Ничего не получится

- У нас ничего не получится! – решил Королёв, поправляя галстук и пробегая щеткой по густым каштановым волосам, прыснул на всякий случай одеколоном, пожевал ментоловую конфету. «Как говориться, свежее дыхание, облегчает понимание». Еще раз, оглядев себя в зеркале, Серж улыбнулся, сверкая белыми, почти сходными по цвету с мрамором, зубами. «Пора!»
-  И чего я так стараюсь? Все равно ничего не получится.
Он сбежал по лестнице, попрощался с охранником бизнес центра и выпал на стоянку, где блестел его новенький Porsche. Мяукнула сигнализация, машина весело подмигнула, через секунду тело утонуло в роскошном сиденье, пахло дорого – кожей и Фарингейтом. Porsche завелся с полуоборота, быстро набрал скорость и помчался по залитым ярким неоновым светом, улицам Москвы.
На крошечной парковке, возле скромно-дорогого элегантного ресторанчика, где чашка кофе стоила несколько тысяч, зябла девушка, хрупкая, изящная как струна скрипки. Ресницы трепетали на ветру, маленький носик вылезал из ворота коротенькой курточки, отороченной крашенный кроликом, стройные ножки, обутые в сапожки на тонком меху, маленькая дешевая, по меркам Сержа, кожаная сумочка дрожала в руках. Он притаился у поворота, так, чтобы она не могла его видеть, и закурил, наслаждаясь теплом и роскошью салона иномарки.
Ему доставляло огромное удовольствие заставлять себя ждать, особенно женщин и особенно красивых. Он знал, что было нужно каждой из них. Его деньги, его тысячи и миллионы! Он смеялся над попытками очередной дуры захомутать Королёва, откровенно издевался над ними, заставляя в постели, делать немыслимые вещи, капризничал, требовал миньет по нескольку раз в сутки. Дешевый наигранный, жалкий восторг, когда они брали в рот его член, веселили его до слез, а в глазах, словно в банкомате, виден счет на каждую из таких проституток. Он презирал и ненавидел женщин, но не мог прожить ни дня без новой юбки, и буквально вешался от скуки в компании напыщенных снобов, вроде его отца или коллег по работе. Он вообще, ненавидел людей, но с каждой новой женщиной перерождался, блистал, будто актер на сцене, рот не закрывался, язык двигался либо во рту девушки, либо болтал без умолку. Он боготворил себя во время секса, специально для этих случаев, повесил в спальне зеркала: несколько на потолке над самой кроватью и пару штук возле нее. Обожал заниматься сексом стоя, когда мог видеть свое тело во весь рост или лицезреть себя в профиль любоваться собой и женщиной, заслуживающей его расположение тут же на коленях во рту с его прекрасным «другом».
Королёв потянулся, хрустнули мышцы на спине, зевнул, зажмурился, представив, какая Алина на вкус. «Интересно, как далеко она зайдет в погоне за его деньгами?» Захотелось проверить, хищно блеснули глаза, фары Porsche ответили тем же хозяину и стоявшей на стоянке девушке, когда Серж припарковался. Она улыбнулась сверкающему роскошью авто, дико и нагло смотревшемуся около железных братьев, кое где покрытых пылью. Теперь, при  ближайшем рассмотрении, все казалось ему дешевым, нелепым и даже эта миленькая девушка с красивым профилем в своем драном кролике, выглядела убого.
- Знал, что у нас ничего не получится. Зачем только приперся? – в пол голоса забубнил Королёв.
Свидание потеряло былое очарование, однако желание увидеть свое отражение ночью, пересилило и он выпрыгнул на мороз, держа в руках чайные розы. Алина улыбнулась, он торжественно вручил ей «веник», выпятив грудь, словно пингвин на северном полюсе.
- Спасибо, очень красивые цветы, - искренняя улыбка засияла на ее лице и Сержу показалось, будто на улице посветлело.
- Ну что, идем в ресторан?

Через 2 часа машина тормознула возле роскошного особняка на Рублевском шоссе. Как только он отключил дворники и словно вампир по-хозяйски впился в нежные губы Алины, снег быстро залепил окна. Девушка молодая, юная, наивная, зажалась, зрачки испуганно расширились. Королёв оценил ситуацию довольно быстро, обрадовался, что этот нежный, никем не тронутый, «цветок» сегодня ночью будет принадлежать ему. Он сбавил обороты, когда почувствовал легкое напряжение.
- Что случилось, солнышко? – приторно промурлыкал Серж. – Я сделал что-то не так? Тебе не понравилось?
Если бы Алина была чуть более опытна, она наверняка заметила змеиный тон и фальшь, с которой он проявлял заботу. Но девушка не обратила на это ни малейшего внимание, слишком нравился ей этот мужчина, как магнитом тянуло к его накаченному, лощеному, ухоженному телу, к его запаху, бархатистой коже на руках, покрытых европейским загаром и жесткими золотистыми волосами. Голова кружилась от его натиска, от поцелуев и длинного, наглого, сексуального языка.
- Все в порядке, - робко произнесла Алина, опустив глаза.
Она вся дрожала, безумно хотела продолжения и опасалась одновременно. Внутренний голос, всегда и везде выручавший Алину, в этот раз молчал. Сознание отключалось от малейших прикосновений Сержа, она чувствовала даже его приближение и тогда, стоя на стоянке, видела Porsche за углом, но боялась вздохнуть. Она ломала голову, почему же он не подъезжает? Молилась, чтобы только не передумал.
Тем временем Серж снова поцеловал ее, на этот раз, сдерживаясь, более осторожно. Она прикрыла глаза, обняла руками мощную мужскую шею и со всей страстью ответила на поцелуй. Что-то щелкнуло в голове Королёва, тот обхватил ее так, что стало трудно дышать, застонал, руки лезли под свитер, быстро избавились от лифчика, тискали с силой маленькую точеную грудь. Он задрал кофту и прикоснулся языком к ее соскам. Дальше память отказала, он не помнил, как они выходили из машины, не помнил, как вошли в дом и оказались в его спальне, полностью выпал из памяти кусок как они разделись, осталось только безумное ощущение внизу живота, толчками отдающееся по нервам в голову, бешеный ритм сердца и желание, неудержимое, сумасшедшее.  Очнулся он лишь в момент оргазма, несколько раз дернулся, вышел из нее и упал в мягкие подушки, блаженно улыбаясь.
«И с чего я решил, что у нас ничего не получится? Девочка хорошая», – он даже облизнулся. –«Если понадобится, я даже женюсь на ней, лишь бы трахаться вот так каждый день!»
- Завтра идем в загс.

Алинкины глаза были полны слез, губы горели, кое-где даже кровоточили. Она плакала от собственных ощущений, ей было больно и одновременно приятно, внутри что-то пульсировало, разливаясь тягучим жаром во всем теле. Она чувствовала его до самых кончиков пальцев и в отличие от Сержа помнила все до мельчайших деталей.
На улице он буквально вытащил ее из машины, тяжелое тело втиснуло Алинку в металлический холодный бок машины, губы покрывали поцелуями лицо и шею. Он волок ее за руку к двери, останавливаясь на дорожке и прижимая к себе крепко, по-звериному. Не было желания и возможности сопротивляться его натиску, все равно бы Королёв не отреагировал.
В доме он стащил с нее куртку, рванул вязанную кофту, пуговицы разлетелись в разные стороны, скинул свои ботинки, пальто, резко взял ее на руки, ногой вышиб дверь и грубо кинул на кровать. Его и ее джинсы упали на пол, Алина с изумлением глядела на них, не веря, что подобное происходит с ней, будто во сне. Он стянул с нее трусы, в полутемноте она даже не успела ничего разглядеть, раздвинул ей ноги, навалившись всем телом, и вошел. Боль пронзила Алинку, она вскрикнула и сжалась.
- Расслабь… давай же… ну, - шептал он ей на ухо.
Она в ужасе повиновалась, не понимая, как он мог завладеть ее волей, голос говорил будто изнутри, из ее головы. Она расслабилась, тот вошел глубоко и стал двигаться быстро. Вскоре боль прошла, на ее место пришло сладкое, бьющее через край наслаждение. Алина шире раздвинула ноги, подалась вперед, чтобы он вошел еще глубже. Она смотрела на его лицо, любуясь красотой, впервые видя мужчину в экстазе, ей нравилось это ощущение власти над ним и сама не заметила, как оказалось сверху, двигалась, будто танцуя, дразнила, то кончик члена, то полностью захватывала. Королёв стонал, глаза безумные, мутные, требующие разрядки, наконец, он не выдержал, подмял ее под себя, пару раз толкнулся и вышел. Алина ошеломленно смотрела на его улыбку и хищные глаза, он напоминал тигра только что полакомившимся оленем, убившем его самостоятельно. Ее растерзанное тело, лежало рядом, пару капелек крови остались на шелковом покрывале. Ей было неловко, обидно, стыдно и страшно, потому что он не любил ее, а она отдалась так глупо за пару цветов и ужин. А хотелось любви, отношений, взаимопонимания, всех тек красивых слов, значения которых она не понимала.
Грубость и жестокость, с которой Серж «отымел» ее  - именно это слово первое пришло ей на ум, заставив почувствовать себя шлюхой - поражала своей циничностью. Она знала, что больше не придет к нему и никогда не ляжет с ним в постель. Слишком унизительно!
- Нет, не пойдем! У нас ничего не получится! – тихо, но твердо произнесла Алина, встав с кровати и собирая вещи.
- Что ты сказала? – вскакивая и не веря своим ушам, прошипел Королёв.
- Я сказала, - еще тверже ответила Алина, застегивая джинсы, - что у нас ничего не может быть и я больше сюда не приду!
- Ах, так?! – заорал Серж и эхо его голоса пролетело по дому, почему то тембр оказался визгливым. – Тогда пошла вон, шлюха!!! Чтобы духу твоего туту не было! Быстро!!!
Он грубо схватил ее за руку и поволок к двери, она еле успела подобрать свои вещи. Щеки полыхали, лицо горело, сердце стучало в горле, слезы лились рекой. Он выкинул ее на мороз, она споткнулась и больно ударилась коленкой, падая на обледенелую дорожку. Позади грохнула дверь…

Однако в следующую ночь все повторилось - только уже на ее квартире - и она больше не плакала, смотрела с любопытством на мужское наслаждение, в сущности, чужого ей человека, души не было, голый, ничем не прикрытый расчетливый секс. После того, как все закончилось, и Серж привычно утонул в розовых подушках с белыми рюшами, Алина оперлась на локоть, подперев ладошкой раскрасневшееся личико и, глядя прямо ему в глаза, четко выговорила:
- Мне нужны деньги!
- А я тут при чем? – удивился, разнеженный Королёв, думать не хотелось, в голове легко и пусто, ни одной мысли.
- Если хочешь еще раз придти сюда - плати! – резануло воздух.
Он недоверчиво покосился в Алинкину сторону, челюсть отвисла.
- Ты шутишь? – сознание постепенно возвращалось.
- Я вполне серьезно! – Алина смотрела, не мигая, и в этот момент походила на кобру перед прыжком. - А теперь проваливай, мне завтра рано на работу вставать!
Воспользовавшись его замешательством, Алина проворно вскочила с кровати и ужом юркнула в ванную. Сердце казалось, заледенело, в желудке плескался легкий колючий холодок, было страшно, что он ударит ее за наглость и хамство. Она скрылась за дверью, изнутри щелкнув замком, включилась вода. Сжавшись в комочек на коврике и молясь, чтобы фанера выдержала, Алина стала ждать штурма «И что не меня нашло?» - стуча зубами, подумала девушка – «Он ведь и прибить может».

Алинкины опасения оказались напрасными, в соседней комнате из угла в угол метался растерянный и уже одетый Королёв, подозрительно оборачиваясь и прислушиваясь к звукам льющейся воды. Он не знал, как реагировать, что сказать, когда она выйдет…
Еще вчера он был уверен в себе и знал чего хочет, видел жизнь в тех тонах, которые ему были выгодны, пользовался женщинами и ни разу ни одна из них не позволила себе подобного тона, он бы просто прибил даму на месте! Сегодня все изменилось, мир перевернулся и встал с ног на голову, Серж чувствовал себя вещью и это ощущение заставляло тело трястись в холодном и мокром ознобе. Если бы речь шла о мужчине, таком же самце, как он сам, то вопросов бы не возникло, он легко начистил сволочи морду, отделав до полусмерти – с мужиками все и всегда было просто и прозрачно - но на Алинку, берущую своей хрупкостью, он руку поднять не смел. Если честно, Серж просто испугался нового, необычного его слуху тона, слов, силы, исходившей волнами, но больше всего он боялся остаться без секса, тех умопомрачительных и сумасшедших ощущений, что она дарила ему последние пару ночей. Впервые в жизни Королёв не мог справиться с собой, был растерян, неповоротлив и туп. Серж терял голову, когда дотрагивался до ее кожи, страсть пронизывала тело, проходила насквозь через пальцы миллионами игл, как разряд тока в 220 вольт, будоражила каждый нерв. Он не любил Алинку, если точнее, он вообще никого не любил, не  знал, что это такое, не понимал людей, пожалуй, что только себя, да и то, как оказалось, не до конца, а лишь малую толику с самого верха. Маниакальная зависимость и упорство маньяка делали его похожим на сумасшедшего или наркомана, готового убить за дозу.
«Может, избить, чтоб не повадно было? Или наорать?» – кусая ноготь, думал Серж. – «И что это даст? Она просто уйдет! Неет, не сработает, не получится!» - и Королёв отчаянно схватился за голову, пальцы запутались в густой шевелюре.
Вчера, когда он с силой грохнул входной дверью своего огромного дома, на голову шквалом обрушилась боль, будто бетонная плита придавила виски, заклокотало сердце в районе подбородка, всю прошлую ночь Королёв прокрутился, борясь с бессонницей. С утра его ломало, воспоминания о сексе преследовали днем, он не мог ни есть, ни пить, не мог работать, жить, его раздражали люди, запахи, звуки, он мечтал только о ней, о том, как затащит в постель и сладкая пытка продолжится снова и снова, растягиваясь на многие часы. Так казалось, а на поверку поразило до глухоты в ушах, что Сержу хватило одного раза, ему - накаченному, спортивному парню -  требовалась всего одна разрядка от Алины, зато какая. Он выматывался выжимался, словно лимон, съеживался, жизнь вокруг переставала существовать, мир рушился если ее тела не было рядом, а ускользающий запах волос с подушки, пугал похлещи ночных кошмаров.
 «Она получит свои деньги!» - на выходе решил Королёв и с силой захлопнул металлическую дверь.
Вскоре Алинка получила не только деньги, а также машину, поезду заграницу, сменила гардероб. Недавно вернулась с Мальдив, кожу покрывал бронзовый загар, волосы, ухоженные и обласканные самыми элитными мастерами города, сверкали на полуденном Московском солнце. Девушка подлетела к новенькой иномарке, пискнула сигнализация и машина плавно покатила в сторону дома. В квартире как раз заканчивали евроремонт…