Когда дряхлеют небеса...

Сегодня Ева хоронила своего маленького ребенка. И сегодня шел дождь. Несколько людей в сером пробирались меж размокших могил и покосившихся крестов, периодически оскальзываясь на чавкающей и растекающейся глине. Легкий, какой-то удушливый ветерок покачивал тонкие ветви березок, шеренгой выстроившихся вдоль центральной аллели кладбища. Разомкнутый строй, в котором прорехи кровью высекли пули расстрельной команды. Ева осторожно ступала за чередой деревьев и так же молча, сосредотачиваясь на каждом шаге, следовали за ней её муж и друзья. Женщина не плакала, она вообще едва могла дышать, так туго стягивала живот шелковая серая юбка с высокой талией и запахом. Зачем она надела её? Почему-то еще в доме вещь показалась Еве подходящей. Юбка- чтобы не плакать. Дождь лил и лил, и оттого серее становилось все серое, светлее, бесплотнее лица людей. Женщина опустилась на колени в грязь и руками принялась разрывать гниющую земную рану, отшвыривать прочь склизкие рыхлые комья. Это не было траурной процессией, у них не было гроба, священника, даже лопат не было, только хрупкие женские руки по собачьи раскапывающие могилу и сильные, но дрожащие, мужские, поддерживающие сверток из промокших одеял.

Шел дождь. Они жили в пустом склепе на территории этого кладбища уже очень-очень давно. Волосы, руки- все всегда пахло сыростью и могильным грунтом. Одиночество неразумных тусклых насекомых, жмущихся к друг другу в страхе перед огромным миром за пределами их зловонного жилища. Все эти люди, кажется они даже не знали имен друг друга, всегда были вместе. Они стояли на пороге, вглядываясь в серые струи дождя, как будто что-то могло измениться. Те кто стоял впереди отступали в сумрак своего мертвого дома, пропуская вперед других…и так до бесконечности. Эти люди всегда смотрели на дождь, и Ева тоже. Иногда кто-нибудь из них в отчаяние заламывал руки и принимался горстями запихивать себе в рот землю, гниющую и распадающуюся на глазах. Но небеса не переставали лить свои монотонные слезы, подергиваясь в старческом слабоумии, а их растерянные дети смотрели вверх ,и лица их отекали безразличием. Прах от праха. Плоть от плоти. Кровь от крови. Кладбище от горизонта до горизонта. Мир без Бога.
Ева знала, что прошли годы с тех пор как они хоронили её ребенка. И теперь пришла пора её второго сына.

Сегодня Ева снова хоронила своего маленько ребенка. И все так же шел дождь. Женщина без устали разрывала руками землю, приготовляя могилу, как вдруг в чудовищной муке запрокинула голову к небу и закричали, швыряя прочь от себя грязные комья.- За что? Почему уже второй раз? Мы опять хороним моего сына!! – и снова все стихло, только рука её мужа ласково коснулась плеча, чуть придавливая, и его тихий успокаивающий своими интонациями голос произнес: « Тише, милая, это же тот же самый…»