Кув

 Жил-был человек. Обычный такой, самый простой. Не знаменитость, не богач. Даже имени его никто не знал, звали его все просто Кув. Все потому, что он часто по ночам ходил на озеро, садился на холодную землю и смотрел, не отрываясь, на кувшинки.
   Соседи побаивались Кува и запрещали своим детям к нему подходить. Но дети и сами его сторонились – они видели много раз, как Кув, спеша куда-то, внезапно останавливался, садился на асфальт, согнув ноги в коленях и сцепив их руками, опускал голову и долго сидел так, не шевелясь.
   Люди считали его сумасшедшим. Кув и сам привык так думать.
   Он жил в маленьком домике на самом краю улицы. Дом его был почти
пуст – ни кровати, ни холодильника, ни стола. Только ворох одеял в углу одной комнатки и большое зеркало, закрывающее весь пол, во второй. Это зеркало напоминало Куву озеро с его кристальной гладью и кувшинками.
   Каждое утро, проснувшись или возвратившись с озера, Кув шел в комнату с зеркальным полом, опускался на колени и подолгу всматривался в его глубину. В зеркале он не отражался – Кув был пустым человеком. Давно-давно жизнь покинула его, но душа осталась в теле, как в тюрьме, ловушке, откуда нет выхода. Он ждал, ждал момента, когда вода озера поглотит кувшинки, это означало бы конец его страданий, конец его мертвой жизни.
   Когда на улице темнело, Кув поднимался с пола и шел на озеро. Ему хорошо знакома каждая его кувшинка – он ходит к ним много-много лет. Кув давно перестал надеяться на то, что кувшинки утонут, но его тянуло к озеру. Вблизи этой воды ему становилось легче.
   Иногда ночью шел дождь. Пепельно-серые волосы Кува быстро намокали и жалкими сосульками свисали на лицо. Его зеленые глаза, без блеска, лишь больше пустели.
   Среди его соседей давно бродит слух, что глаза у Кува позеленели оттого, что он все время смотрит на кувшинки. Но это неправда. Кув родился красивым ребенком, с изумрудно-зелеными глазами. Просто у него была тяжелая жизнь, но об этом никто не знает, даже Куву это кажется иногда далеким сном. Тех, кто подарил ему эту невыносимую жизнь, уже давно нет, очень давно. Но Кув, закрывая глаза, каждый раз видит их. Тогда он уходит на озеро, на воду можно смотреть бесконечно, даже не моргая. Это Кув понял давно.
   Он совсем уже не надеется на то, что покинет этот мир, но все же упорно ходит на озеро. Вдруг, поздней ночью, когда землю окутает сонное покрывало, вода засветится и поглотит эти кувшинки?
   Если так, то через несколько дней, может быть, какой-нибудь случайный рыбак найдет тело Кува и вызовет «скорую». И тогда кто-то из врачей, среди этой стерильности белоснежной больницы, среди стойкого запаха лекарств и медицинского спирта, напишет в карточке Кува острым неразборчивым почерком «летальный исход».
   Да, вот он, летальный исход, которого так ждет сейчас простой человек на берегу озера.