Сад Эдема

Пролог

Солнечный свет озарил землю и вместе с ней человека, сидящего на траве и смотрящего под ноги, будто он что-то потерял, хотя лицо не выражали никаких эмоций, будто это была кукла, а не человек. На нем был легкий углеродный скафандр последней модели, способный выдержать многотонные перегрузки. Сам мужчина в данную минуту походил на обычного рабочего с космодрома – обросшего щетиной, с грустным и покорным взглядом, способным только выполнять чужие приказания. Волосы темного цвета, смуглое лицо походило на каменное изваяние.
Приподняв голову с серыми глазами мужчина в который раз оглядел окрестности – справа от него располагались обломки от космолета, очевидно потерпевшего крушение. Вокруг выжженной травы валялись обломки корабля. Вокруг царила свобода, а точнее огромное количество воды – похоже, что он оказался на острове, хотя и крупном. Другого берега видно не было, но он нутром чувствовал это.
Сколько он уже просидел здесь – минуту, две, а может быть час? Пилот хотел бы сам знать ответ на этот вопрос. Но прежде его интересовало – где он и что здесь делает?   

Глава 1. Пробуждение.

Поднявшись, летчик наконец обрел контроль над собой. Мысли путались одна за другую, но связать их в отдельный узел не получалось. Немного болела голова. Последнее, что он помнил – объявление по транслятору о наборе в группы космонавтов для исследования дальнего космоса. «Возможность увековечить свое имя и стать первым открывателем будущих Земель. Принимаются все желающие. В ходе подготовки будут отобраны наиболее подходящие кандидатуры. Наличие ума и физической подготовки приветствуются. Похороны полностью оплачиваются государством». Простая реклама, сразу застревавшая в мозгу и не оставляющая шанса даже подумать: стоит или нет? Специально для тех, кому нечего терять. Потом шли долгие месяцы подготовки, в ходе которой 26 человек из 60 сразу отсеялись после первой тренировки, еще 18 потеряли здоровье в процессе подготовки – у кого лопались сосуды от перегрузок, кто чуть было не расстался со зрением. Самое страшное случилось с Романом – у него произошло кровоизлияние в мозг. После этого о полетах, впрочем, как и об обычной жизни пришлось забыть.
Далее – встречи с главами правительства, общие указания и день старта.
 - Удачи, Медведь.
Так ласково генерал еще никогда не обращался к Михаилу. Оно и понятно – не каждый день проходят запуски по освоению дальнего космоса.
Вот ракета стоит на старте. Минутная готовность. Пульс повышается на 7 ударов – подготовка не проходит даром. Обратный отчет. 3-2-1... Встряска, грохот, огромная нагрузка накидывается на тебя со всех сторон и сжимает в убийственных объятиях, но скафандр подключается в одно мгновение. По связи слышно: «10 секунд – полет нормальный; 20 секунд – полет нормальный». Дальше предстоит сидеть девять минут как на пороховой бочке и надеется, что подруга-судьба не подкинет тебе неприятный сюрприз.
Полет продолжался около двух с половиной лет. Именно на такой запас времени был рассчитан основной запас пропитания. Михаил помнил, как датчик дал команду: «Обнаружена жизнь»!  Медведь уже начал связываться с ЦУПом…
А дальше – провал, пустота. Память упорно не желала воспроизводить дальнейшие подробности. А посему выходило, что Мишка попал на ту самую планету, на которой прибором была засечена жизнь. Или он уже в раю? Нет, на рай не похоже – ангелы не летают, да и Бога не видно. Значит…

Глава 2. Осознание.

Михаил потоптался ногами по траве. Похожа на земную. Да и сама почва мало отличалось от той, на которой стоит Родина. Хотя… В космосе все подчиняется той логике, которую понять человеку пожалуй, не суждено.
Медленно вытянув руки, потянулся всем телом. Похоже, переломов нет. Только зудящая боль на левой щеке и в голове. Но это мелочь. Костюм сработал на славу.
Подойдя к кораблю, он не оставлял надежды на уцелевшую рацию. Но надеждам не суждено было сбыться – самого корабля не было и в помине. Перед ногами лежала груда обломков спасательной капсулы с неестественно вывернутыми листами титана. А капсулы не оборудуются датчиками, только спасательным маячком, посылающим сигналы с момента отделения спасательной капсулы от основного корабля. То есть если сигналы и идут в данный момент, то ждать, пока они долетят до земли – все равно, что пытаться докричаться из Москвы в Лондон. Утешало то, что титан не горит, а значит контейнер с едой мог уцелеть.      
Откинув крышку люка, Михаил начал ворошить обломки. Среди разбитых и обгоревших панелей можно было разглядеть, на какой высоте произошло отделение спасательной капсулы. 7 километров. Значит его драгоценный корабль покоится либо в виде груды обломков, либо под толщей воды. Не самая заманчивая перспектива. За это по головке не погладят дома. Если он туда еще доберется.   
Утешил один факт – контейнер с запасной едой остался практически невредим, не считая глубоких вмятин на основании. Запас представлял собой герметично упакованную и аккуратно уложенную еду, больше напоминавшую длинную жевательную резинку или резиновый шланг. Невзрачный на вид, продукт представлял собой комплексное собрание необходимых питательных веществ, способных поддерживать жизненные функции, хотя не спасал от голода. Данный пакет был рассчитан на месяц.
«Значит можно будет осмотреться на первое время», - подумал Михаил. «Только придется набивать желудок чем попало».
Пошарив, он пытался найти алмазный резак. Так, на всякий случай. Если местные формы жизни будут не очень расположены к знакомству.

Стоя около воды, Михаил пытался ответить себе на вопросы: Где он? Как я сюда попал? Каков процент выжить здесь?
В отличие от первых вопросов, последний волновал его меньше всего. Есть вода – есть жизнь. Планета оснащена кислородом. Что еще для счастья надо?
Зато на остальные вопросы ответ приходил приблизительный – есть вероятность, что он около Сириуса. Что же, можно себя поздравить с открытием новых ранее не известных земель. Жаль только никто не порадуется за него и не пожмет руку. Разве, может быть, откусят.

Глава 3. Понимание. 

Разглядывая местность, Михаил был весьма удивлен – с одной стороны было море (или океан), края которого прятались за горизонтом; с другой – зеленые равнины, поросшие мелкими растениями и небольшим кустарником. Но позади всего этого снова угадывалась водная гладь. Михаил оказался на острове!

Выяснить его размеры не составляло труда, но нависали более насущные проблемы: либо пытаться искать новых разумных соседей, либо занять верхнюю ступень в экологической системе острова.
Солнце, такое большое и нещадно палящее, но в тоже время такое родное, клонилось к закату. Его багровые лучи медленно скользили по незнакомым окрестностям, не давая возможности лучше оглядеться. Ночь постепенно вступала в свои владения, и Михаил решил не рисковать пускаться в ночные приключения. Усталость и пережитая катастрофа посылали в мозг только один сигнал – сон. Не сопротивляясь, Михаил устроился прямо на земле, около разбросанных останков. На всякий случай он держал наготове маленький кортик и неоновую лампу – вдруг ночь будет длится дольше, чем хотелось. Он притих, пытаясь услышать возможный шорох здешних существ, но услышав тишину, мгновенно рухнул в сон.

Пробуждение было не из приятных – во сне ему привиделся генерал, поздравивший за успешное освоение космоса и после торжественной части орущего за разбитый корабль, обещая вечную работу дворника. Так началось следующее утро.
Точнее не утро – вокруг по прежнему стояла кромешная тьма, из которой подмигивали одинокие звезды далекого космоса. Возможно, даже его родное солнце.
Отломив кусок «шланга», как на космодроме называли запасную еду, Михаил начал медленно жевать. По вкусу «шланг» напоминал…обычный садовый шланг, так что название оправдывало себя. Но про запас воды никто не соизволил обеспокоится. Пить хотелось не сильно, но выхода другого не было – надо пить местную воду.
Стоя на берегу, Михаил мысленно назвал его океаном – вода охватывала весь горизонт и казалось, что сама планета состоит только из воды, не считая той маленькой суши, на которой он находится. На вкус вода походила на обычную кипяченую воду – вкуса никакого, зато жажду хоть утолить.
«Везет все же. Очутится в сотнях миллионов километров от дома, и найти воду».
Начинался рассвет. Звезда неторопливо начала показывать первые лучики, нехотя выползая из-за горизонта, как будто тоже только проснулось. Михаил никогда не бывал даже на море, а уж об океане он и не мечтал. Но картина восхода заставила на время забыть все невзгоды. Солнце приобретало ярко-желтый оттенок и было похоже на огромный желток яйца, которое тянут за невидимые веревочки. Прибоя почти не было, отчего создавалась картина полного отсутствия жизни. Даже Михаил дышал тихо, боясь вспугнуть рассвет.

Глава 4. Совпадение.

На приборной панели мигал зеленым цветом датчик: «Обнаружена жизнь».
- Неужели? Вот так номер.

Михаил, терзаемый бурлящим голодом в желудке пытался найти хоть что-нибудь съедобное – пробовал на свой страх и риск жевать траву – одна горечь. Наполнять желудок водой было просто глупо. На берегу он нашел останки, похожие на рыбу, но под действием солнца они источали «неимоверно-аппетитный» аромат.
Следуя в направлении, обратном от океана, он набрел на кустарник с мелкими желто-зелеными ягодами. На вкус они оказались не слаще травы, но другого выхода нет. Отплевываясь и матерясь, Михаил столкнулся с существом, имевшую гладкую кожу и маленькие глаза. Зверек был похож на зайца, только без длинных ушей и меха.
«Как же охотник без добычи».
Михаил выхватил нож и пока животное соображало, что ему делать, Михаил в один прыжок был уже около цели, схватив за туловище «зайца» и хотел было распороть ему живот и полакомится, но животное резко извернулось в руке, ухватив Михаила за ладонь, которая рефлекторно разжалась. Упав на землю, тварь припустилась быстрым бегом в кусты, среди которых найти его не представлялось возможным.
Завтрак убегал со всех ног.

Чтобы зря не терять энергию, Михаил просто прилег на траве, где минуту назад произошла схватка между ним и здешним представителем фауны. Мысли путались одна за одну. Идей по поводу того, как придется выживать – не было ни одной. Он знал, что нельзя поддаваться панике, иначе смерть неминуема. Но от безысходности хотелось выть.
Солнце медленно, но неуклонно поднималось к зениту и Михаилу пришлось вернутся к кораблю, иначе сильный загар ему был обеспечен.
Но в голову пришла идея – «раз уж пропадать, так хоть человеком себя почувствую».
С этом мыслью Михаил стянул костюм, в котором было невыносимо жарко и бросился в освежающую гладь воды. Море прекрасно освежало и в эту минуту ни о чем другом и не хотелось думать, кроме как получать удовольствие. Давно же он все-таки не купался у себя дома, на речке. Уже и забыл тот восторг, когда плывешь, а вода обволакивает тебя со всех сторон, как бы говоря: «не бойся, я тебя держу».
Нырнув в прозрачную глубину, Михаил оценил все достоинства подводного погружения, что так популярно. Мелкие рыбешки, с серыми чешуйками и тупым выражением «лица» в ужасе шарахались в стороны. Некоторые из них были очень важные и даже уплывали медленно и нехотя. Водорослей практически не было, а дно покрывала мелкая галька. Создавалось впечатление, что попал в еще один неизвестный мир.
Воздух в легких начал кончаться и Михаил стал уже приближаться к поверхности воды, как его взору на одно мгновение предстал металлический шпиль, похожий на антенну. Вынырнув, он боролся с желанием снова нырнуть, но сил уже было мало, да и необходимости большой он не испытывал, а списал увиденное на долгую задержку дыхания и возникновение галлюцинации.
Водные процедуры надолго не могли спасти от жары. Тем не менее Михаил чувствовал себя намного лучше. В голове семимильными шагами стала проявляться картина того, как жить дальше. Так, просидев у обломков корабля и жуя «шланг» он встретил вечер.
Теперь, когда солнце прекращало свои убийственные процедуры, Михаил вышел к тому месту, где он встретился в «зайцем»: надежда умирает последней и сейчас она все еще была жива, относительно того, что «гость» вернется к своему пастбищу. Хотя кого из них можно было считать гостем?
Тщетно. Грызун так и не появился. Это и не удивительно – вокруг было достаточно травы и возвращаться к «хищнику» смысла не возникало. Вот и сейчас, стоя уже около успевшего полюбится океана, с урчанием в животе и безрадостной мысли о будущем, Михаил вспоминал, как он впервые увидел объявление о наборе, как он сначала просто посмеялся о такой «чепухе» - ну кто мог подумать, что правительство наконец решилось на исследования и освоение ближнего космоса. Это был уверенный и в то же время, беспрецедентный и неоправданный шаг – посылать людей на контакт, будучи уверенном в заселении разумной жизнью ближайших планет всего на 45%. И тем не менее, что-то (или кто-то) заставили это сделать. Эта была тайна, уже не стоящая раздумий.
Прибой тихо, но непрерывно совершали набег на берег. Но вдруг Михаил почувствовал, как что-то ударило его по ноге.
«Рыба. Или, на худой конец, камень» - промелькнуло в голове.
Опустив взгляд к ногам, он так и замер – внизу лежал осколок предмета, не похожего на естественное происхождение. Подняв его, он с удивлением обнаружил, что это…пластмасса. Точнее нечто, напоминающее пластмассу – предмет был легкий и очевидно, не тонул в воде. На нем имелись глубокие вмятины – наверное, его долго таскало по дну моря. В эту минуту мозг прокручивал миллионы вариантов, стараясь соотнести объект и его возможное происхождение. Поначалу даже возникла радость, что предмет имеет искусственный, а значит, разумная жизнь здесь преобладает. Но разум все, же оказался сильнее – если местные «умельцы» могут создавать пластмассу, то они должны были заметить спускающийся с небес полыхающий факел и послать людей на место приземления.
Подойдя к обломкам корабля, жалко смотревшимся в этот момент, Михаил поднес находку к обшивке – не принимая в расчет, что обшивка обуглилась, она почти совпадала с находкой, теперь вызывающей только досаду.
«С первым контактом тебя», - сказал Михаил и швырнул обломок обратно в воду.

Глава 5. Контакт.

Голод, а точнее отсутствие какой либо еды в желудке делали свое дело – мозг никак не хотел принимать факт, что «шланг» заменяет всю пищу. Поэтому набивание желудка стало одной из основных задач. Михаил пытался ловить рыбу – без удочки, стараясь поймать её рубашкой, как сетью. Один раз это даже удалось и, полежав на солнце, рыба стала похожа на таранку.
«Только пива не хватает».
Это был уже третий день с момента его приземления-падения.

Ближе к вечеру, когда рыба была распугана на десятки метров от берега и идея такой рыбалки рассматривалась как никчемная, Михаил вернулся к своему «дому» - так он называл то, что теперь осталось от корабля. Из вынутого и разорванного кресла получилось подобие кровати.
Устроившись, Михаил внезапно для себя провалился в сон. Все-таки рыбалка сказывалась. Во сне он увидел, что на самом деле он еще никуда не улетал, что после последней медицинской проверки у него обнаружилось повышенное давление, в результате чего его полет был задержан на неопределенный срок. И теперь он стоял в контрольной площадке и наблюдал за стартом своего напарника по удаче – вот дается зажигание, опоры отходят в стороны и ракета, усиливая грохот и набирая высоту, устремляется на поиски братьев по разуму. Этот рев сопел и выкинул Михаила из состояния сна.
Однако, открыв глаза, рев в ушах не прекратился. Он только стал усиливаться.
«Что за черт. Это из-за воды и частого ныряния? Что за…»
Внезапно в глаза ударил яркий свет, сопровождаемый грохотом двигателей. Вскочив на ноги, стало понятно, почему по прежнему стоял шум в ушах: в ста метрах от его обломков заходил на посадку корабль, слега походивший на его прежний. Двигатели работали на тягу, спуск происходил медленно.
Инстинкт самосохранения работал молниеносно – пригнувшись и укрывшись за обломками, Михаил зажал в руке нож. Добрые, не добрые, а без оружия чувствуешь себя так, будто стоишь голым посреди оживленной улицы. Сейчас только не хватало улицы.
Тем временем, корабль плавно и мягко совершил посадку. Трава под ним была сожжена полностью. Двигатели перестали работать и сделали глубокое «фууу», выбрасывая теперь только легкий пар. Михаил весь напрягся, ожидая появления незваных гостей.
Но прошло приблизительно 10 минут, прежде чем шлюзовая камера начала движение вниз, на открытие. Михаил был готов к любым формам и обличиям жизни, но его взору предстала… девушка. Самая обычная земная девушка, даже привлекательная. Стройная, среднего роста, она была облачена в такой же костюм, что и Михаил. Уверенной и твердой походкой она спустилась с трапа и начала оглядываться по сторонам. В её руке был зажат небольшой предмет, похожий на маленький монитор, в который она постоянно посматривала. Михаил по прежнему наблюдал за ней и не делал никаких попыток наладить контакт. Хотя что-то подсказывало ему, что девушка не может доставить проблем.
Прибор, что держала девушка, внезапно начал издавать слабый писк и девушка, сверяясь с устройством, зашагала в сторону, где затаился Михаил. Поняв, что он раскрыт, с ножом, он встал и вышел навстречу незнакомке, не зная что стоит от неё ожидать.
- На ловца и зверь бежит, - произнесла девушка вместо приветствия. – Я уже не надеялась найти живых. – Михаил замер на месте. Это же надо – девушка была с Земли (или очень на неё походила) и…разговаривала на русском языке. Повинуясь законам неписанной этики, Михаил опустил руку с ножом.
- Ты давно здесь? Как ты вообще тут оказался? Обычно…
- Одну минуточку. Вы – русская? Вы с Земли? Я…
- Нет, я прилетела с Марса. Там как раз сейчас кризис начался, - попыталась она пошутить, хотя лицо по прежнему оставалось серьёзным. – Я военный пилот,  Кстати, как вас зовут?
- Михаил.
- Света.
Вот так и познакомились.

Глава 6. Пребывание.
 
- Вижу, ты потерпел небольшое крушение? Руки, ноги целы? – Светлана без лишних церемоний перешла на «ты».
- Целы. Только не понятно, где мы. Но здесь тоже неплохо.
- Мы на Земле.
Михаил звучно рассмеялся на последнее заявление: - Очень смешно. Вот только мы не в таком положении, где можно шутить. Оглянись вокруг, где ты видишь людей? Где здания, дороги, машины? Или ты хочешь сказать, что все они разом испарились? – Его пробирала мелкая дрожь. В душе он был рад, что не останется здесь один, но само воспоминание о родной планете только огорчало душу, а не грело.
- Михаил, это правда. Мы на Земле. Больше двух лет назад случилось…
- Оставь эти сказки кому-нибудь другому. Лучше скажи, как ты тут оказалась?
- Я была послана на освоение ближнего космоса, как и ты, насколько я вижу. Почти два года я скиталась по беспросветному мраку, пытаясь найти хоть зарождение цивилизации. Но ни одна планета не была пригодна для жизни и её развития. Поэтому я взяла курс обратно на Землю, но потом получила информацию, что здесь происходят изменения.
- Так, давай договоримся. Я не знаю, где мы. Но мы НЕ на Земле. Возможно где-то рядом. Оттого условимся – больше этот разговор не заводить… - Михаил понял, что перегнул палку и переходить почти на крик не стоило. – Света, извини. Я немного переборщил. Просто рад, что теперь придется влачить своё существование не одному. – Он выдавил из себя гримасу, похожую на улыбку смертельно раненого человека. Светлана не стала возражать, решив отложить разговор до лучших времён.

Как и Михаил, Света была послана на освоение космоса. Официально задание звучало: поиск жизни и установление контакта с иным разумом. Вполне тривиально. Только на вопрос: «почему военных отправили на разведку вместе с гражданскими» Михаил ответа не получил. Вообще у Светланы была привычка не полностью отвечать на вопросы. Или совсем не отвечать, неуловимо переводя тему на другой разговор.

- Ну и как ты здесь питаешься? Что-то я не вижу поросёнка на вертеле и томатного кетчупа, - так Света отреагировала на остатки корабля и почти исчезнувший «шланг». – Ты же мужчина, у тебя в генах заложено – добывать пищу.
- Дай мне несколько кабанов и обед будет готов. А пока что из дичи здесь есть рыба и кто-то вроде зайца. Вместо того чтобы издеваться, помогла бы лучше. – Михаилу не очень нравилась манера разговора, которая сложилась, но оставаться в стороне и терпеть насмешки от девушки он не был намерен.
Света, бросила на землю паёк, точнее, что от него осталось и молча удалилась в сторону своего корабля. Невидимая струна стала натягиваться очень сильно.
«Нет, ну надо же. Оказаться неизвестно где, вдали от родного дома. Упасть на планету, где практически ничего нет, кроме океана. Прожить две недели, встретить такого же человека по несчастью…и начать спорить, что нет гостей и где хлеб-соль? Блин, везет же мне».
Светлана не возвращалась уже, на вскидку, более двух часов. Но Михаила это обстоятельство ни сколько не беспокоило. Всем нам иногда надо побыть одному. Или одной.
Ближе к вечеру, на горизонте показалась фигура Светы. В ёё руке было что-то зажато. «Вот сейчас и посмотрим, кто тут был прав».   
Через секунду самолюбие Михаила разбилось на мелкие кусочки – приближающаяся фигура держала в руке связку рыбёшек. Совсем маленьких, но это лучше, чем ничего. Сама девушка была мокрая, её костюм, без того темный, стал ещё темнее. Волосы были растрепаны и казалось, что это сама Афродита вышла из морской пены. Усталый вид и мокрая одежда на мгновение привлекли Михаила даже больше, чем возможность отужинать. Хотя голод упорно боролся с остальными рефлексами.
Она подошла и молча бросила охотничью связку. Михаил тут же пришел в себя. Но его удивление перекрыло возможность сказать что-либо. Он просто молча почесал затылок.
Наконец, дар речи осенил его: «Ну и как это у тебя получается?»
- Военная тайна. – Света уже не отпускала ехидные реплики в его сторону. Возможно, небольшая разлука тому поспособствовала. – Жалко только леску. Какая-то тварь вырвала её из рук.
Михаил продолжать молча смотреть на свету, собирающую волосы в пучок.
- Что ты на меня так смотришь? Хочешь вернуться и расквитаться с рыбиной?

Глава 7. Разоблачение.

Таким образом пролетели два месяца. Света показала все премудрости по добыванию пищи. Из провода изоляции получился заменитель удочки, худо-бедно, но справляющейся со своей задачей. Иногда, в их рацион входил тот самый местный заяц, мясо которого было даже очень неплохое. Хотя преимущественно все-таки была рыба, успевшая порядком поднадоесть. «Шланг» было решено оставить на всякий случай в запасниках.
От светы Михаил узнал, что она жила в Смоленске, долго не знала, куда ей поступить. Но в один прекрасный день, как это обычно бывает, ей помог в выборе её дядька – связи делают своё дело. Вот так и становятся лейтенантами. Оставалось непонятно, почему же военные были отправлены на разведку. Хотя Михаил перестал думать об этом в последнее время. Теперь он чаще стал скучать по своему родному дому, где тебя всегда были рады видеть; по маме, по прежнему надеющейся, но уже почти не ждущего сына. Да просто по родному городу, в котором он жил. Этого нет. Этого больше нет. Только по счастливой случайности их мог бы обнаружить такой же корабль, как его. Но шанс, что из далеких глубин придет помощь был не велик.

Ясным днем, как обычно, они вышли на рыбалку. Очевидно, рыба стала довольно распуганная, так как никто не хотел подплывать к куску наживки. Поэтому они прошли по берегу около километра и вновь принялись за дело. День был явно не их – никто из подводных обитателей не стремился попадаться. Поэтому пришлось немного понырять. Среди прозрачной воды и редких рыб Михаил испытал подводное дежа-вю. В прошлый раз предмет был похож на шпиль. Но сейчас отчетливо был виден корпус башни, протянувшейся на многие метры вниз-вбок. Вот теперь совсем стало не весело.

Вечером, после ужина, состоящего из двух рыб, Михаил перешёл в наступление:
- Свет, помнишь, ты сначала по прилету что-то начала говорить о Земле?
- Куда ты клонишь?
- Не придуривайся! – Михаил начал терять над собой контроль, - ты прекрасно знаешь, о чём я говорю. Сегодня во время ловли я заметил под водой башню. Скажешь это рыбы-мутанты построили, пока мы спали?
Светлана молча опустила глаза на горевший огонь:
- Ты же не хотел меня слушать. Зачем тебе это знать?
- Потому что я хочу быть в курсе, что здесь происходит, черт возьми. Это по вашей прихоти я здесь оказался? Что ты молчишь. – Михаил быстро шагал взад-вперед. Потом поняв, что надо успокоится, он сел напротив Светы.
- Два года назад, - начала она, - Соединенные Штаты, совместно с Европейским Научным центром предприняли беспрецедентный шаг: повернуть земную ось на одну сотую градуса. Это было вызвано тем, что через сто лет Земле угрожал огромный астероид, который современными методами полностью остановить или уничтожить не представлялось возможным. Поэтому, после долгих подсчетов и совещаний, выдвинулось предложение по уклону земной оси на минимальный уровень, позволяющий через сто лет прости мимо астероида на безопасном расстоянии. Эта идея долго откладывалась, но в последствии, в виду глобального кризиса и всеобщей неустойчивости мировой политики, это решение стало единогласным. Естественно, всеобщей огласки эта операция не получила. Сам понимаешь, паника, пикеты и демонстрации, прогнозы, что все мы умрем и так далее, – на секунду Света прервала речь. Очевидно прошлое и ей не легко вспоминалось. – В принципе, у США уже стояло устройство, способное на подобный маневр. В итоге все было сделано так, что никто даже не догадался, что произошло. Об этом узнали чуть позже.
Света встала, чтобы размять затекшие ноги.
- В результате всех манипуляций земная ось благополучно изменилась. Только вместе с ней изменился и климат. Если глобальное потепление, о котором так любили все кричать, шёл неторопливыми шагами, то теперь таяние ледников переросло в настоящее бедствие. Поэтому была разработана космическая программа, в которой часть самых приспособленных и молодых людей будет направлена на другую планету, где они должны будут образовать новый дом, так как по расчетам, уровень поднятия воды достигал 1500 метров. Вот такая история.
Михаил больше не мог этого слушать – он нервно тёр свои руки, будто сильно замерз и постоянно ходил.
- Но почему? Почему вы не могли сказать, что отправляете нас как колонистов, а не как героев-разведчиков. Почему?
- Чтобы такие, как ты не теряли присутствие духа. Вот почему. Вас должно были сообщить это уже в процессе полёта. Но…
Света отвернула лицо.
- Что НО? – Михаил не мог вынести этой правды – Отвечай!
- Никто уже не мог вам этого сообщить. Потому что никого уже не было. Ты это хотел услышать?
Казалось, что Михаил падает в бездну. Этакий своеобразный образ Тартара, где хочется уже разбиться, а не получается. Ему казалось, что жизнь кончена.
Мама. Что с мамой? Может, она спаслась? Может, пока он был в полёте, придумали некие грузовые корабли по транспортировке людей? Но Михаил и сам понимал, насколько бредовою являлась эта мысль. От безысходности хотелось кричать, рвать волосы и долбить в стену. Нет. Он только опустился на корточки и бесшумно заплакал. И пусть говорят, что мужчины не плачут – плачут, только тихо – они тоже люди.

Светлана стояла молча и не знала, чем помочь Михаилу. Да и могла ли быть здесь хоть какая помощь? Если сказать человеку, что всё, что было ему дорого и что он сильно любил – пропало, как быть?
Вот и Света теперь себя ругала – ведь не хотела же рассказывать. Но не сдержалась. Правда она всегда так – хочется поделится с остальными. Но вид мужчины, уткнувшегося в руку лицом и беззвучно плачущего, удовольствия не доставлял. Надо было как-то исправлять сложившуюся ситуацию, но Михаил первым продолжил разговор:
- Но мы же на Земле? Так?
Света опешила:
- Да, мы на Земле. Очевидно, курс последних запусков был с ошибкой и корабли не найдя подходящего места для жизни, возвращались назад. Будто надеялись, что родная Земля останется к ним благосклонно. Но, судя по всему мы здесь будем одни.
- И вы все молчали. Вы даже ничего не предприняли. Это всё из-за вас произошло.
- Миша, послушай…
- Если бы не ваши фантасты, сейчас миллиарды людей были бы живы и нам не пришлось бы торчать на этом искусственном островке. Вы и ваши ученые виноваты в гибели всей цивилизации.
Последовав шлепок. Щека, раскрасневшаяся от пощёчины, неприятно ныла. Михаил поднял глаза – Света стояла с жатой в кулак рукой и глядя на него, роняла слезы. Было видно, что она не пытается оправдаться и что ей самой жаль, что всё так вышло. Их покрасневшие глаза встретились. Михаил вдруг понял, что Света в таком же положении, как и он. Она прижалась к Михаилу, ища поддержки и сочувствия.
- Прости меня. Но я ничем не виновата, - её голос начал пропадать. Похоже, эмоции захлестывали её. – Я хотела как лучше.
Михаил обнял Свету. Только сейчас он понял, как ему не хватает женской ласки. Он обнял её покрепче. Света не сопротивлялась. Похоже, она была того же мнения.

Какими бы большими не были изменения погоды, она преподносила сюрпризы: через пару месяцев начало холодать. В один из таких вечеров Михаил и Света, сидя около костра, смотрели на океан. Они разговаривали. Только молча. Им не нужны были слова. Они думали, как укрыться от холодов и накормить троих человек.
С неба начал падать легкий и пушистый белый снег. Начиналась новая жизнь!