Недопонимание

Жизнь у Сергея Апполоновича была противоречива. С одной стороны, ему завидовали все его спившиеся односельчане, с другой стороны он завидовал им. Он был совершенно на них не похож с детства, много читал, хорошо учился и был предметом шуток и издевательств до тех пор, пока не окреп, не возмужал и не уехал из деревни Козодерово в город.

В городе он получил образование, работу, взял кредит и обзавелся всеми необходимыми вещами для полноценной городской жизни. Однако, что-то постоянно не ладилось. Город его определенно не принимал, и всегда становился мрачным и недружелюбным, когда Сергей Апполонович выходил на улицу. На него чаще, чем на других гадили птицы, несшиеся по лужам лимузины обливали грязью именно его, и, конечно же, эвакуаторы чаще всего обращали внимание на его невзрачную машину. Дома было не лучше: - то пожар на кухне, то потоп в ванной; постоянно засорялась канализация, а один раз даже раскололся унитаз, когда Сергей Апполонович в припадке ностальгии забрался на него с ногами.

Обычно поутру Сергей Апполонович просыпался, смотрел на открывающийся его взгляду враждебный мир и отправлялся в душ – смывать остатки сладких снов и ночных иллюзий.
В ванной не на что было повесить лейку душа, и когда он мылся, лейка лежала у него под ногами и обдавала его водой снизу. Поэтому задница у Сергея Апполоновича была зачастую, гораздо чище, чем голова, а не наоборот, как у всех нормальных людей. Грязная голова – это еще полбеды, но злопыхатели утверждали, что она еще и забита грязными мыслями. Ничего поделать с этим Сергей Апполонович не мог и, наскоро смыв с редких волос пену, отправлялся на работу – опаздывать.

–  О! Сэр, гей, пожаловали! – приветствовал его по принципу «разделяй и властвуй», подкатывавший к нему тут же начальник, – отъявленный пидор и бюрократ, – опять опаздывать изволите, неужели снова вам въехали в зад?
Начальник с некоторых пор заимел странную привычку разъезжать по конторе на роликах и поэтому молниеносно оказывался в интересующем его месте и избежать с ним встречи было практически невозможно.
– Да нет, сегодня все обошлось… – мямлил Сергей Апполонович, стараясь незаметно прошмыгнуть к своему столу.
– Ну может быть вы кому-нибудь? – не унимался начальник, и за его спиной расцветали похабные улыбки коллег Сергея Апполоновича. – поведайте скорей!
– Нет-нет, уверяю вас, ничего подобного, можете не беспокоиться и совершенно обо мне забыть… – лепетал Сергей Апполонович, пытаясь обойти шефа.
 – Погоди, не торопись, ну-ка подтолкни меня к Зинке-расчетчице, – говорил начальник вполголоса и поворачивался задом к Сергею Апполоновичу.
Сергей Апполонович оценивал взглядом расстояние до Зинки и, стараясь соблюсти субординацию, и, в то же время, быть достаточно точным, придавал ускорение шефу. Все-таки субординация выходила на первый план, и, не проехав и половины пути, начальник останавливался, оборачивался и разочарованно бросал:
 – Слабак.

«Когда же это кончится?» – спрашивал Сергей Апполонович небеса, выглядывавшие крохотным лоскутком из-за бетонных громадин, загородивших его окно. – «Когда же меня переведут на какую-нибудь мало-мальски руководящую должность?» Иногда через этот лоскуток проплывали белые пушистые, как дедушкина борода, облака, и Сергей Апполонович печально провожал их взглядом. «Наверное, в Козодерово летят…» – думал он. – «К деду…» Он начинал беспокоиться, ведь дед был уже не молод, как-то он там справляется с хозяйством? Хотелось взять отпуск и рвануть скорей на родину, но просить отпуска считалось нарушением корпоративной этики, и Сергей Апполонович отворачивался от облаков.

Вообще он был хороший исполнительный работник, но при этом избегал внимания к своей персоне и всячески сторонился своих коллег. И образ жизни вел закрытый и непонятный для окружающих, чем вызывал у всех неприязнь и подозрения. В довершении ко всему, он никогда и нигде не появлялся с женщинами, не говорил о них и не щипал за задницу расчетчицу Зинку, что трактовалось коллективом (в особенности Зинкой) однозначно – педик! Все втихаря подсмеивались над Сергеем Апполоновичем, пока он, ничего не замечая, работал за семерых, надеясь сделать карьеру.

Однажды начальник выкатился из-за своей двери и поманил Сергея Апполоновича пальцем.
 – В общем так, Сергей, – начал начальник свой монолог, раскатывая вокруг него по кабинету, - руководство поручило мне выступить в роли доброй феи… Хи-хи-хи…
 – И исполнить твое самое заветное желание…
 – Вот… Будешь руководить отделом…
 – Но!
 – Сам знаешь, народ у нас болтливый…
 – Как бы не пошли какие-нибудь сплетни…
 – У меня тоже с репутацией не очень-то…
 – В общем, задача какая… - он заложил какой-то очень сложный пируэт и едва не упал, ухватившись в последний момент за Сергея Апполоновича.
 – Нужно срочно тебе обзавестись подружкой… девушкой, лучше всего жениться, чтобы народ не трепал чего ни попадя и спокойно, не робща, трудился под твоим, так сказать, началом, – начальник взял его за плечи и посмотрел в глаза.
 – Ясно?
 – Ну, иди, парень, я в тебя верю! – прослезился начальник и вытолкнул его за дверь.

«Ну и задачка!» – почесал Сергей Апполонович голову, но так как был человеком ответственным, то сразу же, выйдя от начальника, окинул взглядом всех имеющихся сотрудниц. Сотрудницы посмотрели на него с недоверием и, поняв, что здесь ловить нечего, этим же вечером он отправился на поиски.
Когда-то один знакомый, помогавший ему обустроиться, составил ему инструкцию на всякий случай, где что можно найти в большом незнакомом городе. Сергей Апполонович всегда носил ее с собой и почитывал по случаю.
«Так…» – зашелестел он пожелтевшими страничками инструкции, «ага… вот… легкодоступные дамы… пивная «Версаль» возле вокзала…»

Не долго выбирая, Сергей Апполонович сразу же познакомился с сидевшей одиноко девушкой, грустно посасывающей через трубочку пивную пену со дна пластикового стакана. Он подсел к ней, заказал еще по пивку и вместо того, чтобы сразу обговорить все детали дальнейшего времяпрепровождения, стал думать, чтобы ему такое сказать, чтобы сразить ее своим остроумием.
В это время принесли свечи и потушили свет. Тараканы зашуршали по отклеившимся обоям.
 – М-да… – сказал Сергей Апполонович.
 – По-моему очень романтично. – заметила девушка, не замечая тараканов.
 – Вот женщины все-таки гораздо романтичнее мужчин, – засмеялся Сергей Апполонович, придумав вдруг искрометную шутку.
 – Ну надо полагать, – согласилась девушка охотно, закидывая ногу на ногу и обнажая перед безучастным взглядом Сергея Апполоновича красивые крепкие ляжки, – а в чем по-вашему это проявляется?
 – Ну вот видит женщина, к примеру, свечку – Сергей Апполонович хихикнул,  – и у нее сразу образуется романтическое настроение…
 – А вот я смотрю, к примеру, на пепельницу… – продолжил он и для наглядности потыкал сигаретой в пепельницу. – и у меня от этого никаких эмоций.
 – Никаких совершенно… – затрясся Сергей Апполонович в нервном смехе.
 – Ну может вас просто тоже свечки больше вдохновляют. – сказала девушка и одернула юбку, скрывая ляжки.
Сергею Апполоновичу стало досадно от того, что отличная шутка пришлась, как всегда у него бывало, не к месту.
 – Ну не то, что бы совсем никаких… – попытался он все исправить.
«М-да, вот попробуй, пойми их, сидят в пивной «Версаль» и думают о себе, что они Марии-Антуанетты, не скажи им ничего…» – возмутился он внутренне и расхотел все исправлять.
 – Да у них тут еще и тараканы! – девушка вдруг прозрела и нервно метнулась от стены.
 – Официант! – взвизгнула она, – тут тараканы у вас!
 – Ты чего орешь? – из темноты вдруг возникла огромная фигура в фартуке.
 – Тараканы у вас по стенам, смотрите! – продолжала она вопить.
 – Ну и что? Чего орешь то?
 – Да как же? – взвизгнула девушка
 – Заткнись! – фигура вдруг ухватила ее за шиворот и вытащила из-за стола, – не мешай людям отдыхать!
 – Что вы делаете? – возмутился Сергей Апполонович, – отпустите девушку немедленно!
 – Ты чего, с ней что ли? – грозно спросила фигура, приглядываясь к нему.
 – Да нет, в общем-то – замялся Сергей Апполонович, понимая, что сохранить лицо в такой ситуации ему поможет только природная склонность к компромиссам, – я просто пива зашел попить…
 – Ну вот сиди и пей свое пиво, приятного тебе аппетита.
 – Спасибо. – ответил Сергей Апполонович.
Фигура потрясла девушку в воздухе и бросила ее обратно в кресло.
 – Чтоб не слышно тебя было, поганка!
Сергей Апполонович понял, что он ошибся в выборе, но искать другую уже не хотел, поэтому побыстрее допил свое пиво и вышел вон из пивной. Тут же его окатил грязью пролетевший мимо «мерседес».
«Боже, почему же так не везет?» – подумал он, поднимая глаза к небу, когда очередная птица уже прицелилась ему в шляпу.
 
 Сергей Апполонович позвонил начальнику и, сославшись на возникшие трудности с выполнением его поручения, попросил пару выходных.
 – Ну, ты смотри там не переусердствуй! – пошутил начальник, не без тревоги в голосе, – а то потеряем, понимаешь, перспективного кадра.
«А ну тебя, нахрен!» – беззаботно подумал Сергей Апполонович, мигом собрался и отправился в Козодерово к своему деду.

 – Сережка приехал, - закричал дед, издали увидав внука и бросаясь его обнимать и хлопать по спине тяжелыми крестьянскими руками, – экий ты стал богатырь, весь в меня!
 – Вот смотрите соседи, какой внук то у меня!
 – Эт ты, Мироновна, говорила, что в городе то путних мужиков нету – метросексуалы одни, а ты посмотри-ка какой красавец, а!
Мироновна, молодая еще женщина, успевшая уже неудачно пожить в городе, краснела и помогала деду накрывать на стол, подтягивались и другие соседи, которым было о чем послушать, чего рассказать и за что выпить.
Сергей Апполонович кланялся им, выпивал с кем-то грязным и вонючим на брудершафт, щипал Мироновну за мягкие места, горланил песни под гармошку, бесшабашно отплясывал и совсем забывал свое грустное житье.

Наутро он проснулся в прекрасном расположении духа. Несмотря на шум в голове ему было хорошо, и жизнь представлялась чем-то удивительным, обещающим впереди множество прекрасных моментов.
В спальню зашел дед, закурил, сел рядом:
– Ну расскажи хоть, Серега, как оно в городе то, тяжело?
– Тяжело, дед…
Дед вздохнул:
– Одиноко?
– Одиноко, дед…
– Воздуха, поди не хватает?
– Ой, не хватает, дед…
– Тут-то по-другому?
– Тут-то совсем по-другому… – отвечал Сергей Апполонович, поглаживая рукой теплую белую шерсть под одеялом. Коза потянулась мордой к лицу Сергея Апполоновича, просыпаясь и щекоча его  бородой.
 – Машка! – удивился дед, увидев козью голову.
Дед всплеснул руками:
 – Вот уж какая непутевая коза…  Никакого сладу с ней нет, вечно от стада норовит отбиться, а козлы то уж к ней и не подходят!
 – Э-эх, – усмехнулся Сергей Апполонович, поглаживая Машкин теплый бок, – ничего-то они не понимают, козлы…

19 октября 2009 г.


Рецензии
...Апполонович,- этакое противопосталение имени, а также жизни его не своей. Вся его "апполоновская" душа надрывалась в канцелярии душной, где всё под копирку. Правильно сделал Апполоныч, что к деду умотал)))
Там жизнь как есть: в натуральном, собственном виде. Вот тут то он вздохнул по-полной: выпил, Мироновну по-настоящему за зад пощупал...
Искромётный, шикарнейший рассааз, А ФИНАЛ Оскара достоин!!!
Как же это классно читать: собственный ни на кого не похожий стиль, безупречная форма,...!!!!

С искренним уважением, Виктория

Виктория 777   21.04.2020 20:40     Заявить о нарушении
- противопоста,в,ление. Без очков иногда пропускаю

Виктория 777   21.04.2020 21:50   Заявить о нарушении
Спасибо Вам за Новое прочтение), за это Вам мое старинное почтение)

Старина Вв   25.04.2020 09:24   Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.