Трещина

— Мы были с ним вместе, бок о бок…— Мститель уперся невидящим взглядом в угол стола. Пальцы стиснули ручку кружку с темным элем. — С тех пор как встретились в Гладио… Я шел с юга, он с севера.
— В Гладио пересекаются все пути,— вздохнул Коневод. Мститель его не услышал. Его история, происшедшая много лет назад, неудержимо рвалась наружу. Эль развязал язык.
— Мы встретились во время операции против лизардменов.
Кто-то из слушателей усмехнулся. Конфликт лизардменов с западных холмов и Гладио был вечен. Лизардмены никогда не смогли бы захватить город, а Гладио всегда не хватало сил, чтобы уничтожить угрозу.
— Всегда вместе, бок о бок… И на задания мы ходили вместе, все делили поровну… Пока не решили сделать клан. Свой, собственный. Чтобы не зависеть от милости великих.
Мститель покрутил свой клановый значок.
— И… Ну, в общем, мы никак не могли решить, что будет клан-лидером. Знаний и умений хватало у обоих…. Силы были равны..
— И что решили? — высунулся вперед молодой белобрысый шпильман, с открытым ртом ловящий каждое слово. Мститель посмотрел на него отсутствующим взглядом.
— В общем, мы были пьяны… Что мы отмечали, я не помню.. И решили, что два клана лучше чем один. И как были, пьяные и веселые, пошли регистрировать. И, дураки, радовались…
Мститель замолчал. Он смотрел в пространство, мысли его блуждали где-то далеко. Коневод глянул на молодого сородича и кивнул на кружку мстителя. Тот понятливо подхватил кувшин и наполнил кружку до краев. Пена потекла по темной глине, коснулась пальцев мстителя и тот очнулся.
— Что было дальше? — жадно спросил шпильман.
— Дальше?- невеселая усмешка появилась на губах мстителя. — Ничего хорошего… Сначала мы, как дети, радовались новой игрушке. У нас даже символы были одинаковые. Но с обратными цветами. Радовались успехам друг друга… А потом…— он покачал головой. — Мой друг был Рыцарем Шилиен… Это очень специфический народ.
— Темный,— презрительно прошептал шпильман и тут же получил по шее от коневода.
— Темный… Мы развивали кланы параллельно, но… неравномерно. И неожиданно оказалось, что мы завидуем друг другу. Я завидовал его умению быть хорошим для всех бойцов своего клана. Он завидовал моему умению управляться с деньгами… Они были веселые, но нищие, мы — богатые, но… Чего-то не хватало. Зависть… — мститель скривил губы. Он был пьян, и ему все было все равно. Он рассказывал не другим, а просто пространству.- Зависть — это трещина в дружбе. Вот! —Он стукнул кружкой об угол стола и черная змеящаяся трещина пересекла темную глину сверху донизу.. На ней сразу же появились капельки. Мститель запрокинул голову и вылил остатки эля в рот. Проглотив, утер губы рукавом и печально хмыкнул. — Кружка осталась. Но она потеряла смысл. В нее больше никто никогда ничего не нальет. Так и в дружбе. Трещина, сквозь которую ушла вода. Чем дальше — тем больше мы расходились. Мы стали злыми и ехидными, не пропуская ни единой ошибки соперника, хотя продолжали мило улыбаться друг другу при встрече.
Коневод нервно вздохнул. Видимо, у него была похожая история.
Мститель снова надолго замолчал, потом встряхнулся, и глаза его стали холодными и трезвыми.
— А потом он объявил мне войну,— холодно и четко сказал он.
Шпильман вытаращил глаза, коневод коротко, понимающе, кивнул головой.
— Мы понимали,— продолжил мститель,— что в битве мы положим цвет наших кланов. Но…И я предложил ему поединок. Он согласился.
Мститель снова криво усмехнулся, глядя в пространство.
— Мы были равны по силам. Полностью. И договорились драться без бафов и умений. Одинаковым оружием. В одинаковых доспехах. Все зависело от личного умения… И удачи… За ним стоял его клан. За мной мой… И я знал, что если я погибну, все мое дело пойдет прахом. А значит и жил я зря.
— Друг… Или дело всей жизни…— Коневод покачал головой.
Мститель кивнул. И снова замолчал. Молчали все.
Шпильман долго ждал, потом решился:
— И чем закончилось все?
Мститель коротко глянул на него ледяными и мертвыми глазами. От этого взгляда шпильману захотелось убраться отсюда куда подальше.
— Чем? — мститель заправил за ухо прядь седых волос. — Я его убил…. И сам умер там.