Паровоз Ильича

Из цикла "Петербургские диковины"

Паровоз №293.
(текст радиоспектакля, вышедшего в  эфир в 2000-м году)

Диктор: В июле 1917 года Центральный Комитет партии большевиков решил, что Владимиру Ильичу Ленину небезопасно находиться в Петрограде. По заданию комитета рабочий сестрорецкого завода Емельянов снял в аренду за озером Разлив сенокосный участок и однажды поздно вечером перевез туда Ленина, загримированного под финна-косца.

Ленин /с финским и своим собственным акцентом/: Вы думаете, товарищ Емельянов, здесь совершенно безопасно?
Емельянов: Безопасней некуда.
Ленин: А мне кажется, в Гельсингфорсе было бы спокойнее.
Емельянов: Не знаю, не был. Я все больше по округе…
Ленин: Ничего, вот придем к власти, я выхлопочу для вас профсоюзную путевочку за полцены… Тихо! Кто это там за деревом? /стук дятла/
Емельянов: Да это дятел стучит.
Ленин: Вот то-то и оно, что стучит. Я чувствую, что за мной наблюдают.
Емельянов: Ну и что? Вы же загримированы.
Ленин: Видимо, плохо загримировался.
Емельянов: Да ну! Куда лучше. Вы, Владимир Ильич, в этой кепке вылитый одесский налетчик!
Ленин: Я же загримирован под финна-косца! Вы что, не слышите акцента?
Емельянов: Я думал, он у вас такой от природы.
Ленин: Нет, от природы у меня никакого акцента.
Емельянов: А-а… Ну извините, Владимир Ильич.
Ленин: Ну, где у вас это?..
Емельянов: Чего?
Ленин: Ну, это… чем траву косят.
Емельянов: Ах, вы про косу! Вот, пожалуйста. Да нет, другой стороной возьмитесь. /свист косы/. Осторожней!
Ленин: Вам что, косы жалко для вождя мирового пролетариата?
Емельянов: Покалечитесь же!
Ленин: А что, это опасно?
Емельянов: Да не очень, но можно и того, насмерть.
Ленин: Ну, все-таки я еще раз попробую. И… /свист косы, удар об дерево/ Почти получилось. Дерево только помешало. /с натугой пытается выдернуть косу из ствола/.
Емельянов: Дайте сюда. Я уж как-нибудь сам. А вы пока костер разожгите.
Ленин: А товарищи говорили, что костер уже будет приготовлен…
Емельянов: Так не успел покудова. За дровами вы хотя бы сходить можете?
Ленин: Что я вам, турист? Я сюда приехал работать, а не дрова таскать!
Емельянов: Ладно… Эй, Колька, подь сюды!
Коля: Чаво?
Емельянов: Это сын мой, Колька. Вот, Николай, будешь помогать Владимиру Ильичу…
/Ленин предупреждающе кашляет/
Емельянов: …Э-э, будешь помогать видному финскому товарищу по хозяйству.
Коля: А где товарищ будет жить?
Емельянов: Так…здесь и будет…
Коля: Что? Прямо на улице?
Емельянов: Ну, построй какой-нибудь шалаш.
Ленин: Как шалаш? А если ливень или заморозки?
Коля: А вы чего хотели? Виллу с паровым отоплением, как у товарища Репина?
Ленин: А что, тут по близости имеется? Вообще было бы не плохо, а то, знаете /шлепает себе по лицу/ комары совсем заели.
Коля: Это еще что, вот посмотрите, что ночью будет!
Ленин: Так как же здесь жить? Эй, Емельянов! /Емельянов вдалеке со свистом косит и откликается не сразу и издалека/ Емельянов, поехали обратно!
Емельянов: Чего?
Ленин: Это хуже Шушенского! Там хотя бы изба была! Поехали обратно.
Емельянов: Куда?! Я арендовал этот участок на два месяца. Уже и деньги заплатил! Вы, что ли, мне деньги будете возвращать? Вот скошу сено, высушу, перевезу домой, тогда и поедим.
Ленин: Какой вы, все-таки, Емельянов, меркантильный.
Коля: Чай-то будете пить?
Ленин: Что? Уже чай готов? Ну, Колян, ты молодец! /отхлебывает/ Тьфу! Что у тебя тут, сено какое-то…
Коля: Да это видать, иголки с сосны нападали. А вы пальцем их выловите, и все…

/Утро. Идиллически поют пташки и оводы. Ленин отстукивает на машинке статью. Емельянов где-то косит./
Ленин: Государство есть…государство есть…где же это «гэ»?…
Коля: Товарищ видный финский товарищ! К вам гости из ЦК. Целая делегация. /зачитывает по бумажке/ Орджоникидзе Г.Н., Шотман А.В., Рахья Э.А….
Ленин: Вызывай по одному.
Коля: А с кого начать?
Ленин: Давай хоть с Шотмана, шут с ним.
Шотман: Здравствуйте, Владимир Ильич!
Ленин / все еще с финским акцентом/: Как сейчас в Петрограде?
Шотман: Да бросьте вы этот финский акцент!
Ленин: Давайте же взаимно уважать друг друга. Я же не прошу бросить ваш еврейский! /деловито и без финского акцента/ Ну-с, с чем вы приехали?
Шотман: Владимир Ильич, вы знаете, что на днях в Петрограде открывается шестой съезд партии. Комитет обращается к вам с просьбой быть его почетным председателем…
Ленин: Да я не о том! Что вон, в сумке у вас?
Шотман: Ах, это! Товарищи тут для вас гостинцев собрали. Пироги вот…
Ленин: С чем это?
Шотман: С капустой.
Ленин: Чего они там, совсем с ума сошли?! В жизни не ел с капустой.
Шотман: Вон, может, товарищ Емельянов захочет. Чего он все косит и косит?
Ленин: Не мешайте товарищу Емельянову. Ему на зиму для коровы сена много надо. А больше ничего не привезли?
Шотман: Ну что вы! Вот севрюжки немного /кряхтя вываливает из сумки/, колбаска краковская, сыр рошфор, револьвер…
Ленин: Да револьвер-то зачем?!
Шотман: Ну, как же? Все-таки вы скрываетесь от полиции…Вдруг придется отстреливаться?
Ленин: Помилуйте, батенька! Если я начну отстреливаться, так и по мне начнут стрелять! Забирайте, забирайте свой револьвер. Ну вот, теперь сыр машинным маслом воняет.
Шотман: Это уж вы привередничаете.
Ленин: Да понюхайте сами! /нюхают/
Шотман: Да, это мы не подумали.
Ленин: Конечно, как председателем, так Ленин, а как думать, так Шотман…
Шотман: Чего?
Ленин: Ладно, Колян, зови сюда Орджоникидзе, может, у того что-нибудь путное имеется.
Орджоникидзе: Вах, дарагой Ильич, канечна имеется! /шумно приветствуют друг друга/.
/музыкальная перебивка/

Диктор: Приближалась осень. В лесу появилось много охотников и грибников. Оставаться Ленину на озере стало рискованно…

/хруст валежника под ногами/.
Ленин: Кто тут?
Емельянов: Да это я, Емельянов.
Ленин: А я думал, шпики. Темно, ничего не видно.
Емельянов: Так и нас зато не видно.
Ленин: Ну да, не видно! Вон кострище какой раздули!
Емельянов: Могу затушить.
Ленин: Да ладно, это я так. Замерзнем же без костра. /снова хруст валежника/. Это ты ходишь, Емельянов?
Емельянов: Да нет, я рядом с вами сижу.
Ленин: Может, охотники?
Емельянов: Скорей грибники.
Голос: Эй, мужики! Погреться у вас тут можно?
Ленин: А вы кто такие?
Голос: Да мы местные.
Емельянов: Местных-то я всех знаю, а вы какие-то незнакомые!
Голос: Да знакомые мы, знакомые! Просто давно не виделись, вот и не узнаешь. А кто это там с тобой, Емельянов?
Емельянов: Где?
Голос: Да вон, в кепке сидит. Он-то, мы видим, не местный!
Емельянов: Да вам-то какое дело?
Голос: А чего он такой молчаливый? Он что, глухонемой?
Ленин /тихо/: Точно – шпики! Выследили!
Голос: А может, от полиции прячется?
Емельянов: Да вы чего, мужики! Мы тут сено косим!
Голос: Вот мы и думаем – чего это Емельянов два месяца на одном месте косит?
Емельянов: Так я чисто стараюсь…
Голос: Погляди, какой старатель! А этот, в кепке, тоже старатель, что ль?
Емельянов: А как же!
Голос: А где ж у вас вторая коса?
Емельянов: Что вам, одной мало? Я и одной могу по шеям накостылять. А вон у нас еще грабли стоят.
Голос: Это, значит, ты косишь, а он сгребает?
Емельянов: Точно! Я кошу, товарищ сгребает.
Ленин /тихо/: Эх, зря я от револьвера отказался. /раздается такой треск валежника, как будто идет стадо медведей/ С тыла обходят, Емельянов! Спасаться надо!
Шотман /издалека/: Владимир Ильич!
Ленин: Раскололи! Уходим осторожно, но быстро.
Емельянов: Я вас прикрою.
Ленин: Я без вас не могу, я дороги не знаю.
Емельянов: Какая тут дорога – сплошной лес. Вот как до горелого торфяника дойдем – там уже и станция.
Шотман: Товарищи! Владимир Ильич! Товарищ Емельянов! Где вы?
Голос: Ты этих двоих ищешь? Которые один косит, а другой сгребает?
Шотман /Осторожно/: Возможно.
Голос: Так они на горелые торфяники пошли.
Шотман: Чего их туда понесло?
Голос: Может, у них там рандеву…
Шотман: С кем это, интересно знать, у них рандеву?
Голос: Мне не докладывали.
Шотман: Очень плохо, товарищ.
Голос: А ты из большевиков, что ли?
Шотман: Почему вы так решили? Я…просто богатый дачник.
Голос: Ну, тогда и я дачник.
Шотман: А чего вы тогда с ружьем здесь шляетесь?
Голос: Дак…уток вышел пострелять.
Шотман: А вы что, не знаете, что здесь заповедник?
Голос: Какой заповедник?
Шотман: Ну как же. Ленинские места. Охота здесь запрещена. Все. Идите.
Голос: Да какое вы имеете право?! Мы здесь спокон веку охотимся
Шотман: Больше мы вам этого не позволим.
Голос: Да кто вы такой?
Шотман: Я Шотман. Еще вопросы есть?
Голос: Пожалуй, я пойду…
Шотман: Идите-идите.


/треск огня/
Ленин /кашляет от дыма/: Далеко еще станция-то?
Емельянов: Так это смотря какая…
Ленин: Что значит «смотря какая»? Вы на какую меня ведете?
Емельянов: Вести-то я вас веду, да только приблизительно. Очень уж местность пересеченная.
Ленин: Эх, Емельянов-Емельянов… А я-то на вас полагался… Я думал, что вы преданны делу борьбы пролетариата…
Емельянов: Да я-то здесь причем? Кто ж знал, что торфяники еще горят?
Ленин: Надо было знать, батенька.
Емельянов: Что я вам, Шотман, чтобы всех знать?
Ленин: Да, сейчас понимаешь, как нам не хватает старых товарищей.
/Шотман кашляет/
Емельянов: А вот и старый товарищ!
Ленин: Где? Ничего не вижу.
Шотман: Я соблюдаю конспирацию./паровозные гудки/ Вот, Владимир Ильич и станция.
Емельянов: Я же говорил, что мы выведем вас на чистую воду.
Ленин: Ну, кто отправиться на разведку?
Шотман: Пусть Емельянов идет, он местный.
Емельянов: Я не могу, у меня нервы расшатались.
Ленин: Товарищ Емельянов, надо взять себя в руки!
Шотман: Ладно, пошли. В случае чего я тебя прикрою.
Емельянов /шепотом/: На станции полно юнкеров…
Ленин /из кустов/: Ку-ку, ку-ку… Как дела, товарищи?
Шотман: Все нормально, только Емельянов очень нервничает.
Ленин: Передайте ему, чтобы не беспокоился. У меня все в порядке.
/станционные шумы/
Емельянов: Это что, все-таки, за остановка?
Шотман: Дибуны или Поповка. Судя по количеству юнкеров, это какая-то пограничная станция.
Емельянов: Надо бы спросить у кого-нибудь.
Шотман: Спросите.
Емельянов: Я?
Шотман: Спросите, спросите, не стесняйтесь.
Емельянов /заметно нервничая/: Скажите пожалуйста, где мы находимся?
Полицейский: Заблудились, что ли?
Шотман /себе/: Ну, Емельянов, другого респондента не мог найти, кроме полицейского.
Емельянов: Да, можно сказать, заблудились.
Полицейский: а чего это от вас так дымом сильно пахнет?
Емельянов: Да на горящие торфяники попали, понимаете! Едва не сгорели.
Полицейский: Зачем же вас на горящие торфяники понесло?
Емельянов: Дак, заблудились…
Полицейский: Грибы, что ли, собирали?
Емельянов: Нет… Ах да… Грибники мы, грибы собирали.
Полицейский: А документы у вас есть?
Емельянов: У нас полно документов, господин полицейский, вы не сомневайтесь!
Полицейский: Покажи.
Емельянов: Зачем это? Вы что, меня в чем-то подозреваете?
Полицейский: А что это вы так нервничаете?
Емельянов: Я? Я нисколько не нервничаю.
Полицейский: Отчего же вы тогда вот уже пять минут пуговицу на моем мундире крутите?
Емельянов: Я? Извините, это я задумался.
Полицейский: Вы поэт? Или сочинитель?
Емельянов: Помилуйте, ваше благородие, как можно… Разве ж я похож?
Полицейский: А кто тебя разберет, на кого ты похож, если вся физиономия закоптилась!
Емельянов: Да вы поверьте, ваше благородие…
Полицейский: Если б я каждому верил…
Емельянов: Почему каждому? Я здесь один. Со мной никого нет!
Полицейский: А вон в тех кустах кто сидит?
Емельянов: В каких? Вон в этих?
Полицейский: Нет, вон в тех.
Емельянов: Да там никого нет!
Полицейский: А чья это кепка над кустами торчит?
Емельянов: Да это моя кепка. Я ее на кустик повесил…проветриваться.
Полицейский: А может, там еще кто-нибудь…проветривается? Вот я сейчас возьму, да и проверю.
Емельянов: А ну стой! Я тебе щас как…
Полицейский: А ну положь грабли на место! Положь грабли, я кому сказал!
Емельянов: Вот тебе, полицейская морда! /удар граблями/ Бегите, товарищ Ленин!
/многочисленные полицейские свистки, топот ног бегущих юнкеров, крики «Стой, стрелять буду!», «Держи вон того с граблями!»/
Емельянов: Вяжите меня! Я отдаю свою свободу за народное дело.
Другой полицейский: А граблями больше махать не будешь?
Емельянов: Так они переломились…



/свист паровоза, стук колес отходящего поезда/
Шотман/тяжело дыша/: Прыгайте на подножку, Владимир Ильич!
Ленин/тяжело дыша/: Руку подайте!
Шотман: Ну, давайте! Что же вы такой неуклюжий!
Ленин/отдуваясь/: Ну, как нам повезло! Хорошо, что успели. Кстати, куда идет этот поезд?
Шотман: Судя по всему, в Петроград.
Ленин: Как в Петроград? Нам же надо в другую сторону!
Шотман: Все-то вам не нравиться, Владимир Ильич!
Ленин: Ну, так я же все-таки революционер, а не какой-нибудь…оппортунист! И, наконец, зачем нам в Петроград? Нас же там сразу заметут. Нет, надо прорываться на запад…я хотел сказать - на север.
Шотман: Емельянов вон попытался прорваться.
Ленин: Мы не должны терять голову от малейшей неудачи! Проявите свою изобретательность, Шотман. А если у вас ее нет, купите мне хотя бы билет до Гельсингфорса!
Шотман: Откуда же у меня столько денег?
Ленин: Как? А партийная касса?
Шотман: Партийная касса не резиновая. Пришлось сильно потратиться на шестой съезд РСДРП.
Ленин: Бэ.
Шотман: Что, простите?
Ленин: РСДРП – бэ.
Шотман: Ну, разумеется.
Ленин: Делайте что хотите, а мне необходимо в Финляндию.
Шотман: Так нету же денег.
Ленин: Работать надо, молодой человек, тогда и деньги будут.
Шотман: А что, пожалуй, это идея. Вон, видите объявление?
Ленин: Где?
Шотман: Вон, на станции Удельная. Видите?
Ленин: Это вон то, что на столбе висит?
Шотман: Нет, на столбе это фонарь. Правее смотрите, на щите. «Требуются кочегары на линию Петроград-Гельсингфорс».
Ленин: Это Хельсинки, что ли?
Шотман: Оно самое.
Ленин: Это сколько же вам надо будет рейсов совершить, чтобы мне на билет заработать?
Шотман: Зачем мне? Вы сами в качестве кочегара проедете через границу.
Ленин: Ну, у вас и фантазия, Шотман. В ссылке я был, в пломбированном вагоне ехал, но чтобы кочегаром! Это черт знает что!
Шотман: Я отказываюсь вас понимать, товарищ Ленин. Это вам нужно в Хельсинки или это мне нужно в Хельсинки? Я вам предложил хороший вариант. Не хотите – не надо. Только не говорите потом – Шотман мне ничего не предлагал. Шотман вам предложил. Я не понимаю – это вам нужно в Хельсинки или это Шотману нужно в Хельсинки…
Ленин: Лучше кочегаром, чем выслушивать ваш одесский акцент.

Диктор: Вечером следующего дня на станции Удельная человек в рабочей одежде поднялся на паровоз №293 и вскоре стал ловко бросать в топку дрова. Трудно было допустить, что этот человек – Ленин, но машинист Гуго Ялава  все понял: он был одним организаторов тайного переезда Ильича…

/паровоз разводит пары, скрипит дверца топки, все быстрее стучат колеса/
Ялава: Куда ты целое бревно пихаешь! Паровоз разворотить хочешь?
Ленин: Да ничего, оно прогорит, я дальше протолкну.
Ялава: Ты вообще как на паровоз попал?
Ленин: А вас что, не предупреждали?
Ялава: Кто?
Ленин: Товарищи из ЦК…
Ялава: Не знаю там никаких товарищей. В Райволе есть у меня товарищи, в Каннельярви есть, в Петяярви есть, в Виппори девушка у меня, больше никого нет. Ты, может, перепутал, дружище?
Ленин: Ничего я не перепутал вот у меня на бумажке написано – паровоз номер такой-то.
Ялава: Ну и какой же?
Ленин: Да вот, написано же…ничего не разобрать, то ли 29, то ли 93…
Ялава: Ну? А у моего паровоза номер 293.
Ленин: Я и говорю – все цифры совпадают.
Ялава: Совпадают, да не в той последовательности.
Ленин: Да в конце концов – вы большевик?
Ялава: Я Ялава.
Ленин: Пустите меня, я сойду.
Ялава: Куда же ты сойдешь, дружище? А работать кто будет? У меня другого кочегара нет…
Ленин: Да вы не понимаете…
Ялава: Давай-давай, дружище! Поторапливайся. Да ты кепку-то сними, ты же из-за нее ничего не видишь.
Ленин: Этого вы от меня не дождетесь!
Ялава: Ну, как хочешь. Да поаккуратнее топором-то!
/Ленин колет и пилит дрова, поезд весело стучит по рельсам/

/визг тормозов/
Ленин: Почему остановились?
Ялава: Белоостров, пограничная станция.
Ленин: И что, здесь есть пограничники?
Ялава: Навалом. Сейчас документы проверять будут.
Ленин: И что, у всех проверяют?
Ялава: У всех – не у всех, а у кого надо – проверят.
Ленин: И у вас проверят?
Ялава: А чего у меня проверять? Они меня как облупленного знают.
Ленин: А вы бы не могли…замолвить за меня словечко…Чтобы и у меня…это…не проверяли. Мы все-таки с вами коллеги, на одном паровозе работаем.
Ялава: Я с вами всего полчаса знаком. Откуда я знаю – может, ты германский агент.
Ленин: Что за выдумки!
Ялава: Это я пошутил.
Ленин: Ну и шуточки у вас! Никогда не любил финский юмор.
Ялава: Оттого и физиономия у тебя такая постная.
Ленин: Это от жары, с непривычки.
Ялава: Так ты чего, в первый раз, что ли?
Ленин: Ну да. Раньше, знаете, как-то не доводилось…
Ялава: Значит, сегодня у тебя трудовое крещение! Тебя как зовут-то, дружище?
Ленин: Володя.
Ялава: А меня – Гуго! Давай пять… /рукопожатие/ Надо бы это дело отметить.
Ленин: А поезд?
Ялава: Тут остановка двадцать минут. Успеем. Ты отцепи там вагоны, мы быстренько сгоняем…водой заправимся.
Ленин: А разве можно?
Ялава: А кто хозяин на паровозе? Куда хочу, туда еду! Полный вперед!
/паровоз распускает пары, гудит и набирает ход/
Первый полицейский /свистит в свисток/: Стой! Куда?
Второй полицейский: Да это Ялава! Поехал водой заправляться.
Первый полицейский: А, тогда ладно.
Второй полицейский: Ты всех пассажиров проверил? Никого подозрительного нет?
Первый полицейский: Нет, только один Шотман.
Второй полицейский: Ну, с этим связываться не будем. А в ориентировке сообщалось, что с ним должен быть второй, то ли с граблями, то ли в кепке.
Первый полицейский: Грабли обнаружены у гражданина Емельянова. А кепка исчезла.
Второй полицейский: И не такое пропадало. Ничего, спишут как-нибудь. Пойдем лучше на вокзал, чаю попьем.
/Ленин и Ялава на вокзале в ресторане, поют финскую песню, летку-еньку, например/
Первый полицейский: Извините, у вас свободно?
Второй полицейский: Можно присоединиться?
Ялава: Садитесь, друзья, места всем хватит.
Ленин /шепотом/: Это же полицейские.
Ялава: Ну и что? Они тоже по-своему люди. Просто служба такая.
Первый полицейский: Ух, уморились мы с этой службой! То документы проверяй, то лови германских шпионов! И откуда в этом году столько шпионов!
Второй полицейский: Да, год какой-то неспокойный. Как бы чего не вышло.
Ялава: Вот и у нас в депо говорили, что октябрьская революция ожидается.
Первый полицейский: Куда еще? Нам февральской хватило.
Ленин: Э, товарищи, нельзя останавливаться на достигнутом.
Второй полицейский: Да вам-то, конечно, что.
Ленин: Как это мне что?!
Первый полицейский: Вы-то в полиции не работаете…
Второй полицейский: Кстати, кто вы такой? Почему вы за столом в кепке сидите?
Первый полицейский: Да отстань ты от человека! Дай хоть в обеденный перерыв от службы отдохнуть.
Ялава: Это друг мой, Володя, кочегаром у меня на 293-ем. У человека сегодня первый рабочий день в жизни, а вы с глупыми расспросами. Мало ли зачем у него кепка? Может, человек лысины стесняется.
Второй полицейский: Смешной он у тебя парень, Ялава! Закомплексованный какой-то.
Первый полицейский: Ну, если у человека трудовой праздник, так мы поздравляем! Желаем, так сказать, успехов на избранном поприще!
Второй полицейский: Да ты извини, Володя, если что не так! Поздравляю! /чокаются и запевают вместе финскую песню/
Шотман/шепотом/: Владимир Ильич! Вас чего, арестовали?
/Ленин не слышит, увлеченный пением/
Шотман: Товарищ Ленин! Вот незадача… Почти пересек границу, и попался! Даже меня не заподозрили… Бомбу, что ль, кинуть? Эй, полиция! А ну под стол!
Первый полицейский: Вот черт! Только сядешь с людьми поговорить, так обязательно Шотман помешает! Чего ему неймется!
Шотман: Залазь, кому говорят, под стол!
Ялава: И мне, что ли, залезать?
Шотман: Тебе не обязательно. Ну! Раз! Два! /шипит фитиль бомбы/
Второй полицейский: Да ладно, полезли, а то ведь и вправду рванет.
Шотман: Бежим, Владимир Ильич!
Ленин: Да куда бежим-то?
Шотман: Куда получиться. Здесь дальше вам оставаться небезопасно.
Ленин: Эх, полжизни все куда-то бегу, бегу… Только, казалось бы, все успокоилось…Товарищи такие интересные попались. Простые, а душевные…
Шотман: Что же, я зря бомбу поджигал?
Ленин: Да бросьте вы эту гадость!
/взрыв бомбы/
Ленин: Вот дьявол. Теперь хочешь - не хочешь, придется бежать.
Первый полицейский: Теперь хочешь - не хочешь, придется догонять. /свисток/ Стой! Стрелять буду!
Ленин/тяжело дыша/: Нет, на паровозе лучше было. Там хоть бегать не нужно…

Диктор: Несколько дней Ленин скрывался в деревне Ялкала в Финляндии. Затем от Шотмана приехали за Лениным двое рабочих-артистов самодеятельного театра. С помощью грима и одежды они придали Владимиру Ильичу вид финского пастора и увезли его в Гельсингфорс.
Паровоз номер 293, на котором под видом кочегара Ленин пересек финскую границу, можно увидеть в стеклянном павильоне на Финском вокзале, у платформы номер пять.