Живем!

С очередного боевого выхода батальон возвращался под вечер. Дневная жара вместе с раскаленным солнцем уходила на запад, в Иран, а медленно надвигающиеся горы посылали навстречу колонне приятный освежающий ветерок. Потерь на этот раз не было; пара легкораненых, и одна сломанная нога неудачно десантировавшегося с БМП пулеметчика были не в счет. "Удачно сходили..." - думал практически каждый боец рейдового батальона. В воздухе, среди грохота движков, периодически слышны были обрывки фраз:
  - Прям возле уха просвистела....
  - Педаль до полика, и мы как пробка из-под шампанского выскакиваем из арыка...
  - А я херачу одновременно из пушки и пулемета, и вижу, как вырубаю просеку в "зеленке" - прикинь!
  - Живем, пацаны!
   
Курносые "бээмпэшки" тоже были довольны: никто из них не подорвался на самом страшном сюрпризе минных дел мастеров - фугасе; никому не распотрошило все внутренности, не оторвало башню, не выбросило наружу двигатель. И на противотанковой мине никто не подлетел - там тоже неприятностей всяких хватает: порванная гусянка, катков пару долой, днище тоже рвет. Из РПГ никому в борт "засадили". "Бэхи" весело молотили гусеницами по покореженной "бетонке", ловко объезжая ямы от старых подрывов, настороженно косясь триплексами на придорожную "зеленку". Из люков, сверкая зрачками, торчали чумазые, но довольные лица механиков-водителей.
  - Живем!
   
Командирскую БМП было легко узнать - только на ней к башне было приварено фирменное "камазовское" кресло. На остальных "бэхах" командиры сидели поскромнее, кто на чем. "Батяня", по-хозяйски восседавший в кресле, имел тоже весьма жизнерадостный вид. Он предвкушал, как официально доложит командиру полка о выполненной задаче, и о том, что нет потерь, и на зам. командира полка его двинут непременно в этом году - куда им всем деваться теперь? Результаты его батальона - лучшие в полку уже год. Да что полк, в дивизии кто результативнее его "ходит"? Никто, то-то. Пора, пора выдвигаться... Или на отдельный батальон, но только не разведбат! Лучше бы в какое-нибудь захолустье афганское, типа Мазари-Шарифа, где война потише, а воины потолще - сколько ж можно воевать, в конце-то концов! Повоевал майор Ребров, пусть другие теперь поводят батальон так, как он водил - если смогут, конечно. А после Афгана можно и в ЮГВ съездить, посмотреть, как люди в Европах живут. Хватит по борзям всяким, да чебаркулям мотаться. Заживем!
   
В это же самое время комполка, уже зная хорошие новости (спасибо ученому Попову за это), размышлял, сидя в штабе, о том, что хорош комбат Ребров, ох, хорош, и вырос как быстро, а ведь это я его вырастил. Еще одна такая удачная операция, и Реброву можно вторую "Красную Звезду" вешать, а мне, пожалуй, "Красное Знамя" в самый раз. Но "двигать" его я не буду, боевые комбаты на дорогах не валяются, даже на афганских. Пусть еще здесь послужит, поработает на полк. Успеет еще, не последний день живем!
   
Ротный капитан Одинец размечтался, как он сейчас оставит людей на взводных и старшину, машинами займутся экипажи с Клейменовым, а сам он пойдет в штаб дивизии, к своему корешу-землячку, дивизионному "секретчику". А там уже шикарная (дивизионная!) банька готова, и настоящая ("союзная"!) водочка, и яичница со шкварками (о как!!), и Света с Любой из военторга - хорошие такие женщины, настоящие боевые подруги, особенно Люба. Хорошо там у них, в штабе дивизии: зелень, цветочки, дорожки аккуратные, женщины в платьях (!!!), и военторг богатый - не чета полковому, а столовка какая классная - почти как дома жрут, а банька... Эх, живут же... Крысеныши, 2А30 им по самые гланды!
   
Взводный Клейменов, которому до замены уже всего ничего оставалось, терзался мыслью о том, какую сумму в чеках ему выставит      начвещ за долгожданный двухкассетник "Шарп". Он решил биться до конца, и больше 300 чеков не давать в любом случае. И где только хапуга-вещевик достает эти "двухкассетники"? Чтоб он жил на одну зарплату!
   
Новенький взводный Скворцов ни о чем не думал толком, в голове его все перемешалось. Ему все было просто интересно: и как ехали на "боевые", и как быстро бойцы посыпались с "брони" при первых выстрелах, и умело занимали позиции. "Старики" покрикивали на замешкавшихся "молодых", и тут же помогали им во всем, что в расположении части было просто немыслимо. В одной канаве Скворцов увидел четверку молодых, которым "дед" просто запретил высовываться, пару затрещин отвесил даже непонятливым, а сам установил ПКМ и начал короткими очередями отвечать духам по-серьезному. И как пули о броню цокали, камешки сшибали, срубали ветки прямо над ним, лейтенантом Советской Армии. И как быстро ротный принял решение обойти дружно плюющуюся огнем окраину разрушенного кишлака двумя "бэхами" справа, и как ловко взводный-1 Клейменов выполнил это решение, преодолел и старое русло, и пару арыков, и накрыл потом духов плотно огнем башенного вооружения с фланга. И как здорово молотили 30-мм пушки, разнося в клочья глиняные дувалы! Как духи не выдержали перекрестного огня батальона, и ушли, бросая такие необходимые им грузы. Отошли глубоко в огромный зеленый массив, тянувшийся за кишлаком вдоль речки. А "бэхи" доставали их и в "зеленке", буквально выкашивая ее. А потом, минут через 20, где-то в глубине этой «лесопарковой зоны» гулко заухали мощные разрывы - это дивизионная артиллерия подключилась к операции. Зажали духов - немногие выживут...
   
Старослужащие Пашко и Ткачев, шерстившие разбитый кишлачок после отхода духов, думали об одном и том же: что на такой жаре бражка, поставленная у земляка в кладовке, стопроцентно созрела, и сегодня вечером можно отметить культурненько столь удачный боевой выход, и трофеи кой-какие интересные обмыть. Живем!
   
Молодой боец Каримов думал о том, что будет, когда все узнают, что он станок от АГСа забыл на месте боя. Он только сейчас понял, почему ему так не по себе. Потому что когда грузились, он и Мелконян таскали все в десантное отделение, и вроде все перетаскали, и - забыли! Он под днищем стоял: сначала все стаскивали к БМП, потом грузили, а все орут - быстрей, быстрей! - командиров же много. Трофеев каких-то в мешках навалили, "старики" развязали несколько мешков и очень довольные сейчас едут. Весело им. Что будет, а? Сколько мне жить осталось?
   
Колонну сопровождал здоровенный гриф. Он красиво планировал, проходя всю колонну от арьергарда к "голове", потом обратно. Гриф этот всегда с батальоном был на "боевых". А может, это разные грифы были - кто их разберет на такой высоте? В профиль и анфас их тоже никто не сверял. И палили по нему, даже из снайперки - не попали. Потом перестали стрелять, комбат сказал - не трогать грифа, пусть живет!

…Ровно через неделю именно комбатовская БМП вздыбилась в облаке огня и пыли на радиоуправляемом фугасе - никто не выжил. Взрывной волной майора Реброва отбросило с его фирменного кресла на башне далеко на камни, и шансов у него  не было никаких.




Примечания:

БМП, «бэха» – боевая машина пехоты;
РПГ – ручной противотанковый гранатомет;
АГС – автоматический гранатомет станковый;
ПКМ – пулемет Калашникова модернизированный;
2А30 – танковая пушка калибра 115 мм;
ЮГВ – Южная группа войск (Венгрия);
Борзя – гарнизон в Забайкалье;
Чебаркуль – гарнизон на Южном Урале.


Рецензии
В Мазари в прошлом году провел две недели. Наша вертушка там была на базировке, когда работали на ООН. Действительно, самый мирный, наверное, город Афганистана. Там живут этнические узбеки, в основном. По улицам днем можно ходить, практически, без страха, что тебя где-то грохнут.Чистый, относительно богатый городок.

Маркус Норман   11.09.2013 18:31     Заявить о нарушении
Ну, город сам да, но за городом было немало удобных мест, где духи мастерски устраивали засады.

Андрей Ворошень   14.09.2013 15:25   Заявить о нарушении
На это произведение написано 16 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.