Давно я так новый год не отмечал!

Забрали из районного дома культуры, где проходила новогодняя елка - группу, которая вела себя вызывающе. Гопника, Эмокида, Гота и Панка. Сидят они в камере по разным углам и смотрят  друг на друга. Гопник лузгая семачки  коситься на панка, эмокид тихонько плачет в углу, и разглядывает, черные волосы гота примеряя на какую сторону бы ему пошла розовая челка.
- Ну, кого, за что упекли в эту богадельню?  - Вдруг неожиданно сказал панк.
- Мы хотели с братьями принести в жертву бабу-ягу. Так как она стала неверной. Когда эта старуха появилась в зале, мы встали со своих мест и поприветствовали ее как сестру, но она сделала вид, что нас не узнала. От такого унижения мы решили принести ее в жертву нашему повелителю. И когда мы ее тащили к елке, чтобы поджечь, эта неверная,  лишенная всяческого ума  кричала, что она Татьяна Петровна, заслуженная артистка района и художественный руководитель в детском садике номер пять. -  Вот тут-то все и началось. – Угрюмо сказал гот.
- А я вышла рассказывать стишок для дедушки мороза и снегурочки. – Слезно стала рассказывать эмокид. – И тут неожиданно дед мороз как чихнет, от такой мощи у него отлетела борода, и я узнала в нем нашего дворника Петровича. От расстройства, что деда мороза не существует я начала громко плакать. Осознав другие дети, что все эти годы их нагло обманывали, и в зале воцарился полный хаос. И тут я увидела, как группа мрачных людей тащат к елке извивающуюся женщину, решила поменяться с ней местами. Потому что на этой земле мне уже не зачем было, жить.
- А так это ты была. Решившая покончить с белым светом, и погрузиться в вечный мрак теней. - Встрепенулся гот.
- Блин! Вот значит, из-за кого вся эта резня началась? - Пробубнил панк. После выпитого ящика портвейна мы с ребятами проходили мимо дома культуры, услышали, что туса в самом разгаре решили заглянуть. Смотрим, на сцене  дети бьют Петровича, а он еще с прошлого года должен нам пятьдесят рублей, вобщем решили забрать старые долги. Когда я поднимался по лестнице на сцену, из меня пошла закуска, видимо огурцы были не свежие. На этом прекрасном натюрморте поскользнулись выбежавшие снеговик и зайка, которые спешили отдать письмо деду морозу от его друга из Лапландии. Мой натюрморт довез их до елки, которую они благополучно и снесли. Елка придавила группу сатанистов, и какую-то черно-розовую истеричку.
- Я не истеричка, просто меня все кругом обманывают. -  Разрыдалась в голос эмокид.
- А мы с пацанами шли отдыхать на свободную хату, когда услышали шум из ДК, подумали дискатечка, вот и зашли ногу тусануть. А заодно и денег стрельнуть. Смотрим, там накаченные ребята в масках выводят пьяных панков. Ну, я решил действовать по схеме, у одного из них спросил: «Эй, ты кто по жизни?», короче очнулся я уже здесь. - Изрек умную мысль гопник.
- Давно я так новый год не отмечал. – Подметил панк.

Мораль данной истории  в том, что какие бы направления люди не несли в себе, во чтобы не верили и кому бы не поклонялись… Всегда есть, что-то, что их объединяет – хотя бы общая камера временного задержания.