Они сражались за Родину. Евпаторийский десант

 Июль 2005 года в Крыму выдался  жарким. Евпатория встретила нас горячим солнцем и ласковым морем. Прогуливаясь по узким улочкам города, обратил внимание, что с центра города исчез траловый катер, установленный на постаменте в честь подвига бойцов Евпаторийского десанта. Время и непогода сделали свое дело. Обветшали деревянные конструкции молчаливого свидетеля событий 1942 года. Позже прочитал в прессе, что за одну ночь демонтировали и распилили корпус корабля. Так устроена наша память, всегда проще распилить, чем по крупицам восстанавливать и собирать.  Сколько раз здесь бывал, всегда проходил мимо и не задумывался, не обращал внимания. Но  сегодня, когда ушел в свой последний поход катер я стал искать информацию об этой трагической и героической одновременно истории. Может быть не надо жить прошлым, ворошить его. Ведь прошлое, особенно прошлое наших отцов и дедов не всегда благополучно. Оно чаще всего обильно полито слезами и кровью, разбитыми судьбами. Но ведь это наше прошлое, а его нельзя переиграть, подкрасить. Говорят с прошлым надо расставаться шутя. Увы, пока не получается. Что за судьба у нас славян. Мы страдаем, каемся, но не меняемся. Так вот мне очень хочется, чтобы мы стали чуть лучше, чуть счастливее. А измениться можно тогда, когда мы научимся уважать себя, свою страну, свое прошлое. И не будем его стыдиться и унижаться. Ведь мы могли, даже если  в кровь, даже если без сил и надежды на помощь, как морские пехотинцы на золотом песке Евпатории. При написании данного материала ставилась цель восстановить канву событий нескольких январских дней 1942 года.
 Светлая память всем тем, кого не дождались матери, жены и дети. Горечь в душе и три казенных слова на выцветшем от времени листке похоронки: «пропал без вести». Что стоит за этими словами?
 4 января нового 1942 года - кому жить, а кому умирать. Из Стрелецкой бухты Севастополя курсом на Евпаторию вышла группа кораблей: тральщик «Взрыватель», семь катеров-охотников и морской буксир «СП-14». Ночь, буря, корабли с 740 десантниками подошли к мелководной Евпаторийской бухте. Главная сила – батальон морской пехоты: 533 пехотинцев под командованием капитан-лейтенанта  Бузинова, 60 разведчиков штаба флота во главе с капитаном В. Топчиевым. Высадкой десанта руководил евпаториец, капитан 2 ранга Н. Буслаев. Берег был заминирован, море освещалось прожекторами.
«Нам объяснили, что наша задача продержаться, пока не придет подкрепление. Сказали, что в Евпатории немец нас не ждет, так что высадка будет спокойной». Шторм, ледяная вода по пояс, до берега сто метров, лицо слепит прожектор, а все пространство наполнилось раскаленным свинцом. Главные силы подошли к центральной Пассажирской пристани, которая была разрушена в ходе предыдущего рейда. Необходимо было доставить на берег танкетки и противотанковые пушки.  Немцы открыли огонь по десанту с крыш гостиниц «Крым» и «Бо Риваж», где были установлены крупнокалиберные пулеметы. Первые пятьдесят моряков остались лежать в море.
  Командир Буслаев отправил в Севастополь радиограмму: «Высадку продолжаем под сильным артиллерийско-минометным огнем». Вслед пошла другая радиограмма за подписью комиссара Бойко «Буслаев убит». Десантники смогли овладеть частью старого города. В составе десанта было много евпаторийцев. Хорошее знание кварталов обеспечило успех на первом этапе операции. Экипажи судов поддерживали атакующих огнем из всех орудий. Десантники захватили здание гестапо и продвигались к театральной площади.
Противник, оправившись от первого удара десанта, начал подтягивать в район боевых действий дополнительные силы. На помощь 22  разведывательному и 70-ому саперному батальонам спешили части 105 пехотного полка 72 дивизии. С аэродрома Саки поднялись в воздух 20 немецких юнкерсов.  Моряки вступили в бой с противником в пять раз превосходящим силы десанта. Противник  пытался оттеснить десант от моря, но моряки яростно отбивались, пытаясь удержать Пассажирскую и Товарную пристани, чтобы мог высадиться второй эшелон десанта. На море бушевал шторм.  В 10 часов утра Бойко отправил радиограмму: «Положение угрожающее, требуется немедленная помощь людьми, авиацией, кораблями». В 11 часов Бойко сообщил: «Радиосвязи с батальоном нет». Из гостиницы «Крым» штаб батальона во главе с Бузиновым  пытался наладить связь между ротами.
Немцы использовали против десантников  живой щит из местных жителей.
Десантники сражались 5 и 6 января. 7января обескровленные силы десанта стали  рассеваться. На море по-прежнему бушевал шторм. Лидер «Ташкент» не смог войти в мелководную бухту. Моряки истекали кровью в ожидании помощи. Они сделали невероятное - захватили плацдарм, удерживали пристани для подхода новых сил. Держались до последнего. Как сказал Эд. Полянский в своем очерке, посвященном десанту: «Что ни говорите, а моряки – это не просто род войск, это ещё и порода»!
7 января немцы начали облаву. Они ворвались в больницу, где находилось 18 тяжелораненых моряков. Их расстреляли в упор. Все моряки приняли вражеские пули в лицо, ни один не отвернулся. Когда положение стало критическим, капитан Бузинов отдал команду отходить в степь. 48 моряков ровно сутки укрывалось в доме на улице Русской, 4 у Прасковьи Перекрестенко и Марии Глушко, разбившись на пятерки, они покинули город. До Севастополя добралось лишь четверо десантников.
Трагически сложилась судьба команды тральщика «Взрыватель». На тральщик свозили раненых с берега. Противник сосредоточил на нем всю мощь своей артиллерии. Снаряды пробивали два борта насквозь и разрывались в море. После тяжелых повреждений корабль выбросило на мелководье. Ещё ночью 6 января в Севастополе получили последнюю радиограмму с погибающего «Взрывателя»: «Спасите команду и корабль, с рассветом будет поздно». Несколько раз немцы предлагали команде сдаться. Моряки держались до последнего патрона. Погибли комиссар Бойко, штурман лейтенант Усов, артиллерист Злотников, штурман старший лейтенант Маркович. Чтобы не сдаваться в плен, а как известно немцы моряков в плен не брали, капитан-лейтенант Трясцин приказал взорвать тральщик. И . Плахута, трюмный машинист: « На берегу собралось много фашистов. Мы начали вести огонь из винтовок через иллюминаторы. Наш командир Трясцин, простившись с матросами, бросил себе под ноги гранату. Гитлеровцы подтянули к воде пушки и танки и стали расстреливать тральщик». Немцы предприняли атаку на полумертвый корабль, но моряки в последнем героическом порыве, в рукопашной уничтожили противника. Тогда танки стали в упор добивать корабль. Летчик Герой Советского Союза М.В. Авдеев, осуществляющий разведку в небе над Евпаторией,  так опишет в своих воспоминаниях события этого дня: «Море сильно штормило. Огромные волны беспрерывно накатывались на пологий берег. Вдали на берегу у старых причалов виднелась сквозь слабую дымку какая-то большая темная масса. Вскоре она обрела очертания корабля, выброшенного на мель. Он, зарывшись в песок, немного завалился на бок. С правого сверкнул огонь. Корабль жил. Он вел огонь по танкам, которые приближались к нему по дороге от Саки. Танки, не останавливаясь, били по неподвижному кораблю из пушек. Пролетел совсем низко, прочитал на левом борту тральщика надпись: «Взрыватель». И лишь, когда не осталось патронов, затихли стоны раненых, оставшиеся в живых, пятеро моряков бросились в обжигающую пучину январского бушующего моря. После шторма обгоревший остов корабля выбросило на золотой песок пляжа. После десанта прибрежная полоса была вновь  заминирована. Немцы в гестапо держали истопником хромого мальчика Борю. Два раза, ради забавы, посылали его за дровами к тральщику. Два раза Боря возвращался невредимый, словно неведомая сила хранила паренька. На третий раз мальчик подорвался на противопехотной мине. Три дня лежали по всему городу тела погибших моряков, их запрещалось хоронить. Немцы начали прочесывать город в поисках оставшихся в живых десантниковю. В Евпатории на Красной горке было расстреляно около 3000 евпаторийцев за помощь десанту. Есть в Евпатории улицы Братьев Буслаевых, Героев Десанта, пл. Моряков, ул. Чекиста Галушкина, но нет в городе улицы Ивана Гнеденко, Ваньки-Рыжего. Именно он  укрыл  одного из последних, спасшихся десантников - Александра Ивановича Галушкина. Предатель выдал десантника. Галушкин отстреливался, последний патрон оставил для себя. Немцы арестовали Гнеденко. Нечеловеческие муки принял на себя  Иван Гнеденко, но не назвал ни одной фамилии.      
8 января  в районе морского  маяка, подводная лодка «М-33» высадила тринадцать разведчиков под командованием Ульяна Латышева с целью выяснить судьбу десанта. На следующий день Латышев сообщил: «Десант уничтожен». Разведчики хотели покинуть город, но снова шторм. В ночь на 14 января у Евпаторийского маяка разведчики были обнаружены. Латышев сообщил в Севастополь : «Товарищи, помогите, держаться больше не можем. Стреляйте по любой цели, кроме маяка». Последние слова группы Латышева: «Мы подрываемся на собственных гранатах, прощайте». Долгое время считалось, что из 740 десантников до Севастополя добралось только четверо десантников, а все остальные погибли. Нет свидетелей этой трагической истории под названием «тактический десант». Но спаслись, прошли муки плена, горнило войны: морские пехотинцы А. Лаврухин, А. Задвернюк, М. Борисов, Н. Панасенко, разведчик Х. Ровенский, командир роты морских пехотинцев Н. Шевченко, бывшие пулеметчики В. Дунайцев и В.Щелыкальнов, Корниенко, Пронин, Крючков, Егоров. Даже из группы Латышева спасся – Василюк, кинулся в море. Остался жив Иван Клименко с гибнущего тральщика. Его отправили с донесением вплавь до Севастополя. Трудно поверить, что в январском бушующем (7баллов) море можно проплыть несколько десятков морских миль. Близ Николаевки, обессиленного Клименко подобрал сторожевой катер. Что давало силы плыть моряку? Я думаю это долг, который они выполнили до конца.
В ноябре 2005, в год 60-летия великой победы газета «Орловские Новости» написала о судьбе еще одного выжившего десантника - Георгия Васильевича Романчикова. Он был смертельно ранен на тральщике «Взрыватель». Десантника подобрали немцы. Дальше был Бухенвальд, побег, снова лагерь. Судьба подарила солдату жизнь. И он прожил её достойно.
- Жил так, чтобы ни часа, ни минуты не прошло зря, говорит ветеран в день своего восьмидесятилетия.    
 Хочется закончить словами из  стихотворения В. Высоцкого «Черные бушлаты». Написано в1972 году. В год тридцатилетия трагических событий в Евпатории.

Уходит обратно на нас поредевшая рота.
Что было – неважно, а важен лишь взорванный форт.
Мне хочется верить, что грубая наша работа
Вам дарит возможность беспошлинно видеть восход!

Материал не закончен, работа будет продолжена. Мною сделаны запросы в музей Черноморского флота г. Севастополь, Краеведческий музей г. Евпатории, Архив ВМФ с целью получения информации о десанте,уточнения списков погибших.
 
В материале использовались:
Авдеев М.В. У самого Черного моря
Дементьева И. Домик на окраине, Известия,№90 1969 г.
Дементьева И. След в след, Известия № 291 1969г.
Полянский Э. Хроника одного десанта, Известия, 4 января 1983 г.
Полянский Э После десанта, Известия, 25 января 1983 г.
Спасти рядового Романчикова, Орловские новости, 9 ноября 2005 г.


Рецензии
Спасибо,Сергей за Вашу работу. Она стократ нужна сейчас, в эпоху манкуртов. Героизм и отвага наших воинов - непревзойденные! Об этом должны знать все. Удачи в святом деле. С ув.Олег.

Олег Шах-Гусейнов   07.02.2010 00:15     Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.