сказка в рассрочку. Глава 1. Круглые даты. Начало

Глава 1.
Круглые даты.

Раздел 1. Новое начало.

   Бесконечность – очень хорошая штука. Когда полностью осознаешь и постигнешь ее сущность,  можно навсегда избавиться от комплекса неполноценности. Незачем тогда будет пугаться конца света, даже от клаустрофобии можно отделаться легким испугом. Кто сказал, что эти стены, в которых вас якобы замуровали, и есть конец всему? Чепуха! За ними как был, так и остался этот уму непостижимый материальный мир, а ведь, говорят, есть еще и духовный, идеальный. Я-то, признаться, его ни разу не видел, но охотно могу поверить другим на слово.
 Так вот, о бесконечности! Она протягивает нам костлявую мозолистую руку в таких ситуациях, когда, казалось, впору заорать:
- Остановись, мгновение, черт бы тебя побрал! Больше не могу!
Это заблуждение, смею вас уверить. Сможешь, сукин сын, да еще как сможешь! Все, или почти все можно стерпеть. Даже эпоху перемен пережить возможно, если ты, конечно, не белый. Даже правление кощеев и уголовников всех мастей когда-нибудь, да закончится, ибо бесконечность времени подразумевает некоторое разнообразие его заполнения: если бы все время всюду было одно и то же, как бы мы узнали о существовании этого всепожирающего существа? Хронос только тогда и проявляется, когда что-то меняется. И не надо приписывать бедолаге несвойственные ему функции всепожирания. Во-первых, кое-что из прошлого существует и сегодня – тот же Сфинкс,  те же пирамиды (это рукотворные вещи, а есть еще горы, океаны и все такое прочее). Из временной точки нынешнего дня отдельные предметы, понятия и идеи уверенно переберутся в далекое будущее, а кое-что, соответственно, сгинет к чертовой матери, и, слава богу. Это я имею в виду нынешние нравы и порядки (“О, времена! О, нравы!”).
     Но одно несомненно: когда что-то заканчивается, тут же открывается дорога чему-то новому. Даже глобальная катастрофа, даже одновременная гибель сотен звезд служат началом нового витка эволюции материи, только и всего, так что нечего их бояться.   Пусть они нас боятся. Потому, что все перечисленные процессы и сгустки косной и грубой материи, по крайней мере, в одном, уступают любому из нас: им мыслить нечем. Они, дураки, не могут представить себе идеального, виртуального мира, и вообще  мало соображают, если не сказать больше. Мы больше них информированы, вот в чем дело, а, следовательно, и лучше вооружены. Грех не воспользоваться столь очевидным преимуществом! Вот и воспользуемся на все сто. Вообразим себе что-нибудь эдакое, от чего дух захватывает: вот мы уже и бессмертны, ибо свободно можем удалиться в этот придуманный мир.  А звезды, планеты и прочая несчастная и почти точно неодушевленная  субстанция только и могут, что образовываться, какое-то время существовать, даже не осознавая факта своего бытия, и исчезать в никуда. И, хоть существуют эти объекты миллиарды лет, в отличие от наших бренных тел, но им можно лишь посочувствовать, а нам – позавидовать.
 Вот мы сейчас и заберемся в дебри одной из таких вселенных, которых вблизи не наблюдается, но где-нибудь определенно существуют… или уже когда-то были… или  им еще предстоит возникнуть из скоплений межзвездного газа, пройти все стадии эволюции и, в конце концов, непременно вырулить в ту точку, куда мы сейчас и направляемся. Ни доказать, ни опровергнуть подобное утверждение не представляется возможным.
  Итак, начнем с начала. С нового начала, потому что старые начинают приедаться. Хорошего понемножку, можно и подавиться выжатыми досуха сюжетами. Пора сворачивать на проселок, благо магистраль истоптана до дыр. Не судите нас строго, товарищи, в конце концов, у каждого могут быть ошибки и неудачи, в особенности у вечных неудачников.  Обещаем исправиться, если, конечно, получится. Будем стараться изо всех сил. А вдруг Бог поможет?
  А вспомнить, с чего же все началось, стоило бы. Тем более что уже столько лет прошло… кстати, начиная с какого момента?  Интересный вопрос. Если рассмотреть существование крупных объектов наподобие галактик, звезд и планет, следует оперировать цифрами в 10-15 миллиардов лет, потому что больше они не живут. В особенности звезды, пульсары, и все такое прочее. Краткий им отмерен срок, ибо планеты целиком зависят от звезд – своих солнц, а те, в свою очередь, никак не могут продлить срок своей славной и яркой жизни больше времени протекания полного  реагирования  протонов, нейтронов и прочей мелочи внутри себя. И только нам дано право на вечное существование в выдуманном нами же виртуальном мире – будь то царствие небесное, ад, или какие-нибудь параллельные миры. Выбирай, что душа пожелает. Но что такое эти самые “мы”? Вот тут и задумаешься. Каждый из нас как  будто бы вмещает в себе вечность и вселенную, а то и еще что-нибудь. Но это лишь по собственному индивидуальному мнению, а со стороны посмотришь –  и плюнуть не на что: и росту-то  в нас не более двух с половиной метров (и то редко), и весу-то не более 600 кг…  состав души неизвестен, а в теле преобладают  углерод, водород, чуть-чуть кремния, кальция да железа, натрия,  и куча микроэлементов, но их примерно столько же, сколько и на Солнце, то есть, почитай, что ничего. И все это в виде воды- плазмы- крови- костей- мяса- волос- кожи, и чуть-чуть мозгов, обычно  в заведомо  дефицитных дозах.  А посмотришь, да подумаешь, как все эти  элементы собрались в одном существе да связались воедино, - диву даешься, как это могло произойти. Все эти атомы и молекулы, кроме водорода, во Вселенной – большая редкость, и надо же, как-то вырвались из состояния вечного рассеяния, сбились в эдакие стайки, да еще и хорошо организованные. А взять, например, одну-единственную молекулу кремнезема, которая торчит где-то  в моих или твоих костях, да проследить ее путь с самого начала, что тогда откроется изумленному взору наблюдателя?   Приглашаю  посмотреть.
   Так вот оно, мое начало! И вас всех, между прочим. Смотрите, дивитесь, если есть охота.
  Все давно забыли  яркую вспышку Сверхновой, в которой, собственно, и возник тот самый пресловутый комплекс химических элементов, который  товарищ Менделеев гениально систематизировал в одну таблицу. Ну, что ж, забыли - и забыли, с кем не бывает. Не сажать же теперь за это?
  Никто не помнит, как ухитрились  кремний, кислород, углерод и прочие раритеты космических газов собраться в кучки, пылевые облака, упорно игнорировавшие своих газовых собратьев – гелий и водород, которые, в общем-то, только и встречаются на каждом перекрестке Космоса, и составляют почти все 100% Вселенной. Вот благодаря этому “почти” мы сейчас и существуем. Свезло, так свезло. Могли  было ведь так и пребывать рассеянном виде, где от атома до атома не слышим даже мата мы.  Но кто-то, или что-то свистнул обитателям таблицы Менделеева собраться в так называемые небулярные туманности, а там дело пошло веселее и закончилось образованием планет со спутниками. Дошла очередь и до Земли. И вот те протоны и нейтроны, электроны и позитроны, из которых и состоят атомы и молекулы каждого из нас, образовали, наконец, минералы, а те, в свою очередь, горные породы. А уж те расстарались -  стали меняться, плавиться, метаморфизовываться и вообще вести себя не подобающим образом, да так, что из тех так называемых гипербазитов, темно-зеленых пород вроде кимберлитов, меймечитов, пикритов, пироксенитов и перидотитов с оливинитами, из которых состояла первичная мантия Земли, внезапно образовались  базальты с габбро-норитами, андезито-базальты с габбро-диоритами, а они, разрушаясь, приводили к образованию песков, глин, гравия, галечника… так оно тянулось и тянулось бы до бесконечности, но опять что-то вмешалось в унылую череду долгих миллионов безжизненных лет.
 Никто теперь и не вспомнит, с какой это радости  некие соединения из числа органических молекул, повели себя самым вызывающим образом: они явно выделили себя из общей минеральной массы. Отказались, в общем, участвовать в том вековом водовороте превращений  скал в песок, песка в песчаник, песчаника в гранит, и так до бесконечности.  Эти невесть откуда появившиеся сцепления атомов водорода с углеродом с небольшими добавками азота и фосфора, иногда – кремния, обособились от всего происходящего на нашей планете, и как будто бы стали совещаться между собой.
- Не пойду под землю с глинами, - решительно заявила одна из них, по кличке Аминокислота, - нечего мне там делать! Только разлагаться, а мы не для этого созданы, в конце-то концов.
- Верно, верно, - зашумели ее товарки,  органические молекулы разной степени сложности, - пусть этот чертов кремнезем со своими дружками окислами магния, кальция, алюминия да железа со своими собратьями-микроэлементами  и плавятся да плющатся столько, сколько им заблагорассудится, а мы пойдем другим путем. Нам и на поверхности неплохо!
   Следует отметить, что эта кучка молекул-сепаратистов научилась использовать то, что не удалось осуществить  ни одному неорганическому соединению до них: они наловчились, используя солнечную энергию, самоусложняться и самовоспроизводиться. Немногие минералы, взятые ими в союзники и попутчики, отправились с этой разбитной группкой в дальнейший путь по времени, и только благодаря этому своевременному решению сейчас способны думать и  воображать себя бессмертными, войдя в состав живой, и, мало того, разумной материи.
    Сами ли органические молекулы вступили в этот преступный сговор, или у них был какой-то вожак, неизвестно, хотя кое-какие догадки есть. Одна из них:
- да никак не смогли бы они осуществить такое превращение из неживого в живое, если бы не Божья воля – помните, что-то там было насчет ожившей глины? Или, что еще хуже, у мертвой материи вообще кишка тонка на такие фокусы, а дело было совсем в другом, – в том, что эту компанию занесло на Землю с других планет, а уж как они там возникли, - не наше с вами собачье дело. Такой вариант развития событий всех устраивает? В конце концов, можно даже в чем-то примириться с церковниками: да, Жизнь кем-то создана в результате уникального эксперимента, пусть этот “кто-то” даже называется Богом, но затем ее понесло куда попало – споры, вирусы и еще черт знает, что разлеталось в осколках планет, доставляясь по различным адресам кометами, метеоритами или еще как-нибудь. Вроде как нынче птицы на лапах рыбью икры транспортируют от водоема к водоему, вовсе не желая того делать. А, может быть, два-три суровых до безобразия Пришельца с характерными именами Бяка, Бука и Жлоб в огромных мешках развозят  эту самую Богом созданную первооснову  Жизни по всем направлениям, только успевай подтаскивать. Вселенная-то бесконечна, так что на их век работы хватит. А, может быть, распространяет-то зародыши Жизни один только Жлоб, а Бяка с Букой инспектируют сам процесс эволюции: где что-то не так, он – огнеметами! Водородными бомбами, лазерно-пучковым оружием или еще какими-то неведомыми нам подручными средствами.
   Лично автору этих строк Пришельцы-близнецы Бяка с Букой объяснили, что они только инспектируют и подправляют направление неправильно идущего процесса, а задает тон кто-то другой, так что моя догадка близка к истине. Ну, бог с ними, пришельцами-то. Они ведь и наврать могут с три короба, а проконтролировать их у нас с вами нет ни малейшей возможности. Еще долго человечество не сумеет создать звездолет класса НЛО “Пегас”, на котором  братья-инспекторы рассекают мировой Эфир. А, создав, долго будет ломать голову над извечными вопросами: а куда лететь-то? И, собственно, зачем?
   Причина, разумеется, найдется: во-первых, Солнце не вечно, во-вторых, еще задолго до его окончательного угасания или коллапса в нашу старушку-Землю непременно врежется какая-нибудь каменная дура размерами отнюдь не с голову чиновника, а, скажем так, с хорошую гору. Или еще крупнее. И все: человечества на Земле, как ни бывало. Прецеденты, судя по всему, уже случались, и не один раз. Иначе чем можно объяснит следы величайших катастроф, запечатленные в древних пластах на рубежах геологических эпох? Раз эдак в 50 миллионов лет что-нибудь у нас, да происходит. Не исключено, что злополучные болиды тут и вовсе не при чем, а  бьет по нашему вместилищу какая-нибудь взрывная волна очередной Сверхновой, или Солнце-Атон выкидывает какую-то нехорошую шутку, вроде грандиозного выброса своих дурацких протуберанцев в нашу сторону. Так что есть резон убежать куда-нибудь подальше и, во всяком случае, чуть раньше, чем все это начнется. Не дай нам бог жить в эпоху вот таких, с позволения сказать, “перемен”! Нет ли у вас желания очутиться на пути каменной лавины, селевого потока  высотой метров двадцать, или волны цунами среднего размера? Так ведь это так, пустяки, щекотка по сравнению с тем, что день грядущий нам готовит. Так что есть резон постараться как можно быстрее создать новых Пегасов, способных унести нас от беды. Тогда Жизнь будет распространяться уже не в виде каких-то примитивных спор, а в самых высших формах. Гораздо ведь быстрее пойдет эволюция, не так ли?
  По рассказам Бяки с Букой все на Земле начиналось так.
  Совершенно мертвая поверхность древней Земли, уже успевшей обзавестись морями, правда, пока не очень широкими и глубокими (по сравнению с нынешними), еще и не слышала других звуков, кроме шума ветра, прибоя, грохота камнепадов, шуршания снега да шума дождя. Ну, еще гремел гром иногда, во мраке, как водится, молнии сверкали, - это тоже случалось. А вот птички не пели, и даже жучки не жужжали – уж это точно. Пришельцы тут, кажется, не врут. Очень похоже на правду. Тишина стояла и на микроуровне: если бы вирусы умели петь или каркать, то не было бы слышно даже такого карканья. Некому было вмешаться в хор перечисленных выше звуков. Изредка гул подземных толчков, рев вырывающихся из недр фонтанов пара и потоков лавы перекрывал даже грохот грома и шум лавин, но это все были песни неживой природы. Все не то, все без нас и наших славных предков. Но вот над морским побережьям загудели двигатели Пегаса, и НЛО звучно шлепнулось на
красновато-коричневый песок (такой нынче на Марсе очень распространен, да и на Венере не в диковинку). Со страшным скрежетом распахнулся люк и две небритые - немытые физиономии с явными признаками мизантропии высунулись наружу.
- Кажется, то, что надо, - прохрипел старший брат-близнец пришелец Бука, - вылезаем, братец, сделаем привал.
  Бяка привычно посмотрел на свои универсальные часы, подаренные ему Богом черт знает, сколько миллиардов лет тому назад.
- Первое января шесть миллиардов сто тридцать один миллион двести восемьдесят тысяч  девятьсот семнадцатого года до рождения Христова,  восемнадцать часов ноль-ноль минут по московскому времени, - механически отметил он, - удачно сели. Можно сказать, круглая дата! Юбилей!
- Юбилей – чего? – не понял старший Пришелец. – День рождения Бога, что ли?
- Ты так больше не шути, - испугался Бяка, - Бог-то всегда был, есть и будет, ему на наши юбилеи… это я про нас с тобой говорю. Уже ровно как миллиард лет мы таскаем эти чертовы баулы и рассыпаем по всем морям и озерам то, что выводит в своей лаборатории биоорганической химии наш геноссе  Жлоб. Надо бы отметить это событие.
    Бука, естественно, не возражал. Братья неторопливо разбили бивак (комаров на Земле еще не было, нападать на них было некому, а цунами и землетрясений они и вовсе не боялись). Во-первых, разгул стихий происходит, как всем уже известно, по воле божьей, дабы покарать нерадивых и грешных, а на Земле даже свиней  пока не наблюдалось, не то, что еретиков. Так кого же бить-то? Кроме того, Пришельцы были бессмертны, как и всякие серафимы третьего класса, сотрудники божьей свиты. Начхать братьям было на всякие стихии, так что они спокойно могли себе позволить потягивать нектар под шум волны.
- Подумать только, - заплетающимся языком молвил Бука, - не пройдет миллиарда - другого лет, а этих водоемах что-то зашевелится! Вот смеху-то будет! Ведь по происшествию еще пары миллиардов лет нам же придется эту самую планету инспектировать, кое-кому рога обломать, кое-кому нотацию прочитать о недопустимости подобного рода поведения… как летит время!
- Да не “летит” же, а ползет, -  возражал Бяка шатающимся голосом, - подумай только, что твари, которые сейчас тут выведутся, будут жить по сто, максимум по тысяче лет. Так сколько поколений их должно смениться, чтобы получилось то, что можно сжигать на кострах за ересь и длинный язык? Оцени, братец!
- Как бы то ни было, -  отвечал Бука, - мы положили начало новой эволюции. Грех за это не выпить! Предлагаю пометить вот этот камушек… назовем его, к примеру, Парамоном. Что-то с ним будет через пять-шесть миллиардов годков? Не проследить ли, а?
- Туго ему придется, братец, - подумав самую малость, сообразил  Бяка, -  и волны будут его гонять и в хлам разрушать, и уйдет он под многокилометровые толщи глин и ила, которые лягут на его останки  на дне морском, и все это окаменеет, потом, при последующих образованиях гор, вынесет эти обломки наружу, рассеет так, что мало не покажется… соберутся ли когда-нибудь бедные молекулы этого кремня вместе? Попадут ли в  ту среду, которая будет эволюционировать в сторону разумных двуногих? Надо проследить за этой штукой, Пометим ее, обязательно пометим.
  Камню тут же присвоили имя, и закинули его подальше от берега. Пусть себе  проходит все необходимые ступени своего жизненного пути… хотя, по правде, сказать, какая у куска кремня жизнь?