Сделка

Люблю приходить на работу пораньше. Можно не торопясь выпить кофе, а заодно спокойно пошарить в интернете, пока не явится Макс – мой шеф и единственный сотрудник нашей конторы, кроме меня и приходящего бухгалтера.

Пару лет назад Макс основал крошечное рекламное агенство, и до сих пор ухитрялся держаться на плаву, несмотря на кишащих вокруг конкурентов. Правда, дела всегда шли ни шатко ни валко, а последние месяцы выдались и вовсе безнадежными. Если срочно не подвернется крупный заказ, то вскоре денег не хватит даже на аренду этой убогой лачуги, которую Макс гордо называет офисом. Я в нашей команде совмещал функции дизайнера и секретаря, а Макс занимался поиском заказов. У него прирожденный талант тусовщика. Однажды я слышал, как он непринужденно трепался о яхтах, будто всю жизнь на них плавал. Он помнил по именам не только наших местных магнатов, но и членов их семейств, помнил клички их собак и хронологию разводов. Поразительно. Каким-то непостижимым способом он ухитрялся проникать на всяческие модные тусовки, и почти с каждой возвращался с «добычей» - свежим заказом бренд бука, или хотя бы партии визиток.

В это тихое пятничное утро Макс явился не один,  а в сопровождении какой-то невзрачной особы, представленной мне как «Аликс, наша новая секретарша». Я тут же понял, в чем дело. Располагайся, - кивнул шеф на свободный от папок стул, - я сейчас вернусь. Девушка застенчиво присела на самый краешек, стиснув в руках потрепанную сумку, а я  догнал Макса в коридоре.

- Что, опять? Кто на этот раз?
-Племянница. Двоюродная. – Макс был мрачнее тучи. – Удружила мне сестрица, черт бы её побрал! Привыкли считать меня каким-то Крезом!
_-Мне кажется, ты не очень-то старался их разубедить.

У Макса в области живет целая куча родственников, и время от времени кто-то из членов этой семейки вдруг проникался желанием покорить Город.  Как правило, Макс пристраивал его на работу, помогал с жильем. Мне кажется, ему нравилась роль «доброго дядюшки», этакого семейного волшебника. Правда, подавляющее большинство приключенцев не выдерживало тягот столичной жизни и возвращалось обратно, давая пищу для новых легенд о Максе Всемогущем.

- Да, а как продвигается наше бумажное дело? – вспомнил я, когда мы уже вернулись в комнатенку. Я имел в виду проект ребрендинга для крупного целлюлозного комбината, в котором мы очень и очень хотели бы поучаствовать. Макс в последние дни ни о чем другом не мог даже думать, преследуя несчастного владельца предприятия как хорошая ищейка.
-Кстати! – встрепенулся Макс. Я выяснил, где его слабое место! Он помешан на Одри Хепберн.

Мой шеф всегда утверждал, что главное – подобрать к каждому клиенту ключик. Нашел его пунктик – заинтересовал человека – получил заказ. Всё просто. Казалось бы.
- Э… Это та актриса? Которая снималась в «Римских каникулах», годах в 50-х, кажется?
-Ты удивительно разносторонне образован, - поддел меня Макс, - впрочем, за это я тебе и плачу. Да! Я тактично и ненавязчиво расспросил его друзей, домработницу,  подругу….
- … любимую овчарку… - подхватил я, но Макс даже не заметил иронии.
 - У него нет собаки. Зато имеется  полная коллекция фильмов с Одри Хепберн, целая библиотека книг, посвященных Одри Хепберн, есть даже портрет Одри Хепберн в полный рост. Диагноз ясен, мне кажется.
-Не вижу, чем нам это может помочь. Если только сама Одри соблаговолит спуститься с небес и замолвить за нас слово… - пошутил я.
-Да… - Макс задумчиво уставился на Аликс. Я тоже про неё вспомнил. Девушке удивительно удавалось сливаться с обстановкой, впрочем, с такой внешностью это нетрудно. Глаза – не разберешь за толстыми линзами очков, распущенные волосы, бесформенный длинный свитер, такая же юбка и нелепые ботинки, - в общем, видок ещё тот. Рентгеновский взгляд Макса её насторожил:
- Я-то тут при чем?
- Думаю, если тебя причесать и приодеть…
Мы с Аликс возмутились одновременно.
- Ты спятил!?
-Чо?! Так вот какую работу ты хотел мне предложить?!
-Тихо-тихо! Я же не тащу тебя к нему в постель! Посидишь с нами в ресторане… в образе Одри Хепберн… ну, сходишь с ним куда-нибудь, и обмолвишься при случае, что мы – надежная команда с огромным креативным потенциалом, которая никогда ещё не подводила своих клиентов. Всего-то делов. Солидный человек, владелец целлюлозного комбината, не шпана какая-нибудь!
- Между прочим, производство целлюлозы – смерть для экологии, - пробурчала Аликс.
- Учти, если этот проект сорвется, у нас троих вообще не будет никакой работы! Ты вернешься домой, в свои Большие Матюги, мы с Серым пойдем по миру… Устраивает такой вариант?
- Ну ладно… Я согласна.

***
Нет, моя работа с Максом никогда не была скучной. Чего стоил тот случай, когда он пообещал одному клиенту «заодно» сделать дизайн сайта. Или когда попросил меня придумать несколько нецензурных слоганов для особо ветвистых заказчиков – только для нашего пользования, конечно же.  Но его последняя выходка меня добила. Очевидно, что у моего босса на почве последних неудач крыша окончательно отъехала в теплые края, так что мне остается только паковать чемоданы. Примерно в таком настроении я в понедельник заявился в офис. Через час, как обычно, возник Макс, а следом за ним уверенно цокала каблучками какая-то очередная моделька. Если честно, я не понимал этих девчонок. Что они вечно вокруг него крутятся, как будто им медом намазано? Девушка неуверенно улыбнулась мне, и тут я её узнал.

- Нифига себе! Ребята, ну вы даете!
Аликс изменилась так, что я просто глазам не верил. Узкие брюки и водолазка подчеркивали изящную фигуру, волосы были аккуратно подстрижены, очки изчезли, обнаружив милое скуластое лицо с большими, чуть раскосыми глазами. Пожалуй, она даже чем-то смахивала на Одри Хепберн. Но я только диву давался, как Максу удалось её разглядеть под её-то амуницией!

- За работу, за работу! – шеф лучился от гордости, но не позволил себе почивать на лаврах. – Это тебе, - он протянул Аликс стопку дисков, - фильмы с её участием. Серый настроит тебе видик, смотри очень внимательно, подмечай голос, мимику, жесты – всё!  Это вот воспоминания её современников, - другой рукой девушка подхватила стопку книг. Серый, твое дело – интернет  и уроки английского. Встреча с нашим Одри-поклонником состоится в пятницу, так что у нас всего несколько дней на подготовку. Давайте начинайте, а я побежал. Дела, дела...
Мы с Аликс только переглянулись.

***
И дела завертелись… На мой стол водрузили телевизор, привезли пару кресел, и наша комната вдруг приобрела этакий жилой, домашний вид. Макс появлялся и исчезал, иногда утаскивая с собой Аликс, но чаще ограничивался краткой беседой вроде «Скажи-ка, в каком году она впервые снялась в кино? Ну-ну, молодец». Мы с девушкой почти подружились. Вместе пересматривали «Римские каникулы» и хохотали над «Моей прекрасной леди». После этого фильма Макс немедленно получил подпольную кличку «профессор Хигинс», пытался протестовать, но потом махнул на нас рукой. «Сабрина» оставила нас обоих равнодушными, а вот «Завтрак у Тиффани» мы готовы были смотреть бесконечно. Не скрою, Аликс все больше мне нравилась. У неё был характер. Сами посудите, когда вам в двадцать лет сваливаются на голову богатый дядя, куча женских радостей вроде нарядов и прочей мишуры, а также перспективы веселой жизни – какой девушке это не вскружило бы голову? Ей не вскружило. Аликс послушно штудировала принесенные Максом книги, а вдобавок, потихоньку от него, ещё и биологию. Мне она призналась, что вообще-то приехала в Город поступать на биофак, а не «заниматься всякой фигней». Потенциального работодателя она иронически называла «наш бумажник», намекая то ли на его сферу деятельности, то ли на наши будущие гонорары, а впрочем,  не проявляла к нему особого интереса.

Вечер в четверг получился особенно душевным. За окном темнели дождливые сумерки, Макс опять куда-то исчез, Аликс уютно свернулась в кресле перед телевизором. На экране шумела вечеринка в квартирке Холли Голайтли. «Завтрак у Тиффани», конечно же.
- Знаешь, Серый, - вдруг сказала Аликс, - вот Макс так суетится:  прическа, манеры, одежда… а ведь всё это такая шелуха. Разве за это её до сих пор любят? Я не знаю, была ли она на самом деле такой, или её искренность и тонкость – это наигранное, но точно знаю, что я так не смогу. Я далеко не олененок Бэмби по характеру, и у меня нет актерских способностей, чтобы это сыграть. Ты понимаешь? Боюсь, у меня ничего не получится.

Я как мог успокоил её, но проклятый фильм и меня тоже выбил из колеи. Простились мы как-то натянуто. Я шел по глянцевой мокрой улице мимо унылых спящих домов и думал ни о чем. Когда-то я читал книгу Трумена Капоте, первоисточник этого фильма. Почему-то книга всегда кажется более достоверной. Книга безжалостно рассказывает правду, ломая сказочные стереотипы, а фильм – это будто окно в другую реальность, где всё могло бы быть по-другому. В той, другой реальности Холли Голайтли похожа на Одри Хепберн, а её друг-писатель более решителен и уверен в себе. В той реальности обязательно есть место, «где с тобой не может случиться ничего плохого». В той реальности такая девушка, как Аликс, могла бы заинтересоваться простым дизайнером без стабильного заработка и четких целей в жизни. Стоп. Кажется, меня занесло.

***
И вот  наступил Тот Самый День. Уже к полудню воздух в офисе раскалился от нервных телефонных звонков: портниха запаздывала с платьем, наконец привезла, но не то, что было нужно, парикмахер названивала Максу с просьбой перенести время, сам Макс звонил куда-то подтвердить заказанный столик, одновременно успевая критиковать предложенные мной варианты логотипа…  Дурдом. Единственным островком спокойствия в этом кошмаре была Аликс, которая пристроила на краешке стола объемистую папку и спокойно разбирала наши счета. Честно говоря, давно это следовало сделать, только руки не доходили.
Встречу Макс назначил в ресторане, и теперь детально планировал застольный разговор. Согласно его замыслу, сам он отвечал за деловую часть беседы, а я должен был в подходящий момент переключить внимание на Одри… то есть на Аликс и незаметно перевести деловые переговоры в дружескую болтовню. Я не возражал, но энтузиазм предыдущих дней меня внезапно покинул, и даже угроза нашего скоропостижного банкротства не могла его вернуть.

Когда мы наконец извлекли Аликс из рук парикмахерши, портнихи и ещё каких-то кудесниц,  и отправились в ресторан, я был как в тумане. Невпопад поддакивал шефу, ни словечком не подбодрил Аликс, сидящую рядом со мной на заднем сиденье машины. В вечернем платье она была чудо как хороша. Как назло, «наш бумажник» мне понравился. Нормальный мужик, серьезный, обстоятельный, как сказал бы Макс, «адекватный». Он внимательно слушал шефа, временами возражая или соглашаясь. На Аликс, которую Макс выдал за куратора предполагаемого проекта,  посматривал, но молчал, хотя визажист постарался, сходство с актрисой было налицо. Я же, ответственный за задушевную беседу, даже получив под столом пару пинков от Макса, не мог выдавить ни слова. Я сам себя не понимал. С одной стороны, искренне сочувствовал Максу, с другой – так же искренне хотел, чтобы наша затея сорвалась. Аликс тоже помалкивала, так что шеф старался за троих.

Лирическая часть встречи накрывалась медным тазом, но нам помог случай в лице ресторанных музыкантов, как раз затянувших что-то негромко-заунывное. Бизнесмен вежливо пригласил Аликс на танец. Макс напрягся было, всё-таки его обучающая программа танцев не предусматривала, но Аликс прекрасно справилась сама. Должен признать, смотрелись они очень эффектно. Не в силах глядеть на их воркование, я отошел к стойке.
После танца «бумажник» довольно энергично простился с нами и очень церемонно – с Аликс. Мы остались за столиком втроём: благодушный Макс, раскрасневшаяся Аликс и я, портивший всеобщую гармонию своей похоронной физиономией.
- Фу-у-х! – с облегчением выдохнул Макс. – Это надо запить.
И он подозвал официанта.

***
…Он захлопнул за собой дверцу «бумера», кивнул шоферу: «домой!» и облегченно прикрыл глаза. Подумав, достал небольшой блокнот, нашел нужную страницу. Добавил в список ещё одну строку: «12) Аликс - 9». Пробежался глазами по списку, сравнив её баллы с оценками других псевдо-Одри, которых за последние полгода он перевидал достаточно. Одна из лучших. Что ж, этот пройдоха Макс отсутствием вкуса никогда не страдал. Он перелистнул страницу, начал набрасывать примерную смету. Внезапная мысль заставила его улыбнуться. «Надо бы заказать портрет Вупи Голдберг, - подумал мужчина. – Интересно, как они будут выкручиваться».