Джокер, дама, три туза и один Сникерс. Глава 10

   Утром на часок забежала Нинушка – у нее в расписании уроков образовалось окно (завуч очень неудачно составила расписание) и подруга заскочила ко мне пожевать и попить чаю.
   - Помнишь, ты как-то размечталась, что нам с тобой неплохо бы сделать пластику пуза?
   - И сейчас не против – только жаба душит! – засмеялась я, - А что?
   - Заходила недавно в сберкассу, снять денег, а там работает моя бывшая соседка. Она мне рассказала современный ужастик на тему кредитов и красоты.
   Приходит к ним месяц назад, рыдая, тетка  – она взяла кредит на 80 тысяч, а деньги отдала подруге на косметическую операцию. Та хотела сделать сюрприз мужу на серебряную свадьбу. Сюрприз получился хуже некуда – юбилярша померла прямо на операционном столе.
   - Почему я должна платить этот кредит? – рыдает тетка, - Я же тех денег даже в руках не держала?
   - Но кредит-то взяли вы! – отвечает ей работник сбербанка, - Поэтому и платить придется вам!
   - Да… - только и сумела выговорить я, - Круто она попала на кредит…
   - Там счастливый конец, - вздохнула Нинушка, – через две недели вдовец получил все деньги из клиники и отдал тетке. Та отнесла их в сбербанк, и оказалось, что 10 тысяч покойная успела внести. Так что тетка еще и моральный ущерб возместила…
    - Все хорошо, что хорошо кончается – глубокомысленно произнесла я, доставая из банки шпротину и укладывая ее на бутерброд.
   Нинушка же доела плов и побежала на урок. Закрыв за ней дверь, я покрутилась по квартире, размышляя, как бы познакомиться с любовницей Ларисиного начальника.  Не придумав ничего умного, решила заняться делом. Вчера в ванной начала придуряться, по выражению Кирилла, лампочка. Я польстилась на рекламу энергосберегающих технологий и купила люминисцентное чудо за 100р. Оно нормально поработало ровно неделю. После этого начались чудеса – день горит, день нет. Только соберусь выкинут ее в помойку – заработает. Через час отключается. Я взяла табуретку и взгромоздилась  на нее. Не успела открутить плафон, как раздался звонок в дверь. Чертыхаясь, я сползла с многострадальной табуретки и пошла открывать. За дверью стоял Денис.
   - Ты чего такая взлохмоченная? – спросил он.
   - Да вот – по твоей милости физкультурой занимаюсь! Лампочка бракованная попалась, хотела поменять, - только подвиг совершила и дотянулась до плафона, как ты позвонил и пришлось на землю спускаться!
   - А в чем подвиг-то? – удивился Денька.
   - В моем возрасте, да при моем весе только по табуреткам и скакать!
   - Наоборот только и скакать! – заржал Денька.
   - Чего приперся?
   - Ни фига, обрадовалась другу детства!
   - Раз пришел – надо извлекать выгоду – поменяй лампочку.
   - Ноу проблем! – и Денька в мгновение ока открутив плафон, достал китайское чудо и вкрутил старую обычную. Потом он подозрительно обнюхал энергосберегающую и с сарказмом спросил:
   - Жадность заела? Дешевую купила?
   - Ничего себе, дешевая – 100 рублей!
   - Нормальные вокруг двухсот стоят. А это китайское дерьмо! Из нее же газ выходит – сама понюхай! – и он сунул мне лампочку под нос. От нее и на самом деле довольно противно воняло.
   - Нус-с-с, а дальше что? - спросил Денис.
   - Не знаю что – сам приперся без приглашения, значит, и сообщай, по какому поводу!
   - Да повод-то по твоей специальности – надо бы Ларку закодировать.
   - Не получится. Пока сама не захочет, ничего не выйдет.
   - И что мне делать? Она меня уже достала до такой степени, что готов убить!
   - Это твой крест, как ни банально это звучит.
   - А не многовато ли крестов на одного человека?
   - Бывают ситуации намного хуже, поверь мне.
   Борька присел на стиральную машинку и забарабанил пальцами по раковине:
   - У меня сынку трясет, когда на мать смотрит. Она же как нажрется, начинает орать на него, что он урод и всю жизнь ей сгубил….Что-то надо делать, а что, не представляю… Может что предложишь?
   - Ничего, кроме банального варианта – надо ее чем-то увлечь, иногда помогает. Как давно она лопает?
   - Лет пятнадцать, но запоями около шести.
   - Вряд ли чем-то можно помочь, у нее, скорее всего, уже необратимые изменения в мозге. И, кстати, могу утешить – иногда кодирование намного хуже запоев. У меня есть бывшие клиенты, жены которых сами не рады, что добились своего. У мужиков стал абсолютно несносный характер и такие прибабахи, что мало не покажется!
   - Например?
   - Один помешался на чистоте – жену долбает за каждую уроненную крошку, а уж если бельё плохо простирано…. Причем, когда лопал, ходил как бомж и спал на коврике в коридоре. А второй начал читать занудные лекции по правилам домоводства и дрожать над каждой копейкой. И жена и дети в обоих случаях волками воют. Хотя, ради справедливости, надо сказать, что есть примеры очень завидные. Но, по моему мнению, это зависит от стажа алкоголизма – чем меньше, тем легче проходит процесс возвращения в нормальную жизнь. У Ларисы же слишком большой стаж возлияний, да и не хочет она жить иначе. Так что или терпи или отселяй ее.
   - Куда?
   - Купи ей в каком-нибудь колхозе подальше от города  маленькую квартиру типа однокомнатной, оплачивай коммуналку и устрой на работу.
   - Ха! Так она и будет работать!
   - Жрать захочет – будет! Могу познакомить с одной бизнес-вумен, она так со своим благоверным поступила. Он теперь работает скотником в колхозе, хотя тоже вопил, что работать не намерен. Лопать-лопает, но намного умереннее, так как финансы ограничены.
   - Так Лариска через два дня домой заявится!
   - А ты ей денег на руки не давай – только продукты. За бесплатно никто ее в город не повезет.
   Денис вышел в коридор и, надевая ботинки, задумчиво произнес: - Надо с сынкой посоветоваться. Вообще-то что-то в твоем совете есть….
   Я вернулась на кухню и вспомнила, что нет хлеба. Пришлось идти в магазин. По дороге обратно навстречу мне шла девушка, а за ней парень. Я совершенно бессознательно рванула ему наперерез. И, когда проскочила между ним и девушкой, вдруг почувствовала, что он замыслил что-то недоброе по отношению к ней. Перейдя проспект, я оглянулась. Парень стоял под рекламным щитом и, вытаращив глаза, смотрел на меня. Девушки видно не было. Поднявшись в квартиру, я прошла на кухню, достала сухие грибы и залила их кипятком. Тоха давно намекал мне, что не прочь похлебать грибных щей. Как и всякий холостяк, он питается преимущественно магазинными пельменями и, когда становится невмоготу, напрашивается в гости. Я как-то хихикнула, что при таком количестве проходящего через его берлогу женского пола, можно питаться вполне неплохо, привлекая к поварскому труду любовниц, но Тоха только рукой махнул:
   - Не тот тип ко мне ходит! Они сами мечтают, чтобы я им харчу варил!
   Вот и пришлось замачивать грибы и тушить капусту.
   Я рассчитывала, что кастрюли хватит дня на два, но Тоха настолько обнаглел, что притащил с собой какого-то незнакомого мне мужика в форме охранника. Я сделала приятную мину при плохой игре и радушно пригласила халявщиков на кухню. Тоха по-хозяйски достал тарелки, расставил их на столе и схватился за поварешку. Причем себе он поставил эмалированный тазик, в котором я крошила салат.
   - Не маловато блюдечко? – спросила я.
   - В самый раз! – с шумом втягивая в себя суп, прошамкал Казанова. В мгновение ока он уничтожил содержимое тазика и навалил еще. Его приятель явно стеснялся, но было видно, что и он не против продолжить уничтожение шедевра русской кулинарии. В общем, через полчаса от трехлитровой кастрюльки ничего не осталось.
   Тоха сладко потянулся, откинулся на спинку стула и толкнул приятеля в бок:
   - Давай, отрабатывай!
   - Чего он должен отрабатывать? – удивилась я.
   - А он знает директора гостиницы, в которой проживали пропавшие граждане.
   - Компромат на него имеете? – засмеялась я.
   - Компромат не компромат, но зуб имею! – ответил охранник.
   - Я ему рассказал, что ты ищешь пропавшего мужика, вот он и желает поделиться своей версией.
   - И какой?
   Тохин знакомец почесал затылок:
   - Да что-то тут сильно нечисто. Я с Викторычем служил вместе. Он был хозяином колонии, а я начальником караула. Знаю его как облупленного. Он, как и все, подворовывал, но остерегался, много не хапал. Поэтому ушел по выслуге вполне обеспеченным и с почти чистой совестью.
   Тоха заржал.
   - А ты не гогочи! – возмутился охранник, - Другие знаешь как гребли! Так что Викторыч почти бессеребренник.
   - Бессеребренник! Как же! Он же раз шесть официально женат был, а уж проходящих баб видимо-невидимо поимел! Так что презренный металл ему ой как нужен всегда был!
   - А тебя завидки берут? – засмеялась я.
   - Чему тут завидовать? У него же каждый развод предварялся дракой – жены его ловили с любовницами и устраивали волосянку, после чего он разводился с той, что его побила, и женился на той, из-за которой побили! Правда, последний раз он сам свою очередную благоверную застукал и был так потрясен, что погнался за ней по улице, стреляя из табельного оружия в воздух. После этого и ушел в отставку, чтобы не загреметь под фанфары. С тех пор, насколько мне известно, больше официально не женился, но живет с какой-то медсестрой из нашей ментовской поликлиники. Ничего не переврал? – обращаясь к охраннику, спросил Тоха.
   - В общем и целом – не переврал, но женился официально он всего четыре раза, а не шесть. И сейчас у него наметилась новая волосянка – уже с Анькой, с которой он сейчас живет. Он положил глаз на Соньку, новенькую администраторшу.
   - Это которая из Средней Азии приехала? – спросила я.
   - Ага – из Казахстана.
   - Но причем тут убитые мужики?
   - Вот про это у меня и есть своя версия. Они Соньку откуда-то знали. Один из пропавших аж челюстью щелкнул, когда ее увидел.
   - Так вы бы про это следователям и рассказали бы.
   - Я что? Самоубийца? Меня ж Викторыч прихлопнуть не прихлопнет, но с работы с волчьим билетом точно вышибет, если  вякну про Соньку. Он вокруг нее такие слюни распускает, что нате-воте! Совсем офонарел – собрал всех работающих под его начальством мужиков и предупредил, что если кто-то не так на Сонечку глянет – последний день работать будет – у них, якобы, большая и чистая любовь!
   - Тогда спасибо за информацию. Не переживайте, никто не узнает, что вы мне про свои подозрения рассказали.
   Охранник ушел, а Тоха, задержавшись на минуту, предложил свои услуги по соблазнению Анны, сожительницы Викторыча.
   - Мне ж не привыкать пахать на ниве нашей богадельни! – ржал он.
   - Не пойму, мой-то какой интерес?
   - А она со злости, что не получилось стать пулковницей, что-нибудь, да выболтает! Вдруг пригодиться?
   - Тогда флаг тебе в руки, а вдруг и правда прок будет?
   Окрыленный новыми перспективами пополнения своей коллекции, Тоха убежал.
   Я оглядела поле битвы и поняла, что пора опять шлепать в магазин, так как на ужин ничего не осталось.