как в кино. эссе

Впрочем, я всегда был чуть-чуть сентиментален.
К примеру, мне доставляло особое наслаждение перечитывать свои школьные сочинения, думая о том, что лучшие молодые годы уже давно позади. А потом, вглядываясь в лица однокурсников на случайно оказавшихся у меня фотографиях, говорить себе: «Как много пройдено дорог…». Казалось, всё это делает меня в твоих глазах взрослым, умудрённым опытом человеком.

Не знаю, верила ли ты во всё это или просто не хотела разрушать мои иллюзии, но ты была… Да, главное, что ты была именно такой, какими грезились мне в сладких снах возлюбленные странствующих рыцарей, пылкие любовницы забытых королей, вожделенные музы актёров бродячих театров.

Много воды утекло. Но и сейчас я читаю в твоих бескрайних, как море, глазах трепетную нежность, что убаюкивала меня — грубого, порою наглого циника. Необузданную страсть, велением которой я, варвар, становился послушным и пугливым щенком. А главное — любовь. Ту любовь и чистоту, однажды и навсегда отданную мне.

До сих пор я ощущаю аромат лета. Нашего с тобой лета…
Дни, подгоняемые сладким вином и ласками. Разговоры о будущем — безоблачном, похожем на закаты, которыми мы любовались, сидя на уютном балконе и размышляя каждый о своём.

Мы сумели остановить время! Всё подчинялось только нам. Мир просто исчез. На этой планете не было никого, только ты и я…
Только ты, сидящая на диване и набросившая на обнажённые плечи мою белую шёлковую рубашку, читающая наивный роман. И только я, пишущий свою новую пьесу о жизни, смерти и любви. Да несколько желанных гостей, которых мы изредка приглашали.

Как в кино.

Не было печалей, кроме нескольких строк моей пьесы. Не было забот, кроме мыслей о том, что приготовить на ужин. И разлучали — лишь сны, приходящие к нам в объятиях друг друга.
А потом наступила осень.
И была ещё целая жизнь, в которой никогда больше не было тебя…