***

  Она ждет своего женатого мужчину. Сегодня среда, а по средам и пятницам он "задерживается на совещании", а на самом деле - к ней в спальный район, в обход магазинов с неизменными помятыми мужчинами возле входа и хозяев маленьких, но оттого еще более злых, собак. Опаздывает. Может, пытается заключить какой-то договор, может, уже дома, ест ужин или принимает ванну.
  Это как если бы берешь телефон и видишь - пропущенный звонок. И тут вдруг два, три - вызовов не поступает, но число на дисплее растет. И рада бы взять трубку, но не можешь. И когда количество пропущенных дошло бы до пятидесяти, любому стало бы страшно. Или как в тот раз, когда она упала в обморок в церкви под пение хора и бормотание "помилуй нас". Рада бы устоять на ногах, но земля становится зыбкой. Совершенно ничего не можешь сделать. Так и сейчас.
  Позвонить ему домой - стыдно и как-то по-сволочному. Любой исход непритен. Скажем, возьмет трубку дочка (пять лет, косичка пшеничного цвета), пролепечет "а папы нет". Сзади, на фоне, тут же женский голос "Катенька, кто это?". "Не знаю, мам, папе какая-то тетя звонит".
Если жена, то это будет настороженное " Вы с работы? Что ему передать?". Даже голос самогО любимого и женатого не будет утешение, потому что он скажет что-то вроде:"Погоди, сейчас выйду на балкон. Нет, не могу. Дочка заболела, температура, ну ты понимаешь. Тише, тише, не расклеивайся, я на выходных попробую вырваться."
  Остается только отдавать дань своей профессии филолога и убивать скуку поиском синонимов к слову "отчаяние". На листе в столбик выстроились "руки опускаются", "дошла до крайней точки", "тоска", но, кажется, это все совсем не то.
  Музыка выключена, даже телевизор не бормочет свои новостные мантры, компьютер не мигает монитором. Она боится не услышать звонок в дверь.
  Наверное, только после этого звонка она скомкает лист, заключив для себя, что в русском языке нет таких слов, и остановится на иностранном despair.