Пройти блокаду

  Мой отец (Родин Василий Иванович) был призван на службу в армию за полгода до начала войны. Здесь описываются некоторые его воспоминания о начале войны, отступлении в Ленинградскую область и обороне Ленинграда. Отцу исполнилось 97 лет в феврале 2019 года – он часто вспоминает оборону Ленинграда. Прошло уже более 75 лет со дня снятия блокады Ленинграда – это важный праздник для тех, кто оборонял город и выжил в его блокаде.
      
       Василий начал служить в Прибалтике в декабре 1940 года. Солдат их части так и не успели нормально подготовить к военным условиям. Потом они уже доучивались непосредственно в боях при отступлении.
      Зимой сорокового-сорок первого годов отец служил под Шауляем в дивизионе артиллерии.
 Учебных выстрелов из пушек не было, учения не проводились.  Карабины у солдат оставались без патронов. За полгода службы только изучили орудие, но так и не успели выстрелить ни разу из пушки. Снабжение было плохое, и обмундирование было неполное. Хотя они считались артиллеристами, но обмундирование было как у танкистов. Зимой на головах - «буденовки», то есть то, что оставалось из армейской формы вообще, и то, что было возможным использовать.  В середине апреля 41-го–батарея перебазировалась в Ригу. В учебном лагере под Ригой предполагалось обучиться стрельбе из пушек. Их артиллеристская батарея находилась там до середины июня 1941 г. Потом поступила команда - выступать в сторону Шауляя. И они 19-го июня 1941 г ушли из Риги.
Артиллеристам автомат не положен – выдавался только карабин.  Первые полгода службы в армии к карабину не давали патронов. Патроны выдавали только тогда, когда солдат заступал на пост – охранять пушку.
Хотя о предстоящей войне не говорили, но намеки на ее близость все же появлялись – к карабинам выдали патроны, всем солдатам выдали пластмассовые пеналы. В пенал вкладывалась записка с домашним адресом солдата – пенал всегда был у солдата в гимнастерке. Успели продвинуться на 80 км, и...
22 июня началась война.

У отца фронт считался Северо-Западным. Уже в первые три дня войны их батарея принимала бои – стреляли по немецким самолетам и отступали. Отступали из Прибалтики вместе с танковой дивизией Черняховского - через Псков к Ленинграду. Из-за слабой предвоенной выучки в дивизионе были большие потери личного состава. Много орудий было разбито. Стрельбе из пушки приходилось учиться непосредственно в боевых условиях. Не сразу, но научились и сбивать немецкие самолеты.

   21-й механизированный корпус, что содержал танковую дивизию и тот артиллерийский дивизион, в котором служил мой отец, входил в 11-ю армию. Уже 24 июня было решение о создании оборонительного рубежа на этом направлении в Прибалтике.  25 июня Ставка выносит решение о контрударе против 56-го танкового корпуса вермахта, прорвавшегося к Даугавпилсу. Хотели задержать там немцев любыми средствами. Многие дивизии и корпуса бросались в тот «котел» неукомплектованными и неоснащенными. Туда был также направлен и 21-й механизированный корпус. Сдержать те рубежи не удалось, отступали с большими потерями в сторону Риги –отделение отца сохранило свое орудие, во многих других отделениях в батарее пушки были разбиты.
      
    Общего командования отступлением не было, отходили как могли - отдельными подразделениями и взводами... К Риге отступили 30-го июня.  В Риге с колокольни церкви стреляли из пулеметов по солдатам нашего артдивизиона.  Тогда в отделении отца развернули пушку и сделали несколько выстрелов по той опасной церкви. Пулеметы затихли... Из Риги отступали к Пскову, потом был приказ отходить зенитной батарее далее к Новгороду, так как немцы уже бомбили этот город и рвались дальше к Ленинграду.

С оставшимися силами отступили в Ленинградскую область в декабре 41-го... Тогда же эти силы вошли в состав батареи особого назначения, она должна была сдерживать прорыв немцев на подступах к Ленинграду. Это была дивизии резерва командования...
      
      Василий и далее в войну служил в зенитно-артиллерийском дивизионе. В нем – три батареи, в каждой из которых по два взвода, да еще плюс третий взвод – хозяйственно- управленческий. На каждый взвод – по два орудия (орудие – это пушка с калибром снарядов -37 мм, обойма из 5 снарядов). Боевой расчет при орудии из 7 человек (наводчики, подносчики снарядов, заряжающие), да плюс восьмой – командир орудия (как правило, сержант второго года службы). Василий был заряжающим (функции солдата в артиллеристском расчете могли меняться в зависимости от боевой обстановки) – «заправлял» обоймы снарядов в «магазин» орудия. Надо было успевать делать это быстро, так как скорострельность пушки была высокой, а «цель» (немецкий самолет) за минуту или даже десятки секунд (за это время и надо было сделать многие серии выстрелов) могла уже уйти из зоны досягаемости наших зениток.  «Нос» пушки можно было развернуть довольно круто (до 85 градусов), при такой крутизне работа «заряжающего» была тяжела и проходила на коленках, так как иначе нельзя было «заправить» снаряды в пушку.

      Еще до войны при подготовке артиллеристов учили по силуэтам (по внешнему виду издалека) и по гулу моторов самолетов различать их тип. В войну наши артиллеристы уже умели это делать практически безошибочно. Во всяком случае, немецкий самолет от советского отличали всегда издалека, бомбардировщик отличали от штурмовика и т. д. У нас были легкие самолеты «У-2», еще старого типа, они были учебными, на них учились летать в летных школах. Этот самолет, созданный под руководством Поликарпова в 1928 году стал одним из лучших и самых известных отечественных самолетов. Он применялся более 35 лет. После смерти Поликарпова в 1944 году самолет в честь его создателя переименовали в По-2.  На них летали женщины, они были в женском авиаполку, которым командовала Марина Раскова. Она получила звание Героя еще до войны. Те самолеты летали на низком полете и не быстро. Их было трудно обнаружить. Потом к ним стали прикреплять бомбы тоже, то есть они использовались и для того, чтобы бомбить вражеские позиции.
   
       На войне было важно, чтобы в череде перемен «успех и неуспех» завершающим этапом был бы успех. Иначе все предыдущие подвиги перечеркивались последующими «провалами». Как-то был случай, когда немецкий самолет появился неожиданно в небе под Ленинградом и наделал много шума в их батарее. Некоторые орудийные расчеты даже не успели расчехлить орудия. Орудийный расчет, в котором служил Василий, не был застигнут врасплох, они успели провести активную атаку на «цель», и «немец» был сбит, несмотря на то что орудийный расчет был неполным в момент появления цели в небе. Не было и командира орудия в момент нападения (находился в штабе полка). Отцу пришлось быть и наводчиком в том бою, и от его действий была поймана вовремя цель в небе. Потом был составлен рапорт в штаб полка с представлением отца к награде, кто-то уже начинал поздравлять его с будущей медалью «За Отвагу», но ... медаль не дали потому, что последующий «провал» в батарее нивелировал все предыдущие успехи и представления к наградам. А «провал» был в том, что немцы сбили наш стратостат-разведчик в январе 1943-го года (под Синявиным). Тогда там были особенно жаркие бои «Земля-небо». За январь их батарея сбила 16 немецких самолетов. Когда было прорвано кольцо блокады, стало возможным снабжать Ленинград со стороны Москвы.

   Тот советский стратостат охранял целый полк, то есть три артиллеристские батареи. Это были пушки прикрытия, которые должны постоянно следить за ситуацией в небе. И все-таки та наша «охрана неба» просмотрела – из-за тучи вынырнул немецкий самолет (такие тогда наши называли «рама» из-за его формы) и сбил наш стратостат. Хотя одна из пушек батареи сбила тот самолет. Досталось многим из полкового комсостава за тот «зевок». Поснимали и некоторых командиров орудийных расчетов. В соседнем расчете командира орудия (сержанта Степанова) разжаловали в рядовые. Командир полка все-таки удержался на своей должности... Но потом «рвал и метал». Режим в батареях стал жестким, от орудий не отходили совсем, спали на лафетах, солдатам из расчета приносили еду в котелках прямо на пушку, ели возле пушек – то есть было постоянное боевое дежурство – режим готовности в любой момент «прочесать» небо и найти цель. Командир полка постоянно требовал от орудийных расчетов: «Вы мне достаньте колеса!». Это означало – сбить немецкий самолет!

    На войне есть хотелось всегда. Еще в декабре 41-го норма хлеба составляла 600 г в день (плюс сухари 150 г). Но потом и эта норма стремительно падала до 100 г по мере наступления холодов и общего голода. Иногда в поездке за «кашей» в продуктовый взвод удавалось получить от повара «приварок» к той крошечной пайке хлеба. Трудно представить, как выжили они тогда... В январе-феврале 43-го в районе станции Мга Василия и еще одного солдата командир послал за дровами. Под Ленинградом тогда находили много немецких снарядов и гранат. Тот солдат был всегда любопытен к таким находкам, хотел показать, как вставлять запал в немецкую гранату. У тех гранат ручки были деревянные, и сами они были побольше наших. В момент показа у солдата граната взорвалась в руках. Взрывной волной Василия отбросило на землю – он почти не пострадал. А солдату обожгло лицо и оторвало кисть руки. Повезло, что Василий сумел доставить раненого в госпиталь вовремя и солдата спасли... Был еще другой случай – солдат случайно прострелил себе ладонь из карабина Василия. Когда занимали позицию и окапывали пушку, то потом выставляли возле нее непрерывную охрану. Первый боец заступал на пост со своим карабином с боевыми патронами. Потом сменщик, заступая на пост, не брал свой карабин, а принимал тот, что оставался от предыдущего солдата в охране. Вот так оружие Василия попало к парню через несколько смен. Тот солдат ладонью оперся на ствол карабина, оступился, и нажал курок... Объяснительная записка Василия и свидетельские показания солдат из их расчета спасли того парня от штрафбата.

   После снятия блокады поступил приказ освобождать Ленинградскую область – это весна 1944-го. Освободили Кингиссеп, далее двинулись к Нарве, но там застряли надолго, почти на все лето – противник был силен. Потом было освобождение Выборга.  Осенью разбили финнов. Зимой 44-45 гг начались учения... Потом поступил приказ – идти в Германию, война шла уже на ее территории, батарея была нужна там. Долго добирались железной дорогой. Потом своим ходом – с пушками. Перед самым Берлином новый приказ – идти на Прагу. Восставший город нуждался в помощи русских.

   Из наград Василия Ивановича - 1) 1943 год (проверка в боевых условиях, под Синявиным) – нагрудный знак «отличный артиллерист». 2) Медаль «За Оборону Ленинграда» - приказ от 22 декабря 1942 года. Вручена 31 июля 1943 года. По указу Президиума Верховного Совета. 3) Медаль «За Отвагу» - за наступление на чешской земле. Медаль выдали в Праге в мае 1945 года. Медаль серебряная. Диск большой (больше, чем у других медалей), 4) Медаль «за Победу над Германией» - 21 августа 1946 года, 5) Орден Отечественной войны 2-й степени – за храбрость и мужество, проявленные в годы Великой Отечественной войны. Орден вручен 11 марта 1985 года, 6) Медаль Жукова – в 1996 году.
Благодарности Верховного главнокомандующего (И. В. Сталина) – 1). За прорыв блокады Ленинграда – 18 января 1943 года, 2). За освобождение Ленинградской области от немецко-фашистских захватчиков – 27 января 1944 года, 3). За освобождение города Троппау – 23 апреля 1945 года.

    Более 75 лет минуло со дня снятия фашистской блокады героического города. 27 января – это Великий праздник для всей страны, но особенно для тех, кто выжил в блокаде и освобождал неприступный город от фашистов.  Время неумолимо – с каждым годом участников блокады и воевавших под Ленинградом становится все меньше.  В знак благодарности всем тем, кто держал оборону, освобождал осажденный город и страну во время Великой Отечественной войны, надо писать о том времени.


Рецензии
Светлая память погибшим бойцам за РОДИНУ, и достойной старости - СЧАСТЬЯ, оставшимся жить!
Благодарю Вас!

Леонтина Шостак-Комкина   03.01.2020 23:30     Заявить о нарушении
Дорогая Леонтина!

У Вас красивое, но трудное имя. И я постоянно боюсь сделать в нем ошибку (мой редактор текста все равно это слово подчеркивает, как будто я написал в нем не те буквы).

Спасибо и Вам за отклик на Блокаду. Действительно, только памятью мы еще можем как-то поддержать ветеранов - участников Великой Отечественной войны.

С уважением,

Виктор Виров   03.01.2020 23:42   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 24 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.