Горячий асфальт

Давно, когда я была семилетней девочкой, я видела, как укладывали асфальт на дороге, проходившей через дворы частных домов (я жила тогда в частном доме). Мы сидели с моим старшим двоюродным братом на низком заборе и ели кисловатые ранетки, морщась от их вкуса и наслаждаясь видом вечернего летнего солнышка. Это было очень красиво. Прямо рядом с нами на небольшой участок дороги заливали мягкий асфальт, поэтому мы пошли прогуляться на склон холма, с которого открывался вид, как на ладони, на цветущую Уфу. Холм был недалеко, и мы скоро вернулись обратно и уселись на прежнее место. Асфальт уже утрамбовывал тяжелый, блестящий в лучах солнца каток. Мы с братом сидели и наблюдали, как асфальт потихоньку твердеет. Скоро каток уехал, и мы остались наедине с новоиспеченным асфальтом. Мне казалось, что во всем мире остались только мы одни: я, брат, солнышко и этот асфальт.
Тогда я скинула свои сандалики и ступила на него; с краю он был еще мягким, в нем даже немного отпечатался след моей ноги. А на середине дороги асфальт был уже твердым и очень теплым. Я чувствовала, как его тепло передается моим ногам, а от них льется к самому сердцу. Мне стало вдруг так радостно и легко! Хотелось даже взлететь, и я была уверена, что у меня это получится, но так не хотелось отрывать ноги от теплого асфальта, что я передумала взлетать и просто начала носиться вперед-назад по теплой дороге, подпрыгивая и смеясь от радости. Брат звал домой, но мне так не хотелось уходить. Я потянула его на дорогу, чтобы и брат порадовался со мной, но он покачал головой и только молча, с улыбкой, наблюдал, как я выплясываю на асфальте.
Вокруг не было никого, ни человека, кроме нас двоих. И я носилась, босая, по асфальту, не думая, вредно это или нет. Я радовалась, что первая испытала этот асфальт, и пусть потом по нему пройдут тысячи ног в пыльных ботинках, пусть по нему проедут сотни машин, но на нем все равно останется отпечаток маленькой детской ножки, след той радости, оставленной тихим летним вечером под заходящим солнцем.