Игнат и Вероника

I часть
Игнат проснулся гораздо раньше пронзительного, уже давным-давно им ненавистного, душераздирающего и выкидывающего из постели, как пробку из шампанского, звона будильника. Этот день он ждал всю свою ничем не примечательную жизнь заурядного школьника из деревни Рылеево, чьей-то, вероятно шуткой удостоенной на карте маленькой, ели заметной, бледной точкой с номером, по которому в конце карты можно было найти название. Наш герой всю свою сознательную жизнь мечтал вырваться из лап этой постсоветской, крестьянской жизни, которую вели его родители и все, кого он знал, перебраться в Москву, где живут другие, наверное, даже не похожие на рылеевских люди, ездят на других машинах, курят другие сигареты и вообще, как казалось Игнату, живут как в сказке.  Учится и трудится как проклятый, для достижения того уровня жизни, о котором ему приходилось только читать в книжках и в случайно чудом оказавшимся в этой дыре журнале Менс-Хилс. Он не строил иллюзий, прекрасно понимая, что в жизни ничего просто так не достается и придется много работать для того, чтобы прыгнуть выше всех остальных.
Его родители хорошо его воспитали. Отец нашего героя Никанор Никанорыч работал на ферме, отчего каждый день весь дом с его возвращением наполнялся резким запахом навоза и сена, который с годами, трансформировавшись, стал восприниматься каким-то по-домашнему уютным и теплым. Мать работала в больнице днями и ночами, ставя местным алкоголикам капельницы, промывая им кровь. Работы было очень много, так как практически вся мужская половина населения деревни страдала алкоголизмом, равно как и их жены, страдающие без нормального мужика в хозяйстве.
Игнату было противно осознавать то, что он является частью этого общества, беззастенчиво синеющим доказательством чего была печать с пропиской в паспорте.
Он уезжал учиться в МОСКВУ! Собранные в дорогу сумки с одеждой и едой сиротливо стояли у двери в ожидании чудесного путешествия в волшебный город грез и фантазий своего хозяина. Он ехал в Москву! Москва, как много он о ней думал и представлял, как будет прогуливаться по пешеходным улицам Арбата и улице со сложным названием – Камергерский переулок! Но главное - учиться, учиться и еще раз учиться! Погрузиться в учебу без памяти, полностью отдать себя учебе – это он мог, он хотел этого и знал, что у него получится. В этом городе его уже ждали. Документы приняли сразу и на удивление легко выписали ему место в общежитии, что бесконечно радовало и создавало впечатление того, что полдела уже сделано!



II часть.
В поезде Игнат по большей части спал. И снились ему сны, в которых он был большим и влиятельным человеком с крупными и густыми усами, сильным, бархатным голосом и автомобилем иностранного производства. Каким именно, он понять из своего сна не смог, но вероятно ауди, что, собственно говоря, его устраивало.
; Эй чувак, пить будешь?  - с нижней полки ему добродушно, по-приятельски крикнул ушастый и конопатый, шального вида паренек, явно не желающий пить в одиночестве, а пить-то надо!
Игнат мог выпить, считая, что он «умеет пить», чем несомненно гордился, т.к всегда мог себя и других контролировать, выпив изрядную долю горячительного, чем постоянно приводил в восторг своих приятелей. И надо сказать, что его организм  практически никогда не подводил в этом вопросе.
- Почему бы и не выпить? Наливай! Тебя как зовут? – Игнат проворно спрыгнул с верхней полки, чуть не уронив уже практически выползший из-под него, по скользкому дерматину койки, матрац.
- Саня. Прыгай рядом. Наливаю, как себе! – строго предупредил Саня, разливая по полчайного стакана и раскладывая закуску на столе. Бабушки с соседних полок недовольно, но тихо заворчали.
Минут через сорок Игнат с удивлением обнаружил, что интенсивно пьянеет, что, собственно говоря, никак его не расстроило, ибо компания была теплая, а разговор лился так хорошо и задушевно.
Саша тоже ехал поступать в институт, но с мотивацией у него были явно проблемы. Отец Саши насильно пихнул его в вуз, заплатив кому-то в деканате, договорился по поводу общежития и, дав пинка для придания ускорения, выкинул из гнезда в вольное, но хорошо им спланированное плавание. Отец Сашки был крупным предпринимателем в Заворово, держа там кирпичный завод и как следствие  - весь поселок. Но будучи состоятельным человеком, сына своего он держал в черном теле, что может быть было даже неплохо, учитывая характер Саши, его распущенность и безответственность. Заворово же со своим кирпичным заводом, двумя магазинами, аптекой и 7-ю пятиэтажками находилось в получасе езды от Рылеево, и Игнат часто там бывал.
Приехав, наконец, в Москву, договорившись не теряться, регулярно созваниваться и быть, что называется, на короткой ноге, ребята разошлись в разные стороны, пошатываясь от количества выпитого ими самогона. Залитые алкоголем глаза упорно не хотели видеть все-то волшебное и невероятное, что много раз представлял себе в самых ярких красках Игнат.  С завидным упорством они замечали лишь приставучих цыган с их бесконечным выводком, дурно пахнущих бомжей и алкоголиков, не по-доброму косящихся милиционеров и мусор, который в огромном количестве был разбросан по всей привокзальной площади.
Опуская все подробности, конечно, увлекательнейшего путешествия от Курского вокзала в вуз, где, как оказалось, никто его не ждал с распростертыми объятиями, расскажем коротко о том, что Игнат успешно поселился в общежитии, правда, просидев полдня у входа в него, ожидая коменданта для заселения. В институте быстро приняли его документы, сообщив, что уже в понедельник ему начинать учебу.
Учился Игнат действительно  неистово! Словно губка, впитывая все, что государство бесплатно предоставляло для своего электората в виде знаний, Игнат ясно расставил для себя все приоритеты, тем самым осложнив себе отношение со сверстниками и противоположным полом. А соблазнов было более чем достаточно. Его сокурсники часто пропускали занятия, устраивая шумные вечеринки везде, где только было возможно и невозможно, девушки хищно косились на крепкого, высокого и симпатичного Игната, подсознательно понимая и уважая его рвение к знаниям, видя перспективного молодого человека и оперируя принципом – выходить надо за лейтенанта. Но Игнат словно никого не видел, по уши погрузившись в учебу, до того момента, как к ним в группу не пришла она.


III часть
Ее звали Вероника, и она была потрясающе красива! Этот вуз был третьим, в который она переходила, т.к училась она из рук вон плохо, чем страшно расстраивала своего отца -  профессора института ядерного синтеза, свою мать - преподавательницу 4 языков в инязе и свою бабушку -  настоящую коренную москвичку голубых кровей, свободно говорящую на французском, как на родном, и немецком языках. Вероника старалась, искренне старалась уделять больше времени и внимания учебе, но как можно было на ней сосредоточится, когда кругом столько интересных молодых людей, которые натурально, не дают проходу, даря подарки, приглашая то в кино, то в дорогие рестораны, то на круизы и т.д. т.д. т.д….Ах, у Вероники была прекрасная, беззаботная жизнь светской львицы, и зубрежка в этот праздник жизни ни при каких обстоятельствах не входила. Гранит науки был бы инородным телом в этом прекрасном водовороте событий, в котором Вероника купалась с тех пор, как из девочки она превратилась в прекрасную девушку со светлыми волосами, зелеными глазами, красивым овалом лица и соблазнительной фигурой.  Похлопотав, ее отец, вновь совершив трудовой и финансовый подвиг, устроил ее в вуз, и вновь Вероника клятвенно обещала им всем учиться! Ситуацию можно было бы назвать критической, т.к в семье стали возникать совсем уже не положительные вибрации в ее адрес.
Институт ей не понравился. Воспринимая и оценивая исключительно эстетическую составляющую, он показался ей каким-то ПТУ-переростком, которого случайно записали в вузы, наградив огромным количеством факультетов, абитуриентами и прочими атрибутами истинной альма-матер с огромными серыми и по-советски унылыми корпусами.
Группа встретила ее предсказуемо. Девушки закрылись, не особенно скрывая свое нежелание идти на сближение с такой опасной соперницей. Ребята же, напротив, приняли ее радушно, очень тепло и охотно. Мгновенно выделились, бессознательно и автоматически ушли в бессрочный пассив несколько особенно засматривающихся на ее ноги и высокую грудь молодых людей. Ребята поскромней приветливо с ней общались и по возможности пытались быть всегда рядом с ней. Но она выделила одного! Ей было немного оскорбительно то, что тот высокий и красивый парень, которого звали довольно странным уже именем Игнат, совершенно не обращал на нее ни какого внимания. Лишь в начале, коротко улыбнулся уголком рта и назвался, когда она нахально подсела к нему, погруженному какими-то графиками и схемами, знакомится. С каждым днем ее это все сильней  и сильней задевало не оставляя в голове места для каких то других мыслей и уж тем более для учебы.
Днями и ночами она думала и размышляла, что с ней не так и что предпринять, что бы привлечь-таки внимание этого парня. Объективно - он ей нравился. Игнат был симпатичный, очень неглупый молодой человек. Был серьезен, разговаривал мало, но, если начинал говорить, все слушали его с открытыми ртами, потому что говорил он так, как говорят взрослые, развитые, состоявшиеся люди. Говорил красиво и уверенно. Ей было с ним интересно в те очень редкие моменты, созданные ею путем сложнейшего планирования и мозгового штурма.
Но выход был найден. Недаром говорят - все гениальное просто, думала она, поняв, что ее план обречен на успех! Она ликовала, когда он согласился каждый день после школы идти к ней домой и помогать ей с учебой, рассказывая ей то, что она благополучно прослушала, находясь в мыслях где-то далеко. Счастливы были все. Ее родители, видя какой хороший парень приходит с ней заниматься и якобы случайно ими распахнутая дверь в ее комнату с гордостью подтвердила, что занимаются они не ерундой, а натурально учебой.
Была счастлива и Вероника, замечая то, что он стал более эмоциональным, стал больше улыбаться, иногда даже смеяться, краснеть, когда она как бы случайно касалась рукой его ноги под столом, что особенно ее умиляло и радовало. Разумеется, был счастлив и Игнат, понимая, что несет разумное, доброе, вечное! Ему было приятно помогать, льстило и радовало то, что ее родители так высоко его ценили и всегда очень тепло его принимали. Но Игнат не мог долго себя обманывать. Он ясно понимал, что с ним что-то происходит, изо всех сил отгоняя эту опасную для своей миссии мысль от себя подальше. С ним определенно что-то происходит. Он влюблен! Да, черт возьми, он влюблен и ничего с этом не поделаешь.
Его борьба с самим собой не могла долго продолжаться, и сломался он в парке Горького, когда споткнувшись, Вероника, обхватив его шею, поцеловала его таким поцелуем, от которого закружилась голова. Земля, улетая из под его ног, не сообщила ему о том, что подстелить солому туда куда он будет падать, как говорят в одной поговорке, ему ни как не получится. Каждая их встреча была наполнена такой страстью, что от низ можно было прикуривать, причем подпалив волосы, усы и т.д. Родители, убедившись один раз и как следствие успокоившись, перестав опасаться за нравственную сторону их занятий, полностью уверенные в том, что молодежь занимается учебой, даже представить себе не могли какие занятия проходят в комнате их дочери. Прогулки в парках, секс при любой возможности, кафе, кинотеатры и прочие атрибуты романтической жизни полностью заполнили собой все время нашей пары. Они упивались друг другом, как еще пять минут назад несчастный, умирающий от жажды в пустыне путник неистово утоляет жажду в пресной речушке во внезапно появившемся посреди пустыни оазисе.
Игнат не замечал, как качество его учебы стало скатываться, принося за собой тройки и двойки. Он влился в кампанию людей, с кем было весело Веронике, заметив, что и ему с ними хорошо и весело проводить время вместо того, чтобы часами сидеть на лекциях. В жизни Игната словно что-то перевернулось с ног на голову.
Родители нашего героя никогда не интересовались успехами своего сына т.к. знали, что их мальчик вывернется наизнанку в институте и сделает все, чтобы получить хорошее образование, найти хорошую работу, зарабатывать хорошие деньги и перевести их в город. Думая об этом, в одну из таких хмельных ночей Игнат вдруг ясно осознал всю тягость и сложность своей ситуации.
На утро, ясной головой оценив все еще раз и получив информацию из деканата он понял, что находится в ужасном положении. Деканат взял его на контроль, он не допущен ко многим экзаменам, суммарное количество часов проведенных на лекциям стремительно приближается к критическому, после которого совершенно отчетливо и ослепительно светит отчисление. ОТЧИСЛЕНИЕ – это слово пронеслось по телу Игната, заставив шевелиться каждый волосок на его теле.


IV часть
- Сань, ты пойми, старик, я в заднице полной..понимаешь, зад-ни-це!!!!!!! – Игнат висел на плечах своего старого друга, все пытаясь выжать из него какую-то внятную идею выхода из сложившейся ситуации. – Я люблю ее, люблю(!!), но она живет по-своему… и меня с панталыку сбивает. А я, как овечка, иду и ничего не вижу...только сопли пускаю, когда меня гладят по головке, ласкают и чешут за ушком. Ты знаешь, какие у нее глаза?! ЗЕЛЕНЫЕ…ммм…а как она меня целует! САНЬ – ты идиот, ничего ты не знаешь и не можешь знать!! С твоими-то ушами и веснушками!!!))) Прости, старик! Я тебя уважаю, и мне нужна твоя помощь! – делал последние сознательные попытки пьяный Игнат - Посоветуй, что мне делать? Учеба -  это мой шанс вырваться из той клоаки, которая мне светит, если я вылечу из универа.
- Ига…чувааак. Ты ничего в девушках не понимаешь! Девушка ВЕ-ДО-МА!!! – уверенно и громко говорил в стельку пьяный Сашка с видом знатока, специалиста в женской психологии – Гни свою линию, чувак! И если она любит, то она примет тебя любого, чувак!!! Будет любить тебя любого, даже такого конченого ботана, как ты, чувак!! – кричал пьяный Сашка, орошая хмельной слюной лицо друга.
Утром Игнат помнил все! Каждое слово своего товарища врезалось ему глубоко в голову, сверля её мыслями, от которых он сам содрогался, понимая, что, меняя себя, ему придется ломать себя. Он не такой, но ему придется таким стать, сделав выбор и ясно понимая, зачем он это делает, с какой целью. Будучи неглупым парнем и частично вернувшись в реальность, наш герой понял, что этот безумный роман у Веры лишь временный. Находясь постоянно в этой институтской среде, она сделала свой выбор лишь на этот период, лишь на этот этап. Покажется на горизонте какой-нибудь смазливый Рафаэль или Даниил в папиной машине, сверкнет пару раз белыми зубами и золотыми часами, -  и Вероника не устоит, увлечется, и не нужен будет ей Игнат с его рабоче-крестьянским именем, стипендией и зарплатой ночным сторожем в банке 2 через 2.
Игнат был прав. Вернув качество своей учебы на прежний уровень, он потерял Веронику, которая не готова была его делить с его стремлением получить хорошее образование и как следствие - высокооплачиваемую работу. Вера была обижена на то, что ее мужчина был занят учебой тогда, когда она хотела гулять или идти в кино, а еще она была обижена на то, что, осознавая всю важность его учебы и глупости своего поведения, она понимала, что не любит его. Поскольку если бы любила, то понимала бы и принимала, т.к только любимая может стать женой, а жена напрямую заинтересована в благосостоянии собственной семьи. Такие вот мысли были в симпатичной головке нашей героини.
Верочка быстро переключилась на другого, взрослого и успешного мужчину, который уже всего добился и ни куда не торопился. Она его тоже не любила, что очень сильно ее волновало. Он делал и покупал для нее все, что она хотела, но она не любила. Часто в ее голове возникал пугающий ее вопрос – а способна ли она вообще любить? Или… красивые люди могут любить только себя?