Вальс

It’s my favorite sad story
forget me not….
R.Williams «Flowers»


Я рыдал на кухне, положив голову на руки, как последний дикарь с гавайским желтым цветком за левым ухом. Потом, понимая что надо, встал, поковырял ножом за левым глазом и вытряс гнилые шестерни из зависшей головы. Только после этого начал смутно осознавать: вещи собраны, стоит позвонить квартирной хозяйке, но перед этим набираю другой номер, называю время и место. Почти облегчение сочится из телефонной трубки навстречу: «Наконец-то ты одумался». «Ничего похожего», - скрежещут сколопендры боли, поселившиеся в моем формальдегидном нутре. – «Конечно же, нет. Как вы могли подумать».
Но сегодня я уже ни на что не годен. Приготовьте мне спокойную комнату и плотную дозу. Я все решил и теперь нужно немного забыться, бездействие и пустота времени могут уничтожить меня раньше, чем нужно, как фарфоровую куклу – стоит попробовать обмануть их химическим способом.
Квартирная хозяйка попыталась изругать меня, но по проводам к ней стало поступать столь густое молчание, полное холодного отчаяния усталого потрошителя, что она поняла всю бесполезность споров, но все-таки спустилась проверить состояние пустеющих помещений. Все на местах. Мои ответы односложны. Хочется послать ее невероятно далеко, но я так измучен, что матерщина застревает в горле, подобно бесполезному песку. Засорившиеся песочные часы.
Беру вещи, выхожу на улицу: нужно уйти как можно дальше от этого места, уже приучаю себя к мысли, что живший там, в опустевших комнатах, спавший на остывающих простынях человек, умирает с каждым новым шагом все невозвратимей, его нет: зеркала забывают отражения, предметы утрачивают тени и запахи, позади – ничто, мемориальная хирургия, гангрена памяти.
Я должен свыкнуться с мыслью, что стена, встающая позади меня, идеально непроницаема, но прошлое никогда не отпустит меня, оно будет жить там, за стеклянной преградой, бесстыдно и жестоко показывая мне себя, высасывая жизнь и разум капля за каплей, пока я не опустею, до состояния высохшей хитиновой оболочки. Уличный шум не отвлекает – ощущаю лишь невыносимое молчание, скопившиеся в горле тяжелым комом, и мешающее сглатывать и дышать. Слезы вытекают из-под огромных темных очков:
- Я люблю Тебя. И всегда буду, понимаешь? – говорю это вслух, и прохожие оборачиваются и смотрят, забрасывают гнилыми взглядами, двигаясь мимо. Мне все равно. Сажусь на землю, бросив вещи, и, закрыв лицо руками, раскачиваюсь от невыносимости Твоего отсутствия, - Ты далеко, с кем-то другим стремительно забываешь меня, пока подкожные сколопендры, скрепя ржавыми жвалами, пожирают меня во имя Твоё.

Они нашли меня – ждали у сквера, как договорились, но потом, вооруженные опытом, двинулись на поиски. И вот что странно: уже никто не оборачивался, пока двое плечистых резко поднимали меня и мои вещи с земли, вели по улице и запихивали в машину. Сжавшись в углу на заднем сиденье, я продолжал истерически рыдать, размазывая по лицу черные косметические полосы. По приезде, меня отвели в приготовленную комнату – почти пустую, не считая наглухо занавешенного окна, толстого ковра, дивана и торшера – именно такую, как я хотел. Сумки бросил на пол.
Несколько минут спустя, зашел человек, неприметный и бесшумный, -единственное, что я запомнил, это то, что мне он показался азиатом.

<основная часть текста изъята из публичного доступа>

Раскинув руки, точно распятый, я стоял посередине зала, убранного с аляповатой роскошью, присосавшись стигматами к лицам двух незадачливых вышибал, потом отбросил их, втянув языки и, улыбаясь бессмысленной улыбкой, двинулся к хозяйке борделя, никак не попадающей по кнопке сигнализации. «Правда, я тебе нравлюсь?» - говоря, я крепко обнял ее, прижимая к своему обнаженному телу затянутые к красивый корсет мощи.
Могильный запах потек по комнатам здания, пока я путешествовал из одной комнаты в другую не делая разницы между шлюхами, не побоюсь этого слова, всех полов и их клиентами, полагая, что оказываю услугу и тем и другим.
Вымазанный кровью, с ароматной, ядовитей слюной, каплющей из наконец-то накормленных стигматов, я вышел в ночь и пошел по почти пустынному проспекту….

Я намеревался забрать свои вещи и снять другую квартиру….

08.05.08.