Памяти археолога

Семенов Александр Ильич был археологом. Этот бескорыстный человек, ходил в резиновых сапогах и был всегда «в борьбе» с бюрократами, по поводу раскопок очередного археологического кургана, для нахождения и спасения исторических находок. Семенов, по словам мужа, был один из хороших, страстных археологов России. Он мог доказать, почти всем, что археологические находки очень важны для истории Национальной культуры в любой стране. Люди далекие от этого, и непонимающие его энтузиазма «постоянно мешали» ему, и ему подобным археологам. (Потому что трудно понять то, от чего ты далек. Например, математику – археолога.)

Но то, что археологи, также, любят свое дело, как и другие профессионалы – это я сразу поняла. Если этим людям удается "выбить" какие-то деньги, то они очень стараются и вкладывают всю свою энергию - в работу. Мой муж познакомился с Семеновым в 1976, в городе Волгодонске, когда он был директором краеведческого музея. Семенов А.И. пришел к мужу летом, поздно вечером, как всегда в резиновых сапогах, пахнущих сильно потом. В таких сапогах он был и при нашем знакомстве.

Мне всегда казалось, что этот человек находится на грани человеческих возможностей, по использованию своих сил. Он был постоянно в разъездах, чтобы найти археологическую сенсацию. Он всегда детально описывал свои раскопки в отчетах и газетах города, области. Я имела возможность встретить этого человека два раза в моей жизни. Об этом я и хочу рассказать. Но, вначале, я хочу рассказать о мужской дружбе.

Но в том, 1976 году Семенов вошел в краеведческий музей очень усталым, и сразу сказал: «Виктор, ты должен мне помочь. Я тут один. Если ты мне не поможешь, то мы (Россия) никогда в жизни не увидим находки из археологического кургана, где начинает строиться атомное предприятие. Ты должен мне помочь, но я не смогу тебе много заплатить. Я заплачу тебе столько, сколько смогу. Но поверь, это очень важно искать археологические находки и входить в историю пешком». Семенов заплатил мужу 60 рублей. Они раскапывали   археологический курган две недели, не покидая этого места ни днем, ни ночью.

Они нашли захоронение. Предположительно, оно относилось к 10-11 столетию. В захоронении находился скелет воина и одной женщины. Воин был примерно два метра роста и был захоронен с мечом. Около него, находился скелет женщины, без ступней. Есть легенды, где говорится, что в то время хоронили рабынь (без ступней), чтобы они не «убежали». Рядом со скелетом женщины находилось круглое, полированное, медное зеркальце. Кстати, о таких зеркальцах; таких зеркал всего четыре в Мире. Два из них нашел Семенов. Эти зеркала находятся, в настоящее время, в Эрмитаже, в С.Петербурге.

С 1976 года Семенов поддерживал отношения с моим мужем. Мой муж краевед-любитель. Он много лет вел кружок экологии в городе Волгодонске. Он очень часто ходил в походы, с детьми школьного возраста и вел с ними научную работу по экологии. Эти работы они защищали в городе Ростове, на конкурсе учебно-исследовательских экологических проектов «Вода на земле».

Когда Семенов был в Ростовской области, то он появлялся и в Волгодонске, а порой, и у нас в семье. Муж и Семенов говорили часто о мергелевых блоках крепости Саркел-Белая-Вежа. Эти блоки их очень интересовали, потому что они находятся на большой высоте, над уровнем моря, а когда блоки осыпаются, то их находят местные жители и растаскивают. А место таких блоков - только в музеях.

Это долг современного поколения - СОХРАНЯТЬ ИСТОРИЧЕСКУЮ РЕЛИКВИЮ - для наших потомков. Крепость Саркел был средневековым торговым пунктом на Дону. При строительстве Цимлянского моря эта крепость ушла на дно. Есть предположения, что то, что находится высоко над морем - это ВСЕ относится к крепости Саркел-Белая-Вежа. А потому, что АРХЕОЛОГИЯ - деньгами всегда бедная, то очевидно, что познания в этой области собираются по крупицам.

А если кто-то (как Семенов) и НАХОДИТСЯ, и действительно "хочет копать", то ВОЗНИКАЮТ сразу осложнения. На «профессиональные раскопки», и "большие деньги государства" – рассчитывать не приходится. Больших денег – всегда нет. Таким образом, такие как Семенов, сидят днем и ночью с кисточкой и чистят сами, со своими друзьями, Государственную находку, и при этом, их еще постоянно подозревают, что они что-то нашли и утаили. Такие подозрения наводят тень на археологов, а могут и стать опасным для жизни моментом.

Я уж и не помню точной даты, и при каких обстоятельствах мы познакомились с Семеновым, но я помню, что наша встреча была короткой. Второй раз мы встретились в 1997, за день до моего дня рождения. Он пришел, как всегда, поздно вечером. Мы ужинали, вдруг Семенов сказал: «Люди, у меня есть историческая, золотая монета. Ей нет цены». «Ого», сказала я «покажи-ка свою драгоценную монету. Я никогда не видела такого исторического чуда». Семенов достал из кармана маленькую, грязную, старую монетку (размером в две копейки).

«О», сказала я, «а ты уверен, что она действительно бесценна?» Потому, что я таких вещей никогда не видела, эта монета меня совсем не убедила в своей красоте и ценности. Для меня золото – это то золото, которое я ношу в качестве украшения. Он рассказал нам, что он, "таких монет сдал много в Эрмитаж".

Потом, мой муж рассказал Семенову, что он видел один меловой, мергелевский блок. Очевидно, с «хазарским» изображением, в селе «Хорошевское». А это было для Семенова как раз то, что для быка - красный платок. Для археолога найти такой блок, это все равно, что простому смертному – найти золотой клад.

На следующий день, (в день моего 50-го рождения), в 6 часов утра, я - мужиков уже не видала. Я их и не слышала, при их завтраке. Естественно, что я была озабочена; вернуться ли они "вовремя домой". Все гости - были приглашены на 7 часов вечера. К тому же, в этот день – я получила водительские права. Для меня - этот день - был двойным праздником.

Как и ожидалось – мужики, к назначенному времени - не пришли. Мой день рождения - был испорчен. Дети и родня задавала множество вопросов, а я, от страха (что-ли), то и дело – почему-то, без всяких причин, начинала плакать. Гости быстро покинули наш дом, а в 12 часов ночи - мужики появились с цветами. Этот мергелевый блок с изображением - они действительно нашли, а после этого им захотелось найти еще несколько таких же, и они – стали снова копать – и искать их. Не буду описывать, что я сказала по этому поводу – это вы можете и сами догадаться. На другой день Семенов покинул наш город.

После отъезда выяснилось, что Семенов дал мужу деньги на два мешка цемента: чтобы он смог закрепить найденный мергелевый блок (чтобы он не сорвался, или его не разрушили). Работа оказалась не легкой: надо было найти цемент и помощников, кто бы мог носить в гору воду. Таких помощников не нашлось, все хотели оплаты. На место работы (и назад домой) отвез мужа, и наших детей - Сизенов Юрий Федорович, давний друг мужа и Семенова и краевед-любитель. Работа оказалась тяжелой, все трое (муж и наши дети) пришли домой очень усталыми.

В конце августа 1997 году муж поехал, еще раз (перед нашим отъездом в Германию) посмотреть, как сохранился этот мергелевый блок с изображением, но приехал домой страшно огорчен: этого блока - не было на прежнем месте. Время, для выяснения: куда делся этот блок? – у нас не было. Я успокаивала мужа, и говорила ему, что этот блок - наверняка найдется. Потому что, об этом блоке, знали не многие люди. Муж звонил своим знакомым и спрашивал о нем. Но Сизенов Ю.Ф. сразу сказал: «Этот блок - мне не нужен». По всем моим расчетам – его изъять мог только Семенов. Тем более что муж ему сам предложил: выкопать и сдать этот мергелевый блок в «Цимлянский краеведческий музей». И через несколько дней мы уехали в Германию.


В феврале 2008 года мы получили сообщение из нашего города, что археолог Семенов с 2000 года объявлен «безвести пропавшим». Есть версия, которая предполагает, что он «стал жертвой своих раскопок». По словам мужа: он часто находился на юге России, был в Чечне или Кабардино-Балкарии.

Есть слухи, что Семенов видел взрыв дома в Волгодонске, который был взорван террористами, и даже снял его на пленку. Но я в это не верю! Для этого надо быть в нужное время, в нужном месте. А как раз это-то Семенову всегда не удавалось. Он был человеком спонтанным. Он никогда не появлялся тогда, когда он обещал. У него это просто не получалось, ему всегда мешали какие-то обстоятельства. Он бы это просто не смог сделать, даже если бы ему за это пообещали золотую коврижку.

Очень жаль, что люди погибают. Но это – просто катастрофа, если люди становятся жертвой из-за преданности к своей работе.

Муж попросил человека, (который интересовался Семеновым, в феврале 2008) узнать: есть ли мергелевый блок, с хазарской символикой, в краеведческом музее города Цимлянска?

Оказалось, что «наш, мергелевый блок» давно уже на нужном месте, в музее города Цимлянска. И сдал его туда Семенов, в конце августа 1997 году. Почему он нам об этом не сообщил, мы этого и не узнаем. Но это и не важно. Важно, только то, что археолог Семенов - всегда относился очень ответственно к своим обязанностям. Так поступил он и в этом случае. 


Рецензии