Медицинская комиссия. - Рассказ

Медицинская комиссия.
Рассказ.

Они познакомились на медицинской комиссии. Паша по комплекции своей: ширококостный, дородный, а он Евгений?  Бледный, высокий, я бы сказал тощий молодой человек, с тонкой, длинной шеей и васильковыми глазами.
- В какой нам кабинет? - спросил Женька.
- Во второй, там вроде очередь поменьше, - указал Пашка на дверь в конце коридора.
- Так… кто здесь принимает? Хирург и кожник.
Над дверью моргнула лампочка.
 - Заходите, – послышалось из-за двери.
 - Можно? – Ребята вошли. В кабинете помимо стеклянного шкафа, с какими то склянками, стояли три стола. За одним сидела женщина, скажем так, средних лет. За другим столом, мужчина 37 - 40 лет, левая рука которого, была в чёрной перчатке. Две девушки – медицинские сёстры, что-то писали за третьим.
- Проходите, молодые люди, не стесняйтесь, – сказала женщина хирург. Паша подтолкнул Женю к ней, а сам уселся в кресло к кожнику, потом переменялись.
- Жалобы имеются? – спросила Пашу хирург. - Переломов, ушибов не было? - юноша помотал головой.
- Встань, - врач стала прощупывать через трусы, яички и промежность.
- Ой! Щекотно, - парень задёргался.
- Не балуй… грыжей не страдал?.. Повернись, - продолжала доктор, - нагнись, - Паша выполнил команду, - газеткой пользуетесь?
- А зачем мне газета, у меня радио есть, - не поняв вопроса, гордо ответил юноша.
Между тем, что-то происходило за соседним столом. Медицинские сёстры, перестав писать, искоса поглядывали в сторону кожника, где сидел Женя. Пашка тоже, уловив тишину, повернулся.
- Головку покажи,- однорукий врач повторял уже дважды.
- Не понял, – Евгений не понимающе глядел на врача своими светлыми, голубыми глазками. Кожник наклонился, и что-то прошептал ему на ухо.
- … покажи, – последнее слово закончил он громко в слух. Женя покраснел, затем выполнил всё, что приказал ему доктор.
Паша расслышал только букву «З» из первого слова.
В коридоре Пашка спросил:
- Что он к тебе пристал, что на ушко-то сказал?
- Даже неудобно говорить, – Женя наклонился и зашептал Пашке на ухо. Тот расхохотался так, что люди вокруг него стали оборачиваться.
- Тише молодой человек. Это всё же приёмная комиссия, а не танцплощадка, - возмутилась молодая женщина в белом халате, очевидно врач или медицинская сестра.
- В какой теперь?
- Пойдём в тринадцатый к невропатологу…
- Можно, -  спросили они в два голоса.
Кабинет представлял собой усечённый коридор, - узкий и длинный. За единственным столом сидел сухощавый мужчина, седой и, как показалось, властно-суровый. Он пригласил Пашу первым. Постучав по коленям, резиновым молоточком, заставил следить за ним  глазами, подводя его, то справа, то слева. Закрыть глаза; коснуться  кончика носа, то левой, то правой рукой. Затем встать и пройтись по одной половице с закрытыми глазами и вытянутыми вперёд руками. Благополучно выполнив задание, Паша отошёл к двери. Стал дожидаться приятеля. На последнем этапе, когда нужно было пройтись по половице, метров пять или шесть. Женя вдруг пошатнулся и упал. Сидя на полу, в одних трусах, белотелый, с немым вопросом в голубых глазах. Взглядом, обращаясь, то к врачу, то к Пашке: «Что  со мной этакое случилось? Почему я на полу? Как это могло со мной произойти?» Наблюдая эту сцену, Пашка, как мог давил в себе смех, но отдельные всхлипывания прорывались наружу. 
- Молодой человек. Нехорошо. Выйдите! – невропатолог указал Павлу на дверь.
- Я что, я нич…
Доктор, не дав договорить юноше, махнул рукой в сторону двери. Через пару минут, пряча глаза, вышел Женька.
- Теперь куда? – буркнул он.
- Давай в пятый.
Пятый кабинет – большая комната с центрифугой  по середине. Пройдя  ЛОРа, Паша уселся в центрифугу, напоминающие детские карусели, раскрутив которые, резко останавливают. А затем по глазам определяют, за какой период времени человек восстанавливает ориентацию.
- А можно ещё?
- Иди, иди, балбес! – врач подтолкнула Пашку к окулисту. – Следующий!
Раскрутив «карусели» она резко остановила их, пытаясь заглянуть в глаза Евгению. Но голова его на тонкой шее, лихо описывала окружности. Наконец, поймав и зажав его лицо в своих ладонях, заглянула в васильковые глаза. Это было всё. Павел не выдержал: смех его перешёл на визг, он привстал, опять плюхнулся на стул, хлопая себя по коленям. По щекам его текли слёзы.
- Слушайте, пациент, вы у Невропатолога были? – сердито спросила врач. Паша ничего не мог ответить, продолжая повизгивать, мотая головой. - Вижу у Вас сегодня не всё в порядке с нервами, – она подошла к двери и открыла её, - прошу посетить невропатолога, а потом ко мне…