Мой друг Гена

        В армии я дружил с одним парнем из Саратова. Звали его Гена с редкой фамилией Иванов. Не было в роте двух таких разных людей, как мы с Геной. Я - щуплый и маленький - 165см, он - гигант под 195 см. Я молчун и в душе романтик, он остряк и циник. Я к тому времени - еще мало что видевший в этой жизни, он уже прошел огонь, воду и медные трубы. Что-то нас влекло друг к другу. Меня, наверное, его глубокие познания в этой жизни, которых мне явно не хватало. Его, может быть, мягкость моего характера и тот самый душевный романтизм, которого ему не хватало тем более. Я писал стихи, и они ему нравились. Несмотря на цинизм, он умел ценить в людях открытость и порядочность. В общем, мы дополняли друг друга. Если бы нас можно было слепить, получился бы один полноценный экземпляр.
Было, наверное, смешно видеть, как по утрам эти двое, длинный и маленький, совершают пробежку в окрестностях сопки. В строю мы стояли на противоположных флангах. Если нам приходилось вместе ходить в увольнение, он легко и непринужденно знакомился с девушками из военного городка, пока я преодолевал ступор.
Правда, уже скоро он стал ходить в увольнение гораздо чаще меня. Причем по ночам. Уж так получилось, что один офицер попросил его помочь с ремонтом квартиры. И познакомил со своей женой. Вот к ней-то он и ходил по ночам, пока муж был на дежурстве. Прогулки эти были совсем не легкие. Действие происходило в глубоком Заполярье зимой. Нет, морозы там редко бывали сильными. Но снега было в изобилии. От казармы до военного городка три километра. Дорога представляла собой снежный извилистый коридор с высотой стен метра полтора. Периодически туда-сюда проезжали машины, появляясь неожиданно из-за поворота. И вот наш Гена, как пугливый заяц, должен был раз пять-шесть сигать через снежный бруствер, прежде чем достигал цели. Значит оно (она?) того стоило.
Я много еще мог бы рассказать о моем друге…
Мой друг Гена погиб несколько лет назад в автокатастрофе. Но прежде чем это случилось, он женился. У него родилась дочка Аня. Я был на его свадьбе в Саратове. Мы с ним, его женой Таней и её подругой Светой провели два чудесных дня. Катались на моторке по Волге, бродили по холмам. Лежа на полке поезда Саратов - Москва, я переживал недавние события. И прежде чем поезд прибыл в Москву, сложились вот эти стихи, ставшие вскоре песней.

Саратову

Ты прости уж, Москва, я тебя разлюбил,
Не тебе я пою сонаты,
Ты прости уж меня, я тебе изменил,
Полюбил я, Москва, Саратов.

Все куда-то спешат, на Кавказ или в Крым,
Или даже вообще в Карпаты,
Только я никогда не завидую им,
Потому что есть ты, Саратов.

Мне не надо столичных удобств никаких,
Не нужны мне царей палаты,
Я бы жил в шалаше у широкой реки,
И чтоб рядом был ты, Саратов.

Я б купался в реке и бродил по холмам,
Провожал бы твои закаты,
И наверно пришла бы ко мне по волнам
Твоя милая дочь, Саратов.

Ты прости уж, Москва, мне неверность мою,
Не нужны мне твои арбаты,
Мое сердце в далеком и близком краю,
И зовется тот край Саратов.

Это песня о светлой и чистой любви,
И мне грустно чуть-чуть, ребята,
Ты меня не забудь, ты меня позови,
Я приеду к тебе, Саратов.

Потом Гена с Таней приезжали ко мне. Был пикник на природе. Я исполнил им эту песню, и мне было приятно услышать от них слова благодарности.