Знаки на мороженом

Независимость - это самая лучшая крепость, а зачем крепость, если мы не на войне, и кто на нас нападает, и вообщем-то, что нам защищать.
Ведь все мы рядом, все в одном поле и играем по одним и тем же правилам, придумаными нами для нас же самих, отредактированные абсолютом и определённые чем-то ещё, совсем неотвечающим за это...
И тем не менее каждый из нас с бережной нежностью и ожесточённостью защищает "своё".
Ту свою приватную собственность, своё право на "Я".
Эти высокие жесты и позы, эти нордические "трусливые" взгляды выражают громадную набухшую индивидуальность.
И даже те кто требует для себя не так много, тоже имеют всю эту гордость и страх, лишь глубже спрятанный, отодвинутый пониже от своей обиды, от своей невозможности...
Ты привык уже неценить время, ты отпустил его.
Не надо тратить лишних слов на быстрые шаги. Сидишь здесь, смотришь туда....
Иногда кажется так и правильно, так и надо...
Это сегодня, а завтра...
То сдаешься, то опять объявляешь войну...
То с криком и ужасом строишь новые города, потому, что неможешь разобрать старые, потому, что нехочешь, потому, что серые и неудобные, полные установленных смыслов и добрых традиций: верности, ровности, правильности уже за частую неподдающиеся сомнению, принимающиеся на веру, на сердце...
Театр заполненный зрителями громко опладирует, незаметив, что актеры уже давно разбрелись и затерялись в толпе.
Овации продолжаются даже ночью.
Всё в границах и в клетках и эта свобода, дом с окнами. Свобода как данность, неуклюжая повседневная заслуга, подарок от звёзд. Носи на груди словно медаль, свой отлечительний знак, уголок вселенной, одну из его возможностей.
А мы всё думаем, гордимся.
И эти улыбки на лицах, вся эта истерика.
День за днём, какбуд-то что-то делаешь, сам незная...
Разные люди в разное время задаются вопросами, отдуваются ответами, отплёвываются свежим морским брибоем.
Заказывают рыбу и напитки и спектакли.
Повседневные ровные костюмы, правильное вырожение лица, уверенность в настояшем и правильном счастье. В субботних пляжах и в воскрестных пляжах, на всё верная причина - солнце!
Города уходят в ночь, забавные вагоны метро и поездов гусиницами расползаются.
В такси кто-то ведёт калькуляцию в уме, корреляция капель дождя.
Вот и идея тебе - эта огромная осень, здесь и сейчас, или может быть там, где ты будешь.
И это не их вина, и это не их походки, так случилось. А лица здесь, какбуд-то с тобой и с ним и в зеркале тоже, всё это похоже на анализ, но сомоидентификация так и не приходит.
Твоё отражение оказываетсся с характером и отказывается от игры.
Вот и пришло время для следующего хода.
За закатом в ночь или утром к солнцу, с постоянным взглядом, глубокими рестницами.
И в твоём поведении всё меньше лирики, хотя она переполняет каждого из нас, двигает, невероятным светом ослезясь огромная.
И собравшись все вместе мы плачем и смеёмся, и кажется что в этом столько "жизни", столько значения и подвигов.
И нам надо это нести, нам надо это держать...
И ты делаешь этот день.
Остаётся только думать, думать о разном о всяком, как за язык...
Слов уже нет, и за язык не тянут.
Что-то уходит вновь, кто это?
Ровно ничего, так за зря.
И будильник поставлен на завтра, а завтра чюдо новое, как и это, только немного другое.
А потом колодец из него льётся что-то ровное синие и такое нужное, как и ты сам.
И этот корабль уходит в море как и всё уходит без возврата, без последствий.
Прекрати и снова начни, но уже заного с пустотами обешяющими.
Вот и диалог установился между нами, молчаливый, но верный.
Тёплые руки и больше ничего, ничего кроме края поля за который ты уже никогда не шагнёшь.
Возвращайся, возвращяйся обратно, верно - это болезнь, вовсе ненужная.
Ход по кругу с возвратом, и это количество и качество, и всё ровно улыбки.
Все эти коды, вся эта галиматья и конитель в пуховых шубах.
И никому неважно. Каждый сам в себе. Сплошные пунктиры.
Переходные дороги на ту сторону и обратно, чтобы опять быть вместе.
И опять походки всё те же родные, удобные как и мы сами.
Всё это лишь взгляд, через который ты смотришь на этот мир, ты делаешь этот мир, или ты успокаиваешся войдя в очередную религию в своё новое убежище, чтобы тешиться своим самолюбием, своим значением, единственным содержанием.
Белыми лентами мысли подобраны, теперь.
Если тебе так кажется, значит так и есть, и убери свои сомнения, непомогут, всё ровно никогда не получится, никогда ничего не получается, так задумано, только иногда какбуд-то, тебе так кажется.