Фофан и золушка Продолжение следует

Глава 1

Дождь лил как из ведра, а она все бежала гонимая страхом, боясь оглянуться назад и  увидеть свою смерть, которая  возникла перед ней совсем неожиданно прямо из-за угла, как будто выскочила из-под земли или напротив притаилась здесь  и ждала не один час.
Голодная и злая она стремительно набросилась на Свету и стала душить ее своими мерзкими холодными руками.
Света пыталась вырваться из ее стальных объятий. Задыхаясь от удушья, она боролась из последних сил за свою жизнь, оставляя кровавые следы на руках и лице убийцы.
Оставалось всего несколько секунд, мгновений до того момента, как руки убийцы сомкнуться стальным обручем на ее хрупкой и беззащитной шее, и Света издаст  последний, пронзительный, прощальный  крик в своей жизни.
Но произошло чудо, и этот крик издала не она, а тот, кто только что пытался ее убить.
 Руки убийцы, которые почти достигли своей цели, вцепившись мертвой хваткой в Свету, в одно мгновение обмякли и освободили ее хрупкую шейку из железных оков, а  тело его рухнуло на землю, и в кромешной темноте раздался  душераздирающий крик.
Света вскочила и, не оглядываясь, побежала от этого страшного зловещего места, абсолютно не осознавая, куда и зачем бежит.
Очнулась она в каком-то полутемном переулке.
 Одинокий фонарь слегка освещал улицу, давая хоть какую-то возможность запоздавшим людям найти дорогу к своему дому.
Света с опаской оглянулась по сторонам и, убедившись, что ее никто не преследует, обессиленная и измученная присела на крылечке у какого-то здания.
Идти домой она боялась, да собственно и не представляла, как сможет добраться  в столь поздний час.
 Было уже давно за полночь. Городской транспорт отдыхал,  вызвать такси не было возможности, так как телефон был в сумочке, в суматохе оставленной на месте происшествия. Оставалось одно, найти где-нибудь укромное местечко и притаиться там до рассвета.
Света с опаской огляделась вокруг с надеждой хоть как-то сориентироваться и хотя бы приблизительно определить, где она находиться.
Подняв голову, она с трудом прочла вывеску на здании, и слабая улыбка мелькнула на ее губах.
- Надо же куда меня занесло, - с досадой и одновременно с облегчением прошептала она.
- Главное теперь я хотя бы представляю, где сейчас нахожусь. Надеюсь, что в этом захолустном городишке только один магазин для рыбаков и как только рассветет, я без труда доберусь до дома, - думала она, лихорадочно вспоминая в каком районе города находится  магазин и пытаясь при этом согреться.
 Но мокрая одежда, так омерзительно прилипшая к телу, сковала ее ледяным холодом, от которого зубы  стали  выбивать чечетку, и Свете казалось, что их барабанная дробь способна поднять по тревоге мирно посапывающее население ближайших домов.
Усилием воли она стиснула зубы и тут же вздрогнула от осторожного, слабого скрипа двери.
Сердце  бешено забилось, страх сковал все тело, она боялась не только оглянуться назад, но даже пошевелиться.
 От  мысли, что ей так и не удалось скрыться от убийцы и его холодные, цепкие руки вот-вот вцепятся в нее, все поплыло вокруг, и она потеряла сознание.
Очнулась от приятного, сладостного аромата запахов, наполнивших до пресыщения окружающий воздух.
Долго лежала не шевелясь, боясь привлечь к себе внимание. Но любопытство взяло верх,  она слегка приоткрыла глаза  и в то же мгновение закрыла их с такой силой, что от напряжения выступили слезы.
Хватая ртом воздух и задыхаясь от удушья, прошептала:
- Кто Вы?
- Фофан, - ласково ответило рыжее чучело, которое только что увидела Света.
- Фофан? – переспросила Света и с опаской приоткрыла глаза.
Через минуту она уже позабыла обо всех своих страхах и, не отрываясь с милой улыбкой, смотрела на рыжее чудо.
Худощавый мальчишка, сплошь усеянный  конопушками, с рыжей шевелюрой свалявшихся, давно не чесаных волос,  с изумительными, излучающими тепло и радость глазами, не мигая, смотрел на нее. При этом он беспрерывно помахивал рукой, разгоняя  клубившийся  над огромной кастрюлей ароматный густой пар.
Кастрюля стояла на раскаленной плитке, и в тишине  было слышно монотонное бульканье волшебного настоя.
 Света с удовольствием вдыхала раздувшими от ароматов ноздрями целительный воздух, по телу приятной истомой одна за другой прокатились волны тепла и нежности, которые захлестнули ее сознание, омыли душу и согрели сердце.
Ей казалось, что на нее смотрит до боли знакомый и родной человек.  В его глазах было что-то такое, что заставило ее, напрячь все свои силы и попытаться найти в потаенных уголках своей памяти воспоминание  об этих лучезарных глазах.
Она закрыла глаза и увидела где-то там глубоко в подсознании в кромешной тьме из далекого детства глаза своего отца.
- Странно, но этого не может быть, просто потому что не может быть и все тут, - произнесла она вслух.
- Почему не может быть. Я действительно Фофан, - ответило  рыжее чучело, и, растянув во весь рот белозубую улыбку, добавило:
 - Так меня женщины прозвали. Вообще-то я Петя, но мне действительно понравилось мое новое имя Фофан и я с удовольствием ношу его.
- За что они тебя так?
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, обозвали Фофаном. Ты хотя бы представляешь, что означает это слово?
- Не совсем уж я такой глупый как ты себе представляешь, -  без намека на обиду и с   чертовщинкой в глазах, ответил Фофан.  – Имя мне это присвоила директриса магазина Маргарита Петровна, довольно загадочная женщина, я тебе скажу. Все остальные с удовольствием подхватили, хотя вот они то вряд ли себе представляют, что означает это слово. А вот директриса довольно начитанная и грамотная женщина и прозвала меня так совсем не спроста.   Скорее всего, я кого-то ей напоминаю, а возможно даже играю какую-то пока мне неизвестную роль в ее жизни.
- Ты что здесь находишься ночью для того, чтобы разгадать эту тайну.
- Не совсем так. Видишь ли, я здесь работаю сторожем.
- Что? – рассмеялась Света. - Ты и сторож? Разве детей можно нанимать на такую работу?
- Я рад, что твои страхи позади и ты, наконец, открыла свое сердце для радости и смеха.  Твое невольное проявление взрыва веселого расположения духа, хотя и отзывается скрытым плачем,  все-таки дает надежду на то, что мы с тобой подружимся. А что касается возраста, так мне уже стукнуло двадцать три года, – рассудительно ответил Фофан, без тени намека на сарказм и иронию.
Смутившись от такого красноречия, Света замолчала, продолжая пристально вглядываться в глаза странного незнакомца, надеясь найти в них ответ.
Чертовщинка исчезла из его загадочных глаз, и голубые глаза Светы растворились в  добрых, мудрых не по возрасту и как ей показалось влюбленных в нее глазах Фофана.
Света растерялась и перевела  свой взгляд на его лицо, чтобы вновь увидеть смешного и конопатого мальчишку, но мимика его лица, так же как и сказанные слова, искусно передавали состояние его души и раскрывали перед ней свои чувства.
Глаза, слова, мимика лица все говорило о его умственном и нравственном совершенстве, но вместо того, чтобы сказать ему, как он не по годам мудр, Света выпалила вгорячах:
- Что ты несешь? У тебя с головой все в порядке? Вместо того, чтобы шокировать меня своими высказываниями лучше бы потрудился и причесал свою гриву.
- Вот это да! – воскликнул Фофан. Ты окончательно растопила мое сердце. Если тебе не безразлична моя грива, значит, придет то время, когда тебе захочется ее причесать. Кстати как тебя зовут? - дурачась, спросил Фофан, окончательно загнав ее в тупик.
- Света, - ответила она, с трудом сдерживая злость.
- А вот злость тебе не к лицу. Испей-ка лучше моего волшебного эликсира.
И, взяв в руки старую железную кружку, Фофан осторожно зачерпнул из кастрюли мутноватую жидкость.
Затем бережно перелил ее содержимое в чистый бокал и поднес к ее губам.
Света хотела крикнуть, что не собирается пить эту бурду, но вместо этого против своей воли беспрекословно подчинилась ему и пригубила напиток.
Во рту сначала все запылало огнем как после жгучего перца, но буквально через считанные секунды  незнакомые, неповторимые, чудесные вкусы заполнили рот,  она  буквально приросла к кружке и, обжигаясь, мелкими глотками неотрывно всасывала в себя  волшебный напиток.
По телу пробежало сладостное тепло, ей стало так хорошо, как было когда в детстве, когда еще были живы родители. В носу защекотало, и она опять громко рассмеялась, зажмурившись от удовольствия.
Потом вдруг резко затихла и замерла, боясь пошевелиться, открыть глаза и тем самым спугнуть видение.
- Что это? Я схожу с ума или этот паршивец накачал меня наркотиками? Но я ведь действительно чувствую и четко ощущаю, что рука отца гладит мои волосы, как когда-то в детстве – с замиранием сердца, думала она, боясь открыть глаза и увидеть приведение.
Страха не было, напротив, с каждой минутой  становилось удивительно легко и радостно. Душа, впервые за последние три года, ликовала. Ей хотелось петь и летать и она даже сделала попытку поднять руки и почувствовала как парит в воздухе. Но это было уже во сне.
(Продолжение следует)


Рецензии