20 дней счастья

Начнем, с 1 июля 2006 года. В этот день я приехала в санаторий. Там… Да именно там я встретила его! Он был не очень красив собой.
В скором времени мы начали общаться, и я узнала его имя. Он мне понравился. Он надо мною просто прикалывался (пел песню, в которой указывалось моё имя), а мне это не нравилось. Сначала я просто не обращала внимания, но потом стало надоедать. Однажды я не выдержала и начала затыкать ему рот, мне так понравилось.
В начале заезда, я со всеми общалась нормально, но потом я не могла с ними говорить «на одном языке». И они стали на меня обижаться, злиться. Я им часто отвечала грубо. Но иногда я им рассказывала, кто мне нравится, как я к кому отношусь.
В середине заезда они мне начали мстить. Этого я очень даже не ожидала. Они начали общаться с ним. Хотя до того как они узнали, что он мне нравится, они с ним вообще не хотели общаться. Но, а после этого они начали с ним флиртовать. Вечером следующего дня он пригласил одну из них на медленный танец.
Тогда я знала, что я ему нравлюсь, но почему позже я ему разонравилась? Я не знала.
Однажды, у нас в санатории была игра. В этой игре пацаны рассказывали, какие девочки им нравятся, и он участвовал тоже.
После этой игры я поняла, почему ему разонравилась. Потому, что в начале заезда я была скромная. Была скромная потому, что стеснялась. Стеснялась многих и многое. Позже стеснение прошло. Я стала более открытой, более разговорчивой, более азартной вообще, совсем другой. Во время игры он сказал, что ему нравятся скромные. В тот момент я стала считать себя такой дурой, что стала такой.
Я начинала понимать, что он мне нравится больше всех, и стала вести себя скромнее. Вечером, этого дня он пару раз меня обнял. Наконец то, я этого дождалась. Одним чудесным днём мы играли в карты на желание. Я ему проиграла. Его желанием было, чтобы я его поцеловала в губы.
Я не знала тогда сделать мне это или нет. Сейчас бы я - это сделала. Тогда мне тоже очень хотелось это сделать, но я не могла. Что-то меня держало. Не давало мне это сделать. Может даже гордость.
В один день, когда он в очередной раз пел мне свою песенку, я очень сильно разозлилась, и ударила его по голове. Мне стало его очень жалко. Меня порадовало то, что он оказался настоящим пацаном и не дал мне сдачи. Я снова считала себя дурой.
Он на меня обиделся и не разговаривал со мною весь день. Вечером мне очень хотелось, чтобы он пришёл ко мне в комнату. Утром следующего дня он со своим другом (к которому я испытывала симпатии) закрылся со мною в одной комнате. Они достали карты и спросили у меня, умею ли я гадать. Я сказала, что да. Он дал мне карты, и я ему начала гадать. Надо было загадать имя противоположного пола. Он загадал моё имя. Когда они в моём блокноте читали значения карт, они так сильно смеялись, и я смеялась вместе с ними!
Вечером, на концерте он играл на аккордеоне. Он так хорошо играл. Чего, чего, но этого я от него не ожидала.
  Оставалось пять дней до конца смены. Мне очень хотелось умножить эти дни. Хотелось продлить то время, в течение которого, я находилась с ним в одном здании. То время, в котором я могла видеть его каждый день. Но, увы, это было невозможно.
Какое то время мне нравился его друг. Но я уже тогда понимала, что его друга буду вспоминать долго, но любить его просто не смогу. Его друг, когда узнал, что он мне симпатичен, он перестал обращать на меня внимание.
Так и пролетело еще три дня. Оставалось два дня до разлуки. Многих, номера телефонов у меня были, а номера любимого не было. Я не знала, как к нему подойти, не могла набраться смелости. Но спросить номер было надо. Я не понимала, почему я у других могу спросить номер, а у него не могу. Не знаю, чего боюсь, может даже отказа. Мне уже сны снились, как будто я у него номер спрашиваю. Я везде таскала свой блокнот. И на последней дискотеке в «мире», за барной стойкой, я набралась смелости и спросила номер!
Я считала его самым, самым. Мне так хотелось его поцеловать. Почему-то именно его, а не его друга и не кого-либо другого.
Мне не хотелось оттуда уезжать, потому что я боялась, что больше его не увижу. В последний день он играл в карты, а я просто смотрела. Когда он проиграл, желание окружающих было, чтобы он меня поцеловал в щёчку три раза. Он поцеловал! Вечером этого дня девочки сказали мне, что спрашивали у него: «Нравлюсь ли я ему?»,- он ответил положительно.
В последний день, когда прощались, я уже со всеми обнялась, а к нему не могла подойти. Нас забирали в одно мгновение. Я в след ему крикнула, назвав его по имени, он обернулся, остановился, я подбежала к нему и мы обнялись. Мы долго стояли в обнимку. Потом разошлись.
Идя домой, я не могла успокоиться у меня ручьем текли слёзы. Я не могла поверить в то, что мы расстались, что мы может, больше не увидимся. Что какие-то двадцать дней смогут так изменить мою жизнь. Мне не хотелось его отпускать, мне не хотелось с ним расставаться. Я уже тогда понимала: «Кого-то я забуду, но его я забыть не смогу. Не смогу забыть потому, что каждый его взгляд, каждый миг, когда я находилась с ним, было для меня счастьем. Это были такие чувства, которые ни словами, ни эмоциями, ни чем не передашь, но они были!
P.S.В этом санатории я многое поняла. Я поняла, что не надо быть слишком гордой. Я поняла, что никому доверять нельзя и что думать только о себе невозможно. Я поняла, внешняя красота – это слишком мало, человек должен быть красив душой. Я поняла что, оставаясь собой жить легче, чем играя чужую роль.
Апрель.