Глава 18. Домой

1

В штабной машине висела зловещая тишина. – Новый командир группировки желает провести спецоперацию – Комбат шелестел картой и катал желваки – По замыслу генерала Иванова, десять транспортеров идут колонной.  Доходят до района Старых Промыслов..  – карандаш очертил кружек на карте – Разворачиваются, и уходят по той же дороге обратно. 
– Зачем? – в один голос спросили ротные. Серов с силой бросил карандаш – Откуда я знаю?! Сказал, демонстрация силы. Надо же чем-то отличится..
Новому генералу не просто нужна война, необходима кровь. По возникшим целям ударят вертолеты, а там будет вызвана артиллерийская поддержка и высших штабах одобрительно заговорят – Не сидит сложа руки, как некоторые.. некоторые, это бывший командир группировки, создавший многократное превосходство и внезапность при захвате перекрестка. Потерь не было. Старый командующий группировки отбрыкивался от вышестоящих инициатив, а все необходимые рейды сдабривал бронетехникой с вертолетной поддержкой и тщательной разведкой. Кому-то, подобная осторожность сильно не нравилась и генерала Маслова быстро «ушли». И вот, новоприбывший вертопрах затевал бойню..
– Да нет, смысл в чем? – пристал Боярченко не желая понимать стратегических задач и гениальных замыслов командования.
– Вот так, без смысла и прокатимся туда-сюда! – заорал Серов и в кунге повисла зловещая тишина. По данным полковой разведки, в селах  скопилось до трехсот боевиков. В ближайшем селе имелся танк, пара БМП и зенитки. Вдобавок, дорога пересекала глубокий и узкий оросительный канал, перехваченный мостиком. Рвани мостик и все, кранты. Берега у канала бетонные и крутые. На транспортере его не переедешь. Бросать машины? Пешком далеко не уйдешь, прищучат еще быстрее. А помощи не будет, потому что взять её не откуда, и резервов у нового генерала, тоже не было. В полку всего двенадцать бронемашин, десантники ушли, батальон на БМП, тоже. На КАМАЗах, что ли помощь приедет? Дальше середины села, машины с поспешно собранным подкреплением из тыловых служб не пройдут, их просто подорвут. От непонятного замысла несло гибелью и кровью.
– Новый командующий с нами пойдет? – Комбат опять витиевато выругался – Командующий, с минометной батареей и в сопровождении роты спецназа,  пойдет по гребню ската, и будет наблюдать за нами сверху. А в случае надобности.. – Серов повысил голос переговаривая поднявшийся ропот – Будет минометным огнем поддерживать наше движение!
Все это, напоминало игру в оловянные солдатики. Генерал с самого начала вызывал неприязнь самоуверенностью и ухватками «нового» русского, рулившему группировкой как доставшимся по наследству автомобилем, за разбитые запчасти которого заплатит страховая контра, но никак не он, из собственного кармана. Но ведь люди, не игрушки!  Мат звучал хлестко и беспомощно. Но что они могли сделать, безликие  оловянные солдатики?   
Трофимов сидя в землянке ждал когда взводные рассядутся по местам и затушил сигарету  – Все пришли? Завтра спецоперация. Подготовить списки с оружием и адресами. Все, свободны. – Вдаваться в зловещие детали не имело смысла и Трофимов сердито поглядел на Хвощева. Родившийся ребенок мог стать сиротой значительно раньше отпущенного ему времени, и сердце дрогнуло – И вот еще что.. замполит, едешь вместо Хвощева. Все. – Подчиненные разошлись в задумчивости, ясно понимая что за немногословностью командира стоит какой-то подвох. 
Небо было чугунным, свинцовая тяжесть физически давила и думавший что навсегда избавился от страха, Трофимов с удивлением чувствовал как тревожный холодок превратился в ледяную руку сжавшую сердце. Три машины стояли у штаба батальона, приглушенно фыркали моторами. В люках виднелись нахохленные фигуры. Люди ничего не знали, но чуяли притаившуюся опасность. Резкий, пронзительный ветер забирался в каждую щель, похоронно выл в люках. Надо делать спокойное лицо и ждать начала свистопляски, там страх отступит.  Трусить будет некогда когда придется спасать собственные шкурки. Из кунга вылез повеселевший Серов – Отставить на сегодня! Погода нелетная, вертолетной поддержки не будет. – Лица оживились, Трофимов тоже немного повеселел. До завтра. Но завтра будет тоже самое, но это будет уже завтра.. Будь Колокольчиков на месте, он бы дисциплинированно выполнил приказ и кто знает что случилось бы, но Колпаков, начальник штаба полка, этот интеллигент в очках, отказался вести людей, как он некорректно выразился – на бессмысленную бойню. Щуплый подполковник в глаза назвал командующего авантюристом, и в штабе разразился безобразный скандал.  Сцена была некрасивой, генерал орал, грозил стереть в прах подполковника.   Но это было чудо, чудо что среди старших офицеров нашелся человек пожалевший людей, а не свою карьеру.

2

– Капитан Трофимов, вам завтра передать боеприпасы, будьте готовы к отъезду.
– Куда?! – хотя все давно знали что одну из рот должны направить на отдых, распоряжение прозвучало неожиданно. – Домой поедете – Серов поднял глаза с недовольством разглядывая капитана. – Надеюсь, больше не увидимся?
– Надеюсь..
– Тогда, как говориться, скатертью дорожка.  От батальона с вами поедет майор Черкасов..
– Миш, а ты куда уезжаешь? – встрял, недобро посверкивая глазами Боярченко – Остался бы с нами повоевать, ты еще медаль «За отвагу» не заработал!? – кунг затрясся от хохота. – Ты.. ты сам урод! Рот закрой! – взвизгнул комиссар и рванув дверь выскочил на улицу.
Взводные нетерпеливо ерзали и ротный понял – уже слышали. – Кто хочет остаться повоевать?
– Повоевать!? – в землянке наступила нехорошая тишина. – Как повоевать, мы же домой ехать должны?
– А, вы думали что все знаете? Нет Синяков, мы  уезжаем, но нужны добровольцы. Я передаю просьбу командования. Кто хочет остаться?
– Товарищ капитан, вы издеваетесь?
– Хвощев, я не издеваюсь и русским языком повторяю вопрос – кто из солдат, сержантов или офицеров хочет остаться, к утру подать мне списки. – Кто-то иронично хмыкнул, но ирония оказалась напрасной. По утру, Венцель стоял в землянке и неуверенно улыбаясь подал измусоленный, грязный список. Ротный как раз пил утренний чай и курил первую сигарету. Покосившись, показал пальцем  – Это, что?
– Список, товарищ капитан.
– Список, гм.. Саша, иди посмотри на придурков! – Замполит взял листок, вчитался в полтора десятка фамилий. – Сержант, всех сюда по очереди. И ты здесь?
– Так точно.. – сержант поднял вверх круглое лицо не желая встречаться взглядом с ротным. Трофимов выхватил листок и в первой строке нашел сержанта. – Ручку дай. – Густо вымарав фамилию, ротный передал список заместителю. – Если ты будешь брыкаться, спорить и ныть, я тебе лично забью кляп в рот и свяжу руки. И заброшу в машину. Сержант, молчи – Трофимов не кричал, не спорил пережидая бурный словесный поток. – Леша, иди и не спорь. Готовь взвод к смене.
– Есть.. – сержант обескуражено развернулся.
Рядовой Паха смотрел тупо, и если бы ротный не знал его, он бы не поверил что перед ним самый хитрый, и изворотливый солдат в роте. 
– Ну, чего уставился как баран? Отвечай! Поедешь домой или нет?
– Не поеду..
– Почему?
– Мне нравится здесь.. – Дергунов удивленно вскинул брови а ротный взял бойца за грудки – Я те покажу – нравиться! А если матушка твоя в часть припрется!? А она обязательно приедет! Поедешь, поедешь домой бестолочь!? – Трофимов тряс бойца и устав, дал пинка. – Последний раз спрашиваю..
– Нет!
– Пошел на хрен отсюда!
– Есть!   
– Получишь… – орал ротный в след, – ..орден святого ебукнтия с закруткой на спине! Кто там следующий, ко мне!
– Разрешите..
– Ох мать честная, смотри кто к нам пожаловал, Саша!? Женечка, ты какого рожна тут делаешь? Тебе же вера оружия в руки брать вообще не позволяла, а ты что творишь? – Робко улыбаясь, в землянке стоял грязный, все такой же румяный солдатик.
– Ну, Жень, поведай почему ты хочешь остаться? – ласково спросил замполит и солдатик застенчиво улыбнулся – Ну, привыкать потом, чего уж там.. – Трофимов схватил  солдата за шиворот и свирепо вытаращив глаза, зарычал – Убью на месте, придурок! Сейчас лопату побольше и марш новый толчок для взвода копать! Замполит, вычеркивай его из списка! Только вякни, ублюдок..
Список заметно сократился. Офицеры смотрели на оставшиеся фамилии. Трофимов брякнулся навзничь – Что делать будем? У меня уже нога болит наставлять их на путь истинный!  – Замполит невозмутимо курил пуская дым колечками – Ну их нафиг, командир. Ну если хотят, что поделаешь? Док, а ты что скажешь? – Док лежал грустно подперев голову кулаком и до этого не проронил ни слова. Уныло пожал плечами – Может быть ты и прав, но ты бы их видел раньше, под огнем. Ведь ссались как обезьяны! Командир прав, просто не зацепило никого, вот они и поверили что им ничего никогда не будет. Я так думаю. А ехать или нет, это им решать.
Трофимов помолчал. Сел. – А в самом деле.. чего это я раскудахтался? Ты то сам, как, едешь с нами или нет? Сорок пять суток командировки закончились!
– Не отпускают меня, командир. Так что без меня гуляйте. – Еще не отпускали водителей, наводчиков бронемашин и конечно же, старшину. Ну как штаб мог обходиться без этого деятеля? С тех пор как отвяли от Трофимова, все шишки и тычки щедро посыпались на него, отчего старшина приобрел вид гордый, независимый и злой. Сейчас старшина расстроено смолил у печки, сплевывал в мусор, припивал сверхкрепкий, собственной заварки чай и расстроено бурчал в редкую и клочковатую рыжую бородку – Ну и хрен с ними, ну и не поеду.. я все равно не хотел ехать.. Командир, ты там зайди к моим, скажи что все хорошо!? – жалобно попросил Юрка. 
– Скажу Юр, скажу – участливо поддакивал Трофимов. – А в штабе еще не знают про склад? – Старшина боязливо поежился – Нет еще. Оно может и к лучшему, что не еду, а то бы передавать все пришлось.
– Ничего старшина – Док слез с топчана, по братски обнял щуплого «сверчка» – Вместе всегда веселее. А много не хватает-то?
– Уу.. – в изнеможении  закрыл глаза старшина и ротный сочувственно выругался. В этом случае было непонятно, кого больше жаль.               

3

Новенькие бэтээры в грязи и маскировочных разводах один за другим мягко переваливались на ухабах.  Генерал не обманул. Шестая рота пришла на новеньких машинах, полк получил свой десяток бэтээров. Из верхних люков выглядывали испуганные глаза. После базы, где остались уютные заправленные кровати, столовая и туалет – все здесь казалось диким. Непролазная грязища, свинцовое серое небо, дымящиеся трубы землянок торчащие из земли, разбитые и сожженные остовы машин, грязные, всклоченные люди в  шапочках и замызганной насмерть форме в которой не отличить солдата от офицера. И гул, тяжкий смертельный гул со стороны Грозного в черной шапке пожарища. Что там говорить, солдаты выглядели удрученно. С тревожным беспокойством строились возле вставших машин. С черным, заляпанным грязью лицом  Каретников подравнял бойцов. – Смирно! – разнеслась подзабытая команда. Шестая замерла напряженно вытянув шеи. Каретников лихо крутанулся на грязи и нелепо печатая шаг подошел к замкомандира части. Начальник штаба от командования отстранен и ожидал отправки в часть. Подполковник Лапин снисходительно выслушал, и после официального доклада пожал руку. Потянулись другие офицеры с обычными в таких случаях расспросами. – Домой, домой, домой, еду к маме дорогой... – билась как заевшая пластинка где-то услышанная песенка, хотя и дома-то как такового  не было. Так, пара комнат в общаге.
– Отойдем. – Попыхивая сигареткой Каретников кивнул головой. Насторожившись, Трофимов отошел. – У твоего взводного умерла теща.
– Угу – Трофимов уже слышал про это, и открывать взводному глаза не собирался. Чем позже он об этом узнает, чем лучше. В таких случаях всегда найдется доброхот – А ты че? – спросит сочувственно сморщив рожу – Разве не знаешь что у тебя тещу убили?  – И будет жадно смотреть как изменится лицо, и что он станет делать. Новость довольно неприятная и кто его знает, как поведет себя лейтенант?
– На ночь куда пойдешь? – Ротный шесть неопределенно пожал плечами – Хрен его знает.
– Приходи  ко мне ночевать, у меня места много и тепло, вспрыснем.