Она. Сон первый

Я открыла глаза, пулей вылетев из сладкой неги забытья.

Только что мою грудь целовали влажные губы. Медленно, умело.

Я держала в руке ЕГО - сначала маленького, сморщившегося, еще не проснувшегося старикашку, но стоило лишь потихоньку сжать ладонь, чуть-чуть, слегка впиться ногтями в его мягкое нежное тельце, потом отпустить и уже другой ладонью прижать, раздавить, распять ЕГО на животе, как ОН проснулся, потягиваясь едва зашевелился и начал расти.

«О чудный миг! - сквозь сон пронеслось у меня в голове. - О чудный миг! - ощутить в руках этот стремительный рост, эту внезапную мощь, когда ОН из ничего, из морщинистой висюльки превращался в Самого Себя, сильного, готового пробиться через любые преграды, готового разодрать все на своем пути, и в то же время такого нежного на ощупь. Такого нежного!»

Ладонь сама по себе то сжимается, то разжимается, потом замирает и вдруг начинает движение вверх, затем вниз, снова вверх, снова вниз. Сначала медленно, затем быстрее, быстрее, быстрее...

Мои губы уже тянутся к Нему в ожидании, надежде на то, что вот-вот, сейчас Он извергнет в мои губы всю силу свою.

Губы целуют Его, впускают в себя, и вот уже верхнее небо ощущает этот чуть кисловатый, но такой сладкий, такой сладкий вкус.

Язык оживает, извиваясь изо всех сил в безумном танце тарантелле вокруг его мясистых щек, вокруг мускулистого тела.

Тут-то я и просыпаюсь.
Посмаковав во рту какое-то послевкусие, я потягиваюсь и вдруг вскакиваю с кровати.

Послевкусие, именно послевкусие! Оно было настолько реальным!

Я провожу языком по верхнему небу. Есть!
Этого не может быть, но ЭТО абсолютно реально!

Я не спутаю этот вкус ни с чем на свете. Из тысячи, даже из миллиона других я определю его с первого раза. Ведь, больше всего на свете я люблю Его, имеющего этот вкус.

Я боготворю Его, даже застенчиво молюсь, аккуратно держа руками уставшее мягкое теперь тельце, целуя и вполголоса бормоча непонятное «Милый, восставай в теле моем! Любимый, питай влагой своей, жизнь дарящей и продолжающей! Всесильный, наполняй ею сосуд в теле моем и дай мне здоровья, молодости, счастья! Будь всегда со мной! Будь всегда во мне!»

Молюсь, когда засыпает потный самец, лежа на спине, раскинув свои волосатые и всегда вонючие ножища по всей кровати, и мне ничего не остается, как устроиться, свернувшись калачиком между его ног, либо спать на полу.

Именно, МОЛЮСЬ!