Глава 34. Перемены

Генерал слушал очень внимательно и с досадой покачал головой, когда я дошел до места, как от нас оторвался «Соболь». 
– Что теперь думаешь делать?
Я помялся. – Есть еще одна задумка..
– Какая?
– Высока вероятность, что на контроль отправки придет Шишкин. Если бы была видеокамера, я бы все это безобразие заснял вместе с ним..
Генерал одобрительно кивнул – Действуй! Аппарат возьмешь отделе СМИ, я скажу что бы не задавали лишних вопросов. Что-то еще?
Я помялся. За работу бойцам был нужен гонорар. Чем я буду платить? Отгулами что ли, или премии  выписывать? Во-первых, отгулы  нафиг никому не нужны, во-вторых, по премиям людей сразу засекут. Я тяжело вздохнул на директорскую непонятливость.
– Ничего.
Выйдя в коридор я достал последнюю сотню и поглядел купюру на свет – прощай! Придется жить впроголодь, на талоны в заводских столовках. Начальник службы безопасности. Не дай Бог кто узнает, эх..
Заводская оперативка началась с паршивой новости. Новые собственники не пропускали ни одного собрания и тихо сидели на ближайшем к дверям, ряду кресел. Обычно, там же сидели и финансисты. Приходят, когда ходить уже нельзя, и убегают как только все начинают вставать. Если сразу не удалось поймать, все. Шмыгнут в свои норы, и поминай как звали. Если начальник отдела вышел на пять минут, это где-то час, полтора. То у него посетители, запрутся и сидят, сидят.. Яйца что ли высиживают? К этому противному и въедливому племени, хуже которого только ОТиЗ, примкнула сестра хозяина завода. На утреннем собрании Лукавый объявил указ о её назначении на официальную должность. Первый зам Генерала. Интересно.. Элеонора Гавриловна  занимала первый ряд с восстановленным в директорском звании Медяковым и вечно спешащим начальником финотдела, Петровичем. Медяков уличил назначенного молодого москвича в крысятничестве, за что и был удостоен милости. На задних рядах располагалась её группа поддержки из молодых специалистов. На даму косились все. Не утерпел и я. Плечи, талия, бедра – составляли правильный овал занавешенный снизу длинным, серым подолом. Даже разреза нет..  Ей бы каблучок, юбочку чуть выше колен. Чуть, на выше. Приталенную блузку..  тогда внимание было бы совсем другое.
– Элеонора Гавриловна закончила Баумановский университет, занимала должность начальника кафедры гидравлики.. – разливался Лукавый. Дама встала. Люди с неприкрытым интересом изучали представленную кандидатуру. Ну что.. – размышлял я, – на любителя, да. На любителя. В возрасте, это на любителя будет..  Зато, такой тип женщин обладает ярко выраженным умом, воображением и мстительностью. Тихоня.
Впрочем, какое мне дело до богатой и замужней дамы? Просто возник интерес как к руководителю. На заводе куча директоров и она единственный зам. Смешная должность с серьезным окладом. Десять тысяч «зеленых» вызывали уважение у любого. Новая руководительница поправила слегка затемненные очки и села. Представление закончилось и головы неохотно повернулись обратно. Закончив представление  Лукавый обвел долгим взглядом скорбно молчавшую аудиторию.
– Вопросы?
Гробовое молчание. Дама опять встала и мило улыбнулась – У кого возникнут, заходите.
Заходите.. Народная тропа в её кабинет и не зарастала. Тянулись в основном женщины. Из её кабинета практически не вылазила начальница СМИ завода. Такая же пухленькая, наштукатуренная женщина, мило улыбавшаяся каждому встречному. Получив статус лучшей подруги, она болтала без умолку. Эти два разноцветных мячика прыгали по всему заводу. Правильно используя полученную информацию,  Элеонора Гавриловна шлепая по мазутным лужам обходила цеха и старалась вникая в каждую проблему, решить вопрос в максимально короткий срок. Что не так сложно при её могучих возможностях. Об её душевности и отзывчивости начинают складываться легенды.  Я только загибал пальцы с циничным любопытством узнавая подробности. Выборы в городскую думу, раз. В областное законодательное собрание, два. А там, государственная подпирает.. Стоимость и управляемость родного депутата намного лучше, чем покупка готового но чужого депутата.  Собравшийся зал, предстоящий путь Элеоноры понимал не хуже меня.