Улыбка жизни

Сижу на скале. Вымотались мы тогда изрядно. Шестнадцать часов пробивали местность. Разбились на боевые двойки. Связь по рациям «Моторолла»-наушник-микрофон, со штабом отряда по низкочастотной радиостанции «Р-159».Маршрут в 15 км зачищен. Мы здесь впервые. Ориентирование на местности по старой армейской карте масштаба 1:25.000. Мин, «растяжек» и «сюрпризов» нет. Доложил в отряд командиру. Я командир разведгруппы,- старший сержант. В подчинении 11 пацанов, таких же как я. Нам всем 19-20 лет. Мальчишки вроде еще, а воюем уже 5-ый месяц. Служить в разведке это очень тяжело. Никогда не знаешь,- наступит ли день, который сегодня называется завтра, отдыхаем перед возвратом на базу отряда. Никаких следов о пребывании человека. Все чисто. Отцепил фляжку с пояса, хлебнул пару раз. Языком смочил пересохшие губы. Жара, под 30 градусов. Снял с головы платок, смочил немного водой из фляжки, протер почерневшее от зноя лицо Яркий погожий день. Солнце сзади жарит затылок. Чуть щурясь, смотрю на горную красоту и тут, будто щелкает в груди… Блик солнца. Такое может быть только от зеркала или от сланцевых горных пород….. Зеркала здесь быть не может. На сланцы не рассчитываю. Ясно… Снайпер, а блик от прицела ПСО-1. Метров четыреста. Понимаю: уйти, перекатиться не успею. Жить хочется, но смотрю туда, где заметил блик… Улыбнулся. Знаю, на его оптике 20-ти кратное приближение и он видит мои глаза чуть не в упор. Эхо выстрела раскатом прорезало горную тишину. Фляжка лежащая справа в полуметре от меня прострелена и с бряканьем откинута в сторону. Дырка рваная, похоже,- СВД. В общем, жопа. Как же мне не хочется так подыхать… От пули снайпера. На этой войне десятки раз смотрел смерти в глаза. В первый раз страшно, второй раз… На третий чуть привыкаешь. Только все равно не выебываешься, все также осторожничаешь, ведешь себя скромно и тихо. Самое страшное,- это потерять страх. Перестанешь бояться,- умрешь. Это одно из главных правил войны. В кино бывают Рэмбо, Терминаторы, Супермены разные… В жизни не так. Сука-жизнь. Медленно встал на ноги, посмотрел еще раз в сторону стрелка. Блика нет. Все правильно, действует грамотно, поменял позицию и где его искать в горной гряде теперь, никто не угадает. Я развернулся, почему-то знал, что в спину не выстрелит. Восемь шагов. Самые тяжелые шаги в моей жизни. Ноги ватные, ноет под ложечкой, поджилки трясутся. Шел ровно, стиснув зубы. Так страшно мне никогда не было ни до, ни после... Рухнул за камень. Ребята по рации отозвались.- Роб, ну ты даешь. Сильно…». Еще в момент выстрела все залегли в положение «к бою». Никто патроны не тратил впустую. Ни единого выстрела. Парни всё поняли сами.
Оттянулись в укрытие. Прикинули,- по любому, там сидит снайперская пара. Стрелок и наблюдатель. Достать их сложно. Скалолазного снаряжения с собой нет. Перещелкают нас, как куропаток, если подойдем ближе. Мои два снайпера,- парни грамотные, но бой снайперов,- вещь затяжная и долгая. Результат непредсказуем. Кто кого переиграет. Время терять нельзя. Принимаю решение: надо отходить. В отряде ни слова о произошедшем, говорю бойцам. К тому же мы доложили о том, что возвращаемся. Передвигаемся также двойками. Двойка в дозоре, две двойки с флангов, двойка с тыла. Не кучкуемся. Рядом со мной тувинец Айнур. Чуть разговорились.
-Я, говорит, успел на мгновенье поймать этого снайпера в оптику. Не успел выстрелить. Я никому не говорил, но слушай сержант- это девчонка. Такое впечатление почему-то. А выстрелить не успел, стормозил немного. Баба все-таки. Не может быть, что мне показалось
-Я тоже подумал, что девка там была, улыбнулся в ответ
-Понравился ей, наверное, оскалился монголоид.
-Да иди ты, беззлобно отвечал я, охотник ты наш. Лучше пожрать что-нибудь поймай. Тушенка надоела.
Айнур растворился в «зеленке». Потомственный охотник в одиннадцатом поколении. О лучшем следопыте и не мечтать в разведке.
В ночь добрались в отряд. Разделали кабанчика. Айнур постарался. На Кавказе в то время свинорылых развелось как тараканов, а мусульмане местные их не едят, что же, мы не брезгливые. И не такое приходилось хавать. На запах народ стянулся. Из леса вышли «кикиморы», «лешие». Это контрактники из ГРУ-шного спецназа. Мы, говорят, за километр учуяли еще запах дивный. Смеются. Их уважаем. Это боги разведки. Угощаем мясом. Разговорились. С ними можно. Не наши полуебнутые офицеры. Им можно многое рассказать. О случае в горах поведали. Парни серьезно отнеслись к этому. Один из них и поделился информацией.
-Месяц назад в соседнем квадрате десантура встряла под мощный расстрел. Работала пара. Похоже европейцы- наемники. Мужчина корректировщик-наблюдатель и женщина- снайпер. Очень похоже на подготовку в немецких школах. Крови немало подпортили ВДВ- эшникам тогда. Достать их сами не смогли они. Ладно, «вертушка» рядом была. Протрассировала вроде тот лесок и все на этом. Так, значит, они опять объявились. Живы. Хм… Да пацаны, озадачили вы нас.
Через некоторое время я был контужен. Повезло, в общем. Попало по тяжелой, еле выкарабкался. Лежу второй месяц в госпитале. Город Ростов-на-Дону. Весна на улице. Веселимся, все вояки мастей разных, но такими же тропами, как и я попавшие на больничную койку. Гоняем чай купеческий, режемся в картишки, щупаем медсестер-практиканток. Меня уже вскоре должны выписать, направить в воинскую часть, а там уже дембель и дорога домой.
Заходит санитарка, спрашивает:
-А кто тут старший сержант из Спецназа ВВ?
Тишина. Все смотрят на меня.
-Это я, тихо отвечаю.
-Вам просили передать. Вручила мне пакет, развернулась и вышла. Раскрыл пакет, в некотором удивлении. А там…. Солдатская новенькая металлическая фляжка и записка на тетрадном листке в клетку. Прочитал.
«Рада, что выжил. Случайно узнала о том, что ты ранен. Еле нашла тебя. Быть может, когда-нибудь увидимся. Надеюсь при других обстоятельствах». Ровный почерк. Рука женская, несомненно. Чувствуется характер, точность и даже…. Изысканность.
Сижу на койке. В одной руке фляжка, в другой тетрадный лист. И выражение лица, как мне потом ребята сказали «недоуменно- охуевающее». А они были в курсе случая того, молча смотрели на меня. Фляжку я открыл. Чисто. Взрывчатки нет. Передохнул. Парни захохотали.
Время летит. Прошло без малого 9 лет с той поры. Иногда беру эту фляжку с собой на рыбалку, на охоту, на природу. Она уже давно облезла, истаскалась, помялась, и меня бывает, что люди спрашивают о ней. И тут целая история. Если честно, мало кто верит в правдивость. Говорят, хорошая сказка. Я улыбаюсь лишь в ответ. Это жизнь ребята и не дай бог кому из вас пройти такое. Но есть и другая мысль о фляжке злополучной- «А не подъебали ли пацаны с разведки так меня. Не их ли это шутка? Или юмористы в госпитале?». А может все-таки….. Она.
19.05.09