Познание бесконечности

                Мир бесконечности мне недоступен
                Гёте "Фауст"

              Психологи говорят, что человек не в силах осознать понятия вечности и бесконечности. Попытка думать в этом направлении может закончиться психушкой. Но в моей жизни был случай, когда я ощутил полное единение с бесконечным пространством и временем. Продолжалось это состояние мгновения, но запомнилось на всю жизнь.
 
              Памир-Алай -   мёртвый мир. Три недели на высоте выше четырёх тысяч метров и ни одной травинки, животного, птицы. Только камни и лёд, лёд и камни.
              Остался последний перевал до завершения маршрута, и мы остановились в верховье ущелья на ночёвку. Оглядывая окрестные вершины, заметили подобие нового перевала, не указанного на карте. Памир-Алай место диковатое. У нас уже было к тому моменту одно первопрохождение, но, чем их больше, тем лучше.
              Светлого времени оставалось часа три и мы решили сходить на разведку, выяснить перспективы прохождения нового перевала. На разведку пошли втроём.
              Основную часть пути преодолели быстро, но остановились перед труднопроходимым местом. Командир и я успешно преодолели препятствие. Наш третий человек не решился идти за нами, остался ждать нашего возвращения (от судьбы, увы, не уйдешь: Андрей погиб через две недели на другом маршруте). Вышли к цели, быстро поняли, что перевал ложный и пошли на спуск.
             Стали искать место пересечения трудного места. С другой стороны всё выглядит иначе и место перехода найти трудно. А Андрею крикнули, чтобы шёл вниз, т.к. стало смеркаться.   Дальше — шум камней и тишина. Что такое? Он сорвался или это игры горной акустики? Надо обязательно выяснить, что случилось.
             Тут наше везение закончилось. Что такое вечер на Памире? Десять минут — и солнце выключилось, на небе луна и звёзды. Весь пейзаж превратился в чёрно-белый мир: мертвенно-белый цвет там, где светит луна, и полная темнота в тени. На высоте, где разреженный воздух и   вода кипит при восьмидесяти пяти градусах, тень почти лунная, т.е. полная   абсолютная чёрная тьма. В тени не видно рядом стоящего человека.
               В таких обстоятельствах лучшее решение — холодная ночёвка. И хотя на высоте ночью температура опускается до минус пятнадцати (а днём поднимается до плюс сорока, кстати), выдержать ночь всё-таки можно.   Но что с Андреем? Если он упал, то нужно обязательно помочь. Раненому ночью не выжить. Значит надо во что бы то ни стало дойти до лагеря.
             Мы решили спускаться серпантином: двигаться то вправо, то влево, постепенно спускаясь все ниже и ниже.
             Вскоре наткнулись на высохшее ложе древней реки. Здесь когда то текла река и выдолбила абсолютно гладкий желоб глубиной метр или полтора.   Каким образом и когда на высоте четырех с половиной тысяч метров текла река — загадка природы. На ощупь стенки жёлоба напоминали гладкую поверхность ванной. Наклон желоба был значительный, но спускаться всё же можно. Метод спуска очень забавный: надо повернуться спиной к склону, и, опираясь на ступни и ладошки, топать вниз. Четвереньки наоборот. Чем-то напоминает паука или таракана-мутанта: пузо вверх, а ноги как обычно.
             Спускаться легко, но совершенно не видно куда, что там внизу. Полная тьма и тишина! Только ладошки шлёпают по камню. Чтобы хоть как-то узнать, что внизу, мы приспособились кидать камни. Кинул камешек: тук-тук-тук — прыгает он по жёлобу, Значит всё порядке. Шлёп-шлёп-шлёп — шлёпаем мы вслед. Тук-тук-тук … шлёп-шлёп-шлёп,   …     тук-тук-тук … шлёп-шлёп-шлёп. Хорошо!
             И вот кидаем очередной камушек, и … тишина!   Ещё камень … опять тишина!
 
             Дыхание замерло, а в животе похолодело.   И тишина такая, что невозможно забыть её ощущение. Состояние, которое мне пришлось испытать в абсолютной тишине, полной тьме, в шаге от края бездны, вероятно, было пограничным — от проникновения в иррациональную тайну бесконечности остался один шаг. Казалось, что ты не человек уже, а ничтожная точка, не имеющая размера, в бесконечной вселенной, существующей бесконечное время.
 
             После того, как водопад чувств немного схлынул, пришло время действия. Быстро развернувшись, мы попытались ползти вверх. Напрасная попытка! Вниз-то, опираясь полными ладонями и ступнями, идти можно. А вот развернувшись лицом к скале, сразу начинаешь соскальзывать. После пятнадцати минут невероятных усилий удалось отодвинуться от края пропасти метров на десять. И стало понятно, что так нам не выкарабкаться. С трудом удалось вылезти из жёлоба на скалы.
             Ночью, без страховки, по скалам — это круто, товарищи! Как мы ползали в течение четырёх часов по скалам, у меня почти не сохранилось воспоминаний.
            Вообще, в минуты предельной опасности человеческая психика ведёт себя очень интересно.   Личность раздваивается. Есть часть действующая, которая ловко карабкается, не чувствует усталости, не делает ошибок. И есть часть созерцающая, которая как бы со стороны наблюдает действующую часть и не спеша оценивает её действия.
             В два часа ночи мы добрались до стоянки. Андрей нас там ждал. Остальные спали, посчитав, что мы разумно выбрали холодную ночёвку.            
            После этой ночки командир сильно ослаб, он мог только плестись в конце группы и через три месяца у него еще немного тряслись руки. Андрей погиб через две недели. На следующем маршруте сорвался со скалы.   Больше я в спортивные походы в горы не ходил. Как только собирался, так сразу невесть откуда появлялись обстоятельства непреодолимой силы, из-за которых приходилось отказываться от похода.    
            Я не жалею о всех трудностях и опасностях, которые пришлось перенести, потому что ощутил мгновения единения человеческого разума с бесконечностью пространства и времени.