Письмо из палаты с голубыми стенами

Знаешь, наверное я сошла с ума. Я пишу тебе это зная, что никогда не прочтешь. Может после моей смерти в палате санитарка найдет ворох пожелтевших листков. Мои письма к тебе. Письма которые пишу тебе долгих шесть лет. Шесть лет, которые врачи борются за мою жизнь. И проигрывают. Черт побери, последние месяцы утекают сквозь пальцы как песок.
Знаешь, я ведь почти забыла как дышать. Как правильно дышать без этой чертовой маски на лице. Врачи говорят что раковые клетки почти съели мои легкие. И наверное вместе с ними душу. Может быть твой приход вылечил бы меня. Но наверное уже не сейчас.  Две недели назад ко мне перестал ходить психолог. Говорят, что на четвертой стадии. Стадии отчаяния в его приходах нет смысла.
Знаешь, я не верю что скоро все кончится и в моей палате с грязно-голубыми стенами поселят кого-то другого. Я очень хочу дожить до весны. Что бы просыпаться от яркого солнца и гомона скворцов, которые поселятся под крышей. Просыпаться и ждать. Ждать, что ты придешь и заберешь меня в нашу маленькую квартиру. В которой летними вечерами пахло смолой и разогретым деревом. Запах был таким густым, что казалось будто он лился невидимыми струйками с деревянных перегородок под крышей. Но ты не приходишь и сквозь зарешеченное окно видно только ворота клиники.
Знаешь, каждую ночь мне снится день, когда я узнала тебя. Наш Лондон. Ты попросил сфотографировать тебя на память, а я, увидев твое лицо в объектив, просто не смогла тебя отпустить. Мы гуляли по этому туманному и такому родному городу, как бы пытаясь впитать в себя эту волшебную атмосферу.
Знаешь, меня всерьез волнует куда денут мои вещи после моей смерти. Байковый халат, фотоальбом, пакетик пшеничных зерен для корма птиц( я сыпала их на подоконник, когда могла вставать и смотрела как скворцы, щебеча и расталкивая друг друга. Клюют зернышки. Скворцы...такие...Живые) Еще пачка бумаги, ручка да ворох пожелтевших исписанных листков. Мои письма к тебе, рисунки. Что с ними станет?
Знаешь, их найдет вовсе не санитарка, а ты. Мартовским утром, ты неуверенно постучишь в палату и ,услышав только тишину, откроешь дверь. Остановившись на пороге, ты пробежишься глазами по белой известке на стенах, по лампочке в юбке  паутины и старой железной койке с перьевыми подушками. Ты меня узнаешь не сразу, уж слишком я изменилась с нашей последней встречи - похудела, осунулась... Ты положишь пакет апельсинов на старенькую прикроватную тумбочку, видимо поняв нелепость своего подарка( мне давно запретили есть. все вводится внутривенно). Наверное я посмотрю на тебя и протяну к тебе руки. Я почувствую твои горячие ладони на голове и спине, кажется ты боишься меня сломать... и долгожданные слова" Пора домой". И нас могла бы провожать вся больница, могли бы включить смех на аудио-пленке и показать надпись "Happy end" . Я же знаю что ты любишь хорошие концовки. Но уже слишком поздно.