Два маленьких мальчика сидели на бревне во дворе дома и рассматривали, как муравьи атакуют гусеницу, пытаясь подтащить её поближе к входу в муравейник. Гусеница отчаянно сопротивлялась, и пара муравьев уже лежала в стороне с поломанными частями тела. Дети не заметили, как во двор вошли двое мужчин и приблизились к ним. Один из братьев, а мальчишки были братьями, наконец-то обратил внимание на нависшую тень и обернулся. Увидев незнакомца, он тут же соскочил с бревна.
- Первый заметил – удовлетворенно произнес старший незнакомец, он был в черном балахоне и с надвинутым капюшоном, несмотря на жару, а руки держал в рукавах, сцепленных друг с другом. Второй был заметно моложе, без балахона, на нем была легкая кольчуга и большой меч для дальнего боя, он висел за спиной. На поясе были закреплены ножны с двумя кинжалами по бокам.
- Дай-ка мне свою ручку – улыбнулся старший.
Ребенок насупился и сделал шаг назад, отрицательно мотнув головой. Брат присоединился к нему:
- Что тебе надо, черный?
Рука старика замерла в воздухе, а улыбка испарилась. В это время из дома во двор вышла мать. Когда она увидела незнакомцев, кувшин с квасом выпал из её рук и раскололся, ударившись об землю. Она схватилась руками за перекладину крыльца, кажется, она что-то спросила, но так тихо, что здесь у бревна, её совсем не было слышно.
- Пошли со мной! – категорически заявил вдруг старик.
- Нет! – вскрикнул мальчик.
- Валлиан! – закричала женщина.
Старик шагнул к мальчику, но его заслонил брат с прутом, который он подобрал здесь же. Из дома появился отец:
- Убери свои руки от него! – он побежал к ним.
Старик выбросил в его сторону руку и мужчина, схватившись за грудь, упал на землю. Женщина закричала:
- Нет! – брат, державший прут, ударил старика. Звонко хлестнув, прут оставил на его лице тонкую кровавую полоску. В тот же миг, молодой незнакомец махнул кинжалом, стараясь разрубить ребенка пополам, но его брат успел первый, он оттолкнул защищавшего его брата, и кинжал лишь сделал на его лице огромную рану. Вскрикнув, раненый мальчик упал в траву. Старик схватил второго:
- Ты – пойдешь – со мной! – крикнул он, и ребенок обмяк.
Вехенд вложил кинжал в ножны, и они быстро вышли со двора, и никто не смог бы заметить, куда именно они скрылись.
Он вскрикнул и сел в постели, обливаясь потом. Посидев так немного и отдышавшись, он встал и, подойдя к окну, открыл его. В комнату ворвался холодный осенний воздух. По ночам было уже холодно, все-таки была двадцатая ночь первого месяца осени. Небо было чистым, и на нем была видна половинка луны, она осветила старый шрам через всё его лицо.
- У тебя нездоровая аура – донеслось из темного угла.
- Дерьмо! – Человек со шрамом быстро обернулся – Какого ты делаешь в моей спальне ночью?
- Ты кричал – невозмутимо донеслось из угла – Я вижу, тебя что-то беспокоит.
Человек со шрамом нервно хмыкнул:
- Да! Меня беспокоишь ты, нужно объяснять почему?
- Я догадываюсь.
Может ли он читать мысли? На некоторое время Мэнли завладел страх, он всматривался в темный угол, но смог различить лишь силуэт стоящего там человека.
- Я пришел сюда не для того, чтобы убить тебя, не трясись.
Страх мгновенно прошел, его место заняла ярость:
- И это мне говорит собственный брат?! Это ты меня успокаиваешь так, да?! Ты приехал к брату, которого за последние 10 лет видел только два раза, и успокаиваешь меня, что не будешь убивать меня?! Спасибо!
Вехенд молчал. Мэнли остановился посреди комнаты и понял, что боится брата …
Любому здравомыслящему человеку такие мысли не внушили бы удивления. Перейти дорогу вехенду не только в переносном, но и в прямом смысле никто не захотел бы. Разве можно быть уверенным, что в течение многолетнего обучения в Ордене, они не превращаются из людей в нежить? Может ли он читать мысли? Эта загадка давила на Мэнли все дни, пока Валлиан был здесь. Весь заговор проклятых Хозяев Январила казался теперь самоубийством. Мэнли знал, если он расскажет, вехенды его всё равно убьют, но если рассказать об этом Валлиану…? Два раза за последние десять лет…
Вехенд вставил в дверь ключ и открыл замок. От всего этого у Мэнли ком в горле вставал, вот – он не смог бы даже своих людей, спящих на первом этаже, на помощь позвать! Вехенд скрылся за дверью. Все это он проделал бесшумно. Мэнли ещё немного постоял посреди комнаты, затем подошел к зеркалу, приведенному откуда-то далеко с Востока, и скривился. Впавшие глаза, кожа обтянула скулы…. Перед его взором появилось искаженное предсмертными муками лицо врага. Вот уж не думал, что один из теневых Хозяев Виндора так закончит жизнь.… Впрочем, туда ему и дорога! Мэнли поднял голову и хищно улыбнулся, не разводи нюни старина, все твои враги будут гнить в стоках! Шрам, словно живя своей собственной жизнью, несколько раз вильнул, как белая змея… Красавчик…
Прошел всего год, как он покинул Дом. За это время он успел испробовать свое мастерство на обычных людях. Однако первая встреча с обычными запомнилась…
Он сопровождал Учителя, они пошли за своим будущим братом. Его мать и отец не захотели отдать ребенка, и их пришлось убить. Вставляя меч обратно в ножны, Драгот почувствовал, что хочет вспомнить своё детство. Учитель не рекомендовал это делать, тем не менее, благодаря нехитрым упражнениям с магией, ему удалось вспомнить, как его забрали из обычных. Он узнал, что раньше его звали Валлиан, и у него был брат! Об этом знал лишь Учитель. Драгот узнал, где живет брат, и наведался сюда полгода назад. Увидев Мэнли, которого все окружающие звали Красавчиком, Драгот понял, что Валлиан мёртв, а Мэнли всего лишь обычный. Теперь он здесь по делу…
Красавчик кричал ночью, Драгот знал почему: Мэнли вспоминал прошлое и боялся вехенда, обычным свойственны ненужные эмоции… Драгота беспокоило не это. Атмосфера Виндора действовала почему-то угнетающе и ещё, сегодня прибыли его братья в город, Магистр чего-то опасается…
“Самая темная пора – перед рассветом” – это древнее изречение доказывает, что предки знали намного больше, чем современные люди. Вот и сейчас, тьма сгустилась, чтобы вскоре отступить. К северным воротам Виндора подъезжали три всадника. Здесь, под стенами города ночевал караван; ночью ворота закрывались, и караваны не пропускали во избежание контрабанды, пропускали лишь людей.
- Тасана, чувствуешь? – спросил всадник, ехавший посередине.
Человек слева кивнул.
- Не понимаю – всадник справа скинул капюшон – Незнакомое чувство. Странная угроза.
Не спешиваясь, тот, что был посередине, несколько раз тяжело ударил кулаком в ворота. Охранник грязно выругался: опять сволочь на дозорной башне уснула. Дозор должен был предупредить стражу у ворот, что кто-то приближается к ним, но они частенько дрыхли в неположенное время.
- Чего надо?! – крикнул стражник и открыл смотровое окошко, но вместо человека увидел морду лошади.
Рука всадника протянула в окошко какую-то бумагу. Стражник прочитал её и махнул рукой своему сослуживцу:
- Открой створ для всадника!
Когда створ был открыт, всадники въехали в город, один из них забрал бумагу у стражника и сунул в один из своих карманов:
- Один человек, чтобы проводить нас до вашей администрации.
Начальник стражи приказал одному из своих подчиненных проводить приезжих.
- Кто это? – спросил один из стражников начальника.
- Не знаю, но их пропуск подписан Князем, по-моему, вехенды…
… Когда они доехали до администрации, стражник с изумлением понял, что с ним был только один из приезжих, двое других куда-то пропали…
Будущее было во тьме. Шаря руками по стене, Каюк пробирался по темному коридору. Наконец, он остановился перед дверью и, достав ключи, открыл её. В глубине комнаты кто-то пошевелился.
- Стоять – Каюк выхватил кинжал, с которым не расставался уже длительное время.
Тень не двигалась и молчала. Каюк замер в нерешительности, туго соображая после бессонной ночи:
- Чего надо?
- Тебя мне надо.
Повисла тишина. Незнакомец зажёг лампу на столе. Свет почти не осветил его. Он расстегнул кожаную куртку и снял с шеи какое-то украшение, поднося его к лампе. Это был ювелирно обработанный камень, но самое главное – это был январил… Значит, птица не низкого полета, подумал Каюк, из администрации, наверное. По крайней мере, не человек Красавчика. На Каюка вдруг навалилась усталость и апатия, эти не покушаются таким способом, он сунул кинжал в ножны и, пройдя в комнату, сел на кровать:
- Я вас слушаю.
- Я видел ваших “посланников”: Смэша и Рода.
Каюк промолчал. Несмотря на зажженную лампу, лица говорящих были скрыты во тьме.
- Смерть Крэга Вундорсфольта серьезно всё испортила.
- Красавчик его всё равно убил бы.
- Не зарывайся! Не за это тебе деньги платили.
- Всё что я мог, сделал. На этот моя роль закончена.
- Ещё нет.
- Уже да. Это мое последнее слово, я не желаю больше возиться в этом дерьме, я уезжаю из города… и вообще, из княжества.
- Прошу тебя подумать. Ты сам отправил дружков на “Дракон”, их жизни в твоих руках. За тобой последнее дело.
Каюк закрыл глаза и сжал рукоятку кинжала:
- Я – вас – слушаю… - он не мог понять, кто перед ним.
- Вам надо убить Магистра.
Каюк нервно засмеялся:
- Легко! Когда?
- Первого гвора.
- Через девять дней, значит? Хорошо.
Незнакомец встал:
- Через несколько дней я приду и расскажу подробности.
Когда он проходил мимо, Каюк выхватил кинжал и всадил его в незнакомца; бессилие и ярость заполнили его. Незнакомец успел обернуться, он с удивлением посмотрел на кинжал, торчащий из своего тела. Каюк неестественно улыбался, он сделал шаг назад. Незнакомец схватился за дверь и медленно опустился на колени, всё также держась за кинжал. Что-то не так, подумал Каюк, он стал задыхаться, во рту стало солоно, он опустил голову и схватился правой рукой за нож, торчащий из своей груди. Кровь затопила горло, и Каюк упал рядом.
- Зачем Каюку оставаться в Виндоре?
- Всё! Не наше дело, не хочу даже думать об этом! – Смэш махнул рукой – Мы уплывем отсюда с “Драконом”, раз Каюк договорился о нас.
Рода мутило. То ли от прошедших событий, то ли от качки. Дул холодный ветер, на палубе было холодно.
- Пошли в каюту.
Браться стали спускаться в трюм.
С капитаном “Дракона” они успели повидаться. Он не выказал никаких эмоций по поводу их присутствия на корабле. Похоже, Каюк договорился обо всём. Капитан только предупредил их, что корабль отойдет только дней через десять, не раньше. Всё это время братьям предстояло провести на борту, поскольку их искали люди Красавчика. Сходить на берег в данной ситуации было крайне неразумно.
Острое лезвие медленно поднималось по горлу вверх. Глава Виндора – Полдок, открыл глаза, смотря вверх на белый потолок. Цирюльник уже заканчивал бритьё. Сегодня, ни свет – ни заря, Полдоку сообщили об эмиссаре Магистра. Эмиссар прибыл ночью и ждал главу города в администрации с рассвета. Полдока бил озноб. Все последнее время он готовился к этой встрече и теперь, кажется, был не готов. Эмиссар щёлкнет его, как ореховую скорлупу. Полдок снова закрыл глаза. Надо собраться, назад пути уже нет, с обеих сторон смерть, и выход только в одном – обмануть эмиссара. Он хмыкнул. Год назад такая мысль вызвала бы у него истерику, но теперь он знает, что вехенды могут читать ауру, но мысли читать не могут. Цирюльник отошел, оставив на лице Полдока горячее полотенце. В комнату вошли двое телохранителей, Полдок откинул полотенце на пол и рывком сел:
- Экипаж готов?
- Да.
- Отлично… - втроем вышли из комнаты. Здесь к ним подошли начальник охраны и советник. Впятером они вышли на улицу. Здесь уже десять городских следили за прохожими и проезжими, не подпуская людей к Полдоку ближе, чем на 10 ярдов.
Утро, двадцать первое типфавса, капитан “Дракона” встретил на корме, уставясь на туман, скрывающий Виндор. Вскоре то, что он ожидал, появилось в зоне видимости. Огибая другие корабли, стоящие тут же, на якорях, на “Дракон” возвращалась шлюпка, что ушла вскоре после прибытия двух парней из города. Каюк замолвил словечко… Капитан стал набивать трубку, сопровождая взглядом шлюпку. Что стоит слово Каюка? Это всё деньги, и не ему, капитану, держать слово перед этой мелюзгой, которая даже Крэга защитить не смогла…
Капитан выполнял приказы…
С недалекого времени, где-то с полгода назад, “Дракон” сменил владельца, теперь его хозяева… Капитан остановил мысль. Даже в мыслях не называть владельца, эти бестии на многое способны. И слишком много они себе позволяют…. Давно пора руки укоротить…
Шлюпка приближалась быстро, на рассвете ветер пропал, теперь всё небо было закрыто плотным слоем тяжёлых облаков. Человек в шлюпке не поднимался, а стал ждать, когда лодку поднимут из воды вместе с ним. Старпом отдал приказ. Капитан Дусжут не двинулся с места. Он терпеливо ждал, когда приплывший из Виндора подойдет к нему. По походке было совершенно ясно, что прибывший тяжело ранен. Дусжуту было плевать, этот человек постоянно наводил беспричинный страх, и теперь этот страх пропал. Лицо раненого сильно осунулось, волосы сбились на голове, как волны в шторм, но глаза по-прежнему излучали какую-то магнетическую силу. Капитан отвел взгляд.
- Вы долго. Что случилось?
- Я нашел Каюка, когда на него напали, еле ушел. Каюк убит. Думаю, это были люди Красавчика… Смэш и Род здесь?
Капитан вскинул брови, глядя в море:
- Здесь. Где же им быть?
- Да… - задумчиво произнес раненый – я буду в каюте у себя. Распорядитесь о еде, и пусть придет врач.
- Хорошо.
Раненый тяжело развернулся и пошёл к себе. Капитан проводил его нахмуренным взглядом. Теперь мёртв Каюк. Что же дальше? Единственное звено – Красавчик. Нужно встретиться с ним ещё раз. Январил на борту не давал капитану спокойно спать.
Всё будто - бы было как всегда. Шушера шлялась по улицам как всегда. Даже у той помойки, которую здесь называли “кабаком”. Центральные решили устроить встречу здесь, побаивались. Сам Красавчик чувствовал себя неуютно, памятуя о том, что именно в этом районе Крэг, бывший босс центральных, завалил Вилли Роя, только теперь всё немного иначе…. Пять человек остались у входа кабака, пять вошли вместе с Красавчиком. Он сразу их заметил, обладая замечательной памятью на лица; Красавчик помнил всех своих врагов. Два прямоугольных стола были сдвинуты, за одним сидело четыре человека. Остальные строили из себя обычных пьянчуг за двумя соседними столами. Красавчик подошёл к столу и сел за ту половину, что ему отвели центральные. Лица их были одинаковые – неприятные; формальный главарь по виду не выделялся. Два человека сели по обе стороны от Красавчика, трое остались стоять, наблюдая за оставшимися сторонами.
- И кто же тут считает себя главным? – Красавчик вперился взглядом в лицо человека, сидевшего прямо напротив.
- Я – отозвался тот, не отводя глаз – Цушиф Гметфо.
Красавчик открыто поморщился.
- Ты решил попугать нас маскарадом? – Гметфо скосил глаза на человека, сидевшего справа от Красавчика.
- Маскарадом напугать можно только вас – он усмехнулся – Вы что, тут собрались, чтоб заявить о своих правах на наследство Крэга?
- Да. Ты что-то имеешь против?
- Вы не контролируете ситуацию; насколько я знаю, северные и портовые шайки вас потеснили. Вы не внушаете больше уважения, центральная зона будет поделена между остальными.
- Это кто сказал?
- Это я сказал, это сказал Тигис и портовой совет.
Похоже, Гметфо этого не ожидал, его глаза забегали по столу, надеясь как - будто найти там решение своей проблемы:
- Не может быть…
Красавчик усмехнулся.
- Нет! Мы так просто… - договорить Цушиф не успел. Человек, сидевший справа от Красавчика, махнул правой рукой, и восьмидюймовое лезвие с хрустом пробило Гметфо горло, войдя по рукоятку. Закинув назад голову, он упал со стула на пол. Его люди повскакивали с мест. Люди Красавчика вынули мечи, он усмехнулся:
- Все всё слышали, надеюсь? Центральных больше нет.
Драгот подошел к телу Цушифа и вынул свой кинжал. На него смотрели со страхом.
- Переговоры окончены – с этими словами Красавчик вышел из кабака.
Полдок не любил кареты и экипажи, он всегда хотел видеть как можно больше лиц людей, населяющих его город, чтобы иметь хотя бы отдаленное представление об отношении к себе людей. Но всё это был бред идеалиста. Город в упадке, его раздирают на части банды, а городские солдаты стали всего лишь ещё одной силой. Вехенды могли бы справиться с этим, почему нет? Магистру нужна просто власть? Не порядок? Полдок сжал зубы. Зачем Магистру порядок? Они же не люди. Внутри Ордена, да под действием магии, они перестают быть людьми. Кто, кроме вехендов, знает, что это за магия, какова её природа… Ход мыслей прервал советник, он сблизил свою лошадь с лошадью главы города и прошептал:
- За городом нашли тело надсмотрщика порта.
- Как убит?
- Видимых серьезных повреждений нет. Он сейчас в крематории.
- Поворачиваем в крематорий! – отдал приказ Полдок.
- Господин, а как же эмиссар?
- Я хочу видеть надсмотрщика порта, советник.
- Конечно, мой господин – советник склонил голову – как прикажете…
Конвой повернул.
Он зашипел от боли, но врач не дрогнул:
- Глубокая рана, странно, что кровь остановилась. У вас строение мягких тканей, по-моему, не совсем обычно, обычный человек истек бы кровью.
- Я не обычный человек – рыкнул он.
- Да уж, несомненно – хмыкнул врач – Ну все. Лучше менять повязку и обрабатывать рану каждый день. Спиртного не пить, из каюты не выходить. Ясно?
- Ясно, док.
Врач вышел. Как только дверь каюты захлопнулась, раненый человек встал с кровати и стал мерить каюту шагами. Кретин Каюк всё испортил, гребаный наёмный убийца! Браться бы подошли.… Один ради другого, скорее всего, пойдет на многое…
Красавчик снял кольчугу и перевязь с мечом. Он выглянул в окно на террасу, перед входом в дом. Там ждали несколько человек, всем нужны деньги… Порой Красавчик забывал, что он ещё и ростовщик. Кольчугу снова одевать он не стал. Тошнит уже. Когда он сможет безбоязненно ходить по улицам города? Неужели, никогда? Перевязь с мечом он всё-таки надел. У порога комнаты ждал телохранитель:
- Письмо с “Дракона”, босс.
Красавчик закрыл дверь перед носом телохранителя и вернулся в комнату. Он сорвал печать и прочитал письмо. Капитан Дусжут поменял свое мнение… Он предлагает встретиться сегодня ночью на борту… С чего бы это? Если ему никто не донёс… о планах Красавчика. Если подстава… Красавчик сжал письмо, потом засунул его в карман и вышел.
Здоровую кованную дверь подвала с трудом отворили, и Полдок вошел внутрь. Здесь было прохладно, но не намного холоднее, чем на улице, где снова заморосил дождь. Советник и один телохранитель вошли за Полдоком. Там уже был служитель крематория, он закрыл чьё-то тело каким-то рваньём.
- Господин Полдок! – узнал его служитель, - чем обязан?
- Хочу увидеть тело надсмотрщика порта Крэга Вундорсфольта.
Служитель крематория понимающе кивнул. Он подошел к одному из тел и скинул с него тряпьё. Окоченевшее тело Крэга лежало на широком деревянном столе. С виду никаких повреждений, кроме небольшого синяка на лбу.
- От чего же он умер? – Полдок уставился на служителя.
Тот пожал плечами:
- Трудно сказать. Может, естественная смерть?
Полдок усмехнулся:
- Что-то не верится.
- Мне тоже – раздался гулкий голос у двери.
Полдок обернулся. Человек у двери был одет… одет как… вехенд.
- Эмиссар? – Полдок подавил накатившую панику.
- Совершенно верно, господин Полдок. Я узнал, что вы свернули сюда, и мне стало любопытно, что заставило вас отложить встречу со мной – при последних словах в глазах вехенда промелькнуло что-то похожее на секундную ярость.
- Нашлось тело пропавшего позавчера надсмотрщика порта, я счёл нужным взглянуть на него.
Эмиссар подошел к телу, пристально осматривая его, потом пожал плечами:
- По-видимому, он умер своей смертью.
- Полагаюсь на ваше мнение, эмиссар. Думаю, нам лучше поговорить в другом месте и наедине. – Полдок указал на выход. Вехенд молча вышел; все остальные, кроме служителя крематория, вышли вслед за ним.
День клонился к концу. Глава города покачивался в кресле-качалке на своем балконе, попивая горячий чай. Со своего балкона на втором этаже он видел темные воды моря и качающиеся на нем темные точки кораблей. С навеса бежал ручеек воды и улетал вниз. Весь пейзаж был покрыт легкой дымкой дождя. Сколько раз наблюдал он осень со своего балкона? Он постарался рассмотреть людей, бредущих по улицам: грязные, мокрые, холодные и, наверняка, голодные… Великий князь и магистр приедут через несколько дней, планы князя изменились. Он-то, Полдок, надеялся, что они приедут зимой, когда снег засыпет город, если зима будет холодная. А теперь? Куда девать всю грязь? Придется платить беднякам за чистку улиц. Непредвиденные расходы. Хотя, какая разница? Эта осень последняя, что он здесь встречает, не следует питать лишних иллюзий. Он знал, на что шёл. Выбор этот был сделан сознательно и давно, и его за него сделали вехенды, убив Терри Полдок.
Мысли сбились в сторону; ворота везде в спешном порядке ремонтируются, ночью город заперт. Вехенды даже настояли на постоянном контроле каналов в стоках. Кто будет вести контроль? Конечно, городские. Бедные солдаты изрядно поникли, узнав, что им предстоит. Но ничего, им заплатят вдвойне. Вехенды, вехенды… Кроме эмиссара, Полдок больше не видел ни одного, хотя ему сообщили, что эмиссара сопровождали двое. Эти двое где-то в городе… Маловато для охраны магистра… Или нет? Чего его охранять? Полдок вспомнил о записке и поднёс её к глазам. Он назначал встречу следующей ночью на старом месте. На конверте стояла печать самого Полдока, вскрывать его не должны были. Хотя, кто знает… Но печать Полдок давал только одному человеку, и если тот просил встречи, на неё надо было явиться.
Из открытого окна изредка доносились звуки ночного города. В основном, люди спали; несмотря на то, что дождь кончился, на улице было холодно. Он приладил кольчугу, чтобы хорошо сидела. На пояс повесил меч для ближнего боя; к сапогам прикрепил ножны с метательными ножнами. Может, не понадобятся? Красавчик надел плащ и вышел.
Его люди ждали на улице. Проходя по коридору к лестнице, он остановился около двери комнаты, где сейчас жил брат. Показалось, что оттуда донесся чей-то стон. Красавчик замер в нерешительности, возможно, брату нужна помощь… Он постучал. Тишина.
- Валлиан?
Тишина в ответ.
- С тобой всё в порядке?- сейчас Красавчика занимало уже не это. Он осторожно толкнул дверь. Та открылась. В комнате было темно.
- Валлиан? – шепотом, на всякий случай, ещё раз спросил Красавчик.
В ответ вдруг раздался полустон-полувсхлип. Красавчик вздрогнул, но собрался, быстро подошел к столу, зажёг лампу и осмотрел комнату…
На стуле, привязанный к нему, сидел человек. Во рту у него был кляп. Приглядевшись, Красавчик узнал в нем одного из своих людей, из охраны. Он подошел к нему, но кляп вынуть не успел. Его остановил голос за спиной, и рука повисла в воздухе.
- Ты искал меня? – это был Валлиан.
Красавчик стремительно обернулся. Вехенд только что зашел.
- Я проходил мимо и… услышал стон.… Я позвал тебя, ты не ответил, и я вошел…
Драгот сделал несколько шагов вперед и взял лампу из рук Красавчика:
- Спасибо за заботу.
- Почему он здесь? – Красавчик указал на своего человека.
- Я привел его сюда. Расспросить.
- Ты его пытал? Зачем? Можно спросить меня.
- Люди не говорят всё, что знают, по-хорошему.
- Извини. Но это мой дом. Это мой человек. Я не хочу, чтобы ты так обращался с моими людьми!
- Не бойся, никто не видел, как я связал его и притащил сюда.
- Ты не понимаешь…
- Ты не понимаешь. Может, чтобы узнать больше, мне надо сегодня с тобой поплыть на “Дракон”?
У Красавчика в горле встал ком:
- Зачем? – прохрипел он.
- Я отпущу его – Драгот указал на связанного – и поплыву с тобой, хочешь?
- Дай мне иллюзию, что орден не знает о всех моих незаконных делах – Красавчик ухмыльнулся и быстро вышел из комнаты.
- Только иллюзию и ненадолго – шепнул Драгот в закрытую дверь.
Темные небеса вверху, темные небеса внизу. Горизонта не видно. Красавчик уже не совсем понимал, в какой стороне берег. Он повернулся в обратную сторону и слева увидел маяк Виндора. Как вечерняя звезда, он светил заблудившим кораблям. Шесть гребцов синхронно поднимали и опускали вёсла. На корме стоял рулевой. В большой шлюпке, кроме Мэнли, было ещё четыре его человека. Остальные остались в порту, ждать контрольного времени. На каждом корабле тоже горели огни, во избежание столкновения. Каким-то чутьем, рулевой угадывал, где “Дракон”. Тоже мне, нашли название для торгового корабля, Мэнли плюнул за борт. Что они подплыли, Красавчик понял, только когда огромный корпус корабля оказался перед ним. Качка была не малая, и Мэнли слегка начало подташнивать, но он знал, что на корабле это пройдет. Сверху сбросили канатную лестницу, и пятеро виндорцев друг за другом полезли наверх. Капитан был тут как тут.
- В каюту – без обиняков махнул он рукой. Мэнли пошёл за ним, и его четыре человека тоже. Перед входом в каюту их, естественно, пришлось оставить. В каюту вошли только капитан и Красавчик. Неприятный сюрприз: в хорошо освещенной каюте уже сидел человек. Красавчик его раньше не видел (уж он-то запомнил бы лицо), поэтому настороженно замер.
- Садись – бросил Дусжут – это хозяин корабля – он указал на незнакомца.
- Мне вас так и называть? Красавчик плюхнулся в кресло, привинченное к полу. Кресло жалобно скрипнуло в тон кораблю, а на лице незнакомца ничего не отразилось.
- Да.
Красавчик сделал вид, что забыл о присутствии хозяина… корабля:
- К делу – он уставился на капитана, пытаясь разгадать его дальнейшие действия. Могло ли такое быть, что Каюк рассказал им, что явилось причиной смерти Крэга? Могло…
- Я узнал, что Крэг… умер. И решил, что лучше, чем ты, груз никто не переправит…
- Наконец-то. А куда теперь его переправлять?
- Я скажу адрес, просто останется занести груз в дом и уйти.
- Ситуация осложнилась. Мои услуги поднялись в цене.
- На сколько?
- В три раза.
- Что?! – Капитан аж привстал – Ты в своем уме?
- Я не мечи вожу – резко бросил Красавчик – У меня вехенд на плечах!
- Хорошо – подал голос хозяин корабля – Сделка заключена?
- Да – Красавчик встал – Не будем терять время.
- Кстати, о времени. Когда будет доставлен груз?
- Завтра ночью – самонадеянно заверил Красавчик.
Капитан и Красавчик вышли из каюты и, вместе с людьми Красавчика, пошли за грузом.
Красавчик не уходил, он наблюдал, как шлюпка “Дракона” удалялась от причала. Портовые её заметили, но подъезжать, проверять, не стали. Знали, что это Красавчик.
- Этот – он указал на один из сундуков – Грузите на повозку. А этот… уберите от меня огонь!
Люди с фонарями отошли от командира, и тот погрузился в относительную темноту. Потом он схватил оставшийся сундучок за одну ручку, подтащил к краю и сбросил в воду. Легкий всплеск, и сундук исчез в темной воде. Красавчик знал, что здесь было глубоко; дно специально углубляли, чтобы могли подходить хотя бы речные суда.
- Всё. Домой – довольный собой, он сел на лошадь.
Утро было холодным, даже капитан почувствовал это. В море это было заметно ещё сильнее. Вчера вечером разгрузка была закончена, январил у Красавчика… Но хозяин приказал оставаться здесь! Ох, как этого не хотел Дусжут. Быть здесь, когда покушение будет совершено! Это безумие какое-то! Но дата отплытия была назначена: 2 гвора. Капитан сверху наблюдал за командой. Люди маялись от безделья. Половину команды Дусжут отпустил на берег. Через пару дней поменяются… Там же, внизу, были браться – последняя просьба Каюка. Стоило её выполнить, чтобы не навлечь на себя какой-нибудь порчи; кто его знал, этого наёмного убийцу…
Братья разговаривали с матросами. Может, рассказывали им, где лучше оттянуться на берегу, нашли общий язык.… О смерти Каюка они знали…. Дусжут увидел хозяина. По сравнению со вчерашним, он выглядел получше. Хозяин подошел к братьям. Матросня как-то сама собой рассосалась. Они не очень любили хозяина и побаивались. О чем они говорили, капитан не слышал. Вдруг хозяин вынул меч из-под плаща; что этот ублюдок хочет сделать? Протянул меч одному из братьев. Тот отказывается. Хозяин вынул второй. Ходячий арсенал хренов. Угрожает тому, что отказался. Другой брат взял один из мечей. Они что, драться собрались здесь? Кучка идиотов! Хозяин что-то сказал, брат начал атаковать (Старший! Как там его? Смэш, кажется). Один выпад, и меч из руки Смэша вылетел. Матросы собрались в стороне. Вот, развлечение! Сцена повторилась, опять хозяин выбил меч из рук Смэша. Мда… А ведь хозяин ещё серьезно ранен. Он похлопал Смэша по плечу, подобрал меч и ушёл с палубы. Матросы подтянулись к братьям.… Капитан вздохнул. С жиру что-ли бесятся?
Это была хорошая гостиница, на первом этаже которой был корфитон. Да что там хорошая, лучшая в Виндоре. В корфитоне сегодня было полно народа. Большая часть, наверно, охрана. Приводить с собой кучу народа смысла не было. Эти бестии уже знали, конечно, об убийстве Цушифа Гметфо; но его убил вехенд, и это был козырь в руках Красавчика. Кроме того, многие тогда были не прочь, чтобы люди Крэга рассеялись. У входа, верхом, прохаживались портовые и городские. Внутри Красавчик сразу увидел главный стол. Обладая фантастической памятью на лица, он многих узнал. За столом сидели все три шерифа, Тигис, Горбун, Раэль и… Липкий. Красавчик процедил сквозь зубы проклятье, какого хрена тут делает эта тварь? Липкий, парень из стоков, по мнению Красавчика, реальной силы не представлял, однако остальные считали иначе. А шериф Коллохи, видимо, представляет весь портовый совет… Ну-ну.
- А это кто? – без церемоний Тигис указал на человека, стоящего справа от Красавчика.
- Это мой брат – без эмоций ответил Мэнли – Прошу любить и жаловать.
Шерифы смотрели с большим интересом. Валлиан одевался и вооружался как вехенд. Но многие стараются походить на вехендов, чтобы пугать людей. Но подозрения о том, что брат Мэнли – вехенд, уже давно были у теневого совета Виндора. Шериф Коллохи кивнул им.
Разговор был долгим, осторожным. Банда Крэга перестала существовать, и её территория тоже. Район Крэга расчертили на приготовленной карте. Он был поделен между Красавчиком, Тигисом и Горбуном. Район Порта перешел к Красавчику, заявить на него права кому-либо другому было трудно, так как Красавчик успел закрепить там своих людей. В эти дни найдут ещё много трупов.… Когда заговорил Валлиан, Мэнли неприятно поразился, разглядывая лица сидящих за столом. Они все слушали вехенда, как будто перед ним сидел главарь. Тщательно скрываемый страх не мог ускользнуть от Красавчика. Лишь Липкий смотрел на вехенда, как на какое-то препятствие. Впрочем, что там водится в стоках, Красавчик никогда не старался узнать, но слухи ходили самые мерзкие.
Вехенд открыто предупредил, что судьба их зависит от того, как пройдет визит магистра… В конце, уже глубокой ночью, никто не хотел уходить первым, боясь, что остальные о чём-то договорятся за спиной. Первыми ушли шерифы северного и южного округов. Потом потянулись остальные. Шериф Коллохи задержался, он хотел обсудить с Красавчиком кандидатуру на должность надсмотрщика порта. Мэнли предложил одного из своих ближайших помощников. Коллохи согласился. Покидая двор гостиницы, Красавчик думал о том, что будет после покушения.… Дома его ждал неприятный сюрприз.
Кажется, он задремал. Это был не сон, а кошмар наяву, прошлое преследовало его.
Перед взором клинок, и отблеск солнца на нём. Клинок мелькнул, повсюду крики.…
В город въехал карающий отряд. Его ждали с тех пор, как солдаты нашей армии нашли в деревне беглого пленного из армии Хозяев Январила. Прошел почти месяц и вот, они явились прямо среди бела дня, и это было ещё страшнее. Вехенды не выбирали, они проскакали по улице, разрубая людей наискосок от основания шеи до пояса. Он замер посреди улицы, и в последний момент мать заслонила его. Меч разрубил её по прямой от головы до ног. Острие прошло в десяти дюймах от мальчика. Разбрызгивая фонтаны крови, тело упало на него, пригвоздив к земле…
Он вскинул голову. Пот градом катился по лицу, шее, спине. Усилием воли Полдок поднялся. Из зеркала на него взглянуло постаревшее, осунувшееся лицо. Зрачки расширены. Полено в камине треснуло, Полдок вздрогнул. Он зашарил глазами по комнате в поисках приготовленной одежды. Наверное, его уже ждали.
Мэнли поднял глаза к небу и выругался. Тело осветили лампой. Да… это был тот самый охранник, что был в комнате Валлиана.
- Убит? – процедил он.
Охранник кивнул:
- Похоже на то. Прямых следов мы не нашли, но есть следы от веревок, похоже, его привязывали к чему-то.
- Что-то выпытывали – произнес Мэнли.
Охранник кивнул:
- Где нашли?
- За оградой вашего дома.
Мэнли стал мерзнуть; похоже, что лужи сегодня ночью покроются льдом.
- Комок, займись этим, потом доложи.
- Хорошо, босс. А его… куда?
- Родители у него есть?
- По-моему, есть.
- Ну и отвезите им – Красавчик вынул из кармана горсть монет, их хватило бы, чтобы похоронить человека на кладбище, и отдал Комку – Отдай им. Им, а не себе!
- Разумеется, босс, я не обкрадываю мертвых.
Мэнли пошел к дому.
Хорошо, что место встречи было не в стоках. Без охраны, в своём собственном городе, Полдок не чувствовал себя в безопасности. Это потому, что он отдал город сброду, бандитам, которых следовало уничтожить. Но это было невозможно, все вокруг было опутано сетями. Каждое движение Полдока отдавалось, словно по паутине, во все стороны. Единственный в данной ситуации благоразумный выход: держать равновесие между дикими собаками…
Полдок шарахнулся в сторону от какого-то ночного бродяги, выскочившего из подворотни; то ли с протянутой рукой для подаяния, то ли (скорее всего) в руке был нож. Полдок отогнул полу балахона и схватился за рукоять меча. Бродяга растворился в темноте… Было сыро и оттого холоднее, чем днем. Полдок так и держался за меч, пока не дошел до кабака. На воздух внутри можно было вешать секиру; сначала он чуть не задохнулся. В глазах стало слезиться. Здесь было не намного теплее, чем снаружи, и каждый грелся, как мог. Способов было два: залить в себя как можно больше чего-нибудь согревающего; либо разукрасить кому-нибудь табло. Поскольку время было позднее, сил у оставшихся хватало только на то, чтобы держаться на табуретках. У кого сил не было совсем, лежали внизу. Поскальзываясь на блевотине, покрывавшей большую часть пола всего заведения, Полдок пошел к дальнему, совсем не освещенному, столу. На столе стояла потушенная лампа и кружка с местным пивом, которое имело отвратительный запах, отвратительный вкус и било в голову почти сразу после приёма. За столом сидел человек с надвинутым на глаза капюшоном. Полдок сел рядом с ним на липкий стул. Пиво было нетронутым.
- Вы опоздали. Возникли какие-то проблемы?
- Нет. Вот только Крэга убили, или он сам умер, не знаю.
- Сам умер.
- Откуда вы знаете?
- От Каюка. Он тоже мёртв.
- Почему? Что произошло?
- Красавчик запаниковал, стал убирать всех известных ему свидетелей перевозок… груза. Но сейчас все в порядке, он доставил последнюю партию в тот же дом, сегодня ночью. Можете забрать его.
- Он может выдать нас. У него же вехенд в доме!
- Сами же вехенды убьют его за участие.
- Но его брат – вехенд, возможно…
- Невозможно. У вехенда братом может быть только вехенд. И оставьте Красавчика мне, не забивайте им голову. Вам надо думать совсем о другом.
- Хорошо.
- План не изменился. Вы готовы к этому?
- Я к этому готов уже давно… Эмиссар сообщил мне, что магистр прибудет 28 типфавса. Я не знаю точно, сколько вехендов в городе…
- Это не очень важно. Я предвидел, что магистр захочет приехать сюда раньше, всё остается в силе. Первого гвора необходимо нанести удар. Про барона помните?
- Разумеется.
- Что бы до этого не произошло, не волнуйтесь, не обращайте внимания.… Думаю, мы видимся в последний раз. Вашу руку.
Полдок протянул руку, Хозяин Январила крепко сжал её:
- В любом случае, не давайтесь им живым.
- Я знаю – Полдок встал – прощайте.
- Удачи.
Полдок пошел к выходу, Хозяин Январила остался сидеть за столом.
У Смэша есть боевой опыт, но служил он давно. У него возникнут трудности с любым солдатом с боевым опытом и находящимся на службе.… Ход мыслей прервал легкий топот копыт по грязи.
Это портовой патруль.
Он спрятался в подвернувшейся нише. Не хватало ещё, чтобы патруль пристал к нему на улице…
Так-так. Несмотря на это, Смэш – хорошая кандидатура; братья в неплохих отношениях…
Закапал дождь. Очень холодный, мелкий, мерзкий осенний дождик. Патруль пропал в темноте. Он пошел дальше. Сегодня на рассвете несколько человек из команды “Дракона” вернутся на корабль. Он вернется вместе с ними. Теперь это был единственный выход; портовые следили за всеми погрузками-разгрузками. Где-то в порту постоянно ошивался вехенд, это сообщили матросы. Интересно, у магистра бывают навязчивые идеи? – он ухмыльнулся, но тут же перестал. Ещё как бывают. Весь Орден – одна большая навязчивая идея.
На утро это было совсем не похоже. Изморось повисла в воздухе, словно холодный туман. Ночь не хотела отступать и боролась за каждый кусок теней. Свет, казалось, пасовал перед водой, разлитой в воздухе…
Вот так будет очень долго. Осень только начинается. Симон простукивал забор деревянной палкой, на которую он обычно и опирался. Калоши, набитые соломой, хлюпали по раскисшей тропе. От этих недостатков погоды, он уже почти перестал думать о заборе, всё стуча по нему, как вдруг одна доска скрежетнула и немного отошла от удара. Симон остановился и ударил по тому же месту. Доска скрипнула снова. Тогда он протянул руку и попытался покачать её. Доска легко отошла в сторону. Симон выругался. Лаз. Неужели? Он присмотрелся к следам у забора. Ну конечно. Следы люхта. Маленькое отродье как-то сумело оторвать доску и теперь чумится на кладбище. Как долго? Симон безнадежно обернулся в ту сторону, откуда пришел. Если позвать остальных, тварь может убежать через дыру в заборе. Немного постояв, он вынул из бездонного кармана молоток и шестидюймовые гвозди. “Забьем дыру” – протянул себе под нос он. Несмотря на туман, который, вроде бы, должен был глушить звуки, звук забиваемых гвоздей стал отдаваться по всей округе. Люхт должен услышать, хотя, если сильно занят… От мысли, чем может быть занят люхт, Симона передёрнуло, и он чуть не попал себе по пальцу. Через некоторое время дело было сделано, и он продолжил обход. Закончил он его там же, где начал: у главных ворот на кладбище. “Коллег” по работе в доме не оказалось, куда-то успели умотать, уроды. А, вообще-то, они ж в крематорий, кажись. Всё равно уроды. Симон взял выщербленный, но более-менее острый меч (ножны, правда, потерялись где-то, придется в руках нести) и два метательных ножа. Несмотря на почтенный возраст, Симон все ещё неплохо с ними управлялся. Пожалуй, хватит для люхта. Он взял ключи от замка от ворот…
Всюду: слева, справа, сзади до самого горизонта бесплодная равнина… Дует холодный ветер, а впереди… пропасть. Опять..? Род стоял на самом её краю. Пропасть тянулась до горизонта. Он посмотрел вниз, и его качнуло вперед, голова закружилась, и он отпрянул назад. Из пропасти потянуло холодом, что-то приближалось оттуда… Что-то нехорошее… Кажется, показалось какое-то шевеление… С криком Род вскочил. Сразу проснулся Смэш:
- Что?
Род не отвечал, он судорожно хватал ртом воздух, вытирая пот простыней. Он невидящими глазами уставился на брата.
- Род, что с тобой?
- Ничего. Сон.
- Какой?
- А. Муть. Спи – Род, успокоившись, поглядел в иллюминатор. Там начинало светать.
Как раз на такие случаи можно было закрыть ворота изнутри большой деревянной балкой. Мотаться по всему кладбищу в поисках люхта было необязательно, нужно было первым делом навестить могилы посвежей. Самая свежая была Крэга Вундорсфольта, надсмотрщика порта, они в последнее время вообще взялись что-то умирать часто. Симон не ошибся. У Вундорсфольтов не было собственного склепа (теперь и не будет); на холмике восседал люхт. В рассветной измороси его можно было принять за карлика. Маленький, серый, лысый. Они побаивались людей; приходили чаще во сне. Есть даже примета такая, если пришел люхт во сне, жди тяжелой болезни. Сам Симон однажды во сне схватил люхта за горло и выкинул в окно. Он тогда так и не заболел. Сама профессия могильщика заставляла смотреть на жизнь более прагматично, не слишком-то ориентироваться на суеверия… Люхт увлеченно копался в земле, до гроба ещё не добрался. Симон решил близко не подходить, остановился в двадцати ярдах и вынул метательный нож. Отсюда в самый раз. Наверное, люхт что-то всё-таки услышал, потому что в последний момент обернулся. С легким глухим звуком нож воткнулся нелюдю в грудь. Что-то пискнув, люхт свалился назад, в ямку, которую успел выкопать, и исчез из поля зрения Симона. Держа меч наготове, он быстро пошел к могиле. Симон осторожно заглянул туда, куда упал люхт. То, что он увидел, ему очень не понравилось. На дне ямки была видна часть гроба, расколотая и развороченная. В гробу сидел человек с явными признаками тлена. Его рот был неестественно широко раскрыт, и из него торчали ноги люхта. Человек проглатывал люхта, как змея глотает мышей. Зрачки Симона расширились, он тихо вскрикнул и хотел отпрыгнуть назад, но не успел. Человек схватил его за лодыжку.
- Нет!! – Симон махнул мечом, но попал только в воздух.
Человек так дернул его за ногу, что могильщику показалось, что ноги вырвали, он закричал от боли.
- А вот и завтрак – рыгнул человек (?), подтаскивая Симона к себе.
Полдок показал на стул:
- Садись. Расскажи-ка в подробностях.
Городской стражник сел на стул, слегка поёживаясь; в доме было хорошо натоплено. Стекла слегка запотели.
- Ну… Мы приехали туда, нам открыли, после того как я сказал, что мы от вас. Но груза не было. Хозяин дома сказал, что никто уже давно ничего не оставлял у него…
- Хозяин… он как… себя вел? Нервничал?
- Я бы сказал, не больше, чем любой другой, когда к нему заходят городские.
- Ещё что было подозрительного?
Стражник пожал плечами:
- Я не заметил.
- Вы прямо сейчас оттуда?
Стражник сделал обиженное лицо:
- Что вы, господин, я ещё не выжил из ума. Меры безопасности знаю.
- Ладно – Полдок махнул рукой – Иди.
Стражник вышел, а глава города уставился невидящим взором на стул, на котором тот только что сидел. Груза нет. Если его как-то накрыли вехенды, то они бы уж наверняка распутали весь клубок. Но к нему никто не врывается, не вяжет руки-ноги. Скорее Красавчик не доставил груз, не повез его через город. Наверное, испугался своего брата. Нашли, идиоты, помощника. Где ж груз тогда?
Как обычно, Енифар старался не вглядываться наверх. Он скользил по самому краю. Один из стражей заметил его и провожал взглядом. Страж наверняка узнал его, поэтому не предпринимал никаких действий. Вход имел вид пещеры. Перед ним сидели два стража, созданные советом.
Они опасались вторжения неизвестно кого.
Стражи имели вид собак и этим очень походили на магических помощников, но эти были много больше. Они превышали Енифара ростом раза в два, против них и магу было бы туго.
- Имя! – рявкнул один из стражей, и его мускулы на задних ногах напряглись. Но разве они столь материальны?
- Енифар! – он приложил к имени печать.
Страж поймал печать лапой, и она обвила его желтыми спиралями, постепенно рассеиваясь.
- Добро пожаловать, магистр! – оба стража замерли, словно статуи. Енифар пролетел мимо них внутрь. Этого места не существовало; ни внизу, ни вверху. Обнаружить его было невозможно. Вряд ли что-то остановится здесь, в месте, которого не было. Маги были здесь, все. Каждый поклонился, приветствуя магистра.
- Итак, каждый из нас знает, что через несколько дней произойдет событие, которое отразится на всех нас, но ирония заключается в том, что мы не знаем, какое.
- Я должен поехать в Виндор. Наверняка это связано. Поехать я должен в это самое время. Во время события я буду в городе – Енифар обвел взглядом все присутствовавших – Мой помощник указывает на явную угрозу моей жизни от главы Виндора и Хозяев Январила.
- Что?! – маги зашептались.
- Возможно, событие – моя смерть. Но все знаки указывают на то, что я должен быть в Виндоре, это важно для ордена… Я жду решения совета.
- Если это событие уже определено, то нет никакого выбора. Орден должен подчиниться – произнес самый старший из магов.
- А не может всё это быть подстроено, чтобы магистр поехал?
- Кем? Отступники не настолько сильны, чтобы манипулировать знаками. Даже мы этого не можем – возразил магистр…
… Уходили по одному. Совет принял решение. Магистр поедет в Виндор, вместе с Великим князем.
Ночью приморозило. Холода этой осенью наступили раньше, но Мэнли согрелся уже этим вечером. Пошатываясь, он взобрался на крыльцо и вошел в дом. В его спальне, на втором этаже, сидел Валлиан.
- Хер ли ты тут делаешь? – Красавчик плюхнулся на кровать и принялся снимать сапоги.
- Я ждал тебя, хотел поговорить – Валлиан смотрел в окно.
- Ну говори быстрей, я спать хочу, у меня был тяжелый вечер, я сегодня трех баб…
-… Я хотел поговорить о “Драконе” – перебил его брат.
- Каком драконе? – хмель стал быстро покидать Мэнли – Разве они не померли давно все?
- Ты знаешь о каком. Орден интересуется этим кораблем. Что за дела у тебя с капитаном?
- У меня с ним нет никаких дел. Дела у него были с Крэгом. Теперь Крэга нет, и дел нет тоже.
- Зачем же ты плавал на “Дракон”?
- … Брал плату с капитана. Порт – моя территория, и платят там мне.
- Значит, дела все же есть?
- Нет. Капитан был должен Крэгу, заместо Крэга долг взял я… Если тебя интересует что-то конкретное, спроси сразу, что за наводящие вопросы?
- Меня интересует безопасность магистра.
- А-а. Что может здесь угрожать магистру?
- Все, что угодно.
Красавчик налил себе вина и, взяв бокал, замер перед зеркалом. Шрам тоже замер. Годы уже сказываются на лице. Жизнь какая-та… Мэнли вспомнил родителей. Наверняка, они все ещё живы. Интересно, как они там, в своей деревушке…
- Валлиан… - позвал он.
Вехенд не отозвался.
- Валлиан – повторил Мэнли.
- Не называй меня так. Моё имя Драгот.
- Почему вехенды убивают родителей, когда забирают детей?
Драгот отвернулся от окна и стал внимательно смотреть на Мэнли. Красавчик буквально чувствовал, как взгляд вехенда, пробивая темноту, ощупывает его лицо:
- Чтобы не было эмоциональных связей.
- Но наших родителей не тронули. Почему?
- Иногда так делают, чтобы проверить вехенда, когда он вырастет.
- Проверить? Это как?
- Чувствует ли он что-нибудь к своим родственникам или нет. У вехенда учитель – отец и мать, а все вехенды – братья.
- Ну и как проверка?
- Я её прошел. Валлиан умер давным-давно, так что забудь это имя.
- Что ж ты поселился у меня? – сквозь зубы процедил Красавчик.
- Ты хочешь меня выгнать?
Мэнли смотрел, как корчится в судорогах шрам на лице. В этот момент он не боялся вехенда, ему было жалко… вот только жалко чего, он никак не мог понять.
- Нет. Мне просто жаль… брата.
У двери Драгот остановился:
- Ты отвечаешь за свой район. Если что-то будет угрожать магистру в твоем районе, мы спросим с тебя – он вышел.
Хлюст уже засыпал, когда в дверь начали дубасить так, что она затряслась. Вот нелюди! Ночь на дворе, какого там ломятся?! Не дают поспать по-человечески…. Дверь снова затряслась.
- Хлюст открой – буркнул из-под одеяла Сиплый – Может Симон наконец вернулся, накостыляй ему заодно.
Хлюст встал:
-Ну кто там?!
- Я! – гаркнул незнакомый голос и закашлялся, ругаясь.
- Я здесь! А ты кто? – довольный остротой, Хлюст встал около двери, не спеша отодвигать засов.
- Открывай, собака! Здесь холодно, как подо льдом!! – заорал вдруг Симон.
Хлюст быстро открыл дверь. На пороге стоял не Симон, а кто-то другой. С каким-то не таким лицом… не таким в смысле… слегка тронутым гниением… Человек вошел в дом и захлопнул дверь.
- Сколько вы мне не открывали, столько и будете мучиться… - произнес незнакомец голосом Симона…
Лошадь беспокоилась, и эмиссар сам чувствовал присутствие чего-то враждебного. К дому, где жили могильщики, лошадь подходить наотрез отказалась. Сегодня ночью он явно ощутил всплеск темной энергии в городе. Кладбище – лучшее место для этого. Темные не достигли такой силы, чтобы самостоятельно прорваться сюда, им кто-то помог, как чаще всего и происходило. Кто-то/Что-то проникло сюда, и было необходимо быстро выяснить, какой силой это обладает, а также обезвредить того, кто произвел обряд. Эмиссар спешился и внушил лошади, чтобы она стояла на месте. Темный след был не совсем свежий, приглушенный. Оно либо ушло, либо сидит в засаде. Вехенд вынул меч для дальнего боя и постучался в дверь. Никто не ответил. Тогда ударом ноги он распахнул дверь и зашел внутрь. Внутри никого не было. Кое-какой легкий беспорядок мог быть следствием потасовки, а возможно, так в этом доме было всегда. Опустив меч, вехенд вышел наружу и осмотрел следы перед дверью. Отпечатки, что были видны для вехенда, были аналогичны огромной воронке в земле для обычного человека; все видно ясно и отчетливо. Один и тот же… существо пришло и ушло ночью. Пришло от кладбища, ушло в сторону дороги на город. Эмиссар пошел на кладбище, его опасения подтвердились. Он увидел разрытую могилу. Стало ясно, что сюда прошел один из демонов, он кем-то подкрепился (если не всеми могильщиками) и отправился восвояси. Теперь его от обычного человека по внешности не отличишь. Кончиком меча вехенд перевернул часть разбитого надгробия и прочитал имя: … эг Вун…. Всё остальное было разбито в крошево. Демон постарался, чтобы его не смогли вернуть обратно. Узнать бы имя покойника, что “восстал”… Для этого нужно было найти человека, который помог демону проникнуть сюда, в этот мир.
Сегодня на море было тихо, почти штиль. Скоро ударит первый осенний мороз. Рано для этих мест. Капитан “Дракона” наблюдал, как к борту подплывают две большие шлюпки. В них были портовые. Это означать могло все, что угодно, вплоть до того, что их всех арестуют. Если это связано с январилом… может, Красавчик сдал всех, тогда… Капитан Дусжут увидел, что первым на борт поднялся вехенд. Это конец. Конец всему. Ноги капитана сами понесли его к вехенду. Возможно, признание облегчит его участь? Вехенд, узнав в нем капитана, вынул какую-то бумагу. Дусжут бессмысленно уставился в текст:
- Что это?
- Распоряжение эмиссара о содействии моей группе. Эмиссар уполномочен магистром.
Это не арест, демоны! Надо успокоиться:
- Да… Хорошо… Чего вы хотите?
- Увидеть всех, кто находится на борту. Судовой журнал. Опись грузов, выгруженных и погруженных в Виндоре.
- Хорошо. Старший помощник вам поможет – капитан кивнул старпому и на подкашивающихся ногах отошел в сторону.
Лодка подошла к пирсу, и Драгот выпрыгнул из неё. Он ничего не нашел на “Драконе”. Ничего, что могло бы заинтересовать его. Хотя казалось, что-то постоянно ускальзывало от него. Он замер. Портовые уже выгрузились и ждали распоряжений. Драгот прошел вдоль края пирса, прислушиваясь к своим ощущениям. Где-то рядом было что-то глушившее его интуицию и чтение аур. В том, что это, сомнений не было. Он нагнулся над водой и окунул руку. Потом стал быстро раздеваться. Портовые обступили его полукольцом, молча наблюдая. Драгот разделся и нырнул. На глубине, где-то, десять ярдов он нашел то, что искал. Наполовину сундук зарылся в ил. Драгот сорвал замок и открыл его. На такой глубине уже почти ничего не было видно, но видеть это было уже необязательно. Это был январил. Много январила. Вехенд стал всплывать.
- Лично мне неизвестен ни один из них. Скорее всего в городе есть ведуны, мелкие колдуны, но чтобы поднять человека из могилы! Вряд ли - Полдок задумался, - Впрочем, вам надо поговорить с моим помощником, он знает местных знахарей, возможно, он подскажет вам.
- Где я могу его найти?
- У него дом рядом с моим, ближе к морю. Он сейчас должен быть там.
- Хорошо – Эмиссар магистра поднялся и вышел.
Когда дверь захлопнулась, глава города позволил себе расслабиться. Это дело с ожившим мертвецом весьма кстати подвернулась, оно должно отвлечь вехендов от заговора. Он позвонил в колокольчик, вбежал слуга.
- Начальника охраны ко мне.
Поклонившись, слуга выбежал. Через некоторое время вошел начальник охраны. Полдок протянул ему запечатанный конверт:
- Это личное письмо, необходимо доставить его капитану “Дракона”, без лишних людей, без лишних вопросов. Понятно?
- Как всегда – Начальник охраны главы города ушел с письмом.
Они ехали вдвоем, потому что шериф Валк сказал, что Липкий занервничает и уйдет.
- Он не то, чтобы босс или главарь. В стоках нечем управлять, но он представляет их на теневом совете. Его уважают и побаиваются. Мне говорили, что он колдует. Имеет какие-то дела с нечистью…
- В Виндоре она есть?
- В стоках есть точно..., это просто рассадник…
- Не забывайте шериф, я – чиновник.
Они подъехали к одноэтажной хибаре. Первым спешился шериф. Эмиссар пытался нащупать следы темного колдовства, но пока безуспешно. Они вошли внутрь. Похоже, это была какая-то лавочка, где продавали только убийственное пойло и больше ничего. Сейчас внутри сидел только один человек, настоящее имя которого все давно забыли и звали Липким. Выглядел он действительно… липким. Казалось, что лицо его было покрыто тонким слоем слизи; черные волосы на голове были взбиты, всклокочены; сам он был одет в какое-то рваньё, и производил впечатление человека, которого мыли только один раз – сразу после рождения… Шериф сел первым, потом эмиссар.
- Я уже встречался с одним из ваших – Липкий бросил взгляд на эмиссара – Я получил предупреждение. У вас появились ещё вопросы?
Эмиссар уловил замешательство шерифа. Конспирация была не к чему:
– Вы колдун?
Липкий чему-то усмехнулся:
- М…да.
-Знаете, что произошло на кладбище позавчера?
- Нет… Похороны?
- Наоборот.
Валк покосился на эмиссара. Липкий молчал.
-Кто мог это сделать? – эмиссар ломился напрямую.
- Пара человек и я. Но мы все знаем, что в городе вехенды, и значит, вскоре будет магистр; никто не будет поднимать мертвых…
- Он поднялся – жёстко оборвал его эмиссар.
- Если и так, то его поднял кто-то не из Виндора. – Липкий был спокоен.
Он был спокоен внутренне, о чем свидетельствовала его аура. Не боится, не нервничает. Давно эмиссар таких не встречал. Необычный обычный. Что-то поколебало уверенность вехенда, он не ощущал подпитку ордена, словно сила уходила из него куда-то. Эмиссар никак не мог понять: почему?
- Это все вопросы? – Липкий встал из-за стола.
- Да – эмиссар тоже встал.
Липкий ушел через “черный” ход. Эмиссар с шерифом вышли на улицу через ту же дверь, в которую вошли.
- Держите округ жестче – бросил эмиссар – грядут неприятные события для нас и для вас в особенности.
Кажется, шериф Валк вздрогнул.
Капитан прислонился к стене и качки совсем не чувствовал. Он перечитывал письмо и краем глаз следил, как вино в бутылке кренится вслед за кораблем и обратно. Туда и обратно… Дусжута это успокаивало. Окна были закрыты, а в каюте натоплено; в последнее время это нагоняло на него сон. Наверно это признаки старения… Дверь каюты открылась, и вошел хозяин “Дракона”. Выглядел он не как недавно смертельно раненый, а как давно здоровый. Он молча сел на прибитый к полу стул. Капитан протянул ему письмо:
- Это от Полдока.
Хозяин “Дракона”, он же один из Хозяев Январила – Апостит (Капитан был уверен, что это ненастоящее имя, а какое-то прозвище, как бы второе имя) взял письмо и быстро пробежал глазами.
- Вехенды ничего не знают – заявил он – Они были у нас вчера. Если бы партию перехватили, то узнали бы от кого она, и нас всех… попытались бы арестовать. Просто… Красавчик не доставил январил куда нужно.
- Куда бы он её дел? Не у себя же дома он её спрятал?
- Не знаю.
- Красавчик мутит воду, давно надо было его прихлопнуть, зря Каюк этого не сделал – Дусжут встал, собираясь что-то сказать, но остановился. Посмотрев на Апостита, произнес:
- Что делать?
- Убирать его.
- Я так и думал… Я говорил со старпомом, он только что вернулся из Виндора, он сообщил мне много интересного…
- Не вижу связи, капитан – Апостит налил себе вина и отпил.
- Красавчик подмял под себя хорошую часть центральных районов, после того, как Крэг умер. “Домик” мадам Жу-Жу оказался на его территории. Красавчик заявился туда, повздорил с местными вышибалами, какими-то горцами, его охрана здорово их тряханула, но потом они успокоились. Всё же Красавчик теперь был там хозяином. Привести себе он потребовал ни кого-нибудь, а саму Жу-Жу. Та уперлась и ни в какую; мол, пошел новый хозяин куда подальше. Жу-Жу притащили люди Красавчика (он уже в доску пьяный был), и он сам выбросил её из окна её собственной комнаты. Упала она неудачно, похоже, сломала себе что-то, жива-то осталась, да только теперь ходить не может и не говорит, только мычит. Девочки ее “поселили” в подвале “Домика”, а в её комнате теперь гуляет Красавчик. Приезжает вечером уже навеселе, всю ночь пьёт, трахается, возвращается домой под рассвет, и так каждый день. Идеальный вариант.
Апостит, смакуя, допил остатки вина и встал:
- Каждый получает своё, и Красавчик своё получит…
Капитан пробовал возражать, но вяло. Апостит убедил его, взяв на себя ответственность за то, что Дусжут нарушил волю покойного Каюка. Ему припомнился рассказ Дусжута о том, как Смэш и Род захватили Крэга, они отлично знали “домик” и его обитателей. Род хоть и крепкий парень, но явно не военного склада, Смэш – другое дело. Не блестящий воин, но сойдет. Одному идти слишком опасно, да и место незнакомое… Апостит тихо открыл дверь каюты братьев. Оба крепко спали, действовало снотворное, подмешанное им в еду. Апостит улыбнулся луне, глядевшей в окно, и вошел.
Ночью землю прихватило. Лужи покрылись ледком, грязь сковало. Эмиссар магистра Ордена вехендов неподвижно лежал на полу собственной комнаты, не реагируя на холод, прокрадывающийся из открытого окна. Он вновь просматривал свою встречу с Липким. Слова, словно густые капли масла, падали на пол и оставались лежать там. За спокойной аурой Липкого скрывалось множество нитей. Это были силовые линии темных. Этот человек давно, скорее всего, неосознанно, попал в сети темных. Они всегда только и ждут, чтобы человек завяз в черной магии, думая, что контролирует ситуацию. Незаметно для себя, такие люди становятся рабами, черная магия для них превращается в необходимость, они больше не могут не совершать зло. Таких людей, если об их занятиях знали наверняка, называли империлами. Силовые линии переходили в другой мир, там “дёргали за ниточки”. Стало понятным, что обряд открытия входа демону сюда совершил не кто иной, как Липкий… Эмиссар открыл глаза и глубоко вздохнул. Придётся встретиться с Липким еще раз…
Наступило утро 26 типфавса, необычно холодное для этих широт. Смэш хотел протереть глаза, но поднять руку у него не получилось. Приподняв голову, он увидел, что связан. В соседнем гамаке висел связанный Род, он ещё не проснулся. Смэш, как мог, оглядел каюту: никого в ней вроде бы не было.
- Род! – позвал он громким шепотом – Просыпайся давай!
Род спросонья хотел что-то сделать, но не смог и быстро проснулся.
- Что?... Смэш, что происходит?
- Не знаю, похоже, мы пленники…
Дверь в каюту открылась, и вошел хозяин “Дракона”, за ним капитан и старпом.
- Капитан, что происходит?! – заорал Смэш.
- Потише – негромко сказал хозяин – Мне не трудно заткнуть ваш рот, господин Смэш. Дайте мне объяснить ситуацию.
- А это обязательно? – И Род выразительно заерзал веревками.
- Да. Мне нужна ваша помощь…
- Она заключается в том, что мы будем здесь лежать связанные?
- Возникла необходимость убить Красавчика, вам он, кажется, знаком?
- О нет – простонал Род.
Апостит рассказал о новом увлечении Красавчика:
- Вы хорошо знаете “Домик” Жу-Жу, поэтому я решил, что Смэш мне поможет.
- Уже бегу.
- Смэш пойдет со мной, а Род, связанный, останется здесь, под присмотром капитана. Если Смэш вернется на “Дракон” без меня, капитан убьет Рода. Да, капитан?
- Да – Дусжут угрюмо переводил взгляд с одного брата на другого.
- Буду честен. Я давал несколько уроков Смэшу по владению мечом, так что, думаю, у него нет сомнений относительно моих возможностей. – Апостит проводил взглядом старпома, который вышел из каюты – Я – один из Хозяев Январила. Имя мое… вам не к чему, зовите меня… ну… Хоян.
Дусжут дернулся, он не ожидал такой откровенности от Апостита.
- Вы предали Каюка! – сверкнул глазами Смэш в сторону капитана.
- Всю ответственность беру на себя. И жду ответа.
- Ну а если мы не согласны? – подал голос Род.
- Придется убить вас обоих… Надеюсь, вы не сомневаетесь во мне?
- Вам не привыкать… - Смэш посмотрел на Рода – Похоже, у нас нет выбора…
Апостит дал знак капитану, и тот ножом разрезал веревки. Хозяин “Дракона” стукнул в дверь, и в каюту вошли несколько матросов.
- Они будут постоянно при твоем брате – сказал капитан Смэшу.
- Пошли – Хоян вышел из каюты, и Смэш за ним. – Пусть меня постигнет проклятие, если я не сдержу данное слово. Когда мы вернемся, я отпущу тебя с братом с деньгами впридачу. После смерти Красавчика вам уже находиться в Виндоре будет не так опасно. Только не выкидывай никаких трюков, мы понимаем друг друга?
- Отлично понимаем – несмотря на кипевшую в нем ярость, Смэш вполне отдавал себе отчёт в том, что с Хояном шутить не следует. Хозяин Январила вряд ли уступал вехенду, и никто не захочет быть проклятым; ведь Смэш знал точно, что это не просто слова.
Днём замороженная ночью грязь оттаяла и стала ещё холоднее от сырости. Из ноздрей лошади валил густыми клубами пар, как из труб большинства домов в городе. Но только не в стоках. Здесь большинство домов вообще не отапливалось. Эмиссар подъехал к тому же дому, где встречался с Липким. На этот раз никакой конспирации не было, Эмиссар магистра был в своей обычной одежде, при своем обычном оружии.
Вехенд вошел внутрь. За двумя столами сидело по одному человеку, да за пустой стойкой мужичишко (наверно, хозяин) ковырялся в носу. Виду они не подавали, но вехенда явно заметили. Эмиссар быстро подошел к тому, который в носу ковырялся:
- Мне нужен Липкий.
- Чаво?
Вехенд схватил человека за грудки и вытащил из-за стойки:
- У меня нет времени на разговоры, глухомань…
- Эй, парень… - вдруг окликнули его сзади.
Эмиссар быстро обернулся, бросив хозяина на пол. Его окликнул один из сидевших, который оказался вовсе не пьяным, а, судя по взгляду, довольно лихим малым:
- Ты ищешь Липкого? Я могу показать – и пошел на улицу.
Эмиссар понял, что его ждали. От темных можно ожидать чего угодно, и к этому вехенд уже был готов.
Лошадь он оставил на привязи здесь, бросив на неё простое охранное заклятие. Шли они недолго, запомнить дорогу не составило труда. Проводник вошел в дом, получше, чем развалюха, которую они покинули, и эмиссар вслед за ним… Видимо, все окна здесь были закрыты специально, чтобы создать темноту. Проводник метнулся влево. Ярдах в пятнадцати, впереди стоял Липкий:
- Приятная встреча – резко сказал он и выстрелил из арбалета, что держал перед собой….
Темнота для эмиссара помехой не была. Дом оказался каким-то складом, заваленным бочками, с несколькими стеллажами и столом посередине. Кроме Липкого и вехенда, на складе было еще четыре человека. Все были вооружены и ждали вовсе не друзей…. С глухим звоном металлический болт воткнулся во входную дверь, просвистев там, где только что был вехенд. Уходя от болта, эмиссар кинул кинжалы в обе стороны. Когда он вставал после кувырка, оба человека были мертвы. Ближний упал на стеллажи, и тот тоже не выдержал. Вехенд выбросил руку вперед, и пространство перед ним вспыхнуло. Люди закричали от боли, а эмиссар отлетел назад, ударившись об стену. Это в дело вступила темная сторона, проявив себя через Липкого. Ослепленные люди стали стрелять из арбалетов наугад. Выхватив из-за спины меч для дальнего боя, эмиссар оттолкнулся от стены и, пролетев полсклада, приземлился около Липкого, в прыжке отбив еще один металлический болт, выпущенный колдуном. Бросив арбалет, Липкий выхватил меч и выставил левую руку ладонью вперед, но опоздал. Меч вехенда вошел в него по рукоять и, пролетев с ним два ярда, воткнулся в бочку. Эмиссар произнес несколько слов, и оба оставшихся, схватившись за грудь, упали и стали корчиться на полу… Вехенд вплотную подошел к Липкому:
- Над чьей могилой был сделан обряд?
- Не… смеши… меня – колдун стал кашлять, сплевывая кровь.
Эмиссар приложил руку к его голове.
- Будь… ты… - Липкий не договорил, вехенд одним движением сломал ему шею.
- Нет. Не буду.
Крэг Вундорсфольт. Теперь найти его и обезвредить будет проще. Эмиссар взял меч, подобрал кинжалы (вынув из горл) и ушёл. К этому времени двое корчившихся уже затихли.
Смэшу пришлось одевать теплые вещи, поэтому на него одели обычную матросскую одежду. Матросы, последние из уволенных на берег, хотели сойти еще вечером, но капитан приказал сделать это ночью. Небо очистилось, светили звезды и еще неполная луна; явно похолодало, мокрые рукава быстро примерзли к дереву и отрывались с легким хрустом.
Маяк Виндора – самая большая звезда, освещал дорогу к пирсу, создавая иллюзию дороги из щебня посреди чёрной земли. Матросы быстро гребли, чтобы не замерзнуть. Смэш греб тоже. В порту их уже ждали солдаты. Хоян показал им бумагу, которую “Дракону” выдал ещё Вилли Рой. Их осмотрели в поисках оружия, но ничего не нашли. Скорее всего, потому что его не было… Матросы пошли вдоль пирса на север, Хоян со Смэшом сразу в город.
- Оружие уже приготовлено мной в комнате, что я снимаю – пояснил Хоян – Сегодня мы подготовимся и следующей ночью отправимся в “домик”.
- Не боишься, что я этим оружием тебе голову снесу?
- Нет – без эмоций ответил Хозяин Январила – Я не боюсь смерти. Но даже после смерти я смогу достать тебя… веришь?
Смэш пожал плечами:
- Меня это не пугает.
Утром, по замороженной грязи в город через северные ворота потянулись бесконечным потоком солдаты. Все они были одеты в форму личной охраны Великого князя Николая Гардуина; это был авангард. В казарме, где жили городские солдаты, были приготовлены места для долгожданных гостей. Сам князь и магистр должны были въехать в город только завтра. Обычные городские жители только теперь понимали, какое счастье выпало на их долю – они смогут своими собственными глазами увидеть Великого князя и магистра! Солнце княжества Сталлийского въезжало в Виндор! Городской стражник мрачно сплюнул на уже начавшую подтаивать грязь.
Темнота обрушилась на город по-зимнему, хотя до зимы было ещё далеко. Более-менее добропорядочные люди спешили по домам. На улицу выходили ночные люди, “зарабатывающие” за счет темноты. Смэш и Хоян тоже вышли. “Комната”, которую снимал Хоян, на деле оказался домиком в северной части Виндора. Там Хозяин Январила уже припас оружие. У каждого из них было по средней длины мечу и короткому кинжалу длиною в фут. Хоян наложил на Смэша какое-то заклятие, отводившее глаза. И предупредил, что никто его не узнает, пока Смэш не заговорит с ним.
- … Поэтому лучше помалкивай, пока я чего-нибудь не спрошу.
Хоян снял со своей шеи цепь с январилом и повесил её на Смэша.
- Январил мешает мне, я не могу действовать на людей.
- А на моей шее он вам не помешает?
- Для меня его слишком мало, чтобы помешать.
- Разве он не нейтрализует заклятье, которое вы наложили на меня?
Хоян усмехнулся:
- Январил… это не просто камень из-под земли. Он никогда не действует во вред своему хозяину.
- Откуда же он…
- … сейчас не важно – перебил Хоян и толкнул железную калитку во двор “домика”. Прямо за ней оказался один из горцев:
- Хэй, падашти! Аткройтэ плэщи, арушие ест?
- Конечно, нет – спокойно ответил Хоян, хотя Смэш уже явно схватился за рукоять меча.
- Прахади – махнул рукой горец.
Они пошли к дому. Смэш напрягся, вспоминая своё последнее посещение “домика”. Перед входом курили двое.
- Люди Красавчика – определил Хоян.
Они зашли в двойные входные двери. За столами сидело довольно много народа: солдаты, матросы, горцы и, конечно же, девочки. Хоян подошёл к стойке, за ней стояла Рябая Мисси, Смэш сразу узнал её. На мгновенье в зале повисла тишина, как будто каждый прислушивался к пришедшим незнакомцам. В большом камине треснуло полено, и Смэш вздрогнул…
- Комната на втором этаже на ночь и две девочки – глухо произнес Хоян.
Тишина посыпалась осколками шорохов, бульканья и разговоров. Хозяин “Дракона положил мешочек на стол, мешочек звякнул. Дрожащими в предвкушении руками Мисси вытряхнула содержимое. Это было золото.
- Хороших девочек – объяснил свою щедрость Хоян.
- Роза, Голди! – закричала Мисси, и Смэш понял, что теперь заправляет “домиком” она. Из комнаты за стойкой выбежали Роза и Голди. Их обеих Смэш знал, не раз они проводили долгие зимние вечера вместе… рассказывая всякие истории. Вместе они прошли в коридор, ведущий к лестнице. Молча, они поднялись на второй этаж, пройдя немного, повернули налево. Роза звякнула ключами и открыла дверь с правой стороны коридора. Комната была рядом с комнатой Жу-Жу, у её двери стояло два человека. Охрана.
- Только после вас, дамочки – уступил дорогу Хоян.
Прыснув, Голди юркнула в комнату вслед за Розой.
Ночь вступила в свои права, своими холодными пальцами она замораживала снова грязь, лужи, сковывала воду в уличных умывальниках… Из темноты припортовых складов выступила тень и метнулась на пир. В свете недалекого маяка, тень превратилась в бегущего человека.
- Эй-ей-ей-ей-ей! – быстро затараторил человек, дремавший в маленькой лодочке, когда подбежавший к нему человек рывком поднял лодочника и шваркнул его об пирс.
- Ах ты, урод!
Глаза у незнакомца полыхнули огнем, и лодочник осекся:
- Ты… это… что…
- Закрой пасть, мешок костей, пока глаза на месте – при этих словах рот незнакомца раскрылся, и показался ряд острых зубов, между ними проскочил раздвоенный язык, как у змеи.
Закатив глаза, лодочник упал на доски пирса. Незнакомец прыгнул в лодку, оборвал трос, взял весла и стал быстро грести.
Хоян приложил большой и средний пальцы правой руки к вискам, а указательным нажал на переносицу и толкнул её; Роза упала на кровать.
- Что с ней? – удивилась Голди.
Хоян, молча пошел к ней. Голди стала отступать, но наткнулась спиной на Смэша:
- Спокойно, Голди.
- Чего? – её рот в удивлении приоткрылся – С… Смэш? Ты что… - она обмякла от прикосновения Хояна. Смэш подхватил её:
- Что с ними?
- Продрыхнут до рассвета.
Они прислушались. Из-за стены слышались голоса: мужской и женский. Хоян заглянул в глаза Смэшу:
- Действуй без колебаний. Это воры и убийцы, они колебаться не будут. Это война. Ты понял?
Смэш скинул плащ и вытащил меч:
- Он заплатит мне за Каюка!
Хоян прищурился:
- Вот именно. И лучше молча. – Он открыл дверь, держа меч в руке. Охранники, словно завороженные, смотрели на Хояна, явно не видя оружия.
- Чего надо? – спросил один из них.
Хоян замахнулся, Смэш замер позади. Нет, на войне было не так. Они никогда не убивали беззащитных людей там… Хозяин Январила нанес удар. Меч отрубил охраннику голову и застрял в косяке. Словно что-то щёлкнуло в воздухе, кровь брызнула во все стороны.
- Твою мать! – заорал второй охранник- Нападение! – и схватился за рукоять меча.
Хоян дернул свой, раскрошив косяк. Правой рукой он схватил охранника за горло, заглушив его крик, и поднял в воздух. Левой он вонзил в охранника меч. С такой силой, что он пробил тело и дверь в комнату Жу-Жу.
- Что ты замер там, твою мать?! Ломай дверь!
С разбегу Смэш ударил дверь плечом. Та не выдержала и распахнулась вместе с висящим на мече охранником. Внизу послышался шум, крики. Смэш ухнул внутрь всем телом. Тут же его правое плечо пронзила острая боль, посмотрев, Смэш увидел в нем торчащий метательный нож. Голая девчонка в комнате завизжала и бросилась прочь из комнаты, но ничего не видя перед собой с испугу, налетела на Смеша. Второй нож угодил ей в спину, чуть ниже правой лопатки. Смэш откинул её и увидел приподнимающийся люк. Только сейчас он вспомнил о его существовании.
- Ах ты, ублюдок! – крикнул Красавчик, узнав в Хояне хозяина “Дракона”. Смэш прыгнул на люк и закричал от боли в плече. Грохот свидетельствовал о том, что он кого-то обрушил с лестницы на пол первого этажа. Кинжалом Хоян отбил третий нож Красавчика и кинул свой. Тот даже не успел дёрнуться. Кинжал вошел в него по рукоять. Красавчик прислонился к стене, держась за рукоять, потом стал сползать на пол и упал на бок.
- Кровать пододвинь! – гаркнул Смэш.
Одной правой рукой Хоян схватился за кровать и чуть ли не кинул её в Смэша. Тот увернулся, и кровать встала ножками на люк.
- Уходим – спокойно сказал Хоян, выдернув кинжал из тела Красавчика.
Смэш вынул нож из своего плеча и вышел в коридор вслед за Хояном. Хозяин Январила выдернул свой меч из двери, охранник упал.
Пройдя по коридору и повернув направо, Смэш лицом к лицу столкнулся с горцем. Они замерли, глядя друг другу в глаза.
- Ви приходит за Красачиком?
- Да. Он убит.
- Туда иму дарога. Ани пригнули вь акно! – крикнул он кому-то на лестнице – Вихадити черес чорний вихат. – горец стал спускаться по лестнице, Смэш и Хоян последовали за ним. Когда они спустились, горец быстро вышел в дверь слева, Смэш и Хоян за ним. Пара человек заметили их, но приняли за своих или за местных, работающих на горцев. Хоян прикрыл окровавленный меч плащом. Свой плащ Смэш забыл в комнате с Розой и Голди. Пробежав проходную комнату, они оказались в следующей. Одна дверь здесь вела в комнату под комнатой Жу- Жу, другая, в дальнем углу, на улицу. Горец выбежал на улицу, Хоян и Смэш за ним. Они оказались на заднем дворе. Смэша сразу обдало холодом. Горец остановился. Они побежали дальше.
- А ну стоять! – крикнул кто-то впереди в темноте.
Что-то свистнуло, Смэш услышал противный хруст и дикий крик. Его собственный крик. Потом пришла боль и тьма…
Капитан внезапно проснулся и стал соображать, к чему бы это. Среди ночи люди просто так не просыпаются… Наконец, он понял: было страшно. Так страшно, что на затылке волосы стали шевелиться. Вдруг дверь в его каюту открылась, причем засов согнулся под прямым углом, не выдержав напора извне. Капитан Дусжут вскочил с кровати (он ненавидел гамаки) и протянул руку к сабле (он ненавидел мечи).
- Капитан, не надо дергаться. – произнес вошедший.
Рука Дусжута замерла. Он узнал голос говорившего:
- Демоны моря! Крэг, это ты?
- Ну надо же, узнал – немного озабочено сказал Крэг.
- Подожди, я свет зажгу – засуетился капитан – Апостит мне сказал, что ты умер – он засмеялся – гром и молнии, надо же! Как же он ошибся!
- Не надо света.
Почему-то взгляд капитана упал на засов
- Где Апостит?
- Крэг… Что с тобой? Ты… ты же… - Дусжут замялся - … жив?
- На кого я больше похож, на живого или на мертвого?
Капитан ухмыльнулся:
- Ну…
- Где Апостит? – прервал его Крэг.
Капитан умолк, повисла тишина, потом заговорил:
- Его нет на корабле. Он решил убрать Красавчика и сошел на берег вместе с одним из тех братьев, что ты подставил…
- Он боится выйти один на один против Красавчика?
- Н… не знаю.
- С одним из братьев… родных?
- Ну да… - удивился Дусжут.
- Хорошо. А где второй?
- Он в одной из кают, под охраной.
- Я возьму его.
- Зачем это? Не-ет. Ты не можешь. Понимаешь, Апостит дал клятву, он нас убьет, если что. Рода не надо никуда перевозить…
- Плевал я на его клятвы с крыши мира.
- Он убьет нас…
- Я тебя убью, кретин, если ты сейчас мне не покажешь, где он!
- Крэг, ты что! Мы же… Дался он тебе…
- Где он!? – выкрикнул Крэг, и его выкрик перешел в рык зверя.
Дусжут замер:
- Четвертая сп-справа. Т-туда – он показал направление.
Крэг встал и посмотрел на саблю:
- Хорошая сабля…
- Че… - Дусжут развалился пополам.
- Пока – Крэг вышел из каюты, прихватив окровавленную саблю с собой. Четвертую справа Крэг определил сразу: около двери дремал матрос. Дверь была закрыта на висячий замок. Крэг сорвал его, просто открыв дверь. Матрос не шелохнулся. Род не спал. Его кошмары сбывались наяву.
- Кто это? Не подходи! Назад!
- Ну надо же… - бросил Крэг. Он подошел к гамаку и разрезал саблей веревки, что держали Рода. – Ты пойдешь со мной.
- Кто ты? – Род не видел в темноте лица, но голос был ему знаком.
- Не важно – Крэг сильной хваткой взял Рода за руку – Как звать тебя?
- Род.
- Ладно, Род. Не издавай лишних звуков, если жить ещё хочешь, и пошли.
- Но…
- К твоему брату. Я не буду повторять. – при этом Крэг с такой силой дернул его, что Род вскрикнул от боли.
“Я, я думаю.., значит жив… или я на небе? Я?! Не-ет.” Свет показался, он вспыхнул через закрытые глаза, как пожар. Пожар был на складе, тогда они с Каюком еле смогли выбраться; кто-то подпёр дверь… Боль. Страшная по своей силе боль выдернула Мэнли из небытия и швырнула назад. Потом он выплыл, как поплавок с грузилом и крючком где-то в воде, внизу; когда клюёт.
- Тихо – тихо – тихо – шепотом затараторил кто-то рядом – Вот. Вот видите, я же говорил…
- Ладно. Приходи завтра.
Мэнли приоткрыл глаза и увидел… отца. Мэнли хотел что-то сказать и не мог понять: то ли сказать нечего, то ли он не может… Отец склонился над ним:
- Ну как ты? – его образ поплыл и превратился в Синко Бея, нового надсмотрщика порта.
- Где я?
- Дома. Тебя привезли из “домика” Жу-Жу. Помнишь, что произошло?
- Странно, что всё ещё жив… - Красавчик хотел встать, но не смог пошевелиться, только руки дёрнулись – Дерьмо. Они пришли убить меня. Убить. Это зашло слишком далеко…
- Кто “они”?
- Люди “Дракона”. Это был сам владелец корабля. Бей, мой брат не должен пока этого знать. Я ему сам скажу… Ты мне… - Терпя боль, Мэнли поднял правую руку - … принеси бумагу, перо, чернила. Я буду писать письмо.
- В твоем состоянии…
- Я сам решу! – оборвал его Мэнли.
- Хорошо.
Солдаты плотными рядами обступили дорогу. Казалось, всё население города сейчас – солдаты Великого князя Николая. Не было никаких торжественных встреч и даже подобия искусственного праздника; глава города ждал высоких гостей в здании городской администрации. Он должен был встретить Николая у ворот города, но не встретил. Он сидел в приемном зале и закрыв глаза ждал, что сейчас придут, схватят его. Но он был один. Его люди удивленно перешептывались. Изредка двери раскрывались, и в зал вбегал распорядитель обеда, что-то опять пересчитывая на столе. Каждый раз Полдок вздрагивал. Ему доложили о покушении на Красавчика. Мерзавец чудом выжил, убийцы ушли, решив, что он мёртв. Их было всего двое! Впрочем, тех кто похитил Крэга, тоже было двое…
- …Эмиссар – Енифар узнал его – Я заметил, главы города нет.
- Он остался в приемной, чтобы подготовиться к вашему приезду, магистр.
- А вы подготовились?
- Конечно.
- Глава города хочет убить меня. Не знаю, правда, когда. И отступники не дремлют. Где-то рядом с городом январил. Много январила.
- Наши браться нашли десятки талантов январила – эмиссар рассказал, как Драгот нашел январил – Я отправил его под охраной братьев в Хазар.
- Есть ещё. Много. Я чувствую его лапы, сосущие мою кровь. Готовится покушение, но не сейчас.
- Демон в городе.
Магистр резко посмотрел на эмиссара, но ничего не сказал:
- Он использует тело Крэга Вундорсфольта. Я нашел колдуна, который открыл ему дорогу сюда и убил.
- Может быть зря…
- Я был вынужден.
Магистр ничего не сказал. Позади послышались восторженные крики, так встречали въезд Николая. Магистр осадил лошадь, поджидая Великого князя.
Смэш открыл глаза и огляделся. Он был в доме, который снимал Хоян. А боли-то не было! Он сел на кровати, и тут же правая нога стрельнула так, что Смэш упал обратно.
- Я бы на твоем месте не дергался пока – раздался голос Хояна.
- Что со мной?
- Тебя подстрелили люди Красавчика, а я тебя вытащил на собственных плечах.
- Чем же я заслужил такое?
Хоян покачал головой, словно не знал, что ответить:
- Считай это жестом доброй воли.
- Что с ногой?
- Перебита.
- Ни…
- Это ничего. Я поставлю тебя на ноги уже очень скоро.
Смэш схватился за шею. Январил был всё ещё на нём.
- Январил на мне.
- Считай это моим подарком, временным.
- Это намёк на мою смерть, что ли?
- Нет. Его надо будет передать другому человеку, ему будет нужнее.
- Одни загадки.
Хоян ничего не сказал, потому что в дверь сильно постучали… Смэш напрягся, высматривая меч, но он был далековато. Хоян не двигаясь смотрел на дверь. Стук повторился.
- Кто там? – наконец спросил он.
- Я – ответил знакомый голос.
- Что тебе надо?
- Может мне заорать на всю улицу, чтобы ты пустил меня, Апостит?
Хоян подошел к двери и открыл её… Смэш повернул голову и смотрел на вход. На пороге стоял Крэг Вундорсфольт. Некоторое время он и Хоян смотрели друг другу в глаза, потом Хоян отошел, и Крэг вошел в дом. За ним вошёл Род.
- Вашу мать… - тихо произнес Смэш.
Род подбежал к брату:
- Смэш, что с тобой? – он наклонился, и братья обнялись.
- Ранен.
- Как? – Род стал осматривать тело Смэша.
- Как ты тут оказался с Крэгом?!
Хоян захлопнул дверь и опустил балку, на которую дверь обычно закрывали на ночь.
- Неужели не справился бы один? – Крэг указал на Смэша.
- Крэг Вундорсфольт – вместо ответа сказал Хоян – Многие в городе знают этого человека. Вехенды наверняка тоже.
- Надо же – зло бросил Крэг – Но это ничего не решает.
- Что происходит?! – заорал Смэш. – Ты жив! Как? Ты же умер!
Крэг шагнул к нему.
- Даже не думай – Хоян сел на стул.
Крэг развернулся и сел за стол, напротив Хояна.
- Крэг забрал меня ночью с “Дракона” – шепнул Род Смэшу – Он странно ведет себя.
- Я хочу помочь тебе, Апостит, вместе мы сможем больше.
- Апостит? – вставил Род, отреагировав на фразу Крэга.
- Ты забываешься – глухо ответил Апостит Крэгу – Не имел с вами дела и иметь не буду. Никогда.
- Кто ты? – Крэг перегнулся через стол – Кто ты сейчас? Ни тот, ни этот. Твой отказ бессмысленен.
Братья не перебивали.
- Я – Апостит, Хозяин Январила…
- Ты вехенд.
- Нет!! – Апостит вскочил, стул упал. Он уперся руками в стол и нагнулся к Крэгу – Первого гвора вечером в доме главы города состоится покушение на магистра, вокруг дома соберут январил. Если хочешь его убить, это лучшее время – он сел.
Крэг встал:
- Я презираю вас. Вы ничтожества, поставившие перед собой великую цель, но начать с себя надо бы.
- Что ты понимаешь, выродок?! – Апостит снова вскочил – Ты не можешь ставить цель!
Крэг ушел, не ответив…
- Я не понимаю – сдался Смэш.
- Значит, Апостит, да? – Род прищурился.
- Да.
- Вехенд? Это как понимать?
Апостит посмотрел на Рода так, словно сдерживал себя, чтобы не убить его. Потом его лицо немного разгладилось, и он выдавил:
- Был, давно.
- Как это? Разве можно… перестать быть… вехендом?
Апостит натянуто улыбнулся:
- Я живой пример. И не только я… Человек – странное существо. Не каждого можно лишить эмоций обычных.
- Что значит обычных?
- Таких, как вы. Январил нашли именно вехенды – Апостит ухмыльнулся – некоторые поняли, что Орден – это тупик, некоторые – нет.
- Хозяева Январила – это вехенды? – подал голос Смэш – Война… Она что, кто её начал? Хозяева Январила, да?
- Мы попытались уничтожить магистра. Вехенды ответили, используя всё княжество. Люди к нам пошли отовсюду. Вехендов боятся и ненавидят…
- Сколько вам лет?
- Неважно.
- Что нужно было Крэгу, я думал он убьет меня на корабле…
- То, что сейчас было здесь, это не Крэг. Он использовал тебя, чтобы найти Смэша, а через него и меня.
- То есть как это не Крэг?! Как он мог найти Смэша, я ведь не знал, где вы!?
- Вы родные братья. Вы связаны. А это был демон.
- Кто?!
- Демон. Он хочет убить магистра.
- Нечисть… Они воют с вехендами?
- Ну да. Вехенды же люди.
- Но нас он не убил…
- Потому что мы против вехендов…
- Кто это “мы”? - рявкнул Смэш - Я не хочу в этом участвовать!
- Почему вы рассказываете нам это? - спросил Род - Вы нас убьете?
- Хотел бы, бросил бы Смэша у Красавчика, во дворе “домика”.
- Так вы убили Красавчика?
- Да.
- Я не верю в вашу доброту – Род заметил на шее у Смэша Январил -
- Чего вы хотите от нас?
- Возможно, мне понадобится помощь.
- В вашей войне мы участвовать не будем.
- В нашей? Вехенды – это гибель для людей. Под их гнётом не будет никакого развития, магическая монополия и жёсткий контроль стада людей. Люди превратятся в животных-рабов!
- Так вы воюете за магическую монополию и жёсткий контроль стада людей? – съязвил Род.
- За свободу. За вашу свободу! Есть силы, ставящие на обычных…людей.
- Но почему демон хочет убить именно магистра, ведь вехенды несут зло. Разве они не одно и то же творят?
- Вехенды сосредотачивают магию в Ордене, отнимая её у темных сил.
- Значит вы такие хорошие, да?
- Лучше, чем вехенды или тёмные.
- Меня тошнит уже – пожаловался Смэш.
В дверь постучали. Это демон, Род стал осматриваться в поисках меча, он вернулся, чтобы убить их… Апостит словно прочитал его мысли:
- Это из соседней таверны, есть принесли…
Мэнли несколько раз терял сознание, пока писал письмо. Знахарь, лечивший его, приходил несколько раз, менял повязку, обрабатывал какими-то мазями рану. Утром пришел Драгот. Он терпеливо подождал, пока лекарь уйдет…
- Вижу, досталось тебе… За что это?
- Старые счёты. Как раз хотел попросить тебя о содействии… Хочу отомстить. Ты можешь устроить так, чтобы мои люди смогли высадиться на одном корабле в порту?
- Хочешь устроить резню?
- Я хочу отомстить. Люди напавшие на меня, должны понести наказание…
- Что за корабль?
- “Дракон”.
- Опять – Драгот подошел к запотевшему окну и провел по нему пальцем, сделав себе смотровую щелку – Ладно. Я поговорю с кем надо. Только без шуток, я прослежу, чтобы с корабля ничего не попало в город… Когда?
- Сегодня в полночь.
- Хорошо. Лечись, а то некому следить за твоей землей, это чревато – он вышел. В комнату проскользнул Комок, за ним Синко Бей.
- Бей, собери людей. Сегодня в полночь высадитесь на “Драконе”. Отправьте его и всю команду к морским демонам на дно.
- Босс, там же портовые и вехенд…
- Мой брат об этом позаботится. А вы сделайте то, что от вас требуется. Ясно?
- Да, босс – Синко вышел. Комок последовал за ним, но Красавчик его остановил:
- Комок, подожди! Для тебя… другое… дело – от долгого разговора ему стало хуже; тошнило и стало знобить. – Вот – он указал на комод – Видишь… письмо. Отвезёшь его. В неделе пути отсюда, есть деревня – Горный ручей. Там раньше жила семья… может и сейчас живет… Леворды. Найди их. Найдешь, отдашь письмо лично в руки. Не найдешь, привезёшь обратно. Если найдешь… - Красавчик скривился, шрам изогнулся – дождись ответа… Понял?
- Да – Комок осторожно взял письмо.
- Не тяни время…
Комок быстро вышел, и Мэнли провалился в темноту.
В этот день грязь не оттаяла. Ночью улицы сковал мороз, и день не принес тепла. Лужи застыли. Небо очистилось и завораживало своей синевой, солнце не грело. Последний день типфавса выглядел как первый день зимы. Но в приёмном зале было жарко натоплено; было тепло, светло, и что там снаружи, никого не интересовало. Полдок поднялся с бокалом в руке:
- Да здравствует Великий князь!
- Да здравствует Великий князь! – эхом отозвалось под сводами.
Когда все немного успокоились, барон Гардуин произнес, так, чтобы его слышали все сидящие за столом:
- Хочу поблагодарить главу города за оказанное гостеприимство.
Вверх взметнулись кубки. Полдок встал под одобрительный возглас сидящих за столом:
- Честь для города – приезд Великого князя и магистра. Позвольте мне пригласить вас завтра на ужин в свой собственный дом – Полдок смотрел на Николая. Магистр тоже посмотрел на него. Великий князь улыбнулся:
- Конечно. Ужин в узком кругу, тем более, нам есть о чем поговорить… - Николай сделал движение рукой, как бы чокаясь с Полдоком.
Глава города сел. Сегодня утром он отдал приказ. Завтра вечером подводы с январилом подвезут к дому главы города. Возницы и не подозревают о том, что спрятано под сеном. Они знают только, что за перевозку его хорошо платят. А потом хоть Конец Света… Полдок, улыбаясь на шутку советника, отпил вино.
Как только Апостит вышел, Смэш сел на кровати, морщась от боли. Род его внимательно осмотрел:
- Как это получается? Нога заживает!
- Это колдовство – пожал плечами Смэш. – Мне кажется, надо уходить. С этим одержимым мы погибнем.
- Тебе не уйти далеко – возразил Род, - он ещё не залечил твою рану. Кроме того, не думаю, что он собирается принести нас в жертву…
- Тогда уходи один. Здесь слишком опасно. Не к чему находиться с демоном в одном городе.
- Не шути так – Род нахмурился – Мы должны быть вместе. Я без тебя никуда не пойду. Останемся. На рассвете второго гвора “Дракон” отплывает. Перекантуемся здесь – он положил меч рядом с кроватью Смэша – Как насчёт поспать?
Вечерело. Ветер дул в сторону моря, холодный и влажный. Небо затянуло облаками, опять собирался дождь. Апостит шел, и голова его была свободна от мыслей. От этого было ещё тяжелее. Всё, что мы начинаем в сомнении, мы заканчиваем в уверенности; всё, что мы начинаем в уверенности, мы заканчиваем в сомнении.… Апостит где-то прочитал это и запомнил, потому что написано было верно. Это дело он начинал с уверенностью. Теперь логичный план действий сыпался на глазах. Всё вроде бы шло, как и должно было (за исключением появления демона), но Апостит уже не видел перспективы… Он подошел к нужному дому, осмотрелся по сторонам, прислушиваясь к внутреннему голосу, и постучал. За дверью послышалось шарканье:
- Кого это принесло на ночь глядя?
- Меня – ответил Апостит, и дверь открыли.
Нет, его не знали в этом доме, это было простое легкое наваждение. У порога стояла приземистая, плотно сбитая баба.
- Я лекарь. Мне сказали, здесь нужна моя помощь… - Апостит стал осматривать комнату. Весь дом был заражен им. При необходимости, для мага и даже эмиссара не составит труда найти его, если он будет знать, что искать.
- Туда – баба указала рукой на другую дверь и засеменила вперед.
Апостит пошел за ней. Во второй комнате он чувствовался ещё сильнее. На кровати лежала беременная. Вот-вот должны быть начаться схватки.
- Её нужно перевезти в мой дом – голосом, не терпящим возражений, сказал Апостит. Баба может что и возразила бы, но сейчас она находилась под действием легких чар Апостита. Она стала быстро собирать вещи.
Кто-то открывал дверь заднего входа. Род спросонья хотел схватить меч, но под руку попалась какая-то палка, он вскочил.
- Смэш, проснись! – громким шёпотом позвал он брата.
Смэш с трудом разлепил глаза:
- Что…?
- Кто-то входит через заднюю дверь!
Смэш схватил меч и спрятал под покрывалом:
- Спрячься!
Род заметался по комнате и, наконец, затаился за выступом стены. Дверь между этой комнатой и задней открылась, и вошёл… Апостит с беременной женщиной на руках. Вслед за ними, захлопнув дверь, зашла какая-то бабка. Род вышел из-за выступа.
- Я что-то проспал? – Смэш приподнялся.
Апостит молча положил женщину на соседнюю кровать и тяжело вздохнул. Смэш прищурился:
- Лима, это ты?
Женщина повернула в его сторону голову, и Род её тоже узнал. Это была проститутка из “домика”.
- Что она тут делает?
- Вы знакомы? – удивился Апостит.
- Да. Так что она здесь делает?
- Она будет здесь рожать.
Смэш открыл рот:
- Чего? Что происходит вообще?
- Кто это? – подала голос бабка, показывая на братьев.
- Это мои помощники – ответил Хозяин Январила. Он положил руку на лоб Лиме, и та закрыла глаза. – Вот – он вытащил откуда-то из-за пазухи мешочек, явно с деньгами. – Иди к травнику – он назвал несколько местных трав. Бабка ухватилась за мешочек и подозрительно косясь на братьев, вышла через заднюю дверь.
- Она спит. – Апостит убрал руку со лба девушки. – Откуда вы её знаете?
- Она работала в “домике” Жу-Жу –ответил Род.
- Проститутка.
- Да.
Апостит поджал губы. Потом развел руками. Смэш сел, поставив ноги на пол:
- Чего бы мне это не стоило, я сейчас уйду.
- Смэш…
- Я вылечу тебя, немного терпенья – раздраженно бросил Апостит.
- Мне кажется, я схожу с ума – произнес старший брат.
- Мне нужна ваша помощь.
- Не понял?
- На рассвете второго гвора “Дракон” отплывёт. Вы будете на нем… с матерью и ребёнком. Я дам вам печать, и капитан ничего вам не сделает.
- Ну уж нет. Хватит, поплавали уже!
- Демон захочет убить его; магистр – захватить, если выживет. Ребёнка надо будет увезти отсюда, пока я буду отвлекать их внимание.
- Кому он нужен, этот ребёнок? Что за чушь? Мы не твои солдаты!
- Поэтому я не приказываю, а прошу…
- Хватит! – гаркнул Смэш (но Лима не проснулась) – Может мы и обычные, но твои указы выполнять не собираемся! – он схватил меч и, опираясь на него, встал – Я тебя не боюсь! Думаешь, напугал меня своим выпендрежем с мечом?! Хрен! Ты сумасшедший! Плевал я на тебя с высокой башни!
- Вот так значит? – Апостит положил руку на эфес меча – Неужели я ошибся, и вы мне не поможете?
- Да!!
Род отрицательно замотал головой за спиной Апостита, подмигивая брату. Смэш шумно выдохнул:
- Я не верю тебе – он сел обратно – Ты предал память Каюка, втянув меня в убийство Красавчика.
Апостит не двигался.
- Нам нужны деньги – подал голос Род.
- Сразу бы так – ухмыльнулся Апостит – Я дам денег.
Род для верности, напоследок мигнул Смэшу ещё раз. Тот нахмурился и медленно лег.
- Не забудь, ты должен вылечить Смэша – напомнил Род.
- Я всё помню – Апостит сел за стол и стал есть.
Они не выбирали, не искали виновных. Просто убивали всех подряд… Могли ли так поступать люди? Кровь заливала улицу… Крики: крики со всех сторон, словно после сражения крики раненых, которых оставил умирать… Он вылезает из-под разрубленного тела, весь липкий от крови. Он не может узнать её лицо…
- Нет! – он вскочил, тяжело дыша, липкий от пота. Полдок судорожно вытер ладонью лицо и подбежал к лампе. Не, не кровь. Это не кровь. Он упал на колени и заплакал:
- Что же это? За что? – он подполз на коленях к креслу и схватился за меч. Почувствовав холод металла, стал успокаиваться.
Несмотря на холод, окно было открыто. Дул сильный мокрый ветер, но Енифар не обращал на него внимание. Он смотрел на небо, которое как будто специально было закрыто тучами.
- Полдок по-прежнему хочет убить вас. Скорее всего завтра. Существует опасность от мага…
- Может, демона?
- Возможно.
- При чём же здесь январил? Глава города устроил?
Помощник не ответил. Магистр посмотрел на него. Помощник, не мигая, смотрел на хозяина и создателя. Енифар сосредоточил взгляд на его ушах. Вдруг одно из них, левое, отогнулась назад, прямо как у собаки. Магистр видел, как кто-то подошел к двери и открыл её. Это был эмиссар. Енифар посмотрел на него.
- Сегодня братья нашли ещё январил…
- Сколько?
- Двадцать шесть талантов… За городом, в посаде. Я отправил его под охраной в Хазар… Охрана обычная, братьев я решил оставить при себе…
- Почему?
- Готовится что-то, я чувствую опасность.
- Хорошо. Идите.
Эмиссар вышел.
- Я думаю, что-то мало пользы от тебя…
Помощник потоптался с лапы на лапу:
- Много январила…
Магистр махнул рукой.
Наступил первый день второго месяца осени. Братья на улицу не выходили… Бабка со странным именем Марфа была теткой Лимы, она отнеслась к братьям очень настороженно, но Лима смягчила её, рассказав как Смэш и Род отбили её в одном кабаке от нескольких приезжих, да и зиму каждую они жили в “домике” Жу-Жу. Смэш ходил по комнате, всё отказываясь поверить, что боли нет, и он даже не хромает. Род ел за столом, думая о прошедших событиях. Смэша ему удалось убедить не конфликтовать с Апоститом. Хозяин Январила явно держал на привязи Лиму и Марфу. Они совершенно не беспокоились по поводу длительного пребывания дома у “лекаря”. И у Смэша и у Рода были самые нехорошие предположения о том, зачем Хозяину Январила беременная накануне родов. Объяснений, зачем Апоститу мать и ребенок, он давать не спешил. Смэш решил притвориться славным парнем до тех пор, когда они ”отправятся на корабль”, чтобы защитить Лиму от “этого маньяка”… Постучались. Марфа пошла открывать. Род уже устал от бесконечного напряжения. Они сидели в доме, прячась неизвестно от кого, при стуке в дверь готовясь к нападению. Это был Апостит. Он снял плащ и повесил на вешалку. Судя по его виду, на улице был дождь.
- Я принёс одежду и еду – мрачно произнес он, кинул мешок у стены и сел за стол. Марфа ушла к Лиме, в другую комнату.
- Весь город гудит – сквозь зубы выдавил Апостит – Красавчик жив…
- Что?! – Смэш замер – Чушь! После такого он не мог выжить!
- Тем не менее он жив и уже успел нанести удар. Сегодня ночью сожгли “Дракон”. Выжил кто-нибудь или нет, неизвестно.
- Откуда он узнал про “Дракон”?
- Красавчик узнал меня. Он знает, что я хозяин “Дракона”. Был.
- Значит мы не поплывем завтра на “Дракона”…
- Значит не поплывем.
- Мы можем не выйти из города после покушения на магистра – сказал Род.
- Вы сможете.
- Каким образом?
- Выбора нет.
- Ну вот что!... – Смэш резко подошел к столу и оперся о него обеими руками, но Род так посмотрел на него, что Смэш сел - …Э-э… почему выбора нет?
- Эта женщина… Лима… сегодня ночью родит. Лучше, если это произойдет в этом доме, а не где-нибудь ещё.
- Не вижу связи между нами.
Похоже, Апоститу почему-то с трудом давался этот разговор:
- Этот ребёнок… он не совсем обычный… Он совсем необычный…
Род раскрыл правую руку, держа её внутренней стороной к Апоститу:
- Подождите… Он – вехенд?
Апостит скривился:
- Вехендами не рождаются…
- Но это именно такой ребёнок?
- Да…
- Я понял – вмешался Смэш – Вы хотите его увезти подальше, к себе, чтобы он не попал к вехендам, да?
- Да – облегченно выдохнул Апостит.
- Но за такими детьми вехенды приходят, когда им уже 6-10 лет, а не сразу после рождения – заметил Род.
- Да.
Повисла тишина, и стал слышен тихий разговор в другой комнате, только слов было почти не разобрать.
- Он изменит соотношение сил в нашем мире…
- Как это?
- Это маг, которого давно не знал этот мир.
- Великий вехенд – глухо произнес Смэш.
- Великий Хозяин Январила – Род посмотрел на Апостита.
- Да…
- Зачем нам знать это?
- Вехенды придут за ним этой ночью, кто-то должен его унести отсюда, они придут к месту его рождения…
В комнату вбежала Марфа:
- Ай, всё! Ай, рожает! Разродится матушка!
Лима закричала.
- Король Варпии заверил меня в своей дружбе, а мой друг, Енифар, заверил меня… в его правдивости – Николай засмеялся, и за ним все за столом – Так что, господин Полдок, Виндор станет оплотом нашей торговли.
Полдок судорожно улыбнулся. Голоса сидевших за столом звучали словно издалека, но он не был пьян, ему было страшно. Как тогда. Страшно видеть лужи крови, слышать крики умирающих и их родных. Хватит ли “стоков” под кровь, которую прольют вехенды за магистра? Полдок сидел между Великим князем и магистром. Это место ему уступил барон Гардуин (брат Николая), как главе города, в которой они были в гостях. Это был ужин в узком кругу, за большим прямоугольным столом сидело всего пятеро: глава Виндора Полдок; Великий князь Сталлии Николай Гардуин; Магистр Ордена вехендов Енифар; Эмиссар магистра и Барон Гардуин.
Полдок не отрываясь смотрел на мясо в своей тарелке. Он стал резать его ножом.
- С вами всё в порядке? – спросил его магистр.
Полдок поднял на него глаза. И вдруг понял, что у магистра глаза голубые, как небо летом, и что “стоков” не хватит, и что он не сможет, потому что не имеет права…
- Господин Полдок, а скажите, откуда у вас столько январила?
Николай удивленно посмотрел на магистра. Полдок уже не видел ничего, только нож, воткнутый в мясо, рукоять которого он всё ещё сжимал в руке. Выбора не было, и Полдок нанес удар…
… Теперь Енифар ощущал, насколько он стар. Январил, много январила совсем рядом с домом. Как всё хорошо продумано. Интуиция запоздала, и такого шага магистр не ожидал. Полдок завалился назад, упал на спину вместе со стулом и стал дергаться в конвульсиях, сжимая рукоять ножа обеими руками. Все повскакивали со своих мест. Енифар наклонился над Полдоком, расцепил ему руки…
- … Руки… убийца… - выплюнул с кровью последние слова тот и затих.
Енифар выпрямился, не пытаясь воскресить главу города, хотя мог попробовать. Эмиссар молча наблюдал за ним, стоя рядом.
- Енифар, объясни мне, что происходит – Николай смотрел в лицо магистру. Енифар поднял взгляд на него, потом посмотрел на эмиссара:
- Идите, позаботьтесь об январиле.
Эмиссар быстро ушел.
- Садитесь, Николай, я всё расскажу сейчас…
Наступила полночь, дождь кончился. Он смотрел издалека на дом, который уже видел давным-давно, в другой жизни, но никаких чувств по этому поводу не испытывал. Вокруг ограды особо никто не сновал, но люди были расставлены основательно. Причем сколько их внутри, видно не было. В любом случае, он уже видел январил здесь на улице и понял, что его будут убирать отсюда, значит, ворота откроются, и под шумок он начнет. Скорее бы…
… Эмиссар быстро прошёл по коридорам, которые успел запомнить до этого, и вышел на улицу через южные двери. Внутри стояли два солдата из охраны Великого князя и один вехенд, то же снаружи. Он махнул одному вехенду, и они вышли вдвоем. Прошли по дороге к ограде, мимо еще одного стражника, и подошли к воротам. Около ворот стояли три стражника с внутренней стороны и три городских с внешней. Ворота перед ними открыли. Вехенды вышли.
- Это январил? – спросил Тасана.
- Да. И очень много.
Ворота закрыли.
- Нужна сотня солдат – распорядился эмиссар.
Городской, без лишних слов, убежал в темноту. Казармы находились совсем недалеко. Эмиссар посмотрел на видную ему часть периметра; весь периметр охраняли городские солдаты, стоя в пяти ярдах друг от друга. Каждый второй с факелом, поэтому внешнюю ограду окружила цепь огней. Эмиссар на ощупь пошёл к январилу, Тасана за ним. Идти долго не пришлось, телега, груженная прелым сеном, стояла рядом, в темноте. Человек, держащий поводья, был закутан во что-то шерстяное, с капюшоном на голове, и, похоже, дремал сидя, свесив голову вниз. Но в тот момент, когда они подошли, проснулся. Вскинул голову, посмотрев на вехендов. Здесь все сверхчувства эмиссара сильно притупились, но рефлексы сработали четко: он резко отклонился в сторону, и нож пролетел мимо. Человек прыгнул прямо на эмиссара, Тасана выхватил меч, но эмиссар был готов. Прыгнувший упал на выставленный кинжал и хрипнул, замерев. Тасана замер, эмиссар собирался оттолкнуть напавшего, но не успел. Человек схватил его и кинул назад, через телегу. Эмиссар пролетел около пятнадцати ярдов и упал в грязь, в это время неизвестный уже наносил удар мечом эмиссара по Тасане, но вехенд успел подставить свой, однако удар был такой силы, что меч вехенда сломался. Тасана бросил остаток в противника и выхватил оба кинжала. Неизвестный прыгнул на него, выставив вперед меч. Тасана увернулся, одним кинжалом отбив меч, а второй всадив в человека. Нападавший упал, перевернулся и вскочил на ноги, держа в руках меч и кинжал. Тасана побежал на него, бросив нож и кинжал одновременно. Увидев, что человек отбил их, вехенд прыгнул, перелетев над ним и, перевернувшись в воздухе, приземлился на ноги. В момент приземления он метнул ещё один нож, но человек отбил и его, хмыкнув. Это было последнее, что он успел сделать… Подбежавший сзади эмиссар снес кинжалом ему голову…
- Кто это? – удивленно спросил Тасана.
- Охрану сюда! И вехендов! – вместо ответа рявкнул эмиссар.
Вдруг они увидели вспышку света, словно удар молнии, только этот свет обычным увидеть было не дано…
- Выполнять! – закричал эмиссар.
- Она умирает. Я тебе говорю…
- Да нет же – устало возразил Род.
- Как нет? Ты слышишь?.. – Смэш не находил себе места. – Никогда не думал, что это так вот…
Они не могли сосчитать, сколько времени уже Лима исходила криком. То, переставала, то начинала снова… Вдруг всё смолкло… Братья вскочили со своих мест, и крик возобновился, но… другой. Тоненький писк… Братья посмотрели друг на друга и одновременно кинулись в другую комнату, столкнувшись в проёме с Апоститом. Глядя куда-то в пустоту, он произнес:
- Идите, Марфа вам скажет, что делать – и прошел в комнату, где только что были братья. Он ничего не видел, и откуда-то снизу поднималось странное, забытое с детства чувство – страх. В тот момент, когда он принял ребёнка, в дитя ударила молния. Такой концентрации силы он никогда не встречал. Всё его сверхвосприятие оказалось заглушённым, и он не видел. Перед глазами был лишь свет… Апостит закрыл глаза, присев на кровать, картина не изменилась. Он старался вернуться к зрению обычных, но ничего не получалось.
Слуги Полдока унесли его тело, а Николай всё смотрел на его место, где оно лежало:
- Не верится. Он улыбался, пригласил домой… Почему?
- Многие не любят вехендов. Он предал Великое княжество, заключив союз с хозяевами январила.
Николай вздрогнул и вопросительно взглянул на магистра.
- Сейчас около этого дома собрано много десятков талантов январила. Всё, чтобы обезвредить орден. Как видите, великий князь, мои опасения подтвердились, за каждым главою города надо хорошенько наблюдать… - Енифар замолк, глядя куда-то в стену, он прищурился.
Дверь открылась, вошел вехенд.
- Думаю, не следует ночью куда-то ехать. – магистр вопросительно посмотрел на Николая.
- После того, что произошло, не хотелось бы ночевать… - начал было барон.
- Да – перебил Николай – Мы остаемся здесь.
- С вашего позволения – Енифар откланялся и быстро вышел.
Барон хотел что-то сказать резкое Николаю, но в столовой были вехенды.
- Ваши приказанья – холодно произнёс один из них…
… Енифар быстро шел по коридорам. Такой огромный поток энергии. Это могло означать только одно – рождение Великого. Вот оно – событие. Надо же, в такой момент… И демон в городе, он-то это видел. Отступники знали или нет об этом? Вряд ли… Откуда?...
… Пять подвод с горой январила! Эмиссар наблюдал, как телеги окружили солдаты. Конечно, вряд ли кто-нибудь попытается отбить их, но… Караван из пяти телег и конвоя в сотню солдат под командованием Тасаны и Крозода двинулся к северным воротам… Что же это был за свет? Что-то важное, но эмиссар никак не мог догадаться, что. Послышались крики, стоящий рядом вехенд выстрелил из арбалета вверх. Непростительная ошибка… Он не умер. Конечно, отрубленная голова его не остановила. Демон уже был не в облике человека, а в своем привычном. Один раз взмахнув крыльями, дракон оказался перед южными дверями дома главы города… Заклятья обычно имеют сложную форму, и во время боя почти невозможно пользоваться новыми заклятьями, поэтому их составляют заранее, и они хранятся в голове мага в виде ключевого слова. Заклятие выброса демона из этого мира можно было сложить только зная имя человека, чьё тело демон использовал для перехода сюда. Эмиссар сделал это в тот же день, когда узнал от Липкого, что это тело Крэга Вундорсфольта. Дракон выгнул голову, и из его пасти вырвался сноп всепожирающего пламени, огонь сразу сжег охрану перед дверями, сами двери и то, что было за ней…
… Енифар подходил к южным дверям, когда, испепелив дверь, на него обрушилось пламя… В это время эмиссар сказал ключевое слово. Несмотря на то, что январил был недалеко, слово ученика магистра подействовало, и дракон опал на дорогу пылью.
Смэш умылся водой из деревянной лохани. Вытерев лицо, он повернулся к сидящим за столом Роду и Апоститу:
- Неужели я такой же был, когда родился?
- Да.
- Вы поняли, что я сказал? – спросил Апостит.
- Да – ответил Род, рассматривая два кольца в руке – Это кольцо главы города, а это ваше с вашей печатью. Нам надо показать их в Эребгарде людям, которые ждут возвращения “Дракона”.
- Достаточно моей печати. Помните, январил всегда должен быть рядом с ребёнком, пока нельзя одеть его ему на шею.
- Не думаю, что мы будем с ним так долго – буркнул Смэш.
- Вехенды будут идти по следу ребёнка, пока он не будет под нашей охраной. Январил прикроет его силу на некоторое время… Денег я дал достаточно, думаю.
- О да – Род подумал о мешке весом талантов в восемь с золотыми монетами.
- Переждите ночь на постоялом дворе, а на рассвете уезжайте из города. Не позже.
- Почему такая спешка? – в комнату вошла Марфа, ребёнок уснул.
- Он ведун – Род указал на Апостита – Сын Лимы может стать вехендом, он знает наверняка…
- О Боги, за что? – Марфа всплеснула руками и села на кровать.
- Действительно, за что? – опять буркнул Смэш.
- У нас есть деньги, мы можем помочь вам убежать… - начал Род.
- От вехендов?
- У нас есть январил…
Марфа закрыла лицо руками и заплакала.
- Времени нет – жёстко бросил Апостит.
- Я запрягу лошадь – Смэш пошел на задний двор, где в сарае была лошадь и телега, на которой Апостит и привез Лиму и Марфу сюда.
- Собирайтесь. Они придут сюда – металлическим голосом произнес Апостит.
Марфа как бы очнулась и бросилась в соседнюю комнату к Лиме. Хозяин Январила встретился глазами с Родом, и тот вдруг понял, что глаза у Апостита светло-синие, как летнее небо.
- У ребенка должны быть родители, которые будут любить и беречь его, тогда он никогда не станет вехендом. Ты понимаешь меня, Род?
- Я понимаю.
Эмиссар склонился над телом магистра, освещая его факелом. Рядом стояли стражник и ещё один вехенд. Енифар открыл левый глаз (правый вытек). Эмиссар хотел подать руку, но отдёрнул её, услышав: "не надо!" Похоже, были повреждены голосовые связки. Енифар встал сам. Если бы он не успел поставить защиту, остался бы один только пепел. Но январил был тогда ещё слишком близко…
"Это был демон?"
- Да.
"Где он?"
- Превратился в пыль.
"Понятно… Лошадь мне быстро!" Обратился он к Драготу, стоявшему рядом с эмиссаром. "И себе захвати!" Он приложил правую руку к глазнице. "Останетесь здесь, эмиссар, обеспечьте охрану князя, пусть дежурят братья."
Он опустил руку и несколько раз моргнул новым глазом. Потом пошел к выходу. При каждом шаге его лицо изменялось, регенерируя. На дороге от южных дверей до южных ворот уже столпилось человек двадцать из охраны князя. Енифар шаркнул ногой по пыли от демона и с укоризной посмотрел на эмиссара:
"Что они здесь собрались? Возьмите ситуацию в свои руки!" Эмиссар резко кивнул головой. "Родился Великий. Я поеду к нему с Драготом. Вернусь, самое позднее, на рассвете, понятно?"
- Да.
В ворота въехал Драгот с ещё одним конём. Магистр легко вскочил на него и ускакал в темноту, вслед за ним во тьме исчез Драгот.
Через некоторое время опять пошёл дождь. Эмиссар обошел периметр внешней ограды, осмотрел городских солдат, прошел внутри вокруг дома. Из дома вышел капитан из охраны князя:
- Великий князь и барон Гардуин спят в своих спальнях.
- Что барон?
Капитан непонимающе пожал плечами.
- Не сильно возражал? – уточнил вехенд.
- Не сильно.
Эмиссар кивком головы отпустил капитана. Барон, как и многие, не любит вехендов… Эмиссар стремительно обернулся, отбивая выпад. От ворот уже бежала стража…
Крепкий орешек. Имя ненастоящее..? Демон бросил в вехенда меч и обернулся драконом.
- Не Вундорсфольт! – прорычал он и взлетел вверх, слившись с ночным небом.
Эмиссар проследил его темный след. На северо-запад. Значит демон заметил рождение Великого… Не дожидаясь, эмиссар побежал за ограду, где стояло несколько лошадей.
Словно тлеющие угли, дом ещё светился. Апостит сидел за столом лицом к двери. В доме огня не было, стояла кромешная тьма, хотя вряд ли кому-то из тех, кто придет сюда, это будет мешать… На столе лежали два меча для ближнего боя и арбалет. На самом Апостите были ножны с двумя кинжалами и пояс из метательных ножей. Арбалет был направлен прямо на дверь. Всё оставшееся время Апостит потратил на сложение заклятий. Естественно, в доме стояла такая тишина, что было слышно морось на улице, и чавканье копыт по грязи. Две лошади. Но их-то может быть сколько угодно… Магистр подошел к двери, Апостит видел его. Он остановился, наверняка узнал…
"Где ребенок?"
Апостит молчал.
"В этом бою он погибнет."
"Всё в твоих руках." Наконец ответил он.
"Выйди, и мы решим всё, не задевая его."
"Для этого ты привел с собой пса?"
"Мои братья всегда со мной. Январил сделал тебя глупым. Неужели думал, что глава города остановит меня? Темные знают о рождении Великого, и орден сможет защитить его. Под действием январила ты стал трусом… Выходи!"
"Не надо ловить меня на эмоции, брат."
"Став отступником, ты перестал быть мне братом."
"Но с рождения мы были ими." Апостит отслеживал, как ещё один вехенд обходит дом.
"В память об этом, могу отпустить тебя, без ребёнка."
Как не похоже на вехенда… Магистр тянул время, второй вехенд уже был на заднем дворе. Хозяин Январила поймал себя на желании до последнего оттянуть начало боя, но ведь магистр ему уже давно не брат, как глупо… Он пытался сделать выбор там, где его просто не было…
И пришёл демон.
Утром 21 гвора в западные ворота Виндора въехал всадник. Он уже слышал о страхе над городом, но насколько это правда, не знал. Ясно было только то, что ему повезло оказаться в начале гвора не в Виндоре. Всадника звали Тувалл, среди своих он был известен как Комок. Несмотря на опасность, он был рад возвращению в родной город. Его плащ был свернут и приторочен сзади седла. Середина гвора в Виндоре было похожа на лето, и хотя сейчас уже стало холодать, было теплее, чем тогда, когда он уезжал. Он пустил лошадь галопом. Людей на улицах было очень мало, один раз он встретил патруль городских.
Тувалл осадил лошадь перед въездом во двор дома Красавчика. Охранник подозрительно преградил дорогу, но второй приветственно махнул рукой:
- Комок! Привет! А ты где был-то?
- Красавчик послал меня с письмом.
- Красавчик… с письмом… езжай – они открыли ворота, и Комок въехал во двор. Он увидел двух человек, сидящих под летним навесом. Подъехав ближе и спешившись, он узнал одного человека из охраны и надсмотрщика порта.
- А-а – протянул Синко Бей – Ну что, с чем приехал?
- С письмом.
Бей протянул руку.
- Думаю…, лучше я отдам его боссу лично в руки…
- Красавчика уже нет. Умер.
Комок сел на стоящий рядом стул:
- Знахарь, да?
Синко поморщился и махнул рукой:
- Не думаю…
Из дома вышел человек. Из-за правого плеча выглядывала рукоять меча для дальнего боя. По бокам были закреплены ножны с двумя кинжалами. Он вопросительно посмотрел на Комка, и тот почувствовал, что бледнеет:
- Письмо привёз…
- Какое?
- Красавчик посылал с ним письмо – вмешался Бей – Он привез ответ, да?
- … Да…
- Откуда?
- Из Горного ручья… от Левордов…
- Вот как… - он протянул руку.
Комок вскочил и кинулся за письмом. Драгот терпеливо подождал, пока Комок достанет пакет из походной сумки…
Утром второго гвора все ворота города были закрыты, никто не мог въехать, и не мог выехать из Виндора. Магистр искал ребёнка. Началась поголовная проверка. Солдаты врывались в дома и переворачивали всё вверх дном; тех, кто оказывал сопротивление убивали или жестоко избивали. Чаще всего это происходило с родителями младенцев, которых забирали показать магистру.
Третьего числа на площади в центре города выступил Великий князь, по настоянию брата, приказав магистру прекратить зверства. Там же Енифар заявил, что все виновные будут наказаны, а невиновным не будет причинено никакого вреда. Проверки не прекратились, только в них не участвовали солдаты Николая… Когда они дошли до южной части, седьмого гвора, там вспыхнуло восстание. Его поднял один из теневых главарей – Горбун и шериф южного округа. В бой были вынуждены вступить солдаты Великого князя и не перешедшие на сторону восставших городские. Прекратившиеся дожди уже не смывали кровь с улицы. В городе появились люхты. Ночью на восьмое восстание было подавлено. После карательных акций, численность Виндора сократилась на треть…
Восьмого гвора стояла замечательная погода. Казалось, лето возвращается. Деревья стояли чуть жёлтые, но дальше терять зелень не торопились…
Драгот поднялся по лестнице и не стучась вошел. Окно в комнате было открыто и в него дул легкий теплый ветерок. Мэнли ничего не сказал, просто взглянув на вехенда.
- Мне попались два матроса с “Дракона”.
Красавчик нахмурился, шрам изогнулся.
- Видно не всех твои люди убили тогда. Я их допросил, много интересного узнал…
- Что же?
- Вот я и пришёл прояснить ситуацию.
- Я не собираюсь ничего прояснять – Мэнли повернулся – Я негодяй, преступник и убийца… Но что же вы делаете, твари?
Драгот положил руку на рукоять меча:
- Вот как…
- Ты убил моего брата, ублюдок! – арбалет, спрятанный под одеялом и принесённый по просьбе Мэнли Синко Беем, выстрелил.
Нечеловеческая интуиция и реакция помогла вехенду, он прыгнул в сторону. С хрустом, металлический болт раздробил ему правое бедро. Вехенд не вскрикнул, он перекувыркнулся и оказался возле кровати. Пальцы правой руки железной хваткой сомкнулись на горле Красавчика. Мэнли захрипел, пытаясь их расцепить, но тщетно. Драгот встал на ноги, хотя правая нога подкашивалась, и поднял Красавчика за горло:
- Сейчас ты мне всё расскажешь…
Он разорвал пакет и сталь читать:
“Здравствуй, дорогой сынок! Как гром среди ясного неба свалился на нас этот добрый человек с письмом. Мы с отцом плакали в обнимку. Сколько лет-то уже прошло, как уехал ты. Мы уж и не чаяли получить весточку от тебя, думали сгинул ты. Тувалл говорит, с тобой всё хорошо; жаль, что раньше не дал о себе знать. Я даже и не знаю прямо, чего писать. Вот отец говорит, напиши о здоровье, да о хозяйстве. А чего оно? Немолоды же мы уже, прихварываем как все обычные люди. Корова соседская на днях зашла на двор, забор свалила. Ругаться ходили. Вот крыша прохудилась, как раз тебя вспоминали, вы с отцом крыли ещё, ты упал тогда, ногу зашиб. Далась эта крыша, шут бы с ней. Хорошо, что ты здоров. Пишешь, Валлиан у тебя. Не знаю, как он. Помнит нас-то? Если к тебе приехал, может и нас помнит? Ты уж скажи ему. Может, приедет. Вы вдвоем приезжайте. Я не могу, пишу и плачу. Сынок, не забывай нас! Напиши ещё. У нас, мы же и живем ради чего? Ты не болей. До свиданья. А ты же не знаешь! Тетя Виола умерла в прошлом году, сын у неё остался как ты, ты помнишь, Феодом звать, ходить не может. Ну до свиданья. Мы ходим к нему каждый день. Он тебе привет передаёт, вы с ним играли втроём. Ну всё. А то не закончу никогда. Пиши сынок и приезжай, в этом году вишни много было
Твои отец и мать Леворды.”
Драгот смял письмо и кинул на землю:
- Магистр уезжает, я тоже. Ответственность за порядок на вас, Бей. Держите свою территорию. – он пошел к воротам.
Магистр уезжал из Виндора, потому что в Виндоре не было того, что он искал: Великого.
II Страх над городом
© Copyright: Никита Мочалин, 2008
Свидетельство о публикации №208072400473
Свидетельство о публикации №208072400473
Рецензии