На изломе

На изломе.
***

"- Здравствуйте ... ! Вы меня помните?
Улыбнитесь
Я ... из Ленинграда...
- Здравствуйте! Конечно ... помню... Ночь, разведённые мосты , мы гуляли, потом я ночевала у вас в комнате со змеей... Такое не забывается. ... А как Вы меня узнали? Столько лет прошло!!!!
- Я Вас искал....
- Неужели ...Вы... ты... помнил нашу случайную встречу? И как нашел? Извини, что на "ты" - мы вроде провели вместе чудесную ночь... "
Разговор по интернету.


***

Да. Я помнил и помню эту НЕслучайную ночь... Как вспоминают пуговицу на тротуаре после взрыва автобуса. Может быть это и есть "суженное сознание" , когда всё-всё, что вокруг: дым , крики и мясо... словно бы вытеснилось безумной невозможностью пережить, а в памяти...., сверлящей и навязчивой нотой сохраняется эта простая , добрая и незатейливая вещица, лежащая на тротуаре , потерявшая своего хозяина навсегда.
Эта малая и искренная деталька момента , подобранная с земли и унесённая памятью в сжатой ладоне, навечно останется знаком той неисгладимой беды и никогда, уже никогда , не будет никуда пришита.

***

Человеческие встречи не случайны. И они приходят навсегда. Особенно такие , которые "на изломе" , как гром , сенсация, и взрыв. Навечный отпечаток памяти, возвращающийся вновь и вновь. Примером и уроком, к опытом и раной. Трогаешь такую память, словно шрам , а на лице... загадка и улыбка...

***
Есть странное, воспетое явление и чудо - завороженность. Когда выходишь вдруг на незнакомом полустанке. Когда говоришь "нет", даже если это смертельно. Когда отвечаешь "да" и бросаешься в бездну. Без размышлений, без сомнений, само-собою, как вздох, как глоток , как лёгкие роды. Есть в природе завороженности некий резонанс, слияние стихий , ясность и подчинённость призыву самого глубинного что ни есть , естества.

***
ТАКОЕ со мной произошло только раз. И с тех пор ,всегда, когда заходит речь о дивном и таинственном явлении "с первого взгляда" или о силе неудержимого импульса, то как доказательство и как пример , я обычно, вспоминаю эту встречу...

***

Тот год был очень не простой...
Мы, наконец, расстались ,и как казалось, навсегда.
Я был подавлен и не мог найти покоя ...
Чтобы как-нибудь отвлечься, через силу, я усадил себя в вагон и отправился в Литву, в Друскенинкай, в мой знакомый с детства городок... Начало лета... Плавное теченье Немана, молочные столовые, сосновые леса, лечебные источники, старушки на скамеечках и музыка на танцплощадке... На этот раз, всё это было скушно до тоски..., не отвлекало и не утешало... К тому же, как никогда прежде , сверлила и болела и нарастала стоном и сиреной , загнанная в угол, тема КАТАСТРОФЫ. И как будто преднамеренно, специально, высовывались тут и там могилы: Куда бы я ни ехал бы..., ни шёл..., будь то ступени магазина , фундамент клуба, или плотины, что на речке Ратничеле... Повсюду лезли на меня, бросались будто бы под ноги каменные плиты от разрушенных еврейских кладбищ.
Те, кто могли бы посещать своих покойных и читать по ним заупокойные..., лежали сами тут и там в огромных "братских" ямах..., почти за каждым хутором , за каждым поворотом и на каждом поле... И потому , за этой за ненужностью, за мозолящею глаза невостребованностью, а скорее..., за вопиющими уликами..., скрывались тяжкие труды властей и просто активистов по оприходованию плит , увенчанных замшелой вязью : "Пэй и нун"- "Тут похоронен".
Бродил один и никого не видел. Ни новых встреч, ни старых. Ни откровений, ни находок. Ничего. Даже мою любимую могилу, вернее , то надгробие в лесу за озером, с изображенными на нём перчатками-руками..., я не нашёл... Искал и не нашёл.
Я с детства приходил сюда и трогал растопыренные пальцы... а бабушка сидела на скамейке и ,как всегда , читала "Новый Мир", пока я рядом собирал малину ...
Потом мне старый Хайтас обьяснил, что это знак благословения когенов , что так они благословляют свой народ. И мы учили с ним еврейский алфавит по этому когенскону надгробью...
Так вот, ни бабушки, ни Хайтаса, ни камня.
Тогда я сам себе сказал , как будто клятву:
"Смотри: Ни бабушки , ни Хайтаса, ни камня. Ни "Новый Мир". И не любимая моя. А только ТО БЛАГОСЛОВЕНИЕ когена. Скажи ЕМУ спасибо и БЕГИ. Ты выжил и тебя благословили. Ну, так БЕГИ!".
Я заплатил хозяйке и ... на поезд.
Вернулся в Питер , пыльный и чужой.

***
Домой забросил вещи . Никого. Родители ,конечно, на работе... И нет к кому пойти и позвонить... Пошёл по городу бродить ,туда-сюда... По Невскому , в "Сайгон" и в "Букинист"... И так до вечера... Один на целый город... Метро перед закрытием, пустО. Я к эскалатору - подняться на трамвай... Пустая лесенка моя бежит наверх, а мне навстречу... наваждение... ОНА.
Одна на эскалаторе... Одна. Я замер. А ОНА..., на тонких каблуках, в легчайшем платье...,вся в ро-зо-вом..., с огромным чемоданом... Пытается его стащить и... словно падает мне в руки! Я подхватил ЕЁ и чемодан: "Давайте помогу... Мне... по пути...".
Я и теперь не понимаю , как она , там наверху втащила чемодан ... Он был огромен и тяжел, и неуклюж..., а девушка ... ,изящней не придумать..., на тонких шпильках..., в розовом воздушном..., почти прозрачном... и открытом сарафане, с копною тёмномедною волос...

Восточная красавица с мягким , совершенно нездешним загаром, огромными ресницами , блестящими смеющимися глазами и солнечной улыбкой... Разумеется, не ленинградка... Она летит в свой тёплый южный город... А я , конечно же , совсем не тороплюсь, и вызываюсь проводить в аэропорт... И выясняется, что всё, как на подбор..., ну , просто всё! Филфак... и Грин, конечно... Родители? Учительница - мама, отец - начальник гарнизона или вроде... А девушка ещё и секретарша... и подрабатывает модельершей на мостках... НА ПОДИУМЕ -пару раз в неделю!
Вы понимаете, кто на меня свалился ночью?!

В кассе аэропорта билетов на ближайший рейс в далёкий южный город... НЕ ОКАЗАЛОСЬ!!! НЕ ОКАЗАЛОСЬ!!! НЕ ОКАЗАЛОСЬ!!! А следующий - только завтра! И я конечно же... ловлю такси... (Уже за полночь и метро не ходит) и уговариваю эту сказочную принцессу, эту фею... переночевать у нас... , в отдельной комнате... "А папа с мамой будут только рады..."
И вот, мы едем..., и стоим у Марсова, и ждём пока закроются мосты... А я ей говорю о чём-то... Говорю... пока её голова не упала на моё плечо и волнистые её пряди не коснулись моей щеки... Наверное устала...
Раскрытые мосты ,скучающий водитель, в багажнике огромный чемодан.., а я... боюсь пошелохнуться , разбудить...
Скосив глаза ,на сколько было можно... я постарался рассмотреть мою "находку", моё чудо, мой подарок небес... В ней было всё прекрасно. До невозможного. Я вёз её домой, счастливый, опьянённый и контуженый таким внезапным поворотом моей судьбы...

Мы поднялись на наш этаж -я вставил в двери ключ. Замок тихонько скрипнул и... Боже мой, ЦЕПОЧКА! Родители , ложась, закрыли дверь.

Это было роковое мгновенье. Как в дурном кино. Стало предельно ясно, что дальше всё пойдёт комом, не ТАК ,по иному сценарию. По злому.

Так и вышло: Я попросил её зайти за угол лифта и там же спрятал чемодан. И позвонил . И вышла мама. В халате. Сонная. Но что-то уловив , пошла... за лифт.
А девушка шагнула ей навстречу.
Я что-то нёс про рейс, про самолёт и про метро... Промямлил: "Познакомьтесь, ... это мама..."
И подтащил к дверям тот чемодан....

И на мгновенье мама скрылась в доме
и , видно , что-то говорила папе....
А я , втолкнул "находку" с чемоданом ,
просил располагаться... "Чай потом...."

Предупредил: "В аквариуме - полоз-
безвредная змея. ... Спокойной ночи....."
и встал снаружи в ожидании грозы....

Вернулась мама.... Я просил её "потише", а она..., моя милая мама...., как это умеют делать только очень интеллигентные еврейские мамы..., кричала громким шепотом , чтобы заведомо было слышно гостье моей за дверью....: " Вся в РОЗОВОМ!! В РОЗОВОМ ПЛАТьЕ! В метро?!! С чемоданом?!.... Нет, буду кричать! Буду спать мешать! В розовом платье! До утра?! Уже утро! Безобразие! Возмутительно! В РО-ЗО-ВОМ вся!...."

И чего ей сдалось это "розовое", моей маме?

Остаток ночи я провёл на кухне, свернувшись "калачём" на табуретках. Проснулся от хождения туда-сюда моих домашних , от навязчивого хлопанья дверей и преднамеренного звяканья посуды...
Я робко постучался в комнату , где спала моя "гостья " и та немедленно открыла... Она уже собралась , а может , вовсе не ложилась... , и чемодан её у двери , был многозначительнее слов : "Спасибо, мне пора....".
Я не стал уговаривать её остаться и даже завтрак ей не предложил - боялся за неё, что "снова грянет буря.".., да и сам я чувствовал себя таким униженным , побитым... Волшебным принцем я не оказался..., и джентельменом тоже.... Куда мне было её деть, мою "находку? Мальчишка..., ни кола и ни двора...
Понурив голову, я поплёлся провожать мою "прекрасную фею" к каким-то её знакомым... Утомлённые безумной ночью и банальной утренней развязкой..., по дороге мы почти не говорили. На какой-то лестнице, простились на пороге.... "До свидания... , пишите ..., приезжайте..."
Вернувшись домой, я окинул взглядом мою комнату , где провела сегодняшнюю ночь моя "потеря"....
Разбросанные вещи..., мой чемодан не убранный с дороги , повсюду пыль , букинистические книги , рисунки, вырезки , статьи "самоиздата" , молитвенники, шрифты на иврите,и фотографии раввинов и еврейских кладбищь...
А гостья бедная моя...., наверно испугалась.... И не сказала ничего и не спросила....
Вчерашний "сон" откатывался прочь...

"Ты , что, забыл: "Благословение Когена"?!. И девушка, конечно, не еврейка
Куда ей ... в это всё влезать ... Ведь ЭТО не её ... Отец - военный...
Опомнись, протрезвей! А ТЫ ЕЁ СПРОСИЛ??!!
Конечно же, безумие .
Соблазн. - я говорил себе и чуть не плакал, -
Как будто бы специально и назло, когда всё решено бесповоротно... , приходит наважденье, пьянит, пытается отвлечь и увести...
Расхаживая по комнате огромными шагами , махая руками ,я декламировал сам себе свои школьные стихи и издевался над собой , как мог :

" Привет, незнакомка! О, как же мир тесен!
Я Вам интересен? Ну, чтож, поиграем...
Но видно осталась олна лишь усталость,
одно утомленье... , а может быть, жалость...
Оставьте, к чему эти слёзы и муки?
И руки зачем мне на плечи сложили...
Сегодня от скуки , а завтра для смеха...
Как эхо : -Люблю Вас голубчик....
Да, где там.... "

По всем приметам - надо бы влюбиться, слать телеграммы и бежать в аэропорт..., искать и звать..., и мчаться в южный город!
"Но только ... поздно. Выжат и устал...
Сюжетец запоздал ... "

" Прощай..., прощай..., мой ангел милый!
Тебя в далёкие края я провожаю...
Пусть искриться улыбка нежная твоя!
Благословен тебя укравший,
Пусть будет счастлив он и ты...
А я..., надежду потерявший ,
вновь принесу тебе цветы....

Осенний ветер лист закружит,
по крышам будет дождь лупить...
И вновь один...,
И кто поможет...
Мне не страдать и не любить... "

А может, дело было в скорости и ритме? И в платье розовом? В цепочке на дверях?

***

Спустя несколько месяцев..., когда в "религиозно-сионистском" развитии моём я был уже гораздо дальше, чем в ту удивительную ночь..., таинственная незнакомка напомнила мне о себе коротенькой новогодней открыткой.... Она желала мне всего хорошего , вспоминала..., и желала мне верных друзей.... И от этого, особенно, от этого "верных друзей",было особенно грустно и щемило сердце... Эту открытку я носил с собой несколько месяцев, мучался , не знал , как поступить , и наконец ... ответил ей пафосом , типичным наверное ,для всех "новообращенцев" : "...4.05.1982
... вновь проснулось чувство неловкости, в которое я , наверное , поставил Вас...
Мы встретились в тот самый момент, когда вся моя жизнь направлялась совершенно в иное русло. Очень жаль , что конфликтность моей внутренней и общественной ситуации сказались и на Вас...
И вряд ли я мог тогда что-либо Вам объяснить.., так далеки были мои проблемы от Ваших и так я был тогда ещё слаб в своей приверженности тому , что ныне является единственным светом в моей жизни.
С некоторых пор ,я живу совсем по иному календарю, отмечаю совсем иные праздники, и вспоминаю иное, и думаю об ином.
Ныне всё моё прошлое, настоящее и будущее - в моём народе, в нём воплощены все мои светские , семейные, политические и религиозные переживания.
Милая ...,спасибо за всё ... И не вспоминайте меня плохо..."

***
Дальше "закрутило"..., полуподпольные собрания , разъезды, протесты, обращения, тревоги... Потом отъезд в Израиль с сыном и женой.... Вживание, строительство , посадки... И служба в армии... Работа и потери...
Когда обыденность сжимала горло, когда хотелось убежать, куда- не важно, когда срывалось, натыкалось на "цепочку", а эскалатр пуст и плавно катит вниз..., мне вспоминалась "розовая фея", погасшей искоркой, минувшим дуновеньем, мелькнувшим парусом , искрящеюся брызгой...
Позавчерашний день - не встретить, не спросить...
Уже в эпоху интернета , я иногда искал её ( Или себя?) Мне было интересно знать , как у неё сложилась жизнь...
И вот, спустя почти что четверть века, мне всё-таки однажды повезло.
В одном из "форумов" я обнаружил её имя и фамилию, штрихи из биографии , и сразу же, конечно же узнал.... На фотографиях она совсем не изменилась: всё тот же блеск и тонкая ирония в лазах... И южная открытая улыбка. Она давно сменила город и страну. Специалист по психотренингу, филолог.... Служила в "органах", на пенсии в чинах. Ещё... вернула прежнюю фамилию. Есть дочь - красавица и умница. На фотографии её у моря, девушка возле фонтана, в открытом , розовом и лёгком сарафане...

***

Когда не стало нашей мамы , а люди приходили нас утешить..., то почему-то , сам не знаю почему, из всех возможнейших историй, что мог бы рассказать про мою маму, я рассказал историю про мамин громкий шопот и незнакомку "из метро и с чемоданом". И почему мне показалось это важным? Ведь никогда ни прежде , ни потом , мама моя не оказывала ни гостЬям , ни товарищам моим такого вот "особого радушия"....
Правда, и повода для этого я ей не подавал - как я уже сказал в начале , со мной такое было только раз. На самом на изломе.
А излом - это всегда самое опасное время. И для взрослых и особенно для детей.
***

Иногда мы шлём записочки друг другу , коротенькие : "Здравствуй, как дела?" И посылаем фотографии за дальний океан... И это так тепло и хорошо, и так всегда по-доброму, с улыбкой, и это возвращает нас в то дивно-ироничное мгновенье, у которого , похоже , нет конца ...