Стена

В квартале от нашего дома снесли здание старой постройки. Чтобы с улицы не было видно развороченного хлама, решили какое-то время не сносить глухую стену, обращенную в сторону улицы. Она как бы играла роль временного забора. Стена была толстая, но рыхлая, ветхая, штукатурка с нее так и сыпалась. В высоту она была метров шесть, а в длину – десять. Под ней находился развороченный подвал, заваленный кусками бетона, битым кирпичом и торчащей во все стороны арматурой. На высоте примерно четырех метров вдоль всей стены проходил узенький бордюрчик из кирпича, местами прерывающийся. Вероятно, на него раньше опиралось перекрытие. К бордюрчику можно было подобраться с двух сторон по остаткам примыкающих к стене поперечных стен, которые не до конца разрушили, чтобы они не давали стене упасть. Кому из мальчишек пришла первому в голову мысль испытать себя на смелость и пройти по этому бордюрчику, никто не знал, но весть эта моментально облетела все окрестности, и вереницы ребятни потянулись к стене. Кто отказывался пройти по бордюру, считался трусом и всячески игнорировался и презирался в своей компании. Некоторые проходили по нему несколько раз. Я, со своим дружком по подъезду, тоже решил пройти «испытание на смелость». Несмотря на страх, очень хотелось испытать острые ощущения. Первым, буквально распластавшись вдоль стены, прильнув к ней, двинулся мелкими шажками мой дружок. Следом за ним, в точности повторяя его движения, двинулся я. Раствор, покрывающий кирпичи бордюрчика, крошился под ногами, делая площадь опоры еще более ненадежной. До верхнего края стены руки не доставали, приходилось цепляться за малейшие выступы, неровности, за гвозди, кое-где торчащие из стены, но, понадеявшись на них, я чуть было не сорвался вниз, так как все они легко вытаскивались из стены. Был один самый сложный участок, где разрыв в бордюре достигал полметра, и на стене не за что было ухватиться, кроме длинного ржавого гвоздя, который надо было давить вниз, чтобы не выпал. Назад пути не было, двигаться в обратном направлении очень несподручно, да и означало бы это, что струсил. Если уж пошел, то пошел, даже если это может привести к печальным последствиям. Вниз старался не смотреть. Страшила не столько высота, сколько камни и арматура. Падать бы пришлось спиной назад. О плохом старался не думать. Даже если бы меня никто не осудил за отказ пройти по бордюру, мне все равно надо было доказать самому себе, что я способен на это. Когда мы, наконец, добрались до спасительного пятачка в конце стены и перевели дух, захотелось кричать всем, что мы это сделали. Несколько дней спустя какой-то мальчик все же сорвался со стены, сломал ногу, повредил позвоночник. После этого стену срочно снесли.