Бетельгейзе

Звезды горят, и не знают про стекла, через которые люди взирают...
Звезды раздеты. А люди не знают, - в свои телескопы... мудрые маги за всем наблюдают.



Он стоял голый ночью на кухне перед окном и курил перед открытой форточкой, смотря на звезды через оконное стекло на тринадцатом этаже.
Под утро в большом городе весь небосвод светится, и звезд почти не было видно. Разве только эту, самую яркую.
Планета, - подумал он, это не звезда. Это Венера, висит над самым небосводом.

Она подошла осторожно и обняла его сзади, обвивая длинными руками и прижимаясь к спине, положила голову на плечо. Он дернулся всем телом сначала, испугался, она раньше никогда так не делала, но он, почувствовав ее обнаженное тело, расслабился.
- Куришь... - прошептала она.
- Ага, - прошептал он, выпуская белесую струю дыма в форточку. - Разговариваю со звездами.
- Ты всегда был сумасшедшим.
- Еще неизвестно кто, я или... звезды.
- Конечно ты, - она поцеловала его в спину. - Скоро шесть... Мне собираться, ехать, не хочу, - она тоскливо заныла.
- Не езжай. Я всегда говорил, не езжай.
- Говорил! Надо. - Она с силой за плечи повернула его к себе лицом, и улыбнулась. - Знаешь, у нас еще есть время, чтобы ты и меня сделал звездой.

- Тогда мне придется быть с тобой самим богом Марсом... - он выбросил сигарету через форточку.
- Будь, кем хочешь. Но сейчас и со мной, - она податливо опустилась спиной на его сильные руки...



Он проснулся ранним утром в холодном поту. Совершенно один.
Нашарил рукой пачку сигарет, тяжело поднялся, и вышел к окну курить.
Вот звезда... - смотрел на небо через окно.
Бетельгейзе, - пронеслось в голове.

- За что люди так часто говорят про Бетельгейзе? - произнес он вслух и прикурил.
Наверное это нечто особенное для каждого, то что не нужно сравнивать с другими. За красоту имени, за красоту обожания самого явления.
Шестьсот пятьдесят световых... как до тебя, милая, в нашем непонимании, - произнес он.
Но это была лишь Венера.

Всего лишь Великая Венера. Он ее не заметил.

Маги смеялись...





















- А хорошо и мы с тобой! Тебе не больно? - рассмеялся Бородатый.
- Нормально, - процедил я сквозь зубы и выложил карты на стол перед магом.
- И что у нас тут? - по мере того, как он изучал мой набор, лицо его темнело. - Семь нейтрино и один мюон. Семь нейтрино!

- Отдай ему все, продай! - кричал он своему брату, бегая по полу перед Телескопом.
- Что?!
- Подари! Он неадекватный! Он нелогичен! Он детерминирован!
- Точно... И ты знаешь чем, глупый маг.


Небо ночью снова стало черным, и даже не один Великий Город своим светом не мог затмить величие Бесконечности...
Люди выходили курить ночью после любви или просто просыпались, если тому благоволил им их разум, и видели то, что должны были видеть со дня своего рождения...
Они видели звезды и бесконечность, как возможность сравнивать свои поступки с их недостижимостью.

Чтобы понимать и радость, и печаль, и любовь и расставание, и силу и слабость.
Именно так, как научила их природа.