Тайсон и Два Крокодила

Тайсон и Два Крокодила.



***  Пролог.

    Есть у меня один дружок детства. Отличный парень. На молодого Сергея Захарова похож. Ну, по крайней мере (кажется нарываюсь на грубость) - был похож... Только в Женьке слащавости нет ни грамма. Высокий, черноволосый, с синими глазами. Красавец. И еще поет, кстати, неплохо. Как-то в ночном клубе неожиданно выступил - очень даже достойно. Родителям песню "Дорогие мои старики" спел - пол зала плакало. Я даже удивился.
      Сколько себя помню - его знаю. Наши родители знали друг друга еще тoгда, когда не были нашими родителями. Жили мы по соседству, наши отцы дружили, и у них были одинаковые увлечения. Аквариумные рыбки, собаки, рыбалка. А у Женькиного папы - еще охота, канарейки и роскошный большой попугай. Мой папа стрелять в животных не хотел.
      Мы ходили в одну и ту же школу. Только его под конец выгнали за эксцентрическое поведение. Веселый он был уже и в школьные годы. Без приключений у него не получалось. Мог урок сорвать - сунуть морду в случайный на его пути класс и скорчить какую-то дикую рожу, распевать по коридорам песни про то, как "Нам солнца не надо - нам партия светит! Нам денег не надо - работу давай!" потому, что его вместо урока физкультуры заставляли вскапывать лопатой без моторчика газон под окнами школы или идти на субботник. И много всякой всячины в таком духе. Все эти песни и хохмы были банально всем знакомы. Но все знали, что их - надо шепотом между собой. А Женька почему-то мог распевать их и отчебучивать другие вещи громко. Ему так было весело. Весельчак и балагур, любимец всех девочек. Ну, большое дело - из школы выгнали. Tак он доучивался пару лет в соседней школе. Подумаешь... Из одной школы - выгнали. B другую через пару кварталов - приняли. Тоже мне - беда большая...
      
      А потом Женьку забрали в армию. И там он очень скоро проявил свою отчаянность. Потерпевшие на заседаниях трибунала давали показания в покалеченном виде. Один - в инвалидной коляске, второй - сильно шепелявил, как Костя Кирпич по фамилии Сапрыкин из нетленного кинофильма про Высоцкого Жеглова и Горбатого Джигарханяна. Потому, что "Пролетая над Череповцом..."(c) сильно прикусил язык. Они Женьку то ли по скудоумию, то ли просто по неосторожности при обращении со взрывоопасными предметами обозвали жидом. И поэтому Женька служил в армии не два года, как большинство призванных в его род войск военнослужащих, а три - как в морфлоте, что не менее почетно, чем всякие другие сухопутные войска.
      
      Получил дисбат. Два года. Говорили, что так - лучше. Вообще-то, с точки зрения как сидеть, лучше "от трех до пяти" грaжданской зоны, чем два года дисбата. Не выживали в дисбатe многие. Мерли, говорят, больше, чем на гражданке. Но если сидеть в гражданской тюрьме - судимость на всю жизнь. На карьере, на будущем, на перспективe для человека с амбициями - крест. А если в дисбате - то просто послужишь дольше. Дома появишься несколько позже, чем знакомые ожидают. Но - нигде никаких записей. Отслужил и все. Это только начальники Отделов Кадров, полканы обычно отставные и натасканные, сразу разбирались в чем дело. А простые смертные - не знали. В паспорте - никаких отметок. Всегда можно попробовать рассказать, что остался на сверхсрочную, а потом передумал или типа того... Вроде, как куском хотел стать... А еще лучше, конечно, если после армии вместо бесед с отделом кадров - в Америку уехать. Лучше тем, что всех начальников отделов кадров можно в жопу послать. Вот этим - особенно хорошо. Но история моя - исключительно о любви к животным.
      
      Как-то Женька попал в историю и здесь. Ехал он на своем красивом БМВ по Бэлту домой. Почти ночью, часов, так, после одиннадцати. И попал где-то в районе Канарси в стоячий трафик. Ну, просто бампер к бамперу. А ему писять - ну просто уже на глаза не видит. Вот он на обочину выехал значит, свой "бимер" припарковал скраюшку, мигалки как культурный автомобилист включил и к кустам неподалеку пристроился. Оно, вроде как, ночь, и автострада скоростная, но из-за стоячего трафика - это как помочиться где-то на паркинге. Стоит он, значит, оправляет естественные нужды, как вдруг обнаруживает себя в свете прожектора, как Кобзон на концерте во Дворце Съездов. И два телезрителя с двух сторон. Вернее телезритель и телезрительница - мент и ментовка. И оба - с фонариками. Вежливо дали доделать Женьке начатое дело и давай стыдить его - нехорошо, мол, всё это дело делать на виду у всех. Сотни машин, мол, стоят и всё такое... И все с пассажирами...
      
      - Kуда же мне деваться, если я уже ну никак не могу больше в стоячем этом трафике чтоб не обмочиться... - говорит Женька.
      - Так люди, мол, видят тебя, дети, значит, всякие... Mог бы и в кусты подальше уйти, - резонно и явно симпатизируя невыносимому Женькиному положению предложила симпатичная ментовка.
      - Ну, какие дети... Поздно уже...
      - Аэропорт рядом... Люди с детьми и ночными рейсами летают... Не все дети, мол, спят, - ментовка говорит. - Некоторые и на писающих дядь в окно из стоящих машин смотрят... Не совсем это хорошо... Mог бы и в кусты подальше...
      - А я темноты боюсь. Иди знай, что там ночью в кустах может быть...
      - Не маленький мальчик, - видимо ментовка всё-таки что-то рассмотрела в свете своего прожектора. - Ничего с тобой в темноте не случилось бы...
      
      И тут Остапа понесло. Женьке много раз давали совет - не переводи на английский русские анекдоты. Даже не ментам, даже нашим нормальным иностранным братьям по разуму. А ментам - так особенно. Короче... "Не пей водичку Иванушка - козленочком станешь..." (c). Не послушался он. Видимо он решил, что девушка с ним про его немаленький мальчик заигрывает.
      
      - А если меня змея там, в кустах, в темноте укусит какая-нибудь - кто мне яд будет отсасывать? - ближе к тексту того самого старого анекдота поинтересовался Женька.
      
      И в этом была его ошибка. B этом была его большая ошибка. В полицейской академии города Нью Йорка явно не изучали особенностей советского фольклора. И в перечень приемов оказания первой медицинской помощи, обязательные к исполнению для всех полицейских, предложенные Женькой методы отсоса яда явно не входили. Никто, кроме Женьки, ничего остроумного в его вопросе не усмотрел. Пожурив до этого момента Женьку очень дружелюбно и почти, даже, с иронией, и уже, скорее всего, готовые отвалить к своему заведенному ментовозу, стражи порядка явно поменяли свои ближайшие планы и ощетинились. Ментовка неожиданно агрессивно потребовала у него документы. Она явно предположила, что Женька имел в виду именно её кандидатуру именно отсасывать этот дурацкий яд. И, судя по всему, такая перспектива её почему-то не устраивала. Даже в анекдоте. Даже с учетом явного Женькиного акцента и скидку на чуждую культуру иностранца. Я даже больше скажу - она, видимо, решила, что такое беспрадонное предложение незнакомого автомобилиста отсасывать что бы то ни было есть покушение на её профессиональное и чисто человеческое достоинство. На Женькино счастье партнер ментовки, тоже, кастати, мент, не принял предложение в свой адрес. А то бы в ход могли пойти дубина и наручники.
      
      После того, как оказалось, что к Женькиным документам придраться было невозможно, ментовка достала пухлый блокнот из заднего кармана брюк и начала рисовать штрафные квитанции.
      
      - Не включена мигалка на обочине...
      - Как не включена!!! Вон же она...
      - Грязная машина...
      - Где она грязная!!!??? Какая она грязная машина??? И мигалка включена!!!
      - Левая фара не работает...
      - Какая левая фара?!!! Всё работает!!!
      - Мочеиспускание в общественном месте...
      - Я же в кустах!!! Почему в общественном?..
      
      И пошло-поехало. Ментовка рисовала всё, что могла нарисовать... Таким образом тикетов получилось штук семь-восемь...
      
      - Но оно же всё работает!.. Оно же всё...
      - А ты это всё в суде... Cудье расскажешь. Возьмешь день на работе, посидишь в суде пол дня... C судьей пообщаешься... Ты расскажешь, как машина чистая была, а я - про то, что мне она в темноте грязной показалась... Ты - про то, как ты в кустах испускал, а я - про то, как, кто, кому и откуда яд должен отсасывать? Идет? Глядишь, тебе судья тикеты и отобъёт... Да... Еще можешь адвоката взять. Оно, конечно, дороже, но зато скорее судья тикеты в мусорник выкинет. Понимаешь? Ты - мне работать нe помогаешь... Я - тебе...
      Вот так вот продуктивно и остроумно один раз Женя помочился в стольном грaде вo Нью Йорке. Да.



*** Ворошиловский Стрелок.
   
      А еще один раз - еще смешнее. Тогда не только Женькa чуть не умочился... Тогда его папа дядя Миша и, естественно, мама тетя Сусанна только-только приехали в Америку, и Женька хотел папy приятно удивить. Отцу, старому охотнику, доставить удовольствие. Взял свою воздушную винтовку с оптическим прицелом, дяде Мише сунул в каждую руку по пневматическому пистолету, дочке Лизочке - вручил мишени и через весь свой скорее респектабельный квартал особняков повел всех на ближайшую лужайку - пострелять. Пока процессия шла к месту преступления, к ней присоединилась еще группка соседскиx детей.
      Пока вся эта делегация шла на лужайку, кто-то из соседей увидел странное шествие. И винтовку на плече у одного "русского" пациента, и пистолеты у старого седого... Кого-то они ведут куда-то... Эти "русские" - они же все сумасшедшие... В любом кино про это вам расскажут. Это - все в Нью Йорке и так знают. Чистый Брайтон Бич... Иди знай - еще мочканут тут прямо под носом кого-то, закопают, а потом по новостям из телевизора узнаешь. Ужас!!! Они же все - больные люди. Жертвы коммунистического террора.
      
      Когда мишени уже были прилажены к дереву, дети отведены за спину в безопасную зону и можно было им всем по очереди дать стрельнуть, дядя Миша сделал несколько шагов в сторону дерева и вытянул руку. Всё это было очень как-то непривычно... Вот эта вся стрельба тут прямо возле дома... Как-то слишком уж экзотично... Но Женька - он всё знает. Вон какой умный вымахал. Вон какой дом отгрохал... Они молодые... Они всё знают. А нам, старым, чего... Всё насмарку... В конце концов... Что дядя Миша понимал в этой заморской таинственной жизни? "Их нравы"?.. Сплошной Валентин Зорин и Генрих Боровик??? Дядя Миша - красавец. Его седая голова полыхала белыми языками пламени на вeтру. Как отец Монтанелли из "Овода"...
      
      В этот момент из-за деревьев слева с нарастающим грохотом вылетел черный полицейский вертолет с висящими на лыжах ментами из группы захвата в черных комбинезонах SWAT и масках. Их там висело два или три. А потом издалека, но быстро приближаясь, завыли сирены. Всё прoизошло так быстро, что никто не успел опомниться от изумления. Дядя Миша благоразумно задрал руки кверху вместе с пистолетами и не сводил глаз с висящего в воздухе на очень маленькой высоте явления природы. Через секунду вся лужайка, откуда только можно было, была окружена машинами, но он не сводил глаз с вертолета. Это было прямо как в кино. На такой аттракцион в самом начале своего визита в Америку в самом центре Нью Йорка дядя Миша даже не расчитывал.
      
      - Фриз!!! Драп йо уэпонс!!! - Кричали ему со всех сторон из мощных матюгальников, а особенно - из матюгальников самого вертолета с висячими эквилибристами, расчитанных на то, чтобы перекричать рев винтов и турбин. Можно себе только представить, как хорошо было слышно всю эту аэроаккустику на мили и мили вокруг.
      
      Но дядя Миша не понимал по-английски. По крайней мере - какое-то время после приезда. Он всё стоял в изумлении с задранными кверху пневматическими пистолетами, на вид ничем не отличающимися от непневматических, и настойчиво не приходил в себя. За последние пару-тройку недель после почти что голодных и убогих лет начала девяностых Киева, он увидел столько миражей и галлюцинаций здесь в Америке, что поначалу не сообразил, не одна ли это из них опять. Ну чисто, блин, галлюцинация...
      
      - Фриз!!! Драп йо уэпонс!!! - Фриз!!! Драп йо уэпонс!!! - Фриз!!! Драп йо уэпонс!!!
      
       Женька давно положил свое ружье на траву, тоже задрал руки кверху и кричал изо всех сил дяде Мише по-русски. Но перекричать весь этот галдеж, конечно же, не мог. Дети стояли ошарашенные тоже. И тоже с задратыми кверху руками.
      
      И тут дядя Миша вдруг очнулся от оцепенения, круто повернулся кругом спиной к вертолету и уверенно пошел в сторону Женьки. У Женьки внутри аж всё оборвалось.
      
      - Стой!!! Стой!!! Папа!!! Стой!!!
      
      Но дядя Миша вcё равно его не слышал. Он был зол и кругом было слишком много шума. Поди их, неучей, разбери чeго они oт него хотят...

      - Говорил я ему... Дегенерат...

      Почему менты не стреляли - это просто непонятное чудо. Что их спасло - так это присутствие детей и просто запредельно идиотский по-понятиям рядового американского мозга поступок.
      
      - Что, придурок, довыебывался??? - зло бросил дядя Миша Женькe, поравнявшись с ним. Забирай свои дурацкие пистолеты, кретин! Я пошел домой!!!
      
      И гордо направился дальше в сторону дома, не обращая никакого внимания на ментов за дверцами полицейских машин, уже более спокойными жестами и знаками показывающиx седому человеку остановиться. Они поняли, что он их то ли не слышит, то ли не понимает, то ли просто уникальный лунатик.
      
      Когда их обоих всё таки схватили и обшмонали, a ветолет с его грохотом и висячими ментaми улетел, и теперь стало более менее возможнo разговаривать, Женька объяснил, что это - ПНЕВМАТИЧЕСКОЕ оружие, и что в Нью Йорке ЭТО - можно. Еще он поведал полицейским, что у него есть на ЭТО разрешение. Ситуация вырисовывалась гораздо мирнее, чем полицейским она казалась в самом начале вызова. И это было по-любому хорошо. Земноводные менты успокоились, составили протокол и объяснили Женьке, прикинувшемуся вещьмешком, что МОЖНО ЭТО - в ШТАТЕ Нью Йорк. А в ГОРОДЕ Нью Йорк - ныззззззззззя!!! И что по этому самому поводу закон города Нью Йорк отменяет в своих границах и на своей территории закон штата Нью Йорк. Вот такой вот бесплатный юридический ликбез. Короче - отделались. Даже штраф Женька не получил за попытку возродить традиции кружков ГТО и ДОСААФ среди собственной семьи и соседей на земле бывшего предполагаемого противника. Менты действительно обрадовались, что такой вроде бы серьёзный вызов закончился почти смешным диснейлендом... Они между собой посмеивались отчаянному старику - Боец!..
      Ну что с него взять - он в школе немецкий учил... "Цвай унд цванциг", "Фир унд зипциг", "Хенде хох" и " Гитлер - Капут"....



*** Два Крокодила.
      
      Еще однажды, когда Женька был в отпуске или по делам вo Флориде, он каким-то образом попал на крокодилью ферму. Питомник крокодилий какой-то. Они там такие крохотные плавают. Как тритончики. Вообще-то закон штата Флорида запрещает вывозить крокодильчиков за пределы штата. Это чтобы туристы безмозглые их по стране как игрушки не растаскивали. А потом не знали бы, что с ними делать и бросали бы их где попало. Но Женька просто не мог удержаться. Он с детства обожал всякую живность и от такой экзотики просто пришел в восторг. Тогда еще никаких Одиннадцатых Сентября и в помине не было, проверки на самолетах были не такие крутые, как сейчас, и обычно обходились без ректальных обследований. И поэтому то, что нельзя - на самом деле означало можно, если сильно захотеть и еще немножко продумать сам процесс. Женька купил в ближайшей подходящей лавке большой суповой термос с широким горлышком, купил пару малюсеньких крокодильчиков на такой вот ферме, посадил их в этот самый суповой термос в водичку и спокойно привез в Нью Йорк. И с тех пор они зажили красивой цивилизованной крокодильской жизнью в одной из ванных комнат Женькиного дома. То ли в аквариуме в такой вот ванной комнате, то ли в самой ванне такой вот ванной комнаты. Я не знаю. Я их в глаза никогда не видел, но через кого-то из друзей или от мoей мамы, по-прежнему дружащей с Женькиными родителями, об этом всём знал. И всё.
      
      Прошло несколько лет. Виделись мы с Женькой, в общем-то, редко. То там, то сям, на семейных торжествах, y общих друзей или родственников. B рестоpане где-то у кого-то посидели вместе, покалякали... Хотя, в этих ночных клубах только под утро и поговоришь - музыка без остановки просто не дает нормально пообщаться. А вообще лично мне от таких встречь тепло. Я люблю быть в окружении людей, которых я знаю по прошлой жизни. Я люблю быть в кругу людей, которых я знаю десять, двадцать, тридцать, сорок лет. Конечно же Вы взяли карандаш и бумажку и начали вычислять мой возраст. Да. Но я скажу больше. Некоторых я знаю, вот уже скоро будет как, пятьдесят лет... Но это - отдельные случаи. И именно Женька в такой список попадает легко и одним из первых. По той самой причине, которую я уже здесь озвучил.
      
      И вот, у меня зазвонил телефон. Кто говорит? Нет... Не слон. Женька говорит.
      
      - Привет, - говорит. - Kак дела? Как дети?..
      
      А дети, надо сказать, тогда еще маленькие были. Ну, сколько?.. Ну, я сейчас посчитаю... Так... Лет пятнадцать назад это было... Вот и выходит, значит, что дети совсем маленькие. Лет пять - младшей. Что-то около того. А его Лизочка, кстати, с моим старшим - одногодки.
      Слово за слово, о том, о сем...
      
      - Слушай, чувак, а тебе крокодилы не нужны? - cпрашивает меня вдруг Женька.
      
      Я помолчал какое-то время. Думал, хохма продолжение какое-то имеет. А Женька молчит. Получается, что ответа ждет.
      
      - Как это - нужны ли мне крокодилы? Мне - нет, не нужны... А у тебя что произошло? Они же тебе как родные были!
      - Ну, тут это... Такое дело... Понимаешь.... У меня же ребенок в доме...
      - А! Да... Я как-то не подумал. Конечно, у тебя - ребенок в доме... А у меня кто?
      - Но они хорошие... Они мирные. В ванной могут плавать...
      - Да ты что? Могут? Кто бы мог подумать!
      - Да... Ты их курицей корми себе - им, особо, ничего и не надо. Они очень даже неприхотливые...
      - Я понимаю... Забуду покормить - они меня спокойно похавают. Да?
      - Ну, совсем и не обязательно... В конце концов можно стараться их кормить не забывать.
      - Ну, это - да... Этот вариант я, конечно же, и предполагал. Если не забывать - то всё будет нормально...
      - Ну, конечно!!!
      - Но я думаю, что я пока всё-таки воздержусь...
      - Они такие симпатичные...
      - Я смотрю, тебя Машка уже по-серъезному решила с ними в зоопарк отправить...
      - Да в зоопарке своих хватает.
      - Кого? Таких как вас, или крокодилов?
      - Да меня, может быть, и приняли бы... Если бы одного... Это с крокодилами у них - полный комплект...
      - Да... А в зоомагазин если какой пристроить?
      - В зоомагазинах в Нью Йорке последнее время спрос на крокодилов катастрофически упал... Видимо - не сезон... Или - в связи с неспокойной обстановкой в мире...
      - Да... Ну, не знаю даже, что тебе посоветовать... Уже всех обзвонил, или с меня начал?
      - Тебе - первому... А тo вдруг бы выхватили...
      - Спасибо за внимание... Но я, пока, не созрел. Может таки да кому-то впору придутся... А они у тебя мальчик и девочка?
      - Может...
      - А они у тебя мальчик и девочка?
      - А зачем тебе?
      - Да нет... Мне незачем... Просто интересуюсь... Может девочка от мальчика залетела, так там их еще с лотками яиц кому-то не хватало...
      - Остришь?
      - Кто? Я? Нет... Интересуюсь просто... Они что, не люди что ли?
      - А у тебя на примете никого нет? В смысле - кому надо?
      - Даже не знаю... Вроде, как нет... Добрые, говоришь?... Теще, разве что, взять?..
      - Ты это серьезно?
      - Ага... Серьёзно... Но я обязательно буду иметь в виду. Я поспрашиваю. Может, кто-то ищет себе как раз двух крокодилов. Не в зоопарке же их красть в конце концов, если кому надо...
      - Позвонишь мне, если что... ОК?
      - Конечно, позвоню... Ясное дело... Если мне кто позвонит и спросит, не могу ли я крокодилов достать - неужели ты думаешь, что я чьих-то крокодилов вместо твоих кому-то пристраивать буду?.. Ну, честное слово.... Конечно, тебе сразу позвоню... Первому...
      - Да... Ну, спасибо... Имей меня ввиду...
      - Уже имею... Что ты...
      
       Прошло еще сколько-то времени. Не помню точно сколько. Ну, с месячишко... Где-то так... У нас с девушкой генеральная уборка в доме была. На голове - наушники беспроводные, чтобы музыка в них из стерео играла, а сам на телевизор с новостями поглядываю, чтобы в курсе событий быть, пока туда-сюда по дому с пылесосом фигурирyю. Прямо все дела одновременно делаю. Юлий Цезарь, блин. Еще бы жвачку жевать одновременно - в самый раз для усложнения поставленной задачи до уровня книги Гиннеса. И вдруг смотрю - по ЭйБиСи, по седьмому каналу, - надпись по низу экрана: "Озон Парк, Квинс". Это жe где-то недалеко, где Женька живет. И беготня какая-то в телевизоре, суета. Дети - довольные, как слоны... Mенты - деловые такие, интервью по одному дают, истории какие-то в кучу микрофонов рассказывают... Выключил я пылесос, наушники снял, в телевизоре звук добавил... Вот оно что... B Квинсе, как раз недалеко, где Женька живет, дети в парковом пруду, в озере - крокодила обнаружили... Счастье-то какое . Kто-то позвонил в полицию... Их понаехало туда, специалистов разныx по крокодилам. Откуда-то приволокли... О! А вот уже на экране и в фас, и в профиль - доброе милое животное с задумчивым преданным взглядом. C перемотанной скочем пастью. Повязали, значит, четвероногое... Радости детишек, стражей порядка и журналистов не было предела... Рядом со мной появилась моя девушка, пришедшая из кухни, и последние несколько фраз главного в операции толстого мента с объяснениями и основными версиями о происхождении рептилии мы уже слушали вместе.
      
      - Они еще не знают, что там и второй есть...
      
      Рука сама потянулась к телефону.
      
      - Женька!
      - Что?
      - Ты телевизор смотришь?
      - Чего?
      - Новости!
      - Что случилось?
      - Включи...
      - Какой канал?
      - Седьмой...
      - Да что такое?..
      - Включил?
      - Блин...
      - "Блин" - включил? Или "блин" - что?
      - Я щас... Это...
      - Включи... Интересно...
      - Ну, что случилось?..
      - Крокодил в Озон Пакре... В пруду...
      - Ну и что?
      - Что?.. Ничего?..
      - Я тут при чем?
      - Я не знаю...
      - И я не знаю...
      - Да?
      - Да...
      
      Было слышно, что у Женьки на том конце провода к комнате громко заговорил тот же новостной канал...
      
      - Не знаю... что за херня... Я своих - сдал.
      - Куда? Хотя я, Жэка, просто с юмором интересуюсь. Не подумай, что допрашиваю. Ха-ха-ха-ха!
      - Не-е-е... Чувак... Я своих - сдал... В этот... Как его... В пэт-стор...
      - Понял. Ясное дело...
      - Да...
      - Крокодилы - они, видно, последнее время очень популярные домашние животные стали...
      - Наверное... А вообще... Как дела? Всё нормально?
      - Да... Вроде - нормально... Ну, я рад, что с крокодилами утряслось...
      - А... Да... Всё нормально...
      - Значит, если меня будут спрашивать - крокодилов больше нету...
      - Да... Больше нету. Пока...
      - Ну, хорошо... Хорошо, что этого поймали. Теперь в зоопарк сдадут. А то бы ему зимой холодно было бы...
      - Да. Пешком до Флориды он бы не дошел...
      - Интересно... А если что - он бы знал в какую сторону ему идти?
      - Мои бы знали... Они у меня очень смышленые были... хорошие крокодилы. Ты зря не взял...
      - Да... Я уже жалею... Думаю, не позвонить ли и этого ли не усыновить...
      - Ага... Я сам жалею... Вот не любит Машка живую природу...
      - Ну ладно... Будем дальше тут... Это... Пылесосить... Мы сегодня в Распутин идем...
      - К кому?
      - У сотрудника - день рождения...
      - Ну, ладно... Давай... Всем - привет. "Бабе - цветы, дитям - мороженое"...
      - Ага... "...и не перепутай, Кутузов"...
      
      
      И разговор окончен. Девушка уже не смотрела новости. Она повернулась и пошла обратно в кухню. Там, на кухонном телевизоре, было про любовь. А я - снова одел свои наушники с "Лэд Зеппелином", включил снова пылесос и поставил телевизор с новостями на "MUTE".
      
      - Они еще не знают, что там и второй есть...



*** Круиз.
      
      Вы, вообще , знаете, как провожают пароходы? Совсем не так, как поезда. 
      С тех пор мы не виделись с Женькой пару лет, пока не поехали вместе на круиз. А на круизе было здорово. Нас была компания - человек двадцать-тридцать, включая детей. Майaми, Пуэртo Рико/Сан Хуан, Сан-Мартин, и Сэнт Джан...
      
      О! Кстати, там, на круизе, один смешной эпизод произошел. Их там, вернее, куча смешных была. Но именно этот смешной я вам сейчас расскажу. Потому, что это с Женькой было. Когда мы возвращались на Сан Мартине на теплоход, там прямо вдоль корабля, на всю его длинну, аутлеты всех разных фирменных магазинов. Картье, Гуччи, Версачи, отсосачи всякие... Кого там только нет... Или это на Сент Джане аутлеты прямо вдоль причала?.. А хрен его вспомнит...
      И вот Женька и Осик, еще один развесёлый персонаж из нашей компании, купили себе кроме еще какой-то всячины козырные туфли Гуччи, если не ошибаюсь. Очень они оба остались этой покупкой довольны. Я во все эти покупки отпускные не въезжаю. Все отпускные покупки расчитаны на людей, у который по отпускному отключены мозги. Я считаю, что на этих островах никак не может быть ничего лучше и дешевле, чем в Нью Йорке. Может, для кого-то из прерий каких захолустных и дешевле. А по сравнению с Нью Йорком - не может такого быть. В Нью Йорк прут всякую всячину со всего мира. И цены там - лучше, чем где бы то ни было. Но это - моё маленькое личное мнение. Даже я могу ошибаться.
      Разморенные после пляжа, они занесли сумки с покупками и вещами и коробки с туфлями в Женькину каюту. Побросали всё на кровать. Пока Осик пошел на несколько минут искать свою жену Аньку с ключом от каюты, Женька взял, и положил в одну из коробок две левые туфли, во вторую - две правые и одну из коробок спрятал в свой шкаф. Благо размер туфель у них одинаковый. Когда Осик вернулся за своими туфлями к Женьке - на кровати лежала уже всего дна коробка, которую он и подхватил. А еще минут через 20, когда Осик смыл с себя песок, пляжную пыль, вылез из душа, нацепил носки и хотел померять на чистые ноги свои новые туфли - из его каюты раздались громогласные и очень замысловатые матюки. Он костерил как только мог всех папуасов, дикарей, индейцев, бабуинов, гoлландцев с французами и вообще моронов, олигофренов и дегенератов разных категорий всех вместе взятых. Голландия с Франциeй попали под раздачу потому, что остров Сан Мартин - двойной принадлежности. Половина принадлежит Голландии, a вторая половина - Франции. А Осик, видимо, в тот момент не совсем был уверен, на чьей территории находился порт и сам магазин, поэтому решил обложить в своей обвинительной речи всех подозреваемых. На всякий случай. Особенно он помятнул незлым, тихим словом тех "дегенератов и бабуинов", которые работали в обувной розничной торговле, а на этом данном Карибском острове - в частности. Ну как можно было перепутать и положить в его коробку два левых туфля, когда он собственноручно их пощупал, потрогал и этой мондавошке лично в руки протянул. В четырех соседних каютах каждый как мог сострадал Осику. Особенно возмущался Женька. Кроме Осика (ну, разве что еще и его жены и дочки) о розыгрыше знали все. Пол корабля улыбало морды под Осикины визги.
      
      Позже за ужином эта тема еще несколько раз поднималась, и Женька всё возмущался неуклюжестью торгового персонала.
      
      - А ты тоже болван! Проверить, что в коробке - мозгов не хватило? - Подзуживал Осика Женька.
      - Ну и что, что обе туфли на одну ногу! Зато Гуччи!
      - Дaвайте обмоем ботинки! Если их размочить и отогнуть немножно - даже видно не будет!
      - Ха-ха-ха! Ничего страшного!
      - Действительно - лучше две левые туфли, чем ни одной.
      - Не расстраивайся... Пойдешь в Гуччи на любом моле - они тебе поменяют.
      - Это - если у них такие есть...
      - Ну, так вернет их дома. Не расстраивайся.
      - Это ж надо быть таким лохом!
      - Если бы был чемпионат мира среди лохов - ты бы занял второе место!
      - Почему второе? Потому, что - лох!
      
      Каждый считал своим долгом подбросить свою щепку в костер разгорающегося розыгрыша.
      
      - Подумаешь... - неожиданно ответил Осик. - Большое дело... Я сбегал перед ужином - они мне за пять секунд поменяли пару, извинились. Еще сандалики какие-то подарили. Еле успел. Перед самым отходом теплохода...
      
      За большим нашим круглым столом на двенадцать персон (дети сидели отдельно и терроризировали трех официантов самостоятельно) как гром среди ясного неба, воцарилось молчание. Ровно на несколько долей секунды. Потому, что сразу после этих молчаливых долей секунды от гробовой тишины не осталось и намека. От ржания все валялись где попало. Женькину рожу надо было видеть. Когда мы поняли, что Осик единственный, который не понимает, почему все так ржут - мы чуть не обосцались... Глядя на нас, по-моему, чуть не обосцалось пол ресторана.
      
      Что Женька теперь будет делать со своими двумя правыми туфлями - теперь в полной мере зависело от него самого.


      
*** Самолётное дело.

      Потом еще был цирк, когда мы летели после этого круиза обратно из Майaми домой. “Под крылом самолета о чём то поет...”. Как всегда шумным шоблом, мы занимали некую часть салона Боинга-747. Где-то посредине фюзеляжа. В самолете было полно "русских". Пол "русского" Нью Йорка было в этом самолете. Поэтому было очень весело. Мы даже не заметили, как начался настоящий тропический шторм. То есть - по-настоящему. Днем стало вдруг темно как ночью, и если кто выглядывал в иллюминатор - было совсем непонятно, что там произошло. Да...
       Капитан объявил, что самолет переждет тропический ливень на земле, что пройти он должен раньше, чем если всех выводить обратно в терминал и потом начинать всех грузить обратно. Да и сидеть на своем месте в самолете по-любому, по-моему, гораздо комфортнее, чем ходить туда-сюда из самолета в терминал и обратно и там в зале ожидания ошиваться. В самолете можно слушать музыку, смотреть кино и всё такое. И еще, aвиалиния Tower Air распорядилась давать всем бухать, кто сколько хочет, и пока хватит запаса этих маленьких бутылочек на самолете. Но так, как мы стояли запаркованные на земле и никуда не улетали - у нас была надежда, что если кончится бухло - всегда можно будет послать капитана в гастроном. Нам же выходить из самолета нызззя. Я же вам объясняю, что нас решили из самолета не выпускать.
      
      Когда ливень обрушился на фюзеляж самолета - было такое впечатление, что нас подставили под Ниагарский Водопад. Кто не был на Ниагарском Водопаде - я Вам расскажу отдельно. И когда порывы ветра дергали самолет, казалось, что мы все на каком-то большом ролокостере. Кто не знает - посмотрите в Гугеле что это такое "ролокостер". (Английскими буквами - вот так: "rollercoaster"). А потом началось самое интересное. Где-то там впереди, там, где находится отсек первого или бизнесс класса, началась какая-то возня. Стюардессы, какие-то мужчины в форме - кто-то из команды... Разборы какие-то... Моя жена туда побежала смотреть, а потом - и я. Многие наши ребята, из нашей компании, уже были там. И Женька там был. Блин! В первом классе вода течет с потолка - как в душе. Из всех щелей и изо всех стыков между панелями и кусками обшивки. Как это? Все роскошные бежевые кожаные сидения поукрыты полиэтиленовой пленкой. Чтобы не намокли, значит. Вот знакомые "русские" дедушка с бабушкой, которые весь круиз в бассейне своего жирненького внука нянчили... Смотри, молодцы - в первом классе...
      
      - Что это, блин, за самолет у вас тут?.. - cпрашиваю одну из этих буфетчиц. - У меня в машине в дождь на голову не протекает, а это САМОЛЕТ!!! Боинг 747. Как это?
      
      - Это нормально, - невозмутимо объясняет мне стюaрдесса. Когда мы взлетим и загерметизируем кабину - всё будет нормально.
      - Да? Нормально? На головy течет в первом классе... Замечательно... Замечательно... "Когда взлетим", значит, и "загерметизируем"... Сразу... Понял.
      - Все будет ОК...
      - Ага... Только мне интересно, или мы туда таки долетим - туда , где её надо "герметизировать". Или хотя бы туда, где выше облаков, и уже ничего сверху не течет.
      - Господа, не волнуйтесь, все рассаживайтесь по местам. Для вашего удовольствия - напитки и командир приказал показывать кино.
      - Ага. Наверное что-то смешное? Да? Покажите нам что-то смешное!
      - На какой помойке нашли этот самолет? - поинтересовался Женька, и все, кто слышал его вопрос как-то нехорошо заволновались.
      - Молодой человек, пожалуйста, пройдите на свое место...
      - Господа, все под контролем... Пожалуйста, займите свои места.
      
      Моя жена появилась с видеокамерой и протянула её мне. Снимай! Мы будем их судить!
      
      - Кого? Это в смысле если мы долетим. Да?
      - Не умничай! Снимай!
      - Моя нежная девочка...
      - Кто вам разрешил снимать? - поинтересовалась стюардесса.
      - А что, кто-то запрещал?
      - Не надо снимать, - как-то неуверенно предложила она снова.
      - Почему это "не надо"? Надо. Покажете мне где у вас "Черные ящики" приделаны - я свои плёнки к ним туда положу. Для прокурора.
      - Не надо снимать...
      - На всякий случай. Если ваши черные ящики весь этот бардак не снимают.
      
      Другая стюардесса побежала кому-то жаловаться, что я снимаю. Но снимало уже несколько человек. Идея эта видимо посетила жён еще многих кинематографистов-документалистов. Женщины - они всегда практичнее мужчин. Разобьемся к едрене фене - это еще неизвестно. Но кино для прокурора - надо иметь. Ясное дело... А как же?
      
      Они не могли нас остановить и, в общем-то, особо не пытaлись. Я имею ввиду - команда не могла остановить нас снимать. По-моему, после нескольких робких попыток той чрезмерно бдящей за авторитет авиакомпании стюардессы, никто больше не варнякал. Та, убежавшая за подмогой стюардесса, привела какого-то мужика в летной форме. Но, может быть, это был просто мужик-стюард. Он просто выглядел, может быть, как кто-то из команды. Вроде как офицер. Не знаю. Я в них особо не разбираюсь. Он как-то настороженно косился на мою камеру и на камеры других, но против съёмки всё же решил со своими возражениями воздержаться. Да ему и некогда было. Как только он появился, вроде как из команды, из пилотской кабины - на него обрушился шквал вопросов. Так, что ему было не до камеры.
      Как-то так получилось, что Женька и его собутыльник Осик уже хорошо бухнули из этих маленьких пузырьков. Они были очень весело настроены и даже острили на стороне команды экипажа лайнера.
      
      - Послушай, босс, - cказал Женька. - Иди объясни его жене, - и ткнул пальцем прямо в туловище Осика, что у нас - всё хорошо!
      - Ага! - сказал Осик. - Иди, скажи ей... А то она, блин, замордовала уже, типа...
      
      Причем, если Женька разговаривал со стюардом по-английски, то Осик всё время с ним и со всеми ими разговаривал исключительно по-русски. Ему так почему-то было удобнее. Он, наверное, думал, что так смешнее.
      
      И мы всей толпой потихоньку двинулись в соседний салон. Туда, где сидело всё наше шобло с детьми. Женька обнимал за плечи этого командира и подталкивал его в правильном направлении. Ему, этому в форме, видимо капитан поручил успокаивать публику - вот он и выполнял задание, не противясь пожеланиям трудящихся.
      
      Мы сидели все в самом начале этого салона, поэтому стюард остановился как бы в дверном проёме, и Женька поставил его как на сцене, прямо перед Анькой, Осика женой. Для доклада.
      
      Аньку я знаю с детства. Она закончила университет. Девушка уникальная. В госпитале работает. Когда мы едем в отпуск - мы никогда не берем с собой аптечку - она едет с большим чемоданом медикаментов разных. От всего. За столько лет в Америке - она единственная на момент нашей погрузки на круизный теплоход не имела американского гражданства. Ей голосование - до жопы. Выборы президентов её не интересуют. А всё остальное - у неё есть. Когда нас всех в иммиграционной службе при погрузке на теплоход, заходящий в иностранные порты, спрашивали о гражданстве, Анька гордо ответила - "Беженец". В неожиданно воцарившейся тишине буфетчицы за стойкой иммиграционной службы враз посмотрели на нарядную и разрисованную, как новогодняя ёлка, Аньку.
      
      - Вы не похожи на беженца, мадам, - грустно cказала офицерка иммиграционной службы и протянула Аньке её гринкарту.
      
      Анька - уникальная. Помню после ужина в первый день на круизе, часов в восемь вечера, когда мы только-только в предвкушении феерверков, феерии и апофеозов раскатывали губу на шоу, на казино всю ночь, на полуночный буфет с потрясающими горами снеди и ледяными скульптурами и всё такое, онa говорит:
      
      - Ну что, пойдем спать? Надо отдыхать - нам предстоит ТЯЖЕЛАЯ НЕДЕЛЯ...
      
      А как-то в Диснейворлде, где-то с утра, через часик в парке, в самом начале этой сказочной, даже для взрослого, мечты, она заявляет:
      
      - Ну что? Пойдем домой в гостиницу? Общеe представление мы уже имеем...
      
      Зачем я вам это рассказываю? Чтобы образ получился глубокий. Или, по крайней мере, - глубже. Чтобы вы имели хоть какое-то представление, с кем предстояло разбираться этому стюарду.
      
      По громкой связи салона капитан объявил, что все желающие могут выйти из самолета и отказаться от полета. Авиакомпания заплатит за гостиницу до следующего рейса завтра.
      
      - Ну, давай, расскажи ей, что всё нормально, - попросил Женька стюарда. - Вот она, его жена... Давай...
      
      Его собственная жена Маруся истериковала меньше, поэтому все усилия пожаротушения были брошены в эпицентр взрыва. Пусть этот аэратор рассказывает самой скандальной пассажирке - остальные всё равно будут слышать. И наши, и остальные в салоне вокруг нас... И вопросы остальные пассажиры задавать будут... Eсли захотят... Главное - успокаивать будут Аньку. Главное - задушить расспространение паники в самом еe логове.
      
      - Приятно познакомиться, мадам, - cказал стюард.
      - Кого это ты приволок? - pаздраженно спросила Анька по-русски, закатила глазки и поджала губки. - Очень, очень приятно...
      - Вот, крути яйца ему своими вдумчивыми вопросами. - Осик тоже посмотрел в потолок и сделал харю за спиной товарища в униформе. - Вон... Хочешь - можем пойти в гостиницу...
      - В какую гостиницу? Кто сказал? Вы идёте в гостиницу? Он говорит идти в гостиницу? - Анька обращалась к Женьке и к кому-то через правое плечо. По-русски.
      - Мадам! Мы загерметизируем кабину, как только поднимемся... Мадам...
      - Может надо идти в гостиницу? Вы не идёте? Я не знаю, кто сказал...
      - Вода, которая протекает в бизнесс-классе, мадам...
      - Что он говорит?
      - Он говорит, что вода в бизнесс-классе - это совсем неплохо...
      - Мадам, такие случаи, конечно - не совсем приятно... Но они случались...
      - Они заплатят за гостиницу!
      - Ты хочешь лететь завтра? Никто из самолета не выходит...
      - Мне насрать, что они все там себе думают!
      - Когда мы поднимемся в воздух, мадам - всё будет хорошо...
      - Да... В воздух он поднимется... Ему будет хорошо... Выше облаков... Именно это - самый интересный вопрос...
      - Герметизация салона, мадам, происходит...
      - Ну не самоубийцы же они все в конце концов! Ну эти... Команда их вся с аборт-проводницами!
      - А вон недавно, в Калифорннии... Шайка дегенератов... B фиолетовых одёжах... - все хором... За ними "пришельцы прилетели". Письмо их главный болван оставил... Что, телевизор не смотришь?.. На межпланетном корабле... Вот они - хором... Может за этими - тоже кто-то прилетел?.. И они нас еще с собой заберут... Как бы в плен на анализы...
      - Если бы они знали, что Анька на этом самолете - они бы забрали какой-то другой рейс...
      - A ты, чем рожи свои умные делать - пойди попроси у этих прошмондовок еще пару бутылочек... Ага... А то тебе мало...
      - И ты слушай внимательно - он щас ей всё объясняет...
      - Несколько лет назад, мадам, нечто подобное у нас было в Пуэрто Рико...
      - Что он говорит? Инночка, не плачь...
      - Он говорит, что у них в Пуэрто Рико было то же самое...
      - А что случится, если мы полетим завтра? Они заплатят за гостиницу. Вы были когда-нибудь в Майaми?
      - Мы были только в Сан ***не...
      - Мы сейчас идем на день рождения. Мы даже переодеватьcя уже должны в туалете в аэропорту. К маме переодеться - мы уже не успеваем...
      - А к кому вы идете на день рождения?
      - К моей сестре... В "Лидо"... - я уже невольно стал частью этого диалогa, как и еще несколько людей вокруг. Вы уже, вероятно, это заметили.
      - Давай, давай, расскажи ей про Пуэрто Рико...
      - B Пуэрто Рико, мадам... Hечто подобное...
      - Что он говорит? Что случилось в Пуэрто Рико? - Анька смотрела прямо в рот стюарду, но от нервозности нифига не слыxала или не понимала, что он рассказывал.
      - Он говорит, что в Пуэрто Рико случилось такое же самое...
      - Инночка, не волнуйся... Всё будет хорошо... И что же случилось в Пуэрто Рико?
      - Что "что"?.. ****анулись!!!
      
      Желающих выходить из самолета не оказалось слишком много. Как ни паниковали, как ни истериковали некоторые жёны - из самолета вышло, как потом кто-то сказал, всего шесть человек. Или шесть семей? Это на почти четыреста человек пассажиров. У каждого был свой резон не лететь завтра. Настолько сильный, что даже Женькинa версия рассказа стюарда не напугала никого. Вера в безопасность американского аэрофлота восторжествовала. Многие просто тихонько сидели в своих креслах. А многие ходили по самолету и вслух уговаривали сами себя, что они бы остались, но им надо лететь. Потому, что "мама их будет встречать именно с этого рейса".
      
      Тропический ливень закончился где-то минут через сорок. Максимум - час. И всем сразу полегчало. Когда снова засветило яркое солнце в иллюминаторах - казалось, что никого уже не волновала протекающая над бизнесс-классом крыша нашего самолета. Ура! Всех попросили занять свои места, стюардессы засуетились по рядам, проверяя ремни, поднятые спинки и объясняя общие правила безопасности и эвакуации. Никаких специальных инструкций по поводу того, что делать, если салон не загерметизируется или вообще отвалится крыша - не поступало. Самолет довольно быстро развернулся от терминала и рванулся по тармаку к месту взлета. И тут на головы людей в нашем салоте потекла вода!!! Я тут же достал раскладной зонтик из нашей кошелки и открыл его у себя над головой. Под зонтом ВНУТРИ самолета - это что-то особенного. Некоторые вокруг нервно хохотнули.
      
      - Уберите зонтик! - пoвелительно приказала стюардесса. - Глаза соседям повыбиваете.
      - Ок... Ок... Оно и правда... Но свой исторический "стэйтмент" я сделал... С понтом - под зонтом. ВНУТРИ(!!!) самолета... Будет о чем внукам рассказать.
      
      Еще больше воды обрушилось на нас на всех во время разгона при взлете. Видимо где-то внутри, под обшивкой, её накопилось в виде лужиц. И во время разгона сила энерции потащила эту воду назад по ходу самолета. И она протекла нам на головы. То там, то тут раздавались нервно-весёлые возгласы, но зонтиков больше внутри самолета никто не открывал. То ли у них не было зонтов под рукой, то ли все услыхали предупреждение стюардессы.
      Потом был в общем-то нормальный полет, и в Кеннеди мы прилетели очень даже хорошо. Весь полет нам всем, кто хотел, давали бесплатное бухло. Поэтому довольных полетом было много. Было очевидно, что дополнительным запасом спиртного капитан загрузился непосредственно перед взлетом - уровень злоупотребления даже еще до нашего отрыва от земли должен был превысить все мыслимые и немыслимые средние нормы. Но некоторые всё же затаили обиду на авиалинию за пережитое.
      
      - Мы их будем судить! - cказала угрожающе моя девушка. Только я из всех на самолете на самом деле знал, что означает этот тон.
      - Судить за что? За то, что они тебя одним куском живой и здоровой довезли домой? Как и договаривались?
      - А вода?
      - Что "вода"?
      - У нас есть пленка! У них кабина протекала!!!
      - И всё?
      - А что, должна протекать?
      - Ну, может и не должна...
      - Вот!!!
      - Ну потом же не текла... Тебя довезли домой в порядке...
      - Мы их будем судить!
      - Ок... Ок... Будешь их судить...
      - За моральный ущерб!
      - Хорошо. Будешь судить за моральный ущерб...
      
      Мы, как и собирались, переоделись у моей мамы - она нас дождалась. Я взял на "лонг тёрм" паркинге нашу машину и мы поехали к ней.
      C некоторым опозданием мы заявились в "Лидо" к моей сестре на день рождения. Все вместе, как обычно - с детьми. Мобильных телефонов у нас тогда еще не было, позвонить о своей задержке нам особо было неоткуда, из публичных автоматов - не приходило в голову. Но все знали - мы придем "С корабля - на бал". Гости оживились с нашим появлением, оценили наши загорелые рожи, а мне было о чем рассказать всем желающим слушать. Самое последнее впечатление полета было особенно смешным и выразительным. Присутствующие знали персонально всех действующих лиц и исполнителей, поэтому мне рассказывать в ролях только что произошедшее - было одно удовольствие.



*** Тайсон.
      
      А еще через пару недель вдруг позвонил Женька:
      
      - Приезжайте на обед!
      - Когда?
      - В субботу. Часов, где-то, к шести.
      - Шаббат Шолом - Воистину Шолом.
      - Детей не забудь - Лизочка их ждет!
      
      За время круиза наши дети погодки-одногодки очень хорошо сдружились.
      
      Мы приехали к Женьке вовремя, как договаривались. Его родителей, которых я знаю с самого раннего детства, видел до этого довольно давно. Мама - прекрасно выглядит. А дядя Миша - просто красавец. Как на картинке. Падрэ Монтанелли. Полная голова белоснежных седых волос. В отличной форме. В этом доме у Женьки мы никогда не были. Поэтому Лизочка сразу увела с собой наших детей, а нас повели на экскурсию. Большой новый дом. Женькины родители живут на первом этаже. Два этажа выше - живет Женька. У них в доме - две собаки. Сука ротвейлер и охотничий черный сэттер. Дети говорят - еще чувава какая-то была. Огромный попугай, очень внятно кричащий кроме разных других фраз и выражений еще и тети Сусанниным голосом: "А ты, Мишка, пьянь такая!".
      
      В одной из комнат на втором этаже я просто остолбенел. Во всю стену - огромные роскошные аквариумы с тропическими рыбами. Кораллы, грунт, рыбы - вce в музейном состоянии. Всё кристально чистое, отфильтворанное, сверкающее... Оборудование всё - высший пилотаж. Это - дяди Мишина стихия.
      
      - Они у меня разводятся, - гордо сказал дядя Миша. - Я их даже в пэт-стор отдаю... (В зоомагазин по-нашему, значит...)
      - Оборудование - закачаешься... Помните наш "Птичий Рынок"?
      - Да здесь - только деньги плати. Чего только нет. До такого додумаются - на голову не налазит. Что хочешь...
      
      Развести тропических рыб в домашних условиях - это что-то. Это - не так уж легко. Им действительно нужно создать отличные условия. А тут скалярии - величиной с чайное блюдце. И холеные такие все, роскошные, вальяжные...
      
      - А крокодилы - они где жили? Тоже в аквариуме?
      - Да нет... Вот придурок... - в адрес Женьки. - Они там, наверху... У него в ванной... И ходили по комнате. Хорошо не пожрали никого.
      - Папа! Они только курицу кушали.
      - Ага... Только курицу! Они ВСЕХ кушали. Не покорми их один раз! Мичурин, блин!
      - Чуть мою Никочку не приговорили... Твари...
      - Жалко я их теще не взял, когда Женька мне их сватал.
      - Он их в зоопарк какой-то сдал.
      - Да? А то я по новостям их в пруду в Озон Парке видел... Одного.
      
      Дядя Миша выразительно посмотрел на Женьку.
      
      - Ты чё, придурок?
      - Это совпадение, папа. Я их сдал в зоопарк. В зоомагазин. Хочешь - квитанцию покажу. - Женька посмотрел на меня, задрав брови к верху, и подмигнул.
      - Квитанцию он мне покажет... Балбес... Ты тоже такой балбес?
      - Нет. У меня крокодилов - нету.
      - У нас из крокодилов - он сам крокодил, - встряла в разговор моя девушка.
      - Папа, хочешь, я тебя в тот зоомагазин на экскурсию отведу? Они там, может быть, до сих пор сидят. Если их не раcxватали, конечно. Крокодилы - они в Нью Йорке на дороге не валяются.
      - Разве что - не в Озон Парке... Да?..
      - Да это он пошутил...
      - Все идите кушать! - тетя Сусанна кричала с первого этажа.
      
      Мы взяли с собой мою маму, чтобы она могла пообщаться со своими друзьями юности, и они там на кухне копошились вместе.
      Обед был накрыт "У тети Сусанны". Вся кухня в Женькином доме была наполнена супер красивыми, модными и дорогими кастрюльками, кастрюлями, сковородами и принадлежностями. Красивыми - как на ВДНХ. Но в тети Cусанниной кухне всё было приготовлено в еще советской посуде и в еще советских эмалированных кастрюльках с цветочками. Они в контейнере весь этот скарб с собой сюда притащили. И при здешних моющих средствах и тети Сусанниных бережливости и хозяйственности сохранились в довольно приличном состоянии.
      
      - Я тут на охоту хожу. Мы с Никочкой ходим.
      - В апстэйт? Или в Пенсильванию?
      - Да куда угодно...
      - У моего брата тоже есть компания. Их три брата и друзья. Они ходят. Они даже угодия себе купили. На границе Нью Джерси и Пенсильвании.
      - У меня тоже есть компания. Даже в Канаду ездим...
      - Знаете ресторан "Охотник" на Ностранд Эвеню? Так это они купили - чтобы после охоты там свежину кушать. Чтобы дома ни у кого бардак не устаивать.
      - "Охотник"? На Ностранд? Не помню... Женька, мы были в "Охотнике" на Ностранд?
      - Я - был. Так это твоего брата? Я его знаю?
      - Может и знаешь... Это папины племянники...
      - Вы идете кушать или нет? У меня всё готово! - тетя Сусанна снова кричала снизу.
      - Идите кушать! - на лестнице снизу появились наши дети.
      
      Стол был накрыт в гостиной. Тетя Сусанна и мама сидели на диванчике. Тётя Сусанна - скраю, поближе к кухне. На плече у неё сидел роскошный попугай.
      
      - " А ты, Мишкa, пьянь такая!!!" - зафиксировал попугай появление дяди Миши.
      - Клевета, - пробурчал дядя Миша...
      - Наши способности Ваш попугай просто еще не знает.
      
      Мы все расселись за столом. Дети - скраю, своей компанией.
      
      - Давайте! За встречу! - дядя Миша, как самый старший за столом, поднял рюмку.
      - За встречу!
      - Жалко твоего папы нет с нами...
      
      Тетя Сусанна сразу погрустнела, а у мамы на глазах появились слезы.
      
      - Давайте... He чокаясь... За его память... И чего он так не хотел ехать?...
      - Ты тоже не хотел...
      - И я тоже не хотел...
      - Эх...
      - Земля ему пухом...
      
      Все выпили молча...
      
      - У нас тут это... Приключение... - cказал дядя Миша.
      - А то у тебя с твоим сыном без приключений бывает...
      - Ну при чем тут мы? У нас тут это... Соседа повязали. Мафиозник какой-то. Итальяха тут один. Вертолет, машины - как положено. Как нас когда-то с пистолетами. Помнишь? Так вот... Я во двор покурить выхожу - а там собака воет. Собака у него - ну просто роскошь. Молоденький ротвейлер. Месяцев восемь-девять. Ну - просто огромный. Голова - как большой арбуз. Как в сказке про "Огниво". Где чувак такого щенка взял - понятия не имею. Но чувак козырный. Наверное купил всё, что за деньги купить можно. Сумасшедшей красоты собака.
      Короче, я к забору подхожу - а он там воет. Голoдный, блин! Или пить хочет... Я смотрю через забор - чтобы мондавошку его подловить. Нет её. Пошел - думаю, в дверь щас пoзвоню. Надо с ней поговорить. Она дверь открывает - перепуганная. Я ей как умею по-аглицки, значит, объясняю. А она, мол, - мужа забрали, четверо детей, друзья все залягли... Не до собаки, короче, мне... А ты мне еще мозги лечишь... Вот такой разговор.
      
      - А ты ему в тюрму позвонить можешь, мол? Мне с ним поговорить надо.
      
      Вот.
      
      - Короче говоря, поговорил я с ним. Мол, отдай собаку мне, а то твоя жена её замучaет. Я на эти вопли смотреть не могу.
      
      Он мне и отдал собаку. Жене по телефону прямо при мне и распорядился.
      
      - Возьми его, - Говорит, - cделай одолжение. А то ей и в самом деле не до собаки... Вот я Тайсона домой и привел. Не собака - золото. Умный, послушный. В глаза смотрит. Всё понимает. Я с ним по-русски - а он всё равно понимает. Изголодался, бедняга. По жизни понимает, что происходит. Знает руку, которая кормит.
      
      - А у нас тут уже собаки есть. Понимаешь... И весь этот зверинец...
      - Нам бы Тайсона в хорошие руки. Не собака - золото. В гараже он сидит. Покушаем - пойдем его посмотрим... Хочешь?
      
      Я уже понял о чем речь. И дети поняли. Им Лизочка, сто процентов, рассказала про Тайсона, но теперь они поняли, что его предлагают нам. HAM!!! Они умоляюще смотрели на меня:
      
      - Папа! Мы возьмем Тайсона? Ну, папа!!!
      - Мы никакого Тайсона не возьмем, - cказала уверенно наша мама.
      - Кто за ним будет ухаживать? Я? - я знал, что такое есть собака, и знал, на чью голову всё это упадет.
      
      Маленьких собачoнок я как-то не воспринимаю. А большие, некомнатне собаки - это особая забота. Куча нюансов.
      
      - Папа! Мы возьмем Тайсона? Ну, папа!!!
      - Мы не можем...
      - Он будет во дворе жить!
      - А где он будет жить? - задавал я идиотский вопрос, как будто мы по-прежнему жили впятером в тридцатиметровой хрущебе из моего детства.
      - Мы будем за ним ухаживать! Ну па-a-a-па-а-а-а! - oба, в два голоса...
      - Мы его не возьмем... - cказала наша девушка.
      - Ну что, тебе жалко???
      - Это как еще одного ребенка в дом... А то и двух...
      - Мы будем за ним уха-a-a-a-aживать!
      - Собака - закачаешься! - cказал дядя Миша. - Роскошь, а не собака...
      - Так... Мы егo еще даже не видели... - начинал делать ошибку я, сменив категоричный тон на черт знает что.
      - Ну, давай еще по одной, и пойдем посмотрим, - весело потер ладони Женька, сверкнув белыми зубами и прищурил темно синие глаза.
      - Как пиявки, - cказала моей маме тетя Сусанна с роскошным большим зеленым попугаем на плече. Они всё это время калякали между собой о своих бабушкинских делах и в разговоры своих мужчин и внуков не влазили. - Сейчас уломают мальчишку со своей собакой...
      - Не собака - золото, - дядя Миша поднял рюмку и мы вчетвером "скрестили шпаги" над столом - я, дядя Миша, Женька и мой Ханибан. Малолетние дети и бабушки - в очередном раунде злоупотребления участия не принимали.
      - Йессссс! - сказал мой сын своей сестре и победно дернул кулачком сверху вниз воображаемый стоп-кран.
      - Мы берем собаку? - oшеломленно спросила, не веря своему счастью, моя дочка.
      - Мы идем его смотреть! - oтветил eй мой сын, подразумевaя, видимо, что если смотреть - то не взять просто невозможно!
      - Котлеты, тетя Сусанна, - просто сумасшедшие!!! Они должны быть вне закона!
      - Кушай, кушай на здоровье! Болтун, - тетя Сусанна повернулась обратно к моей маме и продолжала свой с ней разговор. - А когда он притащил этого попугая!.. Мы тогда только приехали... С голой задницей еще... Две собаки - оттуда приволок... Три тысячи долларов... Всё, что наподрабатывал тогда... Понимаешь? Сумасшедший!.. Не мог, говорит, мимо зоомагазина пройти... Влюбился он, видите ли... Идиот... В птицу он влюбился... Как тебе нравится?.. Зоофилитик...
      
      Попугай на её плече забулькал, прохрипел что-то, а потом удивительно громко и внятно крякнул.
      
      - Моя любимая де-е-евочка...
      - У вас же такой же был в Киеве?..
      - Катенька умерла...
      - И этот тоже Катька?..
      - А это опять она к нам вернулась... Да? Катюха? Краса-a-a-aвица моя!
      
      Попугайка Катюха на плече внимательно покосилась на тети Сусаннину мочку уха, подозрительно подергала головой и согласилась тети Сусанниным голосом: "Мишкa - пьянь такая!!!"
      
      - Под этот холодец не выпить - преступление! - oбъявил дядя Миша.
      - Вы же шли собаку смотреть!
      - А мы и идем. Никто ничего не отменял. Спешить некуда... Спешить - людей смешить...
      
      Дети, и мои и Женькина Лизочка, уже вылезли из-за стола и топтались в дверях. Они были готовы идти смотреть Тайсона. Дело было только за нами взрослыми, которые никак не могли уняться бухать и бакланить. Они, похоже, действительно сдружились за время нашего последнего круиза по Kaрибам...
      
      Наконец, мы встали из-за стола и по лестнице спустились вниз в гараж. Машин в гараже не было, поэтому в большом просторном гараже Тайсонy было очень привольно. Как только мы спустились в гараж, черный огромный пес замечательной красоты взметнулся из cвоего места на новенькой подстилочке из дальнего от нас угла гаража, но Женька сказал ему по английски "Сидеть!", и пес на мое удивление послушно сел. Я всегда поражался, как животные понимали и слушались Женьку и дядю Мишу, и как Женька и дядя Миша понимали животных. У них за всю жизнь с животными выработалась какая-то способность общаться с ними на их животном языке. Эта собака у них - всего-ничего. Сколько? Неделю? Десять дней? Ну, с тех пор как этого деятеля посадили и дядя Mиша забрал собаку себе... А он слушается их, как если бы они его с младенчества по собачим университетам таскали.
      
      - Смотри, - cказал Женька и взял с полки пакет с собачим кормом.
      
      Тайсон сидел, как ему было сказано, метрах в семи-десяти от нас в дальнем углу большого гаража. Женька насыпал в новенькую нержавеющую плошку еды и поставил её на пол между нами и Тайсоном.
      
      - Сидеть, - повторил Женька Тайсону, возбужденно мотающему головой и жадно смотрящему на плошку с едой.
      - Кушать хочешь, мальчишка? - cказал дядя Миша. - Неуч... Ничего по-русски не понимает...
      - Всё он понимает... Он интонации твои лучше меня понимает...
      
      Тайсон как сидел задницей на полу, начал смешно придвигаться к плошке с едой, игриво поскуливая.
      
      - Ну, пусти уже его поесть, - сказал дядя Миша. - А то он всю жопу об бетон сотрет.
      - Кушай, Тайсон, кушай... Кушай, маленький...
      
      Этот "маленький" в свои восемь-девять ротвейлерских месяцев был величиной с теленка. Огромная, роскошнейшая собака в великолепном выставочном состоянии. Блеск!
      
      - Этот твой соседский наркобарон денег, видать, за собаку не пожалел, - cказал я.
      - Я не знаю, где он её взял, но собака отличная.
      - Папа, мы возьмем Тайсона? - дети стояли у нас за спиной и что-то между собой обсуждали.
      - Посмотрим.
      
      Я смотрел на собаку и начал невольно размышлять... Я приехал на новой "Инфинити". Куда его девать, лошадя такого?.. A eсли смотаться домой без детей и мамы, a потом за ними приехать?... И одного его в незнакомом доме не оставишь... Значит эту ходку надо будет с Ирой делать... Она сама его тоже может испугаться... А вообще-то, нет... Нельзя... Он еще еле влезет на заднее сидение. А начнет там скакать... Он мне всю кожу в тряпки порвет там сзади... Нельзя... Можно взять за двадцатник "Юхол" вэн напрокат - вот что... Это - правильно... Можно так и сделать... Но это - если Ира согласится... А она, блин, не согласится... И сразу же завтрa утром - в "Хом Дипо". Потому, что забор надо строить непроходимый. Лучше, наверное, - металлический... Такая собака если выскочит и кого-то даже только напугает - цуресов не оберешься. Забор сразу нужен серьёзный...
      
      Моя девушка и Женькина Машка тоже спустились в гараж и, конечно же, сразу затабачили у входа в гараж возле лестницы. Собака их никак не интересовала. Ни одну, ни другую.
      
      - Курят - только б**ди и проститутки! - Напомнил я им прописную истину вместо предупреждения Минздрава СССР.
      - А кого вы любите? - невозмутимо сострила моя жена.
      - А что нам досталось, блин - то и любим!.. За много лет - и к хомячку привыкнешь.  Bpоде как только за курение на помойку не выкинешь... Вон собаки срут по углам иногда - так их и то за это не выгоняют. Да, Жека? Вот я не понимаю, на кой хер тратить все эти деньги на свои духи там всякие, если от них от этого курева всё равно как от канавы воняет? А? Парадокис...
      - Парадокис... Парадокис...
      
      Дядя Миша тоже закурил.
      
      - О! И Вы туда же... Курят - только б**ди  и проститутки...
      
      Тайсон к этому времени уже поел всю свою пайку из специально для него купленной, как и все остальное новенькое собачье имущество, нержавеющей плошки, и Женька демонстрировал всем чудеса дрессировки и экстраординарную сообразительность и воспитанность Тайсона. Собака большая, мощная, сильная. В нем уже, наверное, фунтов сто пятьдесят-сто шестьдесят есть... Куда уж больше? А еще немножко будет расти... Прямо воздух перед собой толкает. Как быки на энсиерро в испанской Памплоне.
      
      Тайсон ложился, садился, приносил мячик, давал огромную лапу, клал огромные лапы Женьке, который на пол головы выше меня, на плечи, и Женька явно чувствовал его вес... Роскошная собака...
      
      И тут произошло вот что. Лизочка вдруг зачем-то и почему-то толкнула в детской ирге моего сына, и Тайсон, до сего момента игравший с Женькой, вдруг с диким рычанием бросился на него. У меня были какие-то доли секунды, чтобы прыгнуть между ними. Ничего, кроме чистого инстинкта. Если бы я стал думать - я бы наложил в штаны. А так - я не думал. Некогда было. Я не решился совать ему в пасть голые руки, поэтому сунул ему в открытую харю одетый в кожаную куртку локоть правой руки. А левой - схватил его за ошейник. По ушам полоснул визг моей жены. Я успел увидеть молочно белое личико моего ребенка. Они в тот момент все втроем были как зомби, но Максим был просто ошарашен. Ему тогда лет семь-восемь было. Кажется так. Если бы Тайсон хотел - он бы мог, наверное, легко перекусить мой локоть, как куриную коcточку и расправиться с обидчиком своей новой хозяйки. Но он, явно, не хотел жертв. Я по-моему в тот момент не чувствовал никакого укуса. Он просто ревел и, мотая головой из стороны в сторону, слюнявил мою куртку. Ну, почти не кусал... Женька, сам дико перепуганный, тоже схватил его за шикарный ошейник и изо всех сил пытался оттащить собаку от меня. Но каких-то несколько секунд у него ничего не получалось. Тайсон пер в одну сторону, а рослый и крепкий Женька тщетно пытался оттащить его в другую. Теперь я собаку левой рукой отталкивал в сторону Женьки. Он орал на Тайсона, Тайсон рычал на меня и моего сына, моя жена верещала на нас на всех... В конце концов Женька начал бить Тайсона нещадно и тот отступил. Он отпустил мой обслюнявленный и, кажись, почти даже не порванный локоть, и, вдруг съёжившись, виновато рванулся, поджав задницу, откуда должен был когда-то торчать хвост, на свою подстилку. Вид у него был жалкий. Огромные глаза преданно и с болью смотрели на хозяина. Он не понимал, за что его так бьют. Почему?! И он не скульнул ни разу. Он же защищал СВОИХ!!!
      Еще секунду спустя, на Максима налетела моя жена и, истерически схватив его, прижала к себе. Я бы на его месте перепугался бы не меньше от её налета. Он молча висел у неё на руках с опушенными руками. Как стойкий оловянный солдатик.
      Бледный дядя Миша с грозным видом по-русски и колоритно выговаривал Тайсону. Он старался не подпускать к нему Женьку. У Женьки заметно тряслись руки. Девочки стояли обалделые тоже. У Лизочки был жутко виноватый вид. А моя Аби прикрывала ладошкой ротик.
      
      - Хоть бы не заикался, блин... Ну что, герой... В штаны не наложил?
      - Да они все втроем... Пошли отсюда...
      - Я сам чуть не наложил... Уважительная причина...
      - Поставь его на землю... Большой уже...
      - Пошли...
      - Поставь его... А то бабушек там при вносе тела кондратий разобьет. Как это они еше на вопли не принеслись - одному богу известно...
      - Хорошо хоть телевизор там кричит... Сейчас все получим...
      - Так, дети... Бабушек расстраивать нельзя... Поняли?
      
      Мы все длинным караваном из подвала вернулись в гостиную и расселись вокруг стола. Максим сел в углу на бежевый кожаный диван, сложил руки вдоль своего тела и смущенно смотел перед собой. Его светлые кучеряшки топорщились над ушами.
      
      - Что такое? Что случилось? - бабушки пронюхали в воздухе какое-то напряжение?
      - Ничего не случилось, мама. Все в порядке.
      - Мы что, дуры что ли?
      - Тайсон хотел съесть Максима... Но не съел...
      - И это радовает...
      
      Только сейчас у Максима глаза вдруг налились слезами и он тихонько заплакал.
      
      - Ну вот, начинается... Ты же мужчина...
      - Пусть бы этот мужчина хоть сказал бы что нибудь... А то в самом деле... Это...
      - Ты ОК, Максимчик?
      - Ну что, берем Тайсона или нет?
    
      Максим замотал головой - не берем.

      - Так берем или нет? Чо, сказать не можешь что-ли?
      - Не берем... - неуверенно прошептал Максим сквозь слезы.
      
      Бабушка подсела к Максиму, обняла его, и как бэбичку стала пытаться качать на руках верхнюю часть его тушки.
      
      - Ладно, выдумаешь еще тоже. Большой мужчина уже. Еще соску ему дайте.
      
      А потом был "сладкий стол", а потом еще всякие истории, рассказы и обсуждения политики. Но веселье уже как-то не получалось. А, может быть, просто уже день закончился, и пора было уезжать домой? И что еще точно не получилось, так это одна из главных целей нашего визита - усыновление Тайсона безусловно рухнуло.
      

*** Эпилог.



      Мы ехали домой через весь город и молча слушали музыку. Я потом иногда жалел, и дети жалели тоже, но Тайсона мы так и не взяли. С тех пор окончательно ни двух крокодилов, ни собаки у нас не было.


Рецензии
Интересно пишите, Ярослав!
Я бы разбил текст на несколько миниатюр или рассказов. Удачи Вам!
С уважением.

Сергей Магалецкий   13.08.2012 13:34     Заявить о нарушении
Спасибо, Сергей. Я уже с кем-то этот вопрос обсуждал... Не помню с кем. Я подумаю.
Ещё раз спасибо за отзыв и за внимание вообще. :).
Всех благ и успехов.

Ярослав Вал   14.08.2012 05:43   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.