Манюня или как Ба спасала сына

Это случилось в то лето, когда Ба, ничтоже сумняшеся, побрила нас с Маней наголо. Так как выходить за порог с непокрытой головой мы наотрез отказывались, мама бросились на поиски панамок. Что ни говори, детство наше протекало в дивные времена, поэтому в единственном универмаге нашего городка, в отделе головных уборов, можно было жарким июньским днём приобрести только мохеровые свалявшиеся шапки необъятных размеров да фетровую мужскую шляпу в количестве одна штука.

-Может, мы вам просто косыночки повяжем?- предложила мама,- узелком под подбородком, будете Алёнушками.

Косыночки повязывать мы наотрез отказались.
- Не по пять лет нам,- пробурчали.

Ба кинула клич по соседям, уезжающим в Ереван, с просьбой привезти нам панамки. Соседи звонили и рапортовали:

-Роза, в Детский Мир выкинули чепчики для грудничков, есть вроде большие размеры, я пыталась натянуть на колено, они нормально натягиваются, ну ты же знаешь мои колени, Роза!

-Роза, в ГУМе потрясающей красоты пляжные шляпы с большими полями, сиреневые в белую ромашку, но по семь рублей, и на взрослую женщину!

-Роза, в ЦУМе видели соломенные шляпы, что-то типа сомбреро, но они декоративные и за бешеные деньги!

-Роза, в магазине "Пчеловод" продаются каски с лицевой металлической сеткой, я пригляделся, можно плоскогубцами понадкусывать и снять это забрало. Получится панамка, правда на периметр головы 58 сантиметров. Какой у девочек размер черепушек?

-Если бы у девочек были головы периметром в 58 сантиметров, мы бы их как гнёт в кадку с квашеной капустой использовали,- ругалась Ба в трубку.

-Хоть к телефону не подходи! - жаловалась она на следующий день маме,- сбрендили они, что ли? Или жара на них так подействовала? Я им про Фому, а они мне про Ерёму!!!
-Ничего-ничего! Сами справимся, да, девочки?- обернулась к нам мама.
-Угум,- прозвучало ей в ответ.

Мы с Маней любовались своим отражением в стеклянной дверце кухонного навесного шкафчика. И если я могла делать это спокойно, не поднимаясь на цыпочки, то маленькая и пухленькая Маня до своего отражения не «дотягивалась». Она забавно подпрыгивала, и, поймав свою мордашку в стеклянной дверце, моментально строила рожицу.
-Налей мне ещё чайку, Надя, а то от одного взгляда на них у меня снова в горле пересохло,- пробурчала Ба.

Если Ба пила чай, то только крутым кипятком и вприкуску. Мама покупала в магазине специальный сахар, который сильно отличался от хрупко-прозрачного рафинированного – твёрдый, неровными большими кусками, он плохо растворялся в чае и оставлял белый густой пенный налёт на поверхности. Мы кололи его специальными щипчиками и хранили для Ба.

Когда Ба приходила к нам в гости, она первым делом просила чаю. Мама вынимала сахарницу и торжественно водворяла её на чайный столик. Ба одобрительно кивала головой, принимала царственной рукой большую чашку исходившего паром чая, и, перекатывая во рту кусочек сахара, запивала его большими глотками, громко клокоча где-то в зобу.

- Я могу попробовать связать панамки крючком,- предложила мама, передавая Ба очередную чашку с чаем,- у меня есть подходящая тонкая пряжа. Потом мы их густо накрахмалим и придадим нужную нам форму.
-Не хотим мы вязаные крючком панамы,- взвыли мы,- во-первых, ждать долго, пока ты их свяжешь, пройдёт целая вечность, а во-вторых, они будут в дырочку, а через эти дырочки все увидят наши лысины!!!

-А у меня нет столько денег, чтобы с Маней по гостям на такси разъезжать!- рассердилась Ба,- видите ли, стыдно им. Можно подумать, когда выйдете шляться по городу, люди подумают, что под панамами вы прячете не два пустых барабана, а ваши роскошные кудри!

Мы обиженно засопели, но взрослые уже не обращали на нас никакого внимания. После недолгого совещания они решили сшить нам панамки. Вытащили швейную машинку, порылись в бельевом шкафу, нашли две голубые наволочки в жёлтый горох.
- Самое оно,- обрадовалась мама.

В результате кропотливой работы наши швеи-мотористки явили миру свой инновационный взгляд на летние головные уборы в виде двух кособоких конструкций с неровными, чересчур широкими полями и бестолково торчащей высокой тульей.

Ба нацепила панамы нам на головы.
- Вполне себе ковбойские шляпы,- проговорила она с еле сдерживаемой улыбкой,- теперь никто не посмеет приставать к вам на улице, потому что у вас очень боевой вид!

Мы помчались любоваться собой. Повертелись перед зеркалом, встали и так и этак.

-А что, вполне,- Манька нахлобучила панаму на самый лоб, и, подтянув поля, свела их под подбородком. Получилось что-то наподобие чепчика. Она выпучила глаза, выдвинула вперёд нижнюю челюсть и прошамкала - деточка, дай рублик на жизнь!

Я покатилась со смеху. Задрала поля своей панамы вверх, скосила глаза к переносице и растянула пальцами уголки рта.
-Ыыыыыыыыыы,- мы повернулись друг к другу и замычали,- ыыыыыы!
-Полюбуйтесь на этих дегенераток!- голос Ба разнёсся по квартире звуком Иерихонской трубы,- Надя, а ты переживаешь, что им не понравятся панамы. Да они уже в своём обычном репертуаре!

***

Спустя неделю наметился совместный выезд в горы, с ночёвкой в нашем дачном домике. Но дядя Миша внезапно слёг с высокой температурой, и Ба осталась ухаживать за ним.

Папа забрал Манюню за день до нашего отъезда. Мы из кухонного окна наблюдали, как они парковались возле нашего подъезда. Пока добежали до входной двери, Манька уже вовсю трезвонила в звонок. Как только я отперла, она ртутным шариком вкатилась в квартиру и моментально заполнила её своим птичьим щебетом. Следом за ней вошёл папа и с трудом втащил в квартиру большой баул.

-Это что такое?- удивилась мама.
-Роза нам припасов на дорогу дала,- протёр пот с чела папа.
Мама открыла сумку и стала по одному вытаскивать аккуратные свёртки. С каждым новым свёртком на лице её всё отчётливей выступало отчаяние.

Ба положила нам в дорогу луковый пирог, пирожки с капустой, дюжину отварных куриных яиц, банку айвового варенья, банку малосольных огурчиков, банку аджики, бутылку тутовки, овощей килограмм пять и столько же фруктов, а также большую эмалированную кастрюлю с замаринованным на шашлык мясом. В кармане сумки мама нашла нож, спички, полпачки мелкой соли, рулон драгоценной туалетной бумаги, таблетки тетрациклина и цитрамона, йод, зелёнку, вату и широкий марлевый нестерильный бинт в количестве 1 шт.

-Судно забыла положить,- захохотал папа.

-Зачем ты это взял,- мама уставилась на отца,- мы что, не смогли бы Маньку прокормить?
-Вот позвони и скажи ей это сама,- рассердился папа,- можно подумать, Роза приняла бы мой отказ!
-А что сразу звонить?- испугалась мама,- надо было оставить сумку за порогом и быстренько уехать!
-Да Роза проконвоировала нас до машины, а потом ещё махала вслед рукой! На каком отрезке пути я мог оставить сумку? Знаешь, что мне Миша шепнул? Заберите, мол, её с собой, а то она убьёт меня своей заботой!- папа быстренько съел пирожок с капустой и потянулся за вторым. Мама резво шлёпнула его по руке.

-Ты бы слышала, что мне Роза на прощанье сказала!- папа потянулся за луковым пирогом и получил второй шлепок по руке,- если не получится до вечера сбить ему температуру, придётся ставить клизму! Клизму! И это Мише, который в прошлом году перед операцией не ел два дня, только чтобы ему не промывали кишечник!

Мама прыснула.
-Это да, Миша лучше утопится в колодце, чем даст поставить себе клизму!

***

Через три дня мы вернулись из дачи и первым делом завезли Маню к ней домой. Во дворе, под раскидистым тутовым деревом, на деревянной скамье сидел дядя Миша. В жаркий двадцатипятиградусный летний день он выглядел, как солдат отступающей наполеоновской армии - на голове дяди Миши красовалась Манина вязаная зимняя шапка с помпоном, растянутые на коленях треники были заправлены в толстые шерстяные носки, а грудь крест-накрест была повязана цветастым платком Ба.

-Папочка!- Манька бросилась обнимать отца,- а зачем ты мою шапку надел, она же девчачья!
Дядя Миша стянул с Манькиной головы панаму и поцеловал в макушку. «А ты уже обросла на целый миллиметр»- улыбнулся он.

-Ну что, Рендл Патрик Макмёрфи, таки тебе промыли кишечник?- засмеялся папа, протягивая дяде Мише руку.
-Э, Юра, давно я тебя в шахматы не обыгрывал, вот и наглеешь,- неуверенно огрызнулся дядя Миша.
-А что так?- папа сел рядом и нащупал пульс дяди Миши,- пульс как у мертвеца. Где Роза?
-Роза на консилиуме у соседей,- фыркнул дядя Миша,- каждый час бегает к ним советоваться.

-Это у каких соседей, у Шаапуни, у которых дочь педиатр?
-Нет, у Газаровых, у которых сын ветеринар,- дядя Миша посмотрела на отца долгим выразительным взглядом,- Газаров - младший недавно на ферме села Паравакар проводил мероприятия по профилактике субинволюции матки у коров. Теперь, видимо, очередь до меня дошла!

-Чего?- папа зашёлся в громком хохоте,- чего… говоришь… он там… проводил?
Мы не поняли ни слова из того, что сказал дядя Миша, но тоже рассмеялись – уж очень забавно он смотрелся в красной Маниной шапке.

-Уже вернулись?- раздался за нашими спинами радостный голос Ба. Мы обернулись. Ба заползала боком в калитку, в руках она бережно несла какой-то большой пакет.
-Мамеле,- отчаяние, выступившее на лице дяди Миши, легко могло растопить лёд в сердце железобетонной конструкции,- что тебе ещё всучил этот маньяк Газаров? Доильный аппарат «Бурёнка»?

-Ой-ой-ой, можно подумать!- Ба положила пакет на скамейку и по очереди расцеловалась с нами,- доильный аппарат, скажешь тоже. Это всего-навсего плед из овечьей шерсти. Надо будет перемешать гусиный жир с луковым соком и втереть тебе в грудь и шею. Потом дать пропотеть под этим пледом. И хворь как рукой снимет.

Дядя Миша угрюмо уставился на пакет. Ба заботливо натянула ему шапку по самые брови и подмигнула нам.
-Доильный аппарат тобi треба, сына? Мигом организуем! Мало ли что может нам ещё понадобиться после удачного акта твоей дефлорации!


Рецензии