Подстилка

- Маш… Ик.. Эй, Маш.. Ик.. ик.. Куда ты пошла? – с трудом шевеля языком, в хлам пьяный парень по синусоиде передвигался по разбитому тротуару. Маша пошла быстрее и парень немного отстал. Она свернула в свой переулок, перепрыгивая через лужи подошла к подъезду. Достала из сумочки сигарету и закурила. «Как они надоели, эти пацаны! Напьются как свиньи, и начинают из себя мачей изображать! Вот кретины !».
Маша вошла домой, мама еще не спала.
- Как танцы?
- Нормально, мам.
-Покушай чего-нибудь.
-Не, мам, не хочу.
Маша разделась и легла в постель. Перед глазами стояли пыльные улицы родного маленького городка, магазинчик, где она торговала продуктами. Подружки, с которыми вечерами можно попить пива и узнать последние новости – кто с кем спал, у кого какая зарплата, кому набили лицо в субботу после дискотеки… «Как это все надоело! И так вся жизнь пройдет в этой глуши, в этом болоте, жить на гроши, потом стану никому не нужной старухой и буду картошку выращивать и сериалы смотреть…». С такими невеселыми мыслями Маша заснула.
Проснувшись утром, Маша пошла за хлебом. Начинался солнечный летний день, весело щебетали птицы. По дороге мимо Маши пролетела новенькая блестящая иномарка, остановилась у ларька. Из динамиков на всю мощь женский голос признавался в любви Москве, и мужской хор следом добавлял что-то невнятное на английском. Сидевшие в машине ребята купили хлеба, лихо, «с буксами», тронулись и полетели дальше. Маша успела разглядеть столичные номера.
Весь день перед глазами Маши стояла эта картина. Песенка о Москве крутилась в голове и навевала разные мысли. «Надо поехать в столицу. Платят там хорошо, вон, все на иномарках приезжают. Найду себе мальчика хорошего…». Москва в ее воображении представлялась городом мечты, раем на земле. Несколько лет назад Маша была в Москве, ездила на экскурсию на Красную площадь, но поездка не понравилась, в автобусе было душно и Маша, не привыкшая к дальней дороге, больше внимания уделяла рвотным позывам, чем осмотру достопримечательностей. Но сейчас этот факт Машу не останавливал: «Ой, ну я всего день была, что за день можно узнать, Москва ведь такая большая!».
Маша с трудом дождалась конча месяца. Каждый день она мечтала о будущей счастливой жизни. Получив зарплату, она уволилась из магазина (просто сказала хозяйке, что уходит, такие мелочи как трудовая книжка никого не интересуют), собрала вещи. Вечером она рассказала о своем решении маме. Та чуть не упала в обморок:
- Машенька, что же ты делаешь! Какая Москва, у тебя ни образования, школу только год назад закончила, ни денег, ни жилья ! Ты там пропадешь! Доча, не делай глупостей! Ни в какую Москву ты не поедешь, а возвращайся в магазин, пока на твое место кого-нибудь другого не взяли.
- Мам, прекращай. В Москве легко можно работу найти, не то, что здесь. Образование мне не нужно, я же не собираюсь каким-нибудь инженером работать! Пойду в продавцы, а жилье найти, мне кажется, тоже не проблема.
Разговор кончился тем, что мать всю ночь плакала на кухне, а Маша не могла уснуть, ворочалась в постели. Утром, не попрощавшись, она взяла сумку и ушла из дома. В столице она оказалась уже вечером. У вокзала она сорвала несколько номеров с объявлений «Сдам комнату», набрала номер. Ласковый голос в трубке ответил, что свободная комната найдется без проблем, нужно только приехать по такому-то адресу, оплатить 5 тысяч и никаких проблем! «Ну вот же, а мама «нет жилья, нет жилья»!».
Маша с трудом нашла контору, на которую ей указали, была встречена дружелюбными сотрудниками, подписала какой-то договор, заплатила деньги и была отправлена на станцию «Киевская», где ее должен был ждать агент. Никакого агента, «тетеньку в красной маечке с короткой стрижкой», Маша на Киевской не обнаружила, а по телефону ей сказали, что «уже поздно, агент вас не дождался, где вы ходили», а на возражения Маши просто кинули трубку и сбрасывали остальные вызовы. Маша, осознавшая, что ее кинули, разрыдалась. Она сидела на скамеечке и вытирала слезы платочком.
Вдруг к ней подошел красивый смуглый дорого одетый парень, присел рядом и спросил:
- Чего плачишь, красавица? Абидил кто?
Маша, глотая слезы, рассказала, как ее обманули с жильем, и в какой ситуации она оказалась. Парень внимательно слушал, качал головой, словно соглашаясь, «ах, какие мерзавцы».
- Маша, ти наверно голодная, пойдем паужинаем. – Парень в упор смотрел на Машу пронзительными черными глазами сквозь длинные ресницы. Маша готова была поклясться, что он - точная копия какого-то известного актера.
Маша хотела отказаться, мол, и рада бы, да надо домой возвращаться, а то денег почти не осталось и ночевать негде, но Сурен, как представился парень, убедил ее, что у его друга как раз оказалась свободная квартира и она сможет переночевать там. У Маши кольнуло в груди от неприятного предчувствия, но Сурен был так обаятелен, что Маша в конце концов согласилась. От так разительно отличался от Машиных земляков, от которых пахло перегаром и дешевыми сигаретами. Они сели в машину Сурена, медленно поехали в плотном потоке машин. Маша любовалась красивым вечерним городом, нарядной толпой на тротуарах, яркими огнями реклам. Совсем не то, что унылые серые домишки на родине.
Сурен тем временем кому-то звонил, разговаривая на непонятном языке, смеялся (Маше почему-то не понравился его смех), потом сказал:
- Маша, мне сейчас нужно съездить к брату, я тебя сейчас отвезу и через полчасика вернусь, обещаю – Сурен снова посмотрел на Машу так, что у нее начало все таять внутри. Она готова была его расцеловать сию минуту.
Они остановились у какого-то многоэтажного дома, вошли в подъезд и поднялись на второй этаж. Сурен открыл дверь и завел Машу внутрь. Навстречу им вышла женщина с сигаретой в руке и халате, накинутом на голое тело. Следом за ней появился здоровенный бритый мужик с тяжелым взглядом.
- У нас новенькая? – сиплым голосом спросила женщина и рассмеялась.
Теперь Маша поняла, насколько серьезно она влипла. Дальнейшее оказалось для нее жутким кошмаром. Сурен влепил ей пощечину, а пока она приходила в себя, вытащил из ее сумки паспорт и кошелечек. Потом они с бритым затащили Машу в комнату и по очереди изнасиловали. Маша лежала на полу и безучастно смотрела вверх. Ей хотелось умереть.
Машу представили «трудовому коллективу» - нескольким девахам разного возраста, ярко накрашенным и непрерывно смолящим сигареты. Одна, постарше, отвела Машу в сторонку и начала ласково утешать: подумаешь, ничего страшного, зато теперь у тебя будет работа, не надо напрягаться. Останешься, тебе будут хорошо платить, а то бы так никуда не взяли, тут таких как ты пруд пруди, с дипломами люди никому не нужны. В Москве интересно, так что жалеть не о чем и стыдиться нечего. «Ты же не девочка? Ну вот!». Машу напоили чаем и отправили спать в маленькую комнатку. Сквозь сон Маша слышала, как в квартиру входили и выходили люди.
Маша адаптировалась быстро. Происходящее напоминало зарядку, «ноги на ширину плеч, руки в стороны, раз-два-три», со временем Маша совсем перестала испытывать отвращение. Стала смеяться и делиться историями с «коллегами по цеху». Она позвонила маме и наплела ей, что работает в супермаркете продавцом-консультантом. Появились собственные деньги, не бог весть какие, но все равно гораздо больше, чем Маша зарабатывала дома.
Однажды Маша с напарницей поехали на «выезд». Приехав на место, они были встречены двумя молодыми парнями. Один из них показался Маше знакомым, но она не обратило на это большого внимания. Она, как обычно, представилась Виолеттой, тот парень выбрал ее. Они вошли в комнату, разделись. Вдруг парень, ласково поглаживая ее по спине, сказал:
- А вот на день рождения мой не дала, вот какая ты, Машка, противная!
Маша остановилась, пригляделась и вспомнила – полгода назад она с подружками на родине отмечала день рождения этого парня, брата одной из ее подружек. Он ей понравился, она ему тоже, но он начал приставать и был послан по известному любому россиянину адресу. После этого они не общались, подруги говорили, что товарищи над ним здорово посмеялись тогда – имениннику ничего не перепало, а подруги оказались сговорчивее. Теперь он с улыбкой смотрел на нее и ласкал рукой. В его улыбке не было презрения или отвращения. Он смотрел на нее также, как тогда, на празднике – так, как смотрит парень на понравившуюся ему девушку, которой он сам хочет приглянуться.
Она отстранилась от него и повернулась спиной.
- Маш, ты чего?
Машу начало трясти.
- Ну давай, расскажи там этим колхозникам, что я ****ь, шалава, даю за деньги. Приедешь, похвастаешься, представился случай отыграться. Вы все мужики-козлы, вам лишь бы всунуть…
- Маш, успокойся. Кто тебе сказал, что я всем расскажу? С чего ты взяла?
Маша обернулась:
- Как тебя там зовут, правда, не рассказывай, а то до матери дойдет, она окончательно поседеет с горя. Если хочешь, пиши телефон, дам бесплатно…
Парень встал, прошелся по комнате.
- А я так обрадовался, когда тебя увидел. Думал, нам шанс выпал. Я хотел отношения с тобой продолжить, часто о тебе вспоминал, но стеснялся, думал, ты на меня злишься за тот раз… Даже у сестры телефон твой взял, пару раз звонить отважился, но каждый раз недоступен номер был… Все в жизни бывает, и ведь мы все-таки встретились, чего не думал, не гадал… - парень нарезал круги по комнате, Маша курила, не глядя на него.
- Маш, а поехали со мной? Я технологом работаю на заводе. Квартира двухкомнатная от бабушки осталась. Никто ничего знать не будет, вот те крест ! Скажем всем, что на улице встретились?
Маша встала, притянула парня к себе, усадила на кровать, стянула трусы и опустилась на колени… Когда парень кончил, Маша резко и зло спросила:
- Деньги отработала?
- Маш, ты что, успокойся!
Маша оделась, вышла из комнаты, хлопнув дверью. Парень пошел следом, но Маша в дверях крикнула:
- Отъебись, придурок !
Парень так и остался стоять – без трусов и с растерянным лицом.
Позже Маша рассказала про этот случай девушкам. Одна из них, которая слушала, затаив дыхание, спросила: «И ты не поехала?!!!». Маша ответила не раздумывая: «Нет.»


Рецензии
Пишите вы здорово.Задело. Я на эту тему только в публицистике могу писать, а вы - вон как.
Да,гонятся наши девки за красивой московской жизнью от пустоты и безнадеги в своих маленьких городках... Ксюшу бы Собчак прогнать по этому аду... Заманивают такие телевизионные шлюшки своими побрякушками наивных девчонок, как бабочек на огонек. Больше всего угнетают эти репортажи о милицейских рейдах, вылавливающих проституток на улицах и по притонам. Да у них жизнь и так не сахар, не многие до 30 доживут... И по телевизору на всю страну ославят. Лучше бы на светских раутах вылавливали... Ах, вот этот костюмчик для собачки стоит пять тыщ баксов, а эта брилиановая веревочка - двадцать... А через минуту в следующем репортаже у несчастной девчонки спрашивают: что ж ты дома не работаешь, коров не доишь, в киоске не сидишь? Да вы что-то только что рекламировали и оценивали отнюдь не труд доярки, а труд продажной девки, только более высокооплачиваемой.
А в ситуацию, описанную вами, верю. У девчонки еще осталась гордость. Выть хочется.
А жгучий красавец... Что-то вы окончательно подрываете во мне веру в гордых кавказцев. Неужели они все до одного сутенеры и барсеточники? Жуть...

Лана Никова   24.09.2008 17:51     Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.