6 июля 2009г. Та встреча...

Неизвестный французский городок... средние века, хотя ближе уже эпохе Ренессанса...

Молодая девушка лет семнадцати в красном платье и с пышной копной черных кудрей спешила куда-то. Была поздняя ночь... она неслась, разрывая тьму, дорогу ей освящала луна и лишь редко попадающийся на ее пути одинокий фонарь. Лицо ее выражало явную озабоченность чем-то... Она сильно повздорила с любимым и убежала от него с пышного бала и теперь спешила домой... Ночью. Совсем одна. Но она не боялась ничего, ей даже нравилось темное время суток.
Она летела по темным улочкам не останавливаясь, а ее платье красиво развивалось при ее быстром передвижении. В ночной тишине были слышны лишь звуки ее шагов... стук каблучков об каменистую дорогу. Она шла погруженная в размышления, совершенно не обращая внимание на окружающий мир... Возможно, это и сыграло роковую роль в этот момент...
Эту девушку звали Лайнс... избалованный родителями ребенок. Дитя, не знавшее ни боли, ни жестокости, ни голода и ничего от чего вокруг умирали люди... Ведь она была единственная дочка богатых родителей, которую холили и лелеяли... Одевали как куколку, позволяли делать всё, что ей захочется и жить так, как заблагорассудиться!
Вдруг из размышлений ее выдернул какой-то шум или даже шорох... еле уловимый, но все, же заставивший ее почувствовать легкий страх.
- Луи, это ты?
В ответ была ей мертвая тишина. И как-то жутко стало на душе. Она начала осматриваться по сторонам, естественно сбавив скорость...
- Луи...
Неожиданно холодные пальцы схватили ее за руку и резко развернули к себе... от грубости с ее шеи слетел красный медальон, который ей подарил любимый отец... Мужчина грубовато прижал ее к себе и резко вонзил клыки ей в шею. От боли девушка вскрикнула, но это был мгновенно закончившийся всплеск болезненных эмоций...
Холодные пальцы скользили по ее шее, груди и талии, пока их обладатель пил ее жизненные силы. Лайнс почувствовала мертвецкую слабость и сонливость... когда ее ноги обмякли, сильные руки держали ее... Затем мужчина резко отстранился от нее и позволил навзничь упасть на эту грязную мостовую... Мужчина медленно зашагал прочь от нее... А Лайнс в предсмертном состоянии, тяжело дыша, начала звать на помощь:
- Луи... помогите... пожалуйста... Луи, я люблю тебя... - последние слова она шепнула таким обессиленным голосом, что их могла услышать только она.
Постепенно она начала проваливаться в пустоту... и пока чувствовала падение вспомнила всех, кого так сильно любила... Луи, ее возлюбленного... своих родителей, особенно отца... она его так любила... многочисленных кузин, нянек... просто людей с кем ей нравилось общаться... Всего семнадцать лет, а уже умирала... Она раньше не думала о смерти, по крайней мере, не о такой... Богатая мадемуазель, умершая на грязной мостовой от какого-то странного убийцы, который ни денег, ни драгоценностей у нее взял... Абсурд.
Но, уже совершенно потеряв ощущение себя и окружающей действительности, она почувствовала, как те, же руки подхватили ее и куда-то понесли...
Она провалилась в бездну.

Когда она очнулась, то увидела перед собой богато украшенную различной утварью спальню... и то, что она лежала на огромной кровати, выполненной в викторианском стиле с балдахином. Голова болела, ощущала дикую слабость, ей было трудно даже сесть в постели... А потом она увидела у окна... его. Черные прямые волосы, затянутые в хвост атласной черной ленточкой, острые черты лица, серо-зеленые глаза... он был одет в белую рубашку с широкими рукавами, такие рубашки были сейчас в моде, которая была расстегнута на половину, черные, плотно облегающие брюки и черные сапоги. Он сидел недалеко от кровати у окна и смотрел на нее...
- Кто вы? Что вы сделали со мной? Где я? - она, резко очнувшись и позабыв о боли, сжалась под одеялом и немного привстала в постели, опираясь одной рукой.
В ответ послышался легкий смешок бархатного голоса, затем он улыбнулся ей и проговорил:
- Успокойся, дитя мое. Меня зовут Себастьян де Лагер. И теперь ты станешь моей спутницей...
- Я ничего не понимаю! - воскликнула Лайнс. - Доставьте меня моим родителям, и я обещаю, что вам не причинят вреда. Я хочу домой! - она по-детски зарылась в одеяло.
Снова бархатный смех.
- Нет, моя милая. Родителей ты теперь не увидишь. И своего Луи тоже. Теперь для тебя начнется другая жизнь... и ты станешь моей...


m.d. Lains