       Мне хочется спрятаться. Не важно куда, главное спрятаться и попробовать отгородиться от всего тёмного, что сейчас пытается завладеть мной. Сначала я бросаюсь к кровати, но тут понимаю, что меня там будет отлично видно из любой части комнаты. Поэтому я уже с трудом, на негнущихся ногах, подхожу к шкафу, открываю одну из створок и залажу внутрь. В шкафу на плечиках весит какая-то рвань, но места достаточно – я могу даже, изогнувшись и прижав ноги, почти сесть. Мне хочется закрыть глаза, а потом проснуться и очутиться в своей собственной кровати. И тут начинают происходить события, которые уже совсем выпадают из реальности, ухватывая и меня на своих нематериальных волнах, уносящихся в далёкие глубины фантазма.
       От зеркала начинает исходить странное серебристое свечение неземной красоты, освещая прихожую таким образом, что создаётся такое ощущение, будто стены начинают шевелиться. Отражение всё ещё находится с той стороны, и я могу видеть в тонкую щель всё, что происходит в прихожей и часть пустынной комнаты.
       Сначала фигура с той стороны зеркала просто стоит. Потом левая рука поднимается и поворачивается ладонью к поверхности. Я внимательно слежу за происходящим, даже не смотря на возрастающий с каждой секундой страх.
       Посреди ладони начинает дыра, из тёмных глубин который медленно, как бы нехотя выползают несколько щупалец. Каждое из них извивается в пространстве и продолжает удлиняться. Щупальца сначала пугливо касаются поверхности внутренней поверхности зеркала на миг. Я уже полностью уверен, что это вовсе не зеркало, а граница, которая будет нарушена прямо сейчас.
       Вторая попытка контакта заканчивается успехом - щупальца, как пиявки, присасываются к поверхности, которая в местах контакта начинает темнеть и, по-видимому, разрушаться. Я, словно зачарованный магией страха, не могу оторвать взгляда от происходящего.
Тем временем, серебристая поверхность зеркала постепенно становится чёрной и зыбкой, окончательно теряя свой начальный вид. А затем Нечто, запертое до этого момента внутри, наконец, разрывает границу измерений и вырывается наружу. Я вижу тёмную фигуру в прихожей и неосознанно начинаю стучать зубами. Сердце бьётся загнанной птицей в грудной клетке, а на коже выступает холодный пот. Я пытаюсь забыть, как дышать, иначе шумное дыхание выдаст моё убежище. Фигура, переставшая быть просто отражением и обретя собственное тело, заходит в комнату.
       Я знаю, что сойду с ума, когда она подойдёт к шкафу. Ведь только полное сумасшествие спасёт мой пульсирующий разум, когда из ладони вырвутся те жуткие щупальца и вопьются в меня. Что будет дальше – я даже думать не хочу…
       Однако фигура добирается только до середины комнаты и поворачивается в сторону. Возможно, она не видела, как я забирался в шкаф. Это чуть-чуть успокаивает меня, если можно так сказать.
       Позади фигуры прямо из воздуха материализуется огромное кресло с высокой спинкой. Я теряюсь в догадках, наблюдая за происходящим. Фигура медленно усаживается, положив руки на поручни. Мне до сих пор не удаётся идентифицировать его половую принадлежность. Хотя наверно таким существам, пришедшим из глубины далёких измерений это не нужно вовсе.
Когда фигура поднимает вверх левую руку – внутри меня всё сжимается, а по щекам начинают течь слёзы. Но страшные щупальца так и не появляются. Фигура щёлкает пальцами и над потолком вспыхивает люстра, освещая комнату пугающим красноватым светом. Мне кажется, что фигура ухмыляется.
       Призрачный красный свет превращает комнату в какое-то магическое место, стены которого кажутся пропитанными кровью. Фигура меняет позу – теперь она опирается головой о правую руку и пристально смотрит куда-то вперёд. Я же в свою очередь ни на миг не отрываю взгляда от неё.
       Что-то изменяется в комнате. Стены кажутся тонкими перегородками, готовыми рухнуть в любой момент и представить моему взору то, что скрывается позади. Теперь они похожи больше на шторы, которые колышутся от сквозняка. Ещё мне кажется, что в комнате возник кто-то еще. Кто-то третий! Как бы я хотел стать сейчас глазами сидящего в кресле, чтобы увидеть часть комнаты, недоступную моему взору. А пока мне остаётся только ждать, стоя на затёкших ногах в шкафу.
       Застывшая в громоздком кресле фигура напоминает статую. Текучесть времени увеличивается, принося еще большие муки, как моему уставшему телу, так и измученному разуму. Но я всё равно, как завороженный, продолжаю наблюдать за происходящим. Неожиданно фигура делает приглашающий жест свободной рукой. Спустя несколько мгновений перед креслом появляется второй участник самого реалистичного и бредового кошмара в моей жизни.
       Это женщина. Её идеальное тело полностью обнажено, если не считать повязки на глазах. Женщина исполняет странный медленный танец, плавные движения которого очаровывают. Она скользит и изгибается, подчиняясь неведомому ритму. Несколько раз обходит сидящую фигуру, иногда слегка касаясь её. Но мне почему то представляются длинные ногти, окрашенные чёрным лаком, вонзающиеся в тело фигуры. А потом я замечаю, что у женщины из-под повязки появляются тонкие дорожки от слёз. Только вот плачет танцовщица кровью…
Эта совершенно потусторонняя картина странного танца в полной тишине, под мерцание покрасневших стен заставляет мой разум погружаться в бесконечные глубины запретных и пугающих образов. В какой-то момент я вижу не просто кресло в полуосвещенной комнате, а пугающих размеров трон, вросший в высокую скалу, которая возвышается над морем разгорячённой булькающей магмы; но еще более ярким огнём горят узкие глаза сидящего на монолитном троне. А потом голова поворачивается в мою сторону…
       Я мотаю головой, пытаясь выкинуть из головы обжигающую картину пугающего инфернального мира, сокрытого сотнями пространств и времён. Когда я вновь открываю глаза, то вновь оказываюсь в комнате. Только странная танцовщица уже исчезла, а фигура мелено поднимается на ноги. Позади неё кресло прямо на глазах расплывается и растворяется в воздухе, как мираж. Когда фигура покидает комнату и поворачивает на кухню, то странный магический свет тухнет, и комната снова становится обычной. Будто бы и была всегда такой и ничего здесь не происходило. А затем до меня доносится едва слышный звук хлопающей дверцы холодильника.
       Сразу буквально за этим я просто вываливаюсь из шкафа и падаю на пол. Я не чувствую боли и не ощущаю тела. Оно полностью оцепенело и я не могу и пальцем шевельнуть. Постепенно ощущения возвращаются ко мне, лежащему на боку. Вся моя одежда пропитана насквозь потом и противно прилипла к коже. Я переворачиваюсь на спину и ещё долго так лежу, глядя в потолок и не понимая, где нахожусь.
       Наконец, мне удаётся получить полный контроль над телом. Обессиленный и измученный я поднимаюсь с пола, опираясь дрожащими руками о стену. Мой мозг опустошён - все мысли и желания высосаны из него неведомой силой, зов которой наверно сейчас и заставляет меня двигаться. Я совершенно не понимаю, почему мне хочется идти именно на кухню. Не имея сил для сопротивления, я подчиняюсь.
       Когда я добираюсь до кухни, кажется, проходит не один час. Я хватаюсь руками за холодильник и падаю на колени. Ударившая боль совершенно не заботит меня. Так же, как и слёзы, которые окрасились красным.
       В последнем движении, я отчаянно хватаюсь за дверцу холодильника и распахиваю её, тратя последние силы.
       То, что я вижу внутри, взрывает мой разум, отправляя в Небытие все моё существо, при этом успевая напоследок милосердно подарить две глупые и совсем неуместные мысли – никогда не входить в незнакомые квартиры; и тем более не открывать чужие холодильники!