Кто планирует неожиданное?

   Весь день летаю. Иногда не вписываюсь в двери -  и косяки со всей нежностью, на которую только способны, встречают меня. Но я почему-то этого не замечаю. Замечают коллеги.
   Бумаги тоже летают. Чаще всего под ноги каким-то дядькам в пиджаках с одинаково-строгими галстуками. И вдруг...
   Нет, еще не время. Начну издалека.
   
   Вчера Тоська взяла в библиотеке Библию и уже вечером прибежала ко мне: "Слушай, а где здесь молитва, чтобы муж любил?"
   "Дура ты", - усмехнулась я, изо все сил пытаясь не обидеть подругу. Но поняла, что не очень-то получается. Если она отважилась на такой подвиг, как поход в библиотеку, значит - все серьезно.

   И вот Тоська уже битые полчаса сидит, размазывая по лицу тушь (с мастерством индейца племени мумба-юмба). Мне ее немного жаль. Но, поскольку это случилось уже триста шестьдесят восьмой раз в течение последнего года, то доля моего сострадания обратно пропорциональна числу ее рыданий.

  У меня занятие куда более интересное, чем выслушивание чужих жалоб. Я разбираю свои тетрадки с лекциями за первый курс, разглядывая смешные рожицы и надписи. И вдруг...  Нет, ничего еще не произошло. Просто я увидела написанные готическим шрифтом на серой обложке слова: "Через пять лет мы неожиданно встретимся!"

  Генка-а! Что-то мне подсказывало, что это написал именно он. Точно он. Точнее не бывает! Это же он всегда подсаживался ко мне. Или я к нему? В мыслях я уже была женой большого чиновника, такого же большого, как у него папа. Уж он-то, наверное, постарался пристроить родное дитя. А у меня тогда неожданно началась любовь. Потом другая. На таких, как он, я просто не глядела.
 Генка-а!Ге-е-нка! Я просто физически почувствовала, как хочу замуж. Да может, я тебя жду с того самого момента, как ты написал! Или, может, с того, когда я бросила вуз. Короче - всю свою бестолковую жизнь.

  Перечитала надпись еще раз."Не-о-жи-дан-но"? Очень даже ожиданно! Вот пойду завтра к твоему папе и узнаю, где ты. (Тоська, что ли, подействовала на меня?)
 
    Турникет я, как обычно, не заметила. Но это не помешало ему напомнить мне о своем существовании. Ой! Это не турникет. Я мягко врезалась в чей-то живот.
  - Ларчик?
  - Борис? Ой, Борька, тебя-то мне и надо! Не знаешь, где сейчас Генка?
  - А тебе зачем?
  Я думала, что мой рассказ про тетрадку и Генку он сочтет очередной моей хитростью. Но представительный мужчина рассмеялся и почему-то взглянул на часы.
  -А что, для блондинок пять лет - понятие относительное? И вообще, почему ты думаешь, что это написал именно Генка?
 
   Я сразу как-то сникла. Такой вариант мне даже в голову не приходил. Шикарная квартира, автомобиль и высшее общество испарялись со скоростью последних капель воды в забытой на плите кастрюле. Как я об этом не подумала?
   Борька что-то говорил, пытаясь отвлечь меня от мрачных мыслей. А я присела на подоконник, как та старуха из пушкинской сказки -  у разбитого корыта. И в тот самый момент, когда я наконец-то  набрала в кошельке денег на метро, до моего сознания медленно (даже так: ме-е-ед-ленно) дошла фраза:   
   - А будущий дипломат тебе не подойдет?
    
   Пока Борис рассказывал о том, как он "охотился" за моей серой тетрадкой, не имея не малейших шансов сесть со мной на лекции, "корыто" постепенно стало принимать сначала облик машины, потом квартиры, потом...Чёрт, живут же люди!

   Хотя тут, наверное уместнее было бы вспомнить Бога. Он-то все знал заранее. Для него пространство вариантов наших жизней - как та серая тетрадочка. Заказывайте любой. Только не забудьте вспомнить и забрать "заказ". И не выдумывайте!
   
   А Тоська НЕОЖИДАННО нашла "молитву чтобы муж любил". В кулинарной книге. И начиналась она примерно так: "Возьмите килограмм телятины..."