Не свои роли или шанс на возвращение...

               

     Жизнь тяжёлая штука вообще, а жизнь попрошайки на улице – тем более! Когда вся твоя жизнь, вернее, сегодняшний день зависит от того, сколько состоятельных, или что более важно, сочувствующих людей встретиться на твоём пути, поневоле начинаешь верить в приметы, традиции и вообще становишься ужасно суеверным. Именно таким был Крыса. Вернее, в прошлой жизни он был Валентином Петровичем, но две страсти в его жизни – женщины и азартные игры сыграли с ним злую шутку. Потеряв голову из-за одной привлекательной брюнетки он вдрызг проигрался в карты. Проигрался настолько, что не заметил, как поставил на кон свою квартиру. Которую тоже проиграл. Так он стал тем, кого называю бомжем.

    Но, строго говоря, это ещё не был конец света. Его приютили знакомые, у него была работа, но…Произошедшие события так на него повлияли, что появилась ещё одна страсть, вернее слабость. Выпивка. Сначала редко, потом регулярно. Результат – с перерывом в пару недель он потерял и крышу над головой и работу. Прогрессирующий пьяница не нужен никому ни в качестве сотрудника, ни в качестве соседа по комнате…

    Вот так он оказался на улице. А там темп жизни другой. И язык другой. И обращение по имени-отчеству там звучит так же естественно, как мат в консерватории. А поскольку природа вкупе с родителями одарили его длинным носом, кличка родилась очень быстро. Так, на одной из окраинных улиц нашего городка стало одним бомжем и попрошайкой больше. И вскоре он,так сказать, влился в жизнь улицы, которую, правда, не хотят замечать более успешные  жители нашего города, снующие по этим самым улицам. А поскольку забыть прошлую жизнь не удавалось, то и отношение к этим людям было, мягко говоря, недружелюбное. Но особо отвлекаться на это возможности не было, поскольку жизнь на улице – это сплошная борьба за выживание. Другими словами есть те, кого стоит опасаться, есть те, кто просто мешает жить, а есть те, кто ни то ни другое, но ты его всё равно не любишь. К их числу среди уличного народа относилась цыганка Вера –женщина, возраст которой было трудно определить, которая время от времени появлялась на этой улице. Её не любили за то, что она всего получала то, чего хотела. Хотя большинство из обитателей подвалов, чердаков и канализационных люков легко могли бы, что называется оказать на неё физическое воздействие, но этого не происходило никогда. Частично, как все считали, это из-за того, что она колдунья и могла загипнотизировать любого, а частично – взяв у кого-то из обитателей улицы какую-то вещь или добытую еду, Вера взамен давала что-то вроде совета или предсказания. Которое, как говорят, обязательно сбывалось. А не дашь ей то, чего она хочет, и не получишь этого самого совета. Вот и выбирай…

      Крыса невзлюбил Веру с первого взгляда. Может потому, что несмотря на то, что она была таким же жителем улиц, как и все остальные, но вела себя так, что в любой момент может вернуться к той жизни, которой живут снующие мимо люди. И они тоже, чуть ли не шарахавшиеся от всех остальных, её воспринимали чуть ли не как свою. Что и порождало самую настоящую чёрную зависть. Поэтому от встреч с Верой Крыса не ждал ничего хорошего. А в этот день ему просто жутко повезло. Весёла компания явно небедных людей очевидно, спешила на какую-то гулянку. Шла нагруженная сумками, пакетами. А поскольку жутко торопились, то потеряли один из пакетов. Когда Крыса дождался того момента, когда компания села в подъедавший джип и укатила, он открыл пакет. И даже сглотнул. В пакете было бутерброд с котлетой. Настоящий бутерброд, вкус которых он уже успел забыть…По неумолимой логике уличной жизни съесть находку надо было немедленно. Или спрятать. Чтобы никто не отнял. Крыса был неопытным жителем улицы и не сделал этого сразу. И только поднял голову, понял, что сделал ошибку. В полуметре от него, неотрывно глядя прямо ему в глаза, стояла Вера. Крыса насупился, понимая её намерения:
- Не отдам!
Вместо ответа Вера как-то странно улыбнулась и пожала плечами:
- А не пожалеешь?
- Угрожаешь? – ощерился Крыса.
- Большего вреда, чем ты сам себе наносишь, тебе никто не принесёт, - всё так же глядя ему в глаза, сказала Вера, и, словно его и не было рядом, забрала бутерброд. Крыса стоял, не в силах пошевелиться. А Вера, повернувшись к нему спиной и уже делая шаг от него, бросила через плечо:
- Не отходи сегодня от того мусорного ящика, - она кивнула на ящик в глубине проходного двора, - там сегодня выбросят кое-что такое, что может всю твою жизнь поменять…Если дураком не будешь, конечно…
 
      И ушла, не торопясь, спокойно съедая его бутерброд. А Крыса обалдело сел на землю, тупо глядя ей вслед. Почему он дал ей уйти? Мистика… Однако, немного остыв, он решил всё-таки послушаться её совета и занял выжидательную позицию недалеко от этого мусорного бака. Зря, что ли, бутерброд отдал? Однако  минуты шли за минутами, часы за часами, а никто к этому баку не подходил. Крыса уже начал закипать, понимая, что из-за этого глупого дежурства он упустил верные пару возможностей перехватить что-то поесть возле кафе на углу, но в этот момент хлопнула дверь подъезда и из него выскочила средних лет женщина с ведром в руке. Судя по всему, домработница. Опрокинула ведро в бак и вернулась обратно в подъезд. Крыса, чуть ли не рыча, бросился к баку. Ему повезло, он был практически пустой и свежий мусор выделялся. Он начал решительно ворошить его, с трудом представляя, что там может быть. Деньги? Драгоценности? Какая-нибудь ценная вещь? Но ничего подобного там не было…Только пищевые отходы, пара бутылок и какая-то бумажка, на которой было изображение какого-то животного, похожего на коня и несколько строчек на совершенно бессмысленном языке, которая к тому же прилипла к куртке…Поняв, что ничего судьбоносного в мусоре нет, Крыса пришёл в ярость. Выбравшись из ящика он со злостью начал пинать его ногами, но этого ему показалось мало. Схватив валяющийся обрезок трубы, он стал лупить им по корпусу ящика. Звук получался громкий и зловещий.

     В самый разгар этих действий откуда-то сзади прозвучал спокойный голос:
- По ментовке соскучился,  Крыса?
Он обернулся. В паре метров от него стоял Горец. Так называли его за то, что он по национальности то ли грузин, то ли армянин. А может, за то, что толком никто не знал, сколько ему лет. То ли 35, то ли 55… По слухам, на улице он оказался после того, как покалечил кого-то в драке и оказался за решёткой. Ненадолго, но женушка за это время и с ним развелась и квартиру каким-то образом умудрилась продать. Он вернулся, а тут ни квартиры, ни сбережений, ни семьи…На работу бывшего зека да ещё с дурной репутацией никто брать не хотел. Опять же – возраст…Среди уличного народа он пользовался серьёзным авторитетом.
- Чего раздухарился? Мух гоняешь?
- Да…., - злость ещё клокотала внутри и Крыса не удержался, - представляешь себе, меня наша Кассандра кинула!
- Вера? Это как? – заинтересовался он и подошёл поближе.
- Да представляешь, я бутерброд нашёл, а она отняла!
- Просто так, взяла и отняла? Не гони пургу, Крыса, Вера так никогда не поступает!
- Может, с тобой и не поступает, а со мной…Ещё и в этот бак лезть заставила, что б её…
- Как будто мы мало по помойкам лазим…Что значит – «заставила»?
- Да, типа она так за бутерброд рассчиталась…Сказала – то, что выкинут в этот бак, изменит твою жизнь! Я там всё перерыл. Ничего! Только отходы и вот, - он с раздражением отлепил от куртки листок бумаги, - эта ерунда. Нет, поймаю, обязательно физиономией в эти отходы суну. Что б знала!

     В следующую секунду Горец протянул вперёд руку и коснулся кисти Крысы. А ещё через секунду его лицо исказила гримаса боли, и он медленно опустился на колени. А Горец глядя в сторону, медленно и с расстановкой произнёс:
- А ты знай следующее: если ты хотя бы пальцем её коснёшься, я тебе сломаю шею, понял?!
- Понял…, - прохрипел Крыса, - отпусти…
Горец отпустил руку и Крыса уселся на землю. Бумажка в результате оказалась в руке у Горца. Тяжело дыша, Крыса огрызнулся:
- Тоже мне, кавалер…А так кидать можно?
- С чего ты решил, что она тебя кинула?
- Я же тебе говорю, что она сказала, что в этот бак кинут что-то, что может изменить всю мою жизнь. А там ничего! Кроме картофельной шелухи и вот этого фантика, что у тебя в руке! Может, подскажешь, как это может изменить жизнь?! Давай, смотри!
Уязвлённый вынужденной капитуляцией Крыса выкрикивал свои слова, пятясь, не сводя глаз с Горца, опасаясь возобновления агрессии. А он уже словно забыл о нём и смотрел куда-то вдаль, теребя в руке бессмысленную бумажку…

    Прошло две недели. Крыса, всё такой же злой и голодный рыскал по своему району в поисках чего-то съедобного. Чувство голода было настолько сильным, что он решил попытать счастья у пивного ларька. Обычно он туда не совался, потому что публика, собирающаяся там, не сильно его жаловала. Но сейчас деваться было некуда. Осторожно подойдя, выглянул из-за киоска. Пространство перед киосками было практически пустым. Если не считать, что за одним из столиков стоял среднего роста и крепкого телосложения мужчина в камуфляжном костюме. Он него исходила какая-то сила, и Крыса очень осторожно осмотрел столики в поисках объедков. Ему повезло и он увлёкся тем, что нашёл. Увлёкся настолько, что не заметил, что на него смотрят.
- Крыса, что ты тут делаешь, это же не твоя территория!
Крыса, помня, что кроме крепыша в камуфляже близко никого не было, растерянно поднял голову. А когда понял, кто к нему обратился, растерялся ещё больше. Потому что на него смотрел, улыбаясь Горец. Но как он изменился!
- А…это вообще-то ничейная территория…, - даже не проговорил, а проблеял Крыса, - а что это с тобой?
- Со мной – ничего! В смысле плохого…,  - Горец отхлебнул пиво из банки, и кивнул на картонную тарелочку, на которой лежали аппетитные сосиски, - хочешь?

    Крыса бросился к тарелочке, как кот к валерьянке. Но сосиска встала у него колом в горле. Новую одежду, свежий вид и даже возможность есть сосиски ещё как-то можно было объяснить. Но в руке у Горца были ключи от автомобиля! Крыса обернулся. Рядом с столиками, у тротуара, стояла подержанная «Тойота». Проследив его взгляд, в ответ на немой вопрос Горец только кивнул.
- Но…чёрт…откуда?! – Крыса был просто раздавлен.
- Откуда…, - Горец тряхнул головой, словно отгоняя наваждение, - он ещё и спрашивает…Из мусорного бака, откуда ещё…
- Из какого бака? – Крысе казалось, что над ним издеваются.
- Из того самого. Помнишь, где мы с тобой последний раз виделись?
- Да…ну и что?
- Что ты тогда оттуда выгреб?
- Что, что…Обьедки и наклейку какую-то…Ерундовина, в общем…
- Ерундовина…, - Горец саркастически улыбнулся, - хотя, не ты первый так подумал, хозяева квартиры тоже…
- О чём?
- О наклейке. Я тогда постоял, подумал. Если объедки ничего из себя ценного не представляют, то что тогда? Наклейка.  Я её внимательно рассмотрел, кое-кого расспросил, и выяснилось, что это, по сути, лотерейный билет.
- Но ведь использованный? – предположил Крыса.
- В том то и дело, что нет. Хозяева, похоже, решили, что лотерея – сплошной обман. И выкинули в ведро. И самое смешное, что по теории вероятности это был не очень глупый поступок, выигрышей в этой лотерее действительно мало. Но зато какие…Короче, я оказался владельцем второй по величине премии. Вот так…

     И Горец задумчиво постучал ключами по столику. Крыса почувствовал, как его буквально заполняет смесь злости и зависти. Это же надо, держать в руках удачу и выпустить её. Чтобы хоть как-то досадить Горцу, он выпалил:
- А чего ж такой нерадостный? Что, налогов много содрали?
- Да нет, организаторы лотереи все налоги уплатили…Нет, Крыса, просто ничего так просто в жизни не даётся. Я месяц назад жил на улице, но был счастливым человеком. Сейчас у меня всё есть, но счастья нет…Хочешь ещё сосиску?
- Хочу…, - как-то вяло ответил Крыса, совершенно сбитый с толку, - а чего так?
- Потому что тогда я каждый день видел любимую женщину, а сейчас из-за всего этого, - он кивнул на машину, - её похоже, потерял.
- И кто же эта Джульетта?
- Наша цыганка Вера, - с улыбкой произнёс Горец, и Крыса опять чуть не подавился.
- Вера? Так ей же в обед сто лет! Ты чего, прикалываешься?
- Дурак, ты Крыса…Во-первых, она не такая старая, как тебе кажется, а во-вторых- какое это имеет  значение?
- Это ты из-за того, что она тебе это всё принесла? А не боишься?
- Чего? – удивился Горец.
- Ну, она захочет, чтобы ты с ней поделился тем, что имеешь. Ты ж знаешь, как она умеет просить! И не откажешь…
- Нет, Крыса, ты не дурак, ты дегенерат…Да я всё готов отдать, лишь бы опять её увидеть…Сгинь с глаз моих!
Ориентируясь на тон голоса, Крыса предпочёл ретироваться.  А Горец в сердцах стукнул кулаком по столику и вздохнув, посмотрел в глубь улицы. В этот момент краем глаза увидел изящную женскую руку , с кольцом на среднем пальце, которая коснулась его банки с пивом:
- Вы позволите? Очень пить хочется…
- Конечно, - отозвался он, не оборачиваясь, - вот, возьмите полную…
Раздался звук открываемой банки, потом едва слышные звуки, свидетельствующие о том, что незнакомка пьёт пиво.
- Нет, мужчинам определённо нельзя верить! – наконец произнесла она со вздохом. Горец усмехнулся:
- Это почему вы делаете такой вывод?
- Да вот один человек утверждал, что всё бы отдал, только бы меня увидеть, а теперь даже голову повернуть не хочет…

    Горец усмехнулся и хотел ответить чем-то ироничным, то что-то в голосе девушки показалось знакомым. А слова, сказанные ею, уж слишком были похожи на те, что он сам произнёс всего несколько минут назад…Он повернул голову и даже потряс головой. На него смотрели знакомые притягательные карие глаза Веры…Это было похоже на мистику, потому что всё остальное просто разительно отличалось. Вместо замызганных обносков на ней был стильный джинсовый костюм. Волосы, которые раньше едва виднелись из-под грязного платка, теперь лёгкой волной опускались на плечи и спину. А руки, которые всегда были одеты в вязаные перчатки, своим изяществом и красотой напоминали о девятнадцатом веке, когда дамам было принято целовать руки….
- Ты мне сейчас кого-то напоминаешь…, - едва сдерживая улыбку, произнесла она. Он кивнул:
- Ага…Крысу, когда он меня увидел…А с тобой что случилось?
- Сейчас – ничего. А вот когда мы познакомились – можно сказать, да. Понимаешь, я журналистка. И для того, чтобы написать о жизни наших улиц, можно сказать, вживалась в образ…
- Здорово вжилась. Так ты слышала наш разговор…с Крысой ?
- Угу…, - она покрутила в руке банку, - от начала до конца. А что, ты собираешься отказаться от каких-то слов?
- Ну, я же говорил о несколько другом человеке…
- Ну и что? По-моему, ты и тогда был убеждён, что я моложе, чем выгляжу…
-Ну, не настолько же…
- Ты хочешь сказать, что я ещё не доросла до тебя?
- Нет, что ты…, - он покосился на изгиб её бедра, - вполне…
- Спасибо…А что касается этого, - она бегло коснулась куртки, кольца и мобильного телефона, торчащего из нагрудного кармана, - то ты, похоже, сейчас не менее обеспечен, чем я…
- Верно…, - облегчённо вздохнул Горец. Вера улыбнулась:
- Легче стало? Знаешь, давай не будем гнать лошадей! Будем считать, что мы только что познакомились…Кстати, я немного опаздываю, не подбросишь?
- Конечно! – c радостной улыбкой ответил Горец и они направились к машине. И тут где-то за киосками раздался истошный крик, временами перекрываемый собачьим лаем. А через несколько секунд на площадку перед киосками вылетел Крыса в разорванных штанах и с разбегу запрыгнул на столик. Пёс стал прыгать вокруг стола с громким лаем.
-Спасите! Загрызают! Убивают! – стал вопить Крыса, с трудом удерживаясь на маленьком столике. Вера сделала шаг вперёд и протянула руку по направлению к собаке, устремив на неё свой колдовской взгляд. И здоровенная псина присмирела в тот же миг. И почти тут же появился хозяин собаки – мордатая детина с бритой головой.
- Собаку с такими повадками на поводке держать надо! Чтобы неприятностей не было… – с трудом сдерживая эмоции, посоветовала Вера.
- Сейчас они у тебя будут! – угрожающе двинулся к ней собачник.
- А какие? – очень вежливо поинтересовался Горец, делая шаг из-за спины веры и делая круговое движение плечами, словно разминаясь. Собачник сразу сделал шаг назад:
- Это я так…вообще…
- Тогда забирай пса и мотай отсюда.
- Ага…Одну минуту…, - быстро прицепив карабин на ошейник, бритоголовый потащил собаку за собой. Пока они шли по разу оглянулись. Хозяин нн Горца, собака на Веру. Посмотрев друг на друга, они рассмеялись. После чего, Вера покачав головой, сказала Крысе, который всё ещё не покинул столик:
- Сколько раз я тебе говорила, Крыса – не пей! Собаки этого не любят…Вот и получил…
- А ты…а вы…откуда вообще…что я …
Вера чуть задумалась, потом ловким движением выхватила из кармана платок, накинула его на голову, и подойдя к Крысе, проговорила тем, прошлым хриплым голосом с цыганским акцентом:
- Я же говорила тебе, непутёвый – счастье твоё в руках твоих будет, не упусти его, трезвенник ты уличный…
Узнав её, Крыса попятился и рухнул со столика на асфальт. Вера даже лицо закрыла руками:
- О каком счастье может идти речь, если ты даже со стола нормально слезть не можешь…
- Это…чего тут происходит? Вы что, сговорились?! Ты вообще, кто?! Тоже в лотерею выиграла?! – в последнем вопросе он вообще сорвался на крик.
- Долго объяснять…, - она сдёрнула платок с головы, и покрутив им в воздухе, и направилась к Горцу.
 
   Когда их машина тронулась с места, Крыса начал самым настоящим образом скулить. Возможно, он ушибся, а возможно горько сожалел о том, что повезло кому-то другому, а не ему. И он не мог понять, почему…
Когда он с  трудом поднялся, то услышал звук приближающейся машины Горца. Машина остановилась недалеко от него, и из окна выглянул Горец:
- Слушай сюда, - он вытащил из кармана бумажник, достал оттуда пару банкнот и бросил бумажник Крысе, - я вернусь сюда, на эту площадку через месяц. Там тебе хватит на хлеб. Если через месяц у тебя останется сам бумажник и хотя бы одна банкнота, и ты останешься человеком – возьму на работу. Даю слово.
Он повернул голову к Вере. Её сияющие глаза лучше всяких слов говорили о том, что поступок, если не покорил её, то поднял Горца в её глазах – это наверняка.
- Месяц! – повторил он ещё раз Крысе и нажал на акселератор. Машина давно исчезла за поворотом, а Крыса всё так же стоял, одной рукой прижимая к груди бумажник, а другой вытирая слёзы на лице. И подумал, что, пожалуй, именно сейчас тот его шанс изменить свою жизнь, о котором говорила Вера…