Мы вместе

       Ее силуэт у окна дрогнул и замер. В наступающих сумерках она все больше походила на призрак. Молчаливая и неподвижная, она стояла так каждый вечер. Все уже давно было сказано и сделано. Это было понятно нам обоим. Но ее присутствие здесь, даже такое, едва ощутимое, было мне необходимо, как воздух. Она это знала и не уходила. Стояла так до наступления ночи, иногда садилась рядом с кроватью и, держа мою руку в своих, начинала что-то тихо напевать. Это были нежные и печальные мелодии, странные, почти непонятные мне слова. Но все это было неважно по сравнению с ее голосом. Он был для меня всем в эти долгие часы. Он вымывал из моей души весь сор, все глупое и ненужное, что там было, обнажая мои внутренние волшебные сады… А потом она уходила, чтобы вновь появиться в этом доме, в этой комнате на следующий вечер.
       Когда ее не было – все эти долгие, вязкие, пыльные дни, глухонемые ночи и дохло-мрачные или яростно-слепящие утра – когда ее не было… я думал. Вспоминал всю свою жизнь и пытался понять. Много вопросов мучило меня. Как оказался я в этой постели, какое нелепое стечение обстоятельств привело меня сюда, превратив в полумертвого калеку?.. Как жить дальше и стоит ли вообще жить?.. Можно ли назвать жизнью это тупое, мертвое существование, когда теряешь чувство времени и перестаешь верить, что в этом мире что-то вообще живет и движется?! И среди этих мыслей, среди жгучей, до слез, боли при воспоминании о родных… среди всего этого вставал ее образ. Ее силуэт, глаза, руки, голос… Зачем она приходит? Зачем она поет эти песни, сидит у моей постели все вечера напролет? Я спрашивал ее об этом. Но она молча улыбалась и пела. Хотя так было не всегда. Раньше она отвечала. Она так много говорила, что я и не вспомню всего… Я так понял, что она не может иначе, потому что… любит меня? жалеет? Надеется на что-то? Этого я так и не понял. Но почему-то перестал спрашивать. Казалось, что все уже сказано.
       Мы изменились. Мы стали похожи на актеров в Театре Теней. Как случилось, что жизнь стала такой? Или я раньше этого просто не замечал?..
       Воспоминания захлестывали жгучими волнами… Вот она идет по тротуару в своем легком золотисто-синем платье. В ее роскошных волосах до пояса играют ветер и солнце.
       -Девушка-девушка! – я догоняю ее, иду рядом.
       Она оборачивается, чуть сбавляет шаг. Ее глаза смеются, губы улыбаются…
       - Девушка, в ваших волосах запуталось мое сердце!..
       - Отдать? – усмехается она, и солнце щекочет ей лицо и плечи.
       - Нет. Только вместе с похитительницей…
       Пожалуй, я погорячился... Но она продолжает улыбаться, а значит, все в порядке.
       - Меня зовут Леша. А Вас?
       - Ольга. Оля…
       Так мы познакомились. Стали встречаться каждый день. Было сказочное лето: жаркие дни, теплые ночи, свобода… Друзья, вечера, выпадающие из памяти, утреннее похмелье, новые встречи и она, Оля, всегда рядом. Это стало так естественно, что однажды ночью, сидя на подоконнике распахнутого в мир окна, я выговорил заплетающимся языком: « Выходи за меня замуж!» Она засмеялась, потом вдруг стала серьезной и сказала: «Хорошо».
       Смутно всплывают в памяти те недели, которые мы с Олей жили вместе, скитались по съемным квартирам. Сколько их сменилось? Теперь кажется, что это было не со мной…
       …А потом все кончилось. Я умер. Но меня достали с того света. И сказали: буду жить. Но ходить не смогу. А также, возможно, не смогу говорить. Почему я замолчал? Врачи ничего не поняли. Говорят, это последствия шока. Им виднее… Но я лежал и молчал целую вечность, не чувствуя ног и забыв собственный голос.
       Одна Оля своими песнями будила во мне что-то, какой-то слабый отклик. Я шевелил губами, но слов вспомнить не мог. А когда она уходила, я снова умирал внутри. И никто, даже мама, столь горячо и нежно любимая мной, не могли вызвать во мне ничего, кроме боли и жалости.
       И вот однажды Оля не пришла. Ее призрак качнулся и замер у окна в тяжелых складках занавесок. Это был след, оставленный ею для меня. Но не осталось звуков. И я умер навсегда.
       Она должна была уйти. Это было так ясно, так понятно и просто, что я хотел кричать от бессилия. Что мне эта девчонка? Жена? Молодая и красивая девушка не может быть женой калеки! Только вдовой. Да, я скоро умру. Я усну и не проснусь, потому что не могу жить, а тупое существование невыносимо.
       Когда я спрашивал об Оле, все отводили глаза. Ее не будет больше никогда. Она исчезла.
       И я стал думать постоянно. Никто не мешал мне. Я думал о жизни, о том, почему попал в такое ужасное положение. Случайно ли это было? Или это Судьба? Случайно ли сталкиваются люди и обстоятельства? Случайно ли встречают друг друга люди? Случайно ли встретилась мне Оля? Я мог пойти по другой улице, но пошел по этой. Я мог пройти мимо, но решил познакомиться. Я мог бросить ее в любой момент, но не сделал этого… Цепь случайностей, из которых состоит вся жизнь? Наверное, так. Ведь если бы это была встреча, предопределенная самой Судьбой, то она не ушла бы вот так.
       Случайный листок оторвался от ветки и ударился в закрытое окно. Осень. Тоже случайная. Я решил научиться останавливать свое сердце.
       Других способов умереть я не придумал – а ведь думать я мог сутками! – приходилось учиться. Это было труднее, чем мне сначала казалось, труднее в тысячу раз. И все же я учился. Я решил, что умру в день, когда выпадет снег. Но время шло, а я продвигался очень мало. Прекратить собственною жизнь без посторонней помощи оказалось делом столь же невероятным, как встать и выпрыгнуть в окно. Последний вариант стал приходить мне в голову все чаще. Наконец я решил остановиться именно на нем. Конечно, падение с третьего этажа не приводит к немедленной смерти, но это был шанс. Да и дважды калекой я вряд ли бы стал.
       Я до сих пор не могу найти этому подходящего объяснения, но мысль о самоубийстве оказалась столь действенной силой, что заставила мое тело, мое мертвое тело двигаться. Спустя некоторое время я уже мог сползать с кровати и возвращаться назад, а еще чуть позже впервые за долгое время посмотрел через окно на улицу. Это были секунды, но я понял, что смогу совершить то, что задумал.
       И настал тот день. Я проснулся и увидел снег. Он падал крупными хлопьями, облепляя ветки и оседая на карнизе. Я дождался, пока все уйдут. Мысленно попрощался с близкими. И… подполз к окну.
       Открыть его оказалось нелегко, но решение было принято. Собрав все оставшиеся силы, я рванул раму на себя, и окно распахнулось. Первый снежный день колючим морозцем ворвался в комнату. Я подтянулся и навалился животом на подоконник…
       …Я увидел ее почти сразу. Выхватил жадным взглядом из потока людей на улице, из окружающего мира.
       - Оля!!!
       Она круто повернулась, будто ждала этого крика. И замерла.
       А я слушал свой голос, он рос во мне и наливался новой силой во всем теле.
       Потом она сидела на моей кровати и плакала. Я обнимал ее и прощал каждое мгновение. Мне было все равно, случайно ли шла она именно тем утром по этой улице или нет. Мне было неважно даже, буду ли я ходить. Я просто слышал ее голос, обнимал ее странные, такие незнакомые мне плечи и повторял: «Мы вместе будем учиться жить. Мы вместе будем учиться ходить. Мы вместе…»